<<
>>

Ограничение конкуренции (ст. 178 УК РФ).

Характеристику охраны конкурентных отношений следует начинать с обзора проблемы и дискусси­онных предписаний статьи.В условиях рыночной экономики повышенную опасность для государства приобретают преступления в сфере экономиче­ской деятельности.

К числу таких преступлений относится ст. 178 УК РФ, предусматривающая уголовную ответственность за ограничение конкурен­ции. Конкуренция выполняет важнейшую регулирующую функцию: обеспе­чивает развитие рынка, стимулирует производство, получение хозяйствую­щим субъектом максимально возможной прибыли[212], способствует повыше­нию качества продукции, снижению цен[213]. Экономическое содержание кон­куренции выражается в соперничестве хозяйствующих субъектов за благо­приятные, более выгодные,лучшие экономические условия производства и реализации товаров, работ, услуг.

Не случайно законодатель закрепляет меры правовой регламентации, поддержки и охраны конкуренции, в том числе и с помощью уголовного за­конодательства. Уголовно-правовые нормы, предусматривающие ответст­венность за недопущение, ограничение или устранение конкуренции в сис­теме преступлений главы 22 УК РФ занимают особое место, и в связи с этим включены в единую систему государственного антимонопольного регулиро­вания.

Со дня вступления в силу уголовного закона ст. 178 УК РФ подверга­лась многократным существенным изменениям, так как очередная редакция нормы признавалась неудачной и недостаточно эффективной. Федеральными законами от 08.12.2003 № 162-ФЗ, 29.07.2009 № 216-ФЗ, 06.12.2011 № 401- ФЗ, от 08.03.2015 № 45-ФЗпоследовательно трансформировались название статьи и ее диспозиция, добавлялись примечания. К сожалению, следует за­

ключить, что в своем настоящем виде ст. 178 УК РФ продолжает оставаться некорректно сконструированной нормой, проблемной в восприятии, в толко­вании и, как следствие, - в применении[214].

В силу этого законодателю снова не удалось избежать ошибок в конструировании криминообразующих при­знаков, что вызвало многочисленные дискуссии ученых по определению не­посредственного объекта, признаков объективной и субъективной стороны и т.д. Все это затрудняет ее применение. Официальная статистика свидетельст­вует о том, что это преступление не является распространенным.

Количество зарегистрированных преступлений и привлеченных лиц по ст. 178 УК РФ в 1997-2016 гг.[215]

Годы Количество преступлений Количество привлеченных
1997 13 8
1998 23 15
1999 36 23
2000 42 36
2001 64 31
2002 48 23
2003 61 41
2004 10 2
2005 6 3
2006 2 2
2007 8 1
2008 14 7
2009 8 10
2010 9 5
2011 13 9
2012 5 1
2013 9 1
2014 9 3
2015 1 2
2016 4 1

Таким образом, с 1997 по 2016 год было зарегистрировано 385 престу­плений (1997-2001 гг.

- 178, 2002-2006 гг. - 127, 2007-2011 гг. - 52, 2012- 2016 гг. - 28), выявлено лиц - 224 (1997-2001 гг. - 113, 2002-2006 гг. - 71, 2007-2011 гг. - 32, 2012-2016 гг. - 8). Как видно из приведенных данных, в первые пять лет действия уголовного закона наблюдался рост количества рассматриваемых преступлений. Впоследствии количество преступлений и выявленных лиц устойчиво снижалось. Сложившееся положение объясняется тем, что ст. 178 УК РФ неоднократно подвергалась изменениям, что отража­лось наееправоприменении.

В связи со сложностью юридико-технического конструирования диспо­зиции статьи 178 УК РФ ученые по разному определяют непосредственный объект. В частности, в уголовно-правовой доктрине дают различные трактов­ки непосредственного объекта преступления, предусмотренного ст. 178 УК РФ218.

