Судейское усмотрение и доверие общества к судебной власти Центральное значение общественного доверия
Я рассмотрел взаимоотношения между различными властями и необходимость поддержания равновесия и надзора
между ними. Я отметил потребность учитывать общественное представление о судебной функции.
Основой этих соображений является мое согласие с тем, что самым важным качеством судьи является общественное доверие к нему, то есть осознание общественностью того факта, что этот судья осуществляет правосудие в соответствии с правом. Если общество не имеет такого доверия, судья не может судить. Судья — не кнут и не пряник (в англ. тексте — не шпага и не мошна. — Прим. ред). Все, что он имеет, это доверие к нему со стороны общества[74]. Это то ценное качество, которое судья должен ревностно охранять. В ходе одного из судебных разбирательств я высказывался по этому поводу следующим образом: “ Пеобходимымусловием существования независимой судебной власти является уверенность общества в том, что судебная власть стремится к справедливости на основе права; уверенность в том, что судопроизводство осуществляется чес7пно, нейтрально, при равном отношении к каждой из сторон и без какого-либо намека на личную заинтересованность в результате процесса; уверенность в высоком моральном уровне судопроизводства. Без этого общественного доверия судебная власть не будет способна функционировать... Доверие общества к судебной власти является наиболее ценным качеством, которым она обладает. Оно является одним из самых ценных качеств данной нации. Хорошо известно высказывание Бальзака: “Отсутствие доверия к судебной власти есть начало конца общества'’. Потребность в доверии общества не означает потребность в популярности. Потребность в обеспечении доверия означает потребность в поддержании общественного ощущения, что судебное решение принимается честно, объективно, нейтрально и непредвзято. Результат определяется не личностями сторон, а силой их аргументов (т. е. обоснованностью их требований. — Прим. ред.). Это порождает осознание, что судья не является стороной правового конфликта и что он борется не за его личную власть, но за господство права”5(i.
Общественное доверие не является некоей данностью. Его наличие нельзя считать подарком. Общественное доверие — это текучее явление. Его следует воспитывать. Легче подорвать его, чем сохранить. Годы усилий могут быть потеряны навсегда из-за одного злополучного решения. Поэтому. осуществляя свое усмотрение, судья должен иметь в виду эту потребность. Если .все правовые доктрины не помогают и судья остается один на один только с его совестью, он должен спросить самого себя, какое воздействие будет иметь его решение на общественное доверие к судебной системе, иными словами, на общественное ощущение, что судья осуществляет правосудие в соответствии с правом. Это доверие может быть подорвано недолжным осуществлением судейского усмотрения. Из этого вытекает большая важность правил судейской этики. Неосторожное заявление в зале суда или в решении способно погубить доверие, которое суд приобретал в течение ряда лет. Поэтому каждый судья должен смотреть на себя так, как будто доверие общества ко всей судебной системе зависит от него и от его поведения (как вне стен суда, так и внутри него), а также от того, как он осуществляет свое усмотрение. Конечно, немногое может быть сделано именно в сфере общественного доверия к правосудию. Но и без него невозможно сделать ничего. Потребность в обеспечении доверия не означает потребность гарантировать популярность, но скорее потребность сохранить в обществе ощущение, что судейское усмотрение осуществляется объективно, путем нейтрального применения права и фундаментальных ценностей нации, принятых в данном обществе; что судейское усмотрение осуществляется, чтобы поддержать те представления, в которые верит народ, а не те, в которые верит судья; что судья не является одной из сторон в борьбе за власть в государстве и что он отстаивает не свою собственную власть, но господство права.
Эти идеи были красноречиво выражены в следующих словах главного судьи Маршалла: “Судебнаявластъ, противостоящая власти права, не существует. Суды являются просто орудиями права и не могут желать ничего. Когда им велено осуществлятьсвое усмотрение, речь идет только о юридическом усмотрении, об усмотрении, которое должно быть осуществлено путем распознания направления, предписанного правом; и когда оно ясно познано, суд обязан следовать ему. Судебная власть никогда не действует с целью исполнить волю судьи, но всегда с целью исполнить волю парламента или, иными словами, волю права”™.
Судья Маршалл здесь не отрицает права судейского усмотрения. Он сам был в числе наиболее выдающихся американских судей, осуществлявших судейское усмотрение при рассмотрении дел, имевших ключевое значение в конституционной жизни Соединенных Штатов. Сама судебная проверка конституционности статутов началась с принятого Маршаллом решения Верховного суда США по делу Марбери против Мэдисона (1803)[75]. В процитированных выше словах Главный судья Маршалл особо подчеркивает фундаментальную истину о том, что судья творит право в рамках права, а не вне его. Тем самым он стремится укрепить общественное доверие к судебной власти. Таким образом, судья — не уста, которыми говорит парламент, равно как и парламент не является устами судьи. Судья верен правовой норме, правовой системе и верховенству права. Именно эта приверженность судьи праву и всем его институтам стимулирует общественное доверие к судье.