ЗАЩИТА ЖИЛИЩНЫХ ПРАВ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ И ИХ СЕМЕЙ
Особую и притом многочисленную категорию нанимателей жилой площади составляли в годы войны военнослужащие и члены их семей, жилищно-правовой статут которых имел свои значительные особенности.
Само понятие военнослужащего не представляет затруднений: военнослужащими должны быть признаны все лица, состоящие на действительной военной службе, независимо от рода войск, в каких они находятся, и характера обязанностей, какие на них возложены.
Сложнее обстоит дело в жилищном праве с вопросом о том, кто должен быть отнесен к членам семьи военнослужащего. Ст. 6 Указа от 26 июня 1941 г. о порядке назначения и выплаты пособий семьям военнослужащих относит к членам семьи военнослужащего жену, родителей, детей, братьев и сестер. Спрашивается, можно ли положить этот перечень в основу понятия семьи военнослужащего в жилищном праве? Возникающие здесь затруднения очевидны. В одних случаях некоторые из перечисленных категорий лиц не проживали никогда и не проживают на площади военнослужащих. В других случаях на площади военнослужащего проживали вместе с ним и продолжают жить после его призыва в армию родственники, которые не являются ни родителями, ни детьми, ни братьями, ни сестрами военнослужащего. Если бы ст. 6 названного Указа была положена в основу определения членов семьи военнослужащего, то эта статья неизбежно оказалась бы в столкновении с действующими нормами жилищного права.
С другой стороны, если ИСХОДИТЬ ИЗ ТОГО, КТО постоянно проживал на площади военнослужащего, и опустить признак кровнородственных связей, то создалась бы опасность чрезмерно расширить круг тех лиц, за которыми жилищные права признаются как за членами семьи военнослужащего.
Как быть? Нам представляется, что жена, дети и родители должны быть отнесены к тем наиболее близким для военнослужащего лицам, за которыми жилая площадь должна быть закреплена как за членами семьи военнослужащего при всех условиях, т.
е. как при совместном, так и при раздельном проживании. Что же касается остальных родственников военнослужащих, в том числе братьев и сестер, то жилищные льготы, предусмотренные постановлением СНК СССР от 5 августа 1941 г., должны быть распространены на них лишь при условии, что они проживали вместе с военнослужащими на одной площади либо при раздельности проживания находились на иждивении военнбслужащего. •Основные черты жилищно-правового положения военнослужащих и членов их семей определились в результате издания .постановления СНК СССР от 5 августа 1941 г., постановлений Пленума Верховного суда СССР от 23 июня 1941 г., 12 ноября 1942 г. и 12 января 1945 г. и приказа НКХоза № 198 от 16 апреля 1943 г.
Действующая здесь норма, установленная Совнаркомом СССР 5 августа 1941т., гласит: «На время войны за всеми лицами, состоящими в рядах Коасной Армии, Военно-Морского Флота и в войсках НКВД, сохраняется их жилая площадь». В основе этой нормы лежит тот же принцип, что и в основе нормы о сохранении жилой площади за эвакуированными нанимателями: площадь, арендуемая военнослужащими, сохраняется за ними на все время их пребывания в рядах армии, флота или в войсках НКВД, так как оставление ими жилой площади вызвано чрезвычайными военными обстоятельствами, а время пребывания этих лиц в рядах военнослужащих от их воли, по общему правилу, не зависит.
Условия сохранения жилой площади за военнослужащими представляют существенные Льготы по сравнению с льготами для эвакуированных. В самом деле: 1) на все время отсутствия военнослужащего арендуемая им жилая площадь оплате не подлежит; 2) при возвращении военнослужащего выселение лиц, временно поселенных на
2CS
арендуемой им площади, производится в административном порядке; 3) рассмотрение всякого рода исковых требований к военнослужащему, вытекающих из договора жилищного найма или других правовых оснований, равно как исполнение судебных решений по этим делам, приостанавливается на все время пребывания военнослужащего в рядах армии, флота и в войсках НКВД.