Рассмотрение сформулированных учеными положений в отношении не­посредственного объекта позволяет сделать вывод о том, что таковым следу­ет признавать общественные отношения, обеспечивающие нормальное функ­ционирование товарного рынка, состязательность (конкуренцию) на нем хо­зяйствующих субъектов219. Факультативными объектами могут выступать отношения, обеспечивающие честь, достоинство и репутацию человека, имущественные отношения и т. п. Потерпевшими от преступления следует признавать широкий круг субъектов. К их числу можно отнести как юриди­ческих лиц, так и индивидуальных предпринимателей, руководителей конку- рирующихкоммерческих и некоммерческих организаций, должностных ли-

21 Общественные отношения: регулирующие добросовестную конкуренцию и деятельность хозяйствующих субъектов, занимающих доминирующее положение на рынке (См.: Ежов Ю.А. Преступления в сфере пред­принимательства. Учебное пособие. - М., 2001. - С. 73.); обеспечивающие интересы экономической деятель­ности в сфере распределения материальных благ и исключающие монополизацию цен и ограничение конку­ренции (См.: Гаухмаи Л.Д., Максимов С.В. Указ.монография. - С. 209.); влияющие на конкуренцию на то­варном рынке, рынке ценных бумаг и финансовых услуг (См.: Тотъее К.

Уголовная ответственность за мо­нополистическую деятельность. // Хозяйство и право. - 1998. - №5. - С. 56) ; складывающиеся по поводу осуществления основанной на законе предпринимательской деятельности и обеспечивающие добросовест­ность конкуренции (См.: Уголовное право России. Особенная часть. / Под. Ред. А.И. Рарога. - М., 1996. - С. 164.).

^19 См.: Бацин И. В. Недопущение, ограничение или устранение конкуренции (ст. 178 УК РФ) // Российский следователь. - 2015. - № 2. - С. 23.

цорганов государственной власти и органов местного самоуправления, а также близких им лиц.

Объективная сторона рассматриваемого преступления в прежней ре­дакции нормы выражалась в таких действиях как недопущение, ограничение или устранение конкуренции путем: 1) заключения ограничивающих конку­ренцию соглашений; 2) осуществления ограничивающих конкуренцию со­гласованных действий; 3) неоднократного злоупотребления доминирующим положением, выразившегося: в установлении и (или) поддержании моно­польно высокой цены товара; в установлении и (или) поддержании моно­польно низкой цены товара; в необоснованном отказе или уклонении от за­ключения договора; в ограничении доступа на рынок220.

В настоящее время объективная сторона выражается лишь в ограниче­нии конкуренции путем заключения между хозяйствующими субъектами- конкурентами ограничивающего конкуренцию соглашения (картеля), запре­щенного в связи с антимонопольным законодательством Российской Федера­ции, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству или повлекло извлечение дохода в крупном размере. Однако в связи с тем, что последняя редакция статьи представляется не вполне удач­ной, о чем речь пойдет ниже, видится необходимым рассмотреть не только действующие, но и утратившие силу признаки объективной стороны иссле­дуемого деяния, чтобы не раскрывать их содержание в дальнейшем в связи с аргументацией их возврата в диспозицию нормы.

Условиями привлечения к уголовной ответственностиявляютсянослед- ствия,стоимостные критерии которыхсформулированы законодателем в примечании к ст.

178 УК РФ221.

^^0 См.: Бацил II. В. Недопущение, ограничение или устранение конкуренции (ст. 178 УК РФ): анализ при­знаков состава и проблемы квалификации // Новеллы уголовного законодательства и судебной практики по делам об экономических преступлениях (гл. 22 УК РФ): Сборник научных статей по итогам II Международ­ной научно-практической Интернет-конференции (3 октября 2012 г.) / Отв. ред. Л. Л. Кругликов; ЯрГУ. - Ярославль, 2012. - С. 156.

^^1 Крупный ущерб гражданам, организациям или государству признается ущерб, сумма которого превыша­ет десять миллионов рублей: доход в крупном размере, - это доход, сумма которого превышает пятьдесят миллионов рублей. Нельзя, на наш взгляд, согласиться с мнением H.A. Лопашенко, считающей, что в случае, когда речь идет об извлечении дохода в крупном размере, имеет место формальная конструкция состава рассмат-

Учитывая наличие последствий в числе обязательных признаков объек­тивной стороны, по конструкции состав преступления является материаль­ным.

Следует отметить, что в некоторых исследованиях указывалось, что «ст. 178 УК содержит описание не двух составов преступлений - монополи­стические действия и ограничение конкуренции, а одного с альтернативными признаками, характеризующими объективную сторону преступления. Моно­полистические действия в виде установления монопольно высоких или низ­ких цен - это тоже ограничение конкуренции, тогда как раздел рынка, огра­ничение доступа на рынке и т.д. - это монополистическая деятельность»[216] [217].

