4.1. Процесс вестернизации и духовные ресурсы Востока

Одна из важнейших функций социальной философии состоит в создании теории общих ценностей и интересов, которая могла бы стать основой стратегии устойчивого развития человечества (осознающего себя как Единое Целое).

Процесс вестернизации. Западная цивилизация добилась огромных успехов в материальной сфере жизни, но она создала также и серьезные экзистенциальные проблемы. Главная из них заключается в том, что западный мир для своего поддержания все больше нуждается в таких гарантиях, как «право силы», «покорение природы», «насильственное завоевание» и т.д. Западная техногенная культура освободила человека от чувства благоговения перед природой. Это привело к возникновению ситуации, когда человек больше не воспринимает мир как нечто исполненное внутреннего смысла; море, горы, леса и пустыни теперь для него всего лишь бездушная материя. Разрыв этих эмоциональных связей с природой привел к ослаблению подобных же отношений между людьми. Большую тревогу вызывает тотальное обесценивание всех человеческих мотиваций, кроме денежной выгоды и связанное с этим торжество гедонизма; потребительский инстинкт, порожденный Западом, превращается в «архетип» массового сознания.

В 1993 году С. Хантингтон писал: «Важнейший вопрос для Запада, состоит в том, способен ли он, оставляя в стороне все прочие внешние вызовы, остановить и обратить вспять внутренние процессы разложения» (156. С.499). Прошло 10 лет, и никаких серьезных изменений в ценностном сознании Запада не произошло. Более того, заметно снизился уровень критического самосознания, которое всегда было имманентной характеристикой Запада, и укрепилось ощущение вседозволенности и гордыни. Как и во времена О. Шпенглера, все сводится к «притязанию на власть» (169. С.525). Широко разрекламированная концепция «человеческого капитала» обосновала выгодность вложения инвестиций в развитие науки и образования и благодаря этому Западу удалось создать инфраструктуру массовой культуры. Но этот «постиндустриальный сдвиг» осуществился на основе привычных потребительских приоритетов и мотиваций. И совсем не случайно то, что вышеназванная концепция, сводящая ценность человека к его «капитализации», родилась на Западе. Насколько силен потребительский инстинкт Запада, можно судить также на примере эволюции идеи устойчивого развития. Глубоко антиконсьюмерная по своей исходной установке, концепция устойчивого развития, по сути дела, сведена на Западе к требованию обеспечения высокого качества жизни, экологического комфорта для человека. Похоже, что потребительский подход к окружающей среде как «бытию- для - другого» (Гегель) получил теперь концептуальное обоснование. Решение проблемы окружающей среды возлагается здесь на технический прогресс.

Драма цивилизационного развития состоит в том, что сегодня поддерживается одномерный процесс вестернизации ценностного сознания человечества. Этот процесс - в силу вышеуказанных обстоятельств - неизбежно ведет к кризису мировой цивилизации. Словом, необходим переворот в ценностном сознании людей. «Главной сущностью этого переворота, - писал еще Н.С. Трубецкой, - является сознание относительности того, что прежде казалось безусловным: «благ» европейской цивилизации» (147. С.81). Если в современном обществе будут затребованы новые ценностные ориентиры, отличные от потребительских приоритетов и технократической утопии, то обращение к Востоку - с его богатым духовным наследием - неизбежно. На Востоке мы находим стратегию ненасилия, экологическую традицию, аскетическую мораль, развитое чувство общности, нерастраченный духовный капитал, философию гармонии, то есть те ценности, без которых немыслимо формирование нового (эколого-гуманистического) типа цивилизационного развития. На Востоке, в отличие от Запада, изначально поддерживается высокий ценностный статус окружающей среды: здесь природа предстает как высшая ценность, как эталон космической гармонии. «С глубокой древности сложилось специфическое разделение труда, - писал, А.С. Панарин, - при котором Запад выступал поставщиком инновационных технологий (в том числе и социальных), а Восток - духовных инициатив надэмпирического, неутилитарного характера. Разве может быть случайностью тот факт, что все великие мировые религии зародились не на Западе, а на Востоке? Различие Запада и Востока, возможно, имеет для человечества то же значение, что и различие левого и правого полушарий человеческого мозга.

Сегодня мы вынуждены констатировать факт вестернизации мира и ослабления идущих от Востока импульсов. Запад активно внедряет свои либертарианские ценности, в результате чего расползается вширь «одномерное потребительское общество» (Г. Маркузе). Формируется «расколотая цивилизация» (B.JI. Иноземцев) с единым центром господства, в роли которого выступает Запад (прежде всего

США). Такое одностороннее укрепление позиций Запада (как мирового авангарда) грозит вселенской катастрофой, ибо нарушает космический закон гармонии противоположностей. В целях обеспечения глобального устойчивого развития следует восстановить статус и роль Востока в современной цивилизационной трансформации: дополнить технократизм Запада духовностью Востока, а права и свободу человека - всеобщей ответственностью и «восточным духом» святости бытия. «Следующий век, - пишет М. Хатами, - должен быть веком обращения к такой духовности, которая была характерна для народов Востока на протяжении нескольких тысячелетий... Восток мог бы в ходе исторического диалога с Западом, целью которого является достижение взаимопонимания, проявить инициативу и призвать Европу и Америку проявлять большую уравновешенность, спокойствие и вдумчивость в своем поведении, способствуя, таким образом, установлению мира, безопасности и справедливости в мире» (157. С.64,23,22).