Не менее значительны жилищные льготы для членов семей военнослужащих:
1) жилая площадь, на которой проживают члены такой семьи, сохраняется за ними на все время пребывания военнослужащего в рядах армии, флота и в войсках НКВД;
2) образовавшиеся у членов семьи военнослужащего после его смерти излишки жилой площади изъятию не подлежали до окончания войны;
3) оплата жилой площади, занимаемой членами семьи военнослужащего, производится по- особо льготному тарифу, установленному постановлением СНК СССР 5 августа І 941 г.;
4) выселение лиц, незаконно занявших жилую площадь, закрепленную за членами семей военнослужащих, производится в административном порядке, если только этими лицами не являются сами военнослужащие, члены их семей или эвакуированные.
При применении этих льгот существенным является вопрос о пределах защиты жилищных интересов военнослужащих и членов их семей. Постановка этого вопроса вызвана необходимостью отграничить друг от друга действующие здесь два различных юридических института — институт закрепления права на жилую площадь и институт приостановления производства по жилищным делам. Существенное значение для выяснения этого вопроса имеют постановления Пленума Верховного суда Союза ССР оту 23 июня 1941 г. и от 12 ноября 1942 г. В первом из них говорится о приостановлении всех незаконченных. производством судебных дел по искам о выселении из жилых помещений лиц, состоящих в рядах Красной Армии, Военно-Морского Флота и войск НКВД. Согласно этому, постановлению приостанавливается не только производство дел, по которым еще не состоялось решение или состоявшееся решение еще не вошло в законную силу, но также и исполнение решений о выселении таких лиц. Отсюда как будто следует, что хотя бы
военнослужащие или члены их семей и не имели права ка жилую площадь в силу договора или утратили его, тем не менее в силу закона выселить их с этой площади нельзя. /
В пункте 3 постановления Пленума Верховного суда СССР от 12 ноября 1942 г. говорится: «Иски о выселении съемщиков, члены семей которых призваны в ряды Красной Армии и Военно-Морского флота, за исключением случаев незаконного вселения членов семей военнослужащих в квартиры эвакуированных, — должны быть приостановлены производством в соответствии с постановлением Пленума Верховного суда СССР от 23 июня 1941 года».
Значит, если лица, являющиеся членами семьи военнослужащего, вселены или вселились, хотя бы и незаконно, на площадь не эвакуированного, то их не только нельзя выселить, но нельзя даже рассматривать и самые иски об их выселении. Получается, таким образом, что жилая площадь сохраняется за членами семьи военнослужащего 'на все время его отсутствия безотносительно к тому, имелось ли у этих лиц право на жилую площадь или нет. Не означает ли сказанное, что здесь сам закон становится основанием права на жилую площадь, что он как бы восполняет отсутствие правового основания в одних случаях и устраняет порочность этого основания — в других? Нет, такой вывод был бы ошибочен. Неправомерное действие не может быть основанием правомерного состояния. Поэтому незаконное пользование жилой площадью не становится законным от того, что временно оно не может быть прервано предъявлением иска или исполнением уже состоявшегося решения о выселении. Сходство случаев сохранения права на жилую площадь за членами семьи военнослужащего в силу постановления СНК СССР от 5 августа 1941 г. со случаями невозможности их выселения в силу постановления Пленума Верховного суда от 23 июня 1941 г. есть только внешнее сходство. В действительности, юридическая природа тех и других отношений различна. В первом случае речь идет о закреплении существующего права на жилую плошадь на все время отсутствия военнослужащего, во втором случае — о приостановлении в отношении военнослужащего и членов его семьи тех действий, какие вытекают по общему правилѵ из отсутствия или утраты права на жилую площадь, Здесь действуют два различных юридических института: 1) институт закрепления права на жилую пло-щадь, возможный лишь на базе уже существующего, имеющегося налицо права, и 2) институт приостановления производства по жилищному делу, который прямого отношения к самому праву на площадь не имеет и с этим правом непосредственно не связан.
Первый из этих институтов характеризуется следую щими чертами:
а) Жилая площадь сохраняется за военнослужащими и членами их семей в порядке ст.