С высказанной позицией необходимо согласиться в связи с тем, что за­конодатель, ранее изменив диспозицию ч. 1 ст. 178 УК, ввел в научный обо­рот термины: «недопущение», «ограничение» или «устранение конкурен­ции», то есть, привел положения уголовно-правовой нормы в соответствие с положениями Закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» № 948-1[218] и Федерального закона «О за­щите конкуренции» № 135-Ф3[219].

Статья 4 закона «О конкуренции и ограни­чении монополистической деятельности на товарных рынках» до того, как утратила юридическую силу в связи с принятием Федерального закона «О защите конкуренции» раскрывала понятие монополистической деятельности как действия (бездействие) хозяйствующих субъектов, противоречащие ан­тимонопольному законодательству и направленные на недопущение, ограни­чение или устранение конкуренции. Из этого следовало, что понятие «моно­полистические действия» по своему содержанию тождественно понятиям

«недопущение, ограничение и устранение конкуренции», поскольку послед­ние охватываются монополистическими действиями в силу прямого указания вышеупомянутого закона. В настоящее время Федеральный закон «О защите конкуренции» под монополистической деятельностью понимает злоупотреб­ление хозяйствующим субъектом, группой лиц своим доминирующим поло­жением, соглашение или согласованные действия, запрещенные антимоно­польным законодательством, а также иные действия (бездействие), признан­ные в соответствии с федеральными законами монополистической деятель­ностью. Фактически данная норма под монополистической деятельностью понимает способы совершения преступления, перечисленные в прежней ре­дакции ст. 178 УК РФ. Кроме того, в ст. 1 указанного Федерального закона «О защите конкуренции» прямо употребляются термины «недопущение, ог­раничение или устранение» конкуренции, хотя и только в отношении запрета на подобные действия со стороны государственных и муниципальных орга­нов. Таким образом, новая редакция ст. 178 УК РФ, сократившая перечень деяний и способов совершения преступления, фактически не соответствует действующему антимонопольному законодательству.

В прежней редакции ст. 178 УК РФ, несмотря на юри дико-технические недостатки ее конструкции, сущность конкурентных отношений была отра­жена более точно и конкретно, поскольку рассматриваемое преступление прямо посягает на добросовестные конкурентные отношения и свободу предпринимательской деятельности:

Перечень способов совершения действий по недопущению, ограниче­нию или устранению конкуренции включал в себя: а) установление или под­держание монопольно высоких цен; б) установление или поддержание моно­польно низких цен; в) раздел рынка; г) ограничение доступа на рынок; д) устранение с него других субъектов экономической деятельности; ж) уста­новление или поддержание единых цен22э. [220]

Исследуемая нами статьябазируется на положении ст. 8 Конституции РФ о том, что в России гарантируются поддержка конкуренции и свобода экономической деятельности и относится к уголовно-правовым нормам с бланкетной диспозицией. Для правильного уяснения признаков объективной стороны исследуемого преступления необходимо обратиться к позитивному законодательству, в котором конкуренция определяется как «соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каж­дого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения това­ров на соответствующем товарном рынке»[221].

Под недопущением конкуренции следует понимать такие действия ви­новного, в результате которых становится невозможной конкуренция в кон­кретной сфере функционирования товарного, финансового рынка, рынка ценных бумаг или какого-либо другого вида рынка. Сложившаяся ситуация возможна лишь тогда, когда отсутствует конкуренция на каком-либо сегмен­те рынков, но потенциально она может возникнуть, и виновный принимает превентивные меры, чтобы не допустить этого [222]'.

Ограничение конкуренции - это положение на рынке, при котором состя­зательность хозяйствующих субъектов искусственно регулируется действия­ми виновного, преследующего цель установления монополии, что сущест­венно деформирует рыночные отношения и нарушает права потребителей [223]. При этом в п. 17 ст.4 Закона о защите конкуренции названы признаки ограни­чения конкуренции.^ ним относятся: а) сокращение числа хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, на товарном рынке; б) рост или снижение цены товара, не связанные с соответствующими изменениями иных общих условий обращения товара на товарном рынке; в) отказ хозяйст­вующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных дей­

ствий на товарном рынке; г) определение общих условий обращения товара на товарном рынке соглашением между хозяйствующими субъектами или в соответствии с обязательными для исполнения ими указаниями иного лица либо в результате согласования хозяйствующими субъектами, не входящими в одну группу лиц, своих действий на товарном рынке; д) иные обстоятель­ства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на об­щие условия обращения товара на товарном рынке.

