Глава 7 Постановление сената ( senatusconsultum )

Gai., 1,4:

Senatusconsultum est, quod Постановление сената — это то, senatus iubet atque constituit: что сенат повелел и постановил; idque legis vicem optinet, оно имеет силу закона, хотя об quamvis fuerit quaesitum.

Поскольку senatusconsulta (SC) принимались без участия populus, уравнение их по действенности с leges не могло не вызы­вать концептуальных трудностей, отраженных в тексте Гая. До начала II в. н. э. они не имели силы закона (“quod solum senatu constituente inducitur sine lege" — “то, что вводится одним ре­шением сената без закона", — D.1,2,2,12) и поэтому не участво­вали в формировании ius civile непосредственно. Сенат имел две возможности опосредованно влиять на нормативную ситуацию: или поручить магистрату провести желаемый закон (как это про­изошло, видимо, с lex Sempronia de pecunia credita 193 г. до н. э., который предписывал римским гражданам отвечать по долгам пе­ред перегринами в соответствии с римскими правилами займа), или предписать претору внести изменения в эдикт (скажем, до принятия упомянутого закона Семпрония отношения займа с участием перегрина могли регулироваться на основе imperium перегринского претора).

Сенат мог поручить магистрату учредить особые уголовные суды — quaestiones extraordinariae (как это происходит после принятия SC de Bacchanalibus в 186 г. до н. э.). Такие учреждения,

однако, никогда не создавались на постоянной основе, для чего требовался lex. Первый постоянный уголовный суд такого рода (quaestio perpetua) — о взяточничестве (de repetundis) — был ус­тановлен по lex Calpurnia 149 г. до н. э. Поскольку решения сената не имели силы закона, у граждан всегда оставалась возможность апелляции к народу (provocatio ad populum). Сенат между тем стремился освободить решения чрезвычайных судов от этого ограничения, что привело — говоря современным языком — к ко­нституционному конфликту.

В эпоху Принципата нормотворческая власть сената воз­растает, поскольку комиции пришли в упадок (D. 1,2,2,9), а senatusconsulta представляли для императоров удобный инст­румент воздействия на преторский эдикт. В I в. н. э. постанов­ления сената не имеют силы в плане ius civile (как leges imperfectae), оказывая воздействие на развитие преторского права (ius honorarium). Таковы: SC Vellaeanum 46 г., запре­щающий женщинам принимать на себя гарантию по обяза­тельствам третьих лиц; SC Trebellianum 56 г., предоставляю­щий фидеикомиссарию иски наследника; SC Neronianum 60 г., придающий силу легатам, недействительным по ius civile из-за пороков формы; SC Macedonianum, принятый при Веспасиане, запрещающий сделки займа с подвластными сыновьями. Постановления сената оперируют и в области права лиц, на­пример, защищают свободное состояние раба, отпущенного на волю по завещанию, в случае отказа наследника, обремененно­го фидеикомиссом, исполнить манумиссию.

Во II в. известны исключительно senatusconsulta с цивильным эффектом. В зту эпоху они действительно приравнены к lex.

Ulp., 16 ad ed., D. 1,3,9:

Non ambigitur senatum ius Не подлежит сомнению, что сенат facere posse. может создавать право.

Например, SC Tertullianum, принятый при Адриане, устанав­ливал наследственные права матери на имущество сына, a SC Orfitianum 178 г. вводил законное наследование детей матери.

С начала II в. постановления сената часто сопровождаются предварительной речью принцепса в сенате (oratio principis in senatu habita), на которую обычно и ссылаются юристы в своих

решениях и комментариях^[163]. Нормативное значение связывается именно с oratio principis, которая сама по себе имела силу закона, и senatusconsulta постепенно исчезают как самостоятельная фор­ма позитивного права.