1 постановления СНК СССР от 5 августа 1941 г. во всех тех случаях, когда право на эту площадь уже существовало или еще не было утрачено к моменту призыва нанимателя в ряды армии, флота или войск НКВД. Если такое право отсутствовало или было утрачено пользователем жилой площади к моменту его призыва в армию, то имеет место лишь фактическое пользование жилой площадью, которое материальным правом не защищается и закреплению не подлежит.б) Жилая площадь сохраняется за военнослужащими и членами их семей в порядке ст. 1 названного постановления СНК СССР при наличии любого действительного правового основания. Это значит, что постановление СНК СССР от 5 августа 1941 г. должно найти применение и в тех случаях, когда пользование жилой площадью осуществляется на основе договора найма, и тогда, когда таким основанием является трудовой договор, равно как и в случаях, когда жилое помещение используется в порядке договора поднайма.
Следует признать поэтому ошибочной позицию тех судебных органов, которые считают, что названное постановление не распространяется на поднанимателей (так называемых временных жильцов).
в) Жилая площадь подлежит закреплению за военнослужащими и членами их семей независимо от того, кто в договоре найма или поднайма является наймодателем— местный ли Совет, государственное предприятие, общественная организация или физическое (частное) лицо,т. е. ст. 1 постановления СНК СССР от 5 августа 1941 г. распространяется на весь жилой фонд.
г) Жилая площадь сохраняется за военнослужащими и членами их семей независимо от того, выполняют ли члены таких семей свои обязанности по оплате закрепленной за ними жилой площади или нет. Это значит, что іи-14* 211
уплата членами семьи военнослужащих взносов по квартирной плате дает право наймодателю взыскивать только сумму долга, но не право требовать в порядке п. «в» ст. 30 постановления ЦИК и GHK СССР от 17 октября 1937 г. расторжения договора найма, как бы ни была при этом длительна или велика задолженность по квартирной плате.
Вся сумма этих прав, характеризующих институт закрепления жилой площади за военнослужащими и членами их семей, гарантирует полную и всестороннюю охрану жилищных интересов этой категории нанимателей.
В юридически ином положении находятся те военнослужащие и члены их семей, характер связи которых с занимаемой площадью не создает законно необходимых условий для ее закрепления. В виде общего правила здесь имеет место либо отсутствие права на площадь, либо утрата его, либо спор об этом праве.
Во всех этих случаях интересы названных лид могут оказаться под ударом, если они станут предметом судебного разбирательства, в ходе которого только и может быть установлено наличие или отсутствие права на жилую площадь. Но путь к решению этих споров преграждал во время войны весьма важный в своем действии институт приостановления производства по всем тем делам, тяжущейся стороною в которых являлись военнослужащие (п. «г» ст. 113 ГПК).
Пределы применения эдого института в интересующей нас области могут быть определены по субъекту и по содержанию. Пункт «г» ст. 113 ГПК ограничивает действие этого института по субъекту теми делами, в которых спорящей стороной являются лица, призванные в действующую армию. Постановлением от 23 июня 1941 г. Пленум Верховного суда СССР расширил действие этого пункта в области жилищных споров, распространив его на дела, ответчиками по которым выступают не только сами военнослужащие, но и члены их семей.
Действие этого пункта по содержанию ограничено в том же постановлении делами о выселении из жилых помещений. Все же остальные вопросы в области жилищных споров могут быть предметом судебного разбирательства, как это явствует из постановления Пленума Верховного суда Союза ССР от 12 ноября 1942 г. «Если в исковом заявлении, кроме просьбы о выселении, имеются
другие требования, например, о взыскании квартирной платы, — говорится в этом постановлении, — суд может, выделив производство в части, касающейся выселения ответчика, разрешить дело по существу в отношении остальных требований истца». Но и в этих пределах институт приостановления производства по жилищным делам действует не без изъятий и исключений. Во всяком случае, он не может применяться: а) когда имеет место самовольное занятие жилой площади военнослужащего (или членов их семей); б) когда произведено незаконное вселение военнослужащих или членов их семей на площадь эвакуированных (постановление Пленума Верховного суда Союза от 12 ноября 1942 г.); в) когда в судебном споре о жилой площади обеими тяжущимися сторонами являются военнослужащие или члены их семей. В последнем случае наше утверждение хотя и не может быть обосновано ссылкой на тот или другой нормативный акт, тем не менее с необходимостью вытекает из того, что назначение института приостановления производства по жилищным делам нейтрализуется фактом участия военнослужащих или членов их семей как на стороне истца, так и на стороне ответчика. Приостановление производства по делу здесь .не охраняло бы, а неизбежно ущемляло бы законные интересы военнослуж'ащего или членов его семьи как одной из спорящих сторон.