Устранение конкуренциих^?чсіо,^зуолся тем, что в результате совер­шенных действий виновного конкуренция исключается из сферы функцио­нирования того или иного сегмента рынка и состязательность между хозяй­ствующими субъектами исчезает путем неправомерного вытеснения с него всех конкурентов. Итогом устранения конкуренции является абсолютная мо­нополия одного хозяйствующего субъекта, который контролирует 100 % рынка.

Под заключением ограничивающих конкуренцию соглашений понимают­ся действия, результатом которых является договоренность в устной либо письменной форме, имеющая своей целью создание препятствий хозяйст­вующим субъектам для ведения нормальной, основанной на конкуренции предпринимательской или иной экономической деятельности.

Осуществление ограничивающих конкуренцию согласованных дейст- вг/йозначает выполнение хозяйствующими на товарном рынке субъектами (как физическими, так и юридическими) таких действий, которые:

а) соответствуют интересам каждого из таких субъектов при условии, что их действия заранее известны каждому из них; б) вызваны действиями иных хо­зяйствующих субъектов и не являются следствием обстоятельств, в равной мере влияющих на все хозяйствующие субъекты на соответствующем товар­ном рынке.К числу таких обстоятельств следует отнести: регулирование та­рифов, изменение цен на сырье, используемое для производства товара, из­менение цен на товар на мировых товарных рынках, существенное изменение

спроса на товар в течение не менее чем одного года или в течение срока су­ществования соответствующего товарного рынка, если такой срок составляет менее чем один год [224]. Согласно ст. 8 Закона о защите конкуренции совер­шение хозяйствующими субъектами действий по соглашению не относится к согласованным действиям, а является соглашением.

Злоупотребление доминирующим положением означает использование хозяйствующим субъектом своего исключительного положения на рынке то­варов в целях получения преимуществ для себя[225].

Запрет на злоупотребление доминирующим положением установлен ст. 10 Закона о защите конкуренции. Уголовная ответственность за такое по­ведение была возможна лишь при наличии следующих условий. Во-первых, злоупотребление доминирующим положением осуществлялось неоднократ­но. Во-вторых, было необходимо установить, что указанное деяние соверша­лось путем:

^установления и (или) поддержания монопольно высокой цены товара, то есть совершения хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на товарном рынке, действий, вырази вшихсяв определении такой цены товара, которая рассчитана на возмещение необоснованно понесенных затрат, вызванных недостаточным использованием производственных мощ­ностей и (или) имеющая своей целью получение дополнительной прибыли в результате снижения качества товара;

б) установления и (или) поддержания монопольно низкой цены товара — цены приобретенного товара, устанавливаемой хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение на товарном рынке в качестве поку­

пателя, в целях получения дополнительной прибыли и (или) компенсации необоснованных затрат за счет продавца;

в) необоснованного отказа или уклонения от заключения договора, вы­ражающихся в не связанных с экономическими или технологическими при­чинами отказе либо уклонении от заключения договора (соглашения) с от­дельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности произ­водства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены федеральными закона­ми, подзаконными нормативными правовыми актами Президента РФ, Прави­тельства РФ, федеральных органов исполнительной власти или судебными актами;

г) ограничения доступа на рынок, то есть совершения хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение, действий, препятст­вующих доступу на товарный рынок других хозяйствующих субъектов, неза­висимо от правового статуса этихсубъектовна рынке - продавцов или поку­пателей.

Одним из основных, сразу бросающихся в глаза недостатков текста анализируемой нормы выступало понятие неоднократности, используемое законодателем в качестве криминообразующего признака состава преступле­ния. Под неоднократным злоупотреблением доминирующим положением понималось, согласно ч. 4 примечания, совершение в течение трех лет лицом этого деяния более двух раз, за которые оно привлекалось к административ­ной ответственности, по ст. 14.31 КоАП РФ.

