Дисциплина труда в колхозах

Как известно, Примерный устав сельскохозяйственной артели в ст. 17 предусматривает дисциплинарную ответственность колхозника за ненадлежащее выполнение им уставных обязанностей и возможность наложения на виновного со стороны правления колхоза ряда взысканий.

Однако, как показала практика, в отношении выполнения колхозниками их основной уставной обязанности, а именно обязанности трудиться в общественном колхозном хозяйстве, предусмотренные в Уставе взыскания оказались недостаточными. Постановление ЦК ВКП(б) и СНК 226

СССР от 27 мая 1939 г. «О мерах охраны общественных земель колхозов от разбазаривания» 1 рекомендовало колхозам применять особые меры взыскания к колхозникам, нарушившим трудовую дисциплину. Указанное постановление устанавливало определенный минимум трудодней — различный для отдельных областей СССР, — который колхозник должен был выполнить в течение года, причем колхозам рекомендовалось признавать трудоспособных колхозников, не выполнявших этого минимума, выбывшими из колхоза и потерявшими все права колхозников. Кроме того, приусадебные земли подобных мнимых колхозников должны были быть колхозами у них изъяты и переданы в приусадебный фонд колхозов.

Таким образом, постановление 27 мая 1939 г. выделяло обязанность трудиться в общественном хозяйстве из круга других обязанностей колхозников и за невыполнение ее рекомендовало колхозам применять особые, повышенные санкции. Следует особо подчеркнуть, что и эти повышенные санкции, так же как и санкции, предусмотренные ст. 17 Примерного устава сельскохозяйственной артели за ненадлежащее выполнение других обязанностей, должны были применяться, в соответствии с общим характером колхоза как кооперативного предприятия, самим колхоз о м.

Совершенно иначе встал вопрос об обязанности трудиться в общественном хозяйстве колхозов в условиях войны.

Указом Президиума Верховного Совета Союза ССР от 15 февраля 1942 г. предусмотрена уголовная ответственность трудоспособных колхозников за невыполнение ими без уважительных причин минимума трудодней. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «О повышении для кол>- хозников обязательного минимума трудодней» от 13 апреля 1942 г.3 указывало', что колхозники, не выполняющие без уважительных причин минимума трудодней, предаются суду и по приговору его караются исправительно-трудовыми работами в колхозах на срок до шести месяцев с удержанием из оплаты трудодней до 25% в пользу колхоза'. Кроі/е того, в силе оставались меры взыскания, ко торые были рекомендованы постановлением партии и прэ- [143] [144]

вительства от 27 мая 1939 г., причем они, согласно постановлению 1942 г., приобрели обязательный для кс'лхозов характер.

Таким образом, труд в колхозе, сохраняя характер уставной обязанности, Іприобрел вместе с тем и характер обязанности общегосударственной. Совершенно понятно исключительное народнохозяйственное значение подобного мероприятия, так же как понятны и мотивы, его вызвавшие: члены колхозов, создающие основу сельского хозяйства, были обязаны участвовать в общих усилиях, которые в целях победы прилагали трудящиеся других отраслей народного хозяйства, находящихся в непосредственном управлении государства. Указ Президиума Верховного Совета Союза ССР от 15 Февраля 1942 г. являлся логическим завершением идеи Указа Президиума Верховного Совета Союза ССР от 13 февраля 1942 г. «О мобилизации на период военного времени трудоспособного городского населения для работы на производстве и строительстве» С

Следует обратить особое внимание на то, что, устанавливая для колхозников уголовную ответственность за невыполнение ими минимума трудодней, Советское государство в отношении дальнейших мероприятий по укреплению трудовой дисциплины в колхозах отказывается от каких-либо аналогий с государственными учреждениями и предприятиями.

Здесь же следует указать, что постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 13 апреля 1942 г. «О повышении для колхозников обязательного минимума трудодней» соответственно своему наименованию повышает минимум трудодней по сравнению с тем, который был установлен в 1939 г. При этом в развитие довоенных правил устанавливается не только общегодовой минимум, обязательный для выполнения.в любой срок, но и разбивка его по определенным периодам сельскохозяйственных работ. [145] [146]

Борьба за укрепление дисциплины труда колхозников проходит красной нитью через все законодательство военного времени о колхозах. Постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) «Об уборке урожая и заготовках сельскохозяйственных продуктов в 1944 г.[147]» создало еще одну норму, направленную на повышение дисциплины труда. Оно устанавливало обязательное участие колхозников в уборке урожая независимо от выработки ими минимума трудодней. Подобное обязательство носило уже чисто уставный характер, так как за невыполнение его колхозники подвергались в соответствии со ст. 17 Примерного устава штрафу путем списания трудодней. Указанное постановление подняло значение ст. 17 Примерного устава в повышении дисциплины труда колхозников.

Таким образом, колхозники за невыполнение ими минимума трудодней отвечали во время войны как перед государством, так и перед колхозом.

Судебная практика по делам о невыработке трудоспособными колхозниками минимума трудодней, как о том говорят определения Уголовно-судебной коллегии Верховного суда СССР за 1942 г. и приказы НКЮ СССР за 1943—1944 гг., страдала некоторыми стереотипными недостатками![148] [149]. С одной стороны, вопреки прямому требованию Указа 15 февраля 1942 г., по которому обязательными условиями возбуждения уголовного преследования являются трудоспособность колхозника и неуважительность причин при невыработке минимума трудодней, некоторые народные суды признавали виновными лиц больных или преклонного возраста, или не имевших возможности оставлять малолетних детей в колхозах, где отсутствуют ясли. С другой стороны, нередки были случаи, когда народные суды прекращали дела или оправдывали лиц, не выработавших минимума трудодней без достаточного к тому основания.

Несоблюдение процессуальных форм и недостаточное выяснение обстоятельств дела являлись наиболее частыми дефектами подобного рода дел. Бывали также случаи,

когда* суды не проводили достаточно четкой грани между уголовной и дисциплинарной ответственностью

3.