Там, где институт приостановления производства по жилищным делам находит свое применение, он возбуждает необследованный в нашей литературе вопрос о судьбе подпадающих под его действие отношений. Постановка этого вопроса вызвана тем, что на известной стадии процесса материальная истина обнаруживает себя с несомненностью, и дотоле спорное правоотношение оказывается вне спора. Судом установлено, например, отсутствие у ответчика права на жилую площадь. Что означает на этой стадии процесса приостановления производства по делѵ: сохраняются ли отношения на период действия этого института в их прежнем виде или их юридическая природа меняется? ‘
Мы думаем, что в тех случаях, когда производство по делу приостановлено до вынесения судебного решения или до вступления решения в законную силу, пользование жилой площадью, хотя бы и лишенное бесспорного правового основания, должно осуществляться в соответствии с прежним договором либо, если его нет, на общих, нор-
мированных законом условиях, в отношении как размера а порядка внесения квартирной платы, так и других, лежащих на пользователе жилой площади обязанностей. Здесь процессуальный институт приостановления производства как бы схватывает и удерживает материальноправовые связи в том их состоянии, в каком они сложились к моментѵ искового пооизводства.
Но как быть в тех случаях, когда производство по делу приостановлено уже после того, как судебное решение состоялось и вошло в законную силу? Ведь суд уже разрубил здесь спорный узел отношений и, скажем, расторг договор по одному из оснований ст. 30 Постановления ЦИК и СНК СССР от 17 октября 1937 г. Можно ли в этих условиях считать договор найма пролонгированным и осуществлять пользование жилой площадью на началах, установленных таким договором? Если при решении этого вопроса оставаться в рамках материального права, то надо притти к выводу, что юридическая природа отношений здесь радикально меняется. Пользование жилой площадью при наличии вошедшего в силу судебного решения о выселении уже не имеет юридического основания. Оно является тем фактом, правовые последствия которого должны обсуждаться по правилам об обязательствах из неосновательного обогащения. Радикально меняются и все соподчиненные моменты. Так, скажем, плата за пользование жилой площадью должна исчисляться в этом случае - по установленным для нее ставкам, а в размере фактического обогащения, сбережения и т. д.
И, однако, этот вывод, правильный с точки зрения материального права, ошибочен потому, что он делается в отрыве от процессуального права, вследствие чего приходит в столкновение с самим назначением института' приостановления производства по судебным делам. А назначение этого 'института применительно к жилищным спорам с военнослужащими и членами их семей как раз и состоит в том, чтобы временно сохранить status quo ante bellum: интересы защиты материальной истины по тому или другому отдельно взятому делу здесь сознательно’ приносятся в жертву интересам, несравненно более важным и неотделимым от задач обороны нашей Родины. Вот почему и в этих случаях истец, получивший по суду удовлетворение своих юридически обоснованных притязаний, должен не только мириться с фактом проживания на его 214
площади лиц, подлежащих выселению, но и строить свои отношения с ними на почве пользования жилой площадью так, как если бы еще не было судебного решения.
Приостановление производства по делу, будучи' процессуальным институтом, оказывает, таким образом, решающее влияние на материальное право; оно не только юридически исключает возможность осуществить те действия, какие вытекают из отсутствия или утраты права на жилую площадь, но и. так сказать, консервирует отношения в том виде, в каком они сложились до суда.