Применяя термин неоднократность, законодатель грубейшим образом нарушал требования юридической техники. Во-первых, изначально, в утра­тившей силу ст. 16 УК РФ, под неоднократностью понималось повторное со­вершение лицом преступления, а не административного правонарушения. Такая позиция до сих пор сохраняется и в теории уголовного права. Во- вторых, в других статьях УК РФ понятие неоднократности трактуется иначе. Например, в ст. 15 Iі неоднократностью является второй случай продажи ал­

когольной продукции несовершеннолетнему, если виновный ранее привле- калсяза аналогичное деяние в течение ста восьмидесяти дней к администра­тивной ответственности. В ст. 154 и в ст. 180 УК РФ, толкование неодно­кратности вообще не предлагается, то есть, следует сделать вывод, что оно остается традиционным для уголовного права - совершение лицом двух или более деяний, предусмотренных одной статьей или частью статьи, или раз­личными статьями УК РФ. А по ст. 178 УК РФ лицо должно было совершить противоправные действия трижды, и только на третий раз правопримени­тель получает возможность привлечь виновного к уголовной ответственно­сти. Получается, что в одном и том же нормативном акте один и тот же тер­мин употребляется в разных значениях, что совершенно недопустимо.

Кроме того, установленный законодателем срок в три года был лишен всякого смысла. По ст. 4.6 КоАП РФ состояние наказанности в администра­тивном праве длится один год, после чего лицо считается не совершавшим правонарушения. Если только лицо подождет один год, прежде чем повторно нарушить ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ, оно сразу обезопасит себя на ближайшие три года от вероятности подвергнуться уголовному наказанию.

Административнаяпреюдиция порождает еще одну проблему. Для привлечения к уголовной ответственности нужны документы, удостоверяю­щие факт привлечения к ответственности административной. При уголовно­правовом понимании неоднократности для вменения данного признака было достаточно в результате расследования по делу установить, что лицо совер­шило преступление несколько раз. Административнаяпреюдиция такого пра­ва не предоставляет. Наличие, например, свидетельских показаний, бухгал­терских документов, прочих доказательств многочисленного совершения противоправных ограничивающих конкуренцию действий, не дает оснований для возбуждения уголовного дела при отсутствии постановления суда о при­влечении к административной ответственности за данные деяния. Тем самым существенно снижается сама возможность вменения ст. 178 УК РФ, и норма теряет свою эффективность.

Вызывала существенные возражения также необходимость одновре­менного установления в действиях лица 1) признака неоднократности и 2) стоимостных критериев извлеченного дохода[226] либо причиненного ущер­ба[227]. Наличие только одного из перечисленных признаков уголовной ответ­ственности не влечет. Более того, лицо может причинить ущерб в несколько сотен миллионов рублей или извлечь такой же доход - и при этом подверг­нуться исключительно административной ответственности. Согласно ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ, наказание составляет для лиц, выполняющих управленче­ские функции в организации, штраф в размере от 20 до 50 тысяч рублей. Ос­тальная ответственность возлагается на юридическое лицо, причем штраф исчисляется в зависимости от суммы полученной выручки (от одной до пят­надцати сотых этой суммы). Предположим, организация получила доход в размере сто миллионов рублей, тогда максимальный штраф составит пятна­дцать миллионов рублей. Остальная сумма остается у юридического лица. Таким образом, субъект, принявший волевое решение, нарушающее закон, остается фактически безнаказанным. Со столь либеральным подходом зако­нодателя вряд ли можно согласиться.

Субъективная сторона основного состава преступления выражается умышленной виной в виде прямого или косвенного умысла. В данном случае виновный осознает, что своими действиями он ограничивает конкуренцию указанными в законе способами, предвидит, что своим противоправным по­ведением он причинит крупный ущерб гражданам,организациям или госу­дарству или это деяние повлечет извлечение дохода в крупном размере, и желает (прямой умысел) либо сознательно допускает (косвенный умысел) на­ступление таких последствий.

Мотивы и цели, являясь необязательными в этом составе, могут быть корыстными или содержать иные низменные интересы, например, месть кон- куренту.Цель, как правило, выражается в стремлении получить незаконноео-

богащение за счет других субъектов хозяйственной деятельности. Данные факультативные признаки субъективной стороны не влияют на квалифика­цию содеянного, но могут судом учитываться при назначении наказания.

Субъектисследуемогопреступления может быть как общим, так и специ­альным (например, лица, занимающиеся предпринимательской деятельно­стью, либо лица, представляющие их, должностные лица).

Квалифицирующие признаки. Законодатель выделяет две группы престу­плений. Первая группа включает в себя:

а) совершенные лицом с использованием своего служебного положения (имеет место, когда субъекты в процессе совершения преступления исполь­зуют служебные или иные властные полномочия);

б) сопряженные с уничтожением или повреждением чужого имущест­ва либо с угрозой его уничтожения или повреждения, при отсутствии при­знаков вымогательства. В уголовно-правовой доктрине устоялось мнение, что если такая угроза связана с имущественным требованием, содеянное не образует состава недопущения, ограничения или устранения конкуренции, а квалифицируется как вымогательство[228];

в) причинившие особо крупный ущерб либо повлекшие извлечение дохо­да в особо крупном размере (особо крупный ущерб, согласно примечанию 2 к ст. 178 УК РФ, составляет сумма, превышающая тридцать миллиона рублей, а доход в особо крупном размере, в соответствии с примечанием 1 к ст. 178 УК РФ, составляет двести пятьдесят миллионов рублей).

Вторая группа включает в себя деяния, совершенные особым способом, посредством которого осуществляется недопущение, ограничение или устра­нение конкуренции - применение насилия или угроза его применения.

Насилие, как физическое воздействие по ч. 3 ст. 178 УК РФ может вы­ражаться в побоях или истязании,причинении лёгкого или средней тяжести вреда здоровью.Причинение тяжкого вреда здоровью требует дополнитель­ной квалификации по ст. 111 УК РФ.

Угроза насилия как средство принуждения выражается в запугивании потерпевшего высказыванием намерения лишить его свободы, нанести ему побои, причинить вред жизни или здоровью (любой степени тяжести). Спо­соб выражения угрозы может быть устным либо письменным и т.д. При этом не важно, имеет ли виновный действительные намерения исполнить угрозу. В данном случае достаточно осознания потерпевшимеекак реальной[229].

В ч. 3 ст. 178 УК РФ, сформулирован другой квалифицирующий при­знак - совершение преступления организованной группой. Данный особо квалифицирующий признак определяется в соответствии с частью 3 ст. 35 УК РФ[230].

В юридической литературе высказан ряд предположений, направлен­ных на совершенствование уголовно-правовой нормы, заключённой в ст. 178 УК РФ.

Одни авторы считают необходимым пересмотреть антимонопольную концепцию России в отношении хозяйствующих субъектов, которые не дос­тигли доминирующего положения, и установить ответственность за попытку его достичь незаконными методами конкурентной борьбы[231].

Другие авторы, обращая внимание на несогласованность регулятивного законодательства, регламентирующего поведение хозяйствующих субъектов и органов, осуществляющих надзор за нарушением антимонопольного зако­нодательства, с уголовным полагают, что «норма ст. 178 УК может быть из­менена и предусмотрена ответственность за совершения деяний не только субъектами, монополизировавшими рынок, но и другими хозяйствующими субъектами»[232].

Иные учёные утверждают, что часть 1 ст. 178 УК РФ вряд ли будет

иметь большую практику, так как монополистические действия это, как пра­вило, совместная деятельность субъектов. Такие действия, по их мне­нию,следует квалифицировать по ч. 2 ст. 178 УК РФ как совершенные груп­пой лиц по предварительному сговору или организованной группой[233].

Проблемы и дискуссионные предписания ст. 178 УК РФ. Краткая уго­ловно-правовая характеристика положений статей 178 УК РФ показала, чтоюридико-техническая конструкция исследуемой статьи не отличалась со­вершенством, имела ряд недостатков в описании криминообразующих при­знаков, что затрудняло ее применение и не позволяло обеспечить порядок конкуренции в условиях рыночных отношений. В связи с этим отметим сле­дующие ранее существовавшие проблемы - до введения в действия измене­ний от 8 марта 2015 года[234].

Проблема первая выражалась в том, что законодатель использовал в диспозиции нормы понятие неоднократности. В соответствии с ч. 4 примеча­ния под неоднократным злоупотреблением доминирующим положением по­нималось совершение лицом в течение трех лет этого деяния более двух раз, за которые указанное лицо было привлечено к административной ответст­венности. Однако, изначально, в утратившей силу ст. 16 УК РФ неоднократ­ностью считалось повторное совершение лицом преступления, а не админи­стративного правонарушения. Такая позиция до сих пор сохраняется и в тео­рии уголовного права.

Проблема вторая заключалась в том, что установленный законодате­лем в ст. 178 УК РФ срок в три года был лишен практического смысла. Под­тверждением этому служит ст. 4.6 КоАП РФ, согласно которой наказанность в административном праве длится один год, после чего лицо считается не со­вершавшим правонарушения. Подобная позиция была закреплена еще в и. 11

Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 7.07.1983 года № 4[235] [236]. Если только лицо в течение одного года повторно не нарушит ч. 2 ст. 14.31

КоАП РФ, оно сразу обезопасит себя на ближайшие три года от вероятности

241

подвергнуться уголовному наказанию .

Проблема третья. Наличие административной преюдиции означает, что для привлечения к уголовной ответственности нужны документы, удо­стоверяющие факт привлечения к ответственности административной. При уголовно-правовом понимании неоднократности для вменения данного при­знака было достаточно в результате расследования по делу установить, что лицо совершило преступление несколько раз. Административнаяпреюдиция такого права не предоставляет. Наличие, например, свидетельских показа­ний, бухгалтерских документов, прочих доказательств многочисленного со­вершения противоправных ограничивающих конкуренцию действий, не дает оснований для возбуждения уголовного дела при отсутствии постановления суда о привлечении к административной ответственности за данные деяния. Тем самым существенно снижалась сама возможность вменения ст. 178 УК РФ, и норма теряла свою эффективность.

Проблема четвертая состояла в том, что для привлечения лица к уго­ловной ответственности следовалоодноврсиенно установить в действиях ли­ца признаки, во-первых, неоднократности и, во-вторых, извлечения дохода в крупном или особо крупном размере[237] либо причинения крупного или особо крупного ущерба[238]. Наличие только одного из перечисленных признаков уголовной ответственности не влекло. То есть, лицо могло причинить ущерб в несколько сотен миллионов рублей или извлечь такой же доход - и при

этом подвергнуться исключительно административной ответственности. Со­гласно ч. 2 ст. 14.31 КоАП РФ, наказание составляет для лиц, выполняющих управленческие функции в организации, штраф в размере от 20 до 50 тысяч рублей. Остальная ответственность возлагается на юридическое лицо, при­чем штраф исчисляется в зависимости от суммы полученной выручки (от од­ной до пятнадцати сотых этой суммы)[239]. Предположим, организация полу­чила доход в размере сто миллионов рублей, тогда максимальный штраф со­ставит пятнадцать миллионов рублей. Остальная сумма остается у юридиче­ского лица. Таким образом, субъект, принявший волевое решение, нару­шающее закон, оставался фактически безнаказанным. Со столь либеральным подходом законодателя вряд ли можно было согласиться.

Проблема пятая. Требование административной преюдиции означает, что лицо должно дважды привлекаться к административной ответственности, прежде чем подвергаться уголовному наказанию. При этом ущерб и доход, причиненный двумя правонарушениями, не могут учитываться при исчисле­нии крупного ущерба и крупного дохода как признаков преступления. По­добная позиция обоснована в решениях Европейского суда по правам чело­века[240]. Однако отсутствие указания на неоднократность в ст. 178 УК РФ по­зволило бы привлекать лицо за единичный факт причинения крупного ущер­ба, что существенно бы снизило общественную опасность деяния.

Проблема шестая заключалась в том, что при конструировании дис­позиции ч. 1 ст. 178 УК РФ законодатель нарушил правила юридической техники, допустив чрезмерную формализацию в описании признаков проти­воправного деяния. Вследствие этого конструкция статьи оказалась перегру­женной, что существенно затруднило ее восприятие. В данном случае было бы целесообразно исключить конкретизирующие признаки объективной сто­

роны и перенести их в примечание в виде дефиниции.

Проблема седьмая состояла в рассогласованности положений Общей и Особенной частей УК РФ. В фабуле примечания 3 к ст. 178 УК РФ к об­стоятельствам освобождения от уголовной ответственности названо способ­ствование раскрытию преступления[241], в то время как согласно ст. 75 УК РФ лицо может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно спо­собствовало не только раскрытию, но и расследованию преступления.

Эти проблемы, не раз отмечавшиеся в научной литературе[242], в том числе и автором[243], законодателем были успешно устранены в новой редак­ции ст. 178 УК РФ. Однако, несмотря на это, некоторые недостатки сохрани­лись, более того, добавились новые.

Проблема первая заключается в том, что законодатель необоснованно исключил из форм преступного поведения недопущение и устранение конку­ренции. Практика показала, что данные признаки имеют существенное уго­ловно-правовое значение и отнюдь не идентичны понятию ограничения кон­куренции, что было раскрыто выше.

Проблема вторая состоит в том, что из диспозиции исключен такой способ совершения преступления как злоупотребление доминирующим по­ложением на рынке. Указанный признак, как показала практика, присущ крупным и сверхкрупным хозяйствующим субъектам, которым нет необхо­димости заключать антиконкурентное соглашение, чтобы впоследствии зло­употребить своим доминирующим положением. Новая редакция нормы, по

сути, вывела из-под действия уголовного закона определенную категорию лиц, осуществляющих недобросовестную конкуренцию отмеченным спосо­бом.

Проблема третья состоит в некорректном юри дико-техническом из­ложении временного признака специального освобождения от уголовной от­ветственности. Так согласно примечанию 3 к ст. 178 УК РФ законодатель ус­тановил условие освобождения от уголовной ответственности: лицо должно первымъа числа соучастников преступления добровольно сообщитьо нем, ак­тивно способствовать его раскрытию и (или) расследованию, возместить причиненный ущерб или иным образом загладить причиненный вред. В связи с этим у правоприменителя возникает проблема определения первичности сделанного заявления, если к ним обратились, например, два субъекта одно­временно. Еще один недостаток видится в том, что лицо, добровольно обра­тившееся в правоохранительные органы, но опоздавшее даже на несколько минут лишается права на освобождение от уголовной ответственности, при том, что оно, возможно, может оказать содействие в большем объеме, нежели первое. Представляется, что законодательный подход заметно уязвим с пози­ций практического применения.

Учитывая все вышеизложенное для повышения эффективности дейст­вия ст. 178 УК РФ следовало бы: 1) вернуть название ст. 178 УК РФ в преж­ней редакции («Недопущение, ограничение или устранение конкуренции»); 2) включить в диспозицию такие деяния как недопущение или устранение конкуренции; 3) включить в диспозицию способ совершения преступления «злоупотребление доминирующим положением на рынке»; 4) исключить из примечания 3 условие об обращении лица в правоохранительные органы первым; 5) включить понятие злоупотребления доминирующим положением в примечание 4 к ст. 178 УК РФ.

Указанные проблемные положения предлагается устранить путем: -внесения изменений в название ст. 178 УК РФ: ст. 178 УК РФ «Не­

допущение, ограничение или устранение конкуренции»;

- формулирования новой редакции ч. 1 ст. 178 УК РФ: « Недопущение, ограничение или устранение конкуренции путем заключения хозяйствующи­ми субъектами- конкурентами ограничивающего конкуренцию соглашения (картеля) или злоупотребления доминирующим положением, если эти деяния причинили крупный ущерб или повлекли извлечение дохода в крупном разме­ре».

- формулирования новой редакции примечаний:

Примечание 3: Лицо, совершившее преступление, предусмотренное настоящей статьей, освобождается от уголовной ответственности, если оно добровольно сообщило об этом преступлении, активно способствовало его раскрытию и (или) расследованию, возместило причиненный этим пре­ступлением ущерб или иным образом загладило причиненный вред, и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления».

Примечание 4: «Под злоупотреблением доминирующим положением понимается установление и (или) поддержание монопольно высокой или мо­нопольно низкой цены товара, необоснованный отказ или уклонение от за­ключения договора, ограничение доступа на рынок».

<< | >>
Источник: БАЦИН ИВАН ВИКТОРОВИЧ. ИНСТИТУТ КОНКУРЕНТНЫХ ОТНОШЕНИЙ КАК ОБЪЕКТ УГОЛОВНО-ПРАВОВОЙ ОХРАНЫ: ТЕОРЕТИКО-ПРИКЛАДНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Чебоксары - 2017. 2017

Еще по теме Ограничение конкуренции (ст. 178 УК РФ).:

  1. 12.5. Антимонопольное регулирование предпринимательской деятельности
  2. § 3. Ограничения политических прав и свобод граждан в Российской Федерации
  3. § 1. Социальная сущность ограничений предпринимательской деятельности иностранных лиц.
  4. J. Нормативно-правовые акты
  5. § 1. Понятие и правовой статус холдинга
  6. О ПРАВОВОМ РЕГУЛИРОВАНИИ КОНКУРЕНЦИИ В ТОРГОВЛЕ А.Н. ВАРЛАМОВА
  7. Вводные положения
  8. Глава 9 Правовое регулирование конкуренции и ограничения монополистической деятельности
  9. Глава 9 Правовое регулирование конкуренции и ограничения монополистической деятельности
  10. Список литературы
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -