РЕДИСЛОВИЕ

Настоящий учебник представляет собой первую попытку изложить основы данной учебной дисциплины вне тех идеологических границ и шор, которые ставились научному познанию в недавнем тоталитарном прошлом.

Коммунистическая идеология в ее советском варианте, которая была навязана всему нашему обществу, требовала, в частности, делить все страны на две главные категории — социалистические и несоциалистические.

Среди несоциалистических выделялись развитые капиталистические (империалистические) страны и страны развивающиеся. Последние, в свою очередь, делились на страны социалистической и капиталистической ориентации. Такое деление бьшо продиктовано чисто политическими интересами правившей в Советском Союзе олигархии и не имело ничего общего с научным анализом. Развитые капиталистические страны полагалось разоблачать, доказывая, что демократия там чисто внешняя, а на деле ее нет, по крайней мере для подавляющего большинства населения трудящихся. Если чтото демократическое и есть, то реализуется с большим трудом, под давлением трудящихся, возглавляемьіх коммунистами. Социалистические страны полагалось хвалить, доказывая, что именно тамто, как и у нас, существует подлинная демократия для трудящихся, т.е. для всего народа, что именно эти страны показывают вслед за Советским Союзом путь, по которому рано или поздно пойдет весь остальной мир. Правда, те социалистические страны, которые не подчинялись руководству КПСС (Югославия, Китай, Албания, затем Румыния, КНДР), хвалить не следовало, но обычно не следовало и открыто ругать; надо было намекать на то, что они в чемто отошли от марксизмаленинизма, блюстителем чистоты которого являлась прежде всего КПСС, и от этого им же хуже. Что же касается развивающихся стран, то их тоже, учитывая их противоречия с развитым империалистическим Западом, надо бьіло по возможности поддерживать, показывая в то же время преимущества социалистической ориентации по сравнению с капиталистической.

Это называлось марксистсколенинским научным подходом.

Таков был социальный заказ, который выполняла наша специальная литература, включая учебники. Это нетрудно видеть, если обратиться к книгам и статьям по зарубежному конституционному (государственному) праву, публиковавшимся не только в 70е годы и ранее, но также и в период перестройки, то есть вплоть до начала 90х годов. Писать иначе просто не разрешалось: никто не напечатал бы, а если что временами и проскакивало мимо бдительных редакторов и цензоров, то в таких случаях и они, и автор испытывали на себе различного рода санкции, причем автор, сколь ни па

ХП Предисловие

радоксально, подчас в меньшей мере. Обо всем этом уже достаточно много написано, и здесь не стоит на эту тему распространяться.

Важнее другое. Многие положения настоящего учебника противоречат тому, что его авторы, за исключением разве что самых молодых, писали раньше. Читатель вправе спросить: что же получается, они подделываются под конъюнктуру — прежде писали так, а теперь иначе, выполняя противоположный социальный заказ? На этот закономерный вопрос нужен честный ответ.

Он непрост, как непроста сама жизнь. Действительно, есть люди, готовые писать и говорить что угодно, лишь бы за это платили. Смею утверждать, что авторы настоящего учебника к числу таких людей не принадлежат.

На протяжении семи десятилетий каждый человек в Советском Союзе буквально с пеленок воспитывался в убеждении, что живет в стране, идущей в авангарде мирового прогресса. Именно наша страна первой в мире совершила победоносную социалистическую революцию, прорубила окно в светлое будущее для всего человечества. У нас создан самый передовой общественный строй, в котором осуществлена социальная справедливость: средства производства принадлежат всему народу, каждый человек обязан трудиться, а каждый трудящийся получает доход, соответствующий количеству и качеству его труда. Уничтожена эксплуатация человека человеком. Утвердилась нерушимая дружба всех многочисленных народов, населяющих нашу страну.

У нас самая передовая демократия, которая обеспечивает власть не денежного мешка, а трудящихся. Благодаря нашему общественному строю мы одержали победу в Великой Отечественной войне, что ярко подтвердило преимущества социализма. Мы стали пионерами освоения Космоса, создали могучий ракетноядерный потенциал и превратились во вторую сверхдержаву мира. Наш пример привел к возникновению мировой социалистической системы, объединяющей ряд государств Европы, Азии и Латинской Америки, считающихся социалистическими, а также примыкающих к ним развивающихся стран социалистической ориентации, расположенных в Азии, Латинской Америке и Африке. Всеми этими успехами мы обязаны мудрому руководству авангарда народа — КПСС, которая в своей политике опирается на самую передовую теорию общественного развития марксизмленинизм и вносит решающий вклад в его развитие. Еще немного усилий, и мы догоним и перегоним наиболее развитые капиталистические страны по производству на душу населения и вот тогда заживем, вплотную приблизившись к коммунизму, при котором работать будем по способностям, а получать — по потребностям.

Таков приблизительно круг основных идей, которые (перефразируя Ленина) «ежечасно, ежеминутно и в массовом масштабе» внедрялись в головы многих поколений советских людей. Эти идеи на протяжении истории несколько корректировались, однако в

Предисловие

ХШ

середине 80х годов выглядели примерно так, как изложено выше. Для их подтверждения использовались как бесспорные факты (победа в мировой войне, успехи в исследовании Космоса и др.), так и ложь, и полуправда. Режим всеми силами стремился оградить население страны от источников правдивой или во всяком случае альтернативной информации. Иностранные газеты можно было приобрести только коммунистические, и то далеко не все. Передачи иностранного радио на языках народов СССР глушились. Неугодные режиму книги и другие письменные материалы либо уничтожались, либо прятались в фонды «специального хранения», доступные лишь проверенным людям.

Только таким людям, как правило, разрешалось выезжать в капиталистические страны. В этом информационном заповеднике жило население одной трети земного шара. В таких условиях пришлось жить и работать и авторам этого учебника.

Будучи с детства воспитаны в духе изложенных выше идей и веря в них, будучи отрезаны от альтернативной информации, мы все же не могли не замечать того, что фарисейски называлось «разрывом между теорией и практикой». Но, к сожалению, те характерные черты советского общественного строя, которые каждодневно и на каждом шагу унижали человека, отравляли ему жизнь, уродовали его личность, слишком долго воспринимались нами как отдельные ошибки, упущения, даже извращения на в общемто правильном пути. И когда мы не могли в усвоенной нами теории найти ответы на какието важные вопросы, поставленные жизнью, то полагали, что эти ответы именно эта теория рано или поздно даст.

Со временем многие из нас стали понимать, что советский общественный строй, как, впрочем, общественный строй и в других социалистических странах, не имел ничего или почти ничего общего с той идеей социализма, которая обосновывалась в трудах К. Маркса, Ф. Энгельса и даже В.И. Ленина. Концепция (а точнее лозунг) реального и затем развитого социализма, разрабатывавшаяся идеологическим аппаратом КПСС вкупе с идеологами других правящих компартий, представляла собой насмешку над этой идеей. В советском общественном строе причудливо сочетались черты феодализма, государственного капитализма, рабовладения с современным антуражем, включая тоталитарный политический режим. В течение 70х годов, позднее названных застойными, происходило постепенное вползание во всеобъемлющий кризис общественной системы, развернувшийся на рубеже 80х годов, за несколько лет до так называемой перестройки, которая закономерно привела к краху этой системы.

В конце 80х — начале 90х годов, наблюдая бесславный конец мировой социалистической системы и получив доступ к альтернативной информации, изучение и осмысление которой потребовало известного времени, мы стали осознавать, что идея социализма во

XIV Предисловие

обще утопична, поскольку несбыточна ее квинтэссенция — идея социальной справедливости, понимаемая как распределение по труду.

Нас можно упрекать за то, что мы осознавали это слишком медленно, этот упрек мы принимаем. Можем лишь сказать, что все же наконец осознали.

Вот наш ответ на поставленный вопрос. Исходя из сказанного, мы помещаем в кавычки слова «социализм», «социалистический», когда речь идет об общественном строе, существовавшем в нашей стране и группе других стран. То же мы делаем применительно к таким понятиям, как «марксизм» или «марксизмленинизм», когда речь идет о политических взглядах, распространявшихся идеологами КПСС и других компартий.

Надо сказать, что и понятия «капиталистический», «буржуазный», «империалистический», более или менее адекватно отражавшие соответствующие явления в прошлом веке и в первой половине нынешнего, сегодня вряд ли годятся для характеристики общественного строя, существующего в наиболее развитых странах мира. При сохранении господства рыночных отношений в экономике и обусловленной этим социальной структуры общества в указанных странах в заметных масштабах используется государственное регулирование, предназначенное исключить разрушительные проявления рыночной стихии и обеспечить высокий уровень социальной и правовой защищенности человека, во всяком случае более высокий, чем в «социалистических» странах.

Широко употреблявшиеся у нас термины «монополии», «монополистический» также вряд ли уместны, ибо таких действительных монополий, какими были у нас, да еще и остаются хозяйственные ведомства и их наследники, в тех странах нет. Есть крупный капитал, но монополизм, исключающий или существенно ограничивающий конкуренцию, законом обычно не допускается.

В отличие от советских учебников, идеологизировавших все и вся, мы старались сосредоточиться на правовых проблемах изучаемого курса. Однако учитывая, что новой литературы по курсу почти нет, а старая насквозь идеологизирована, основана на так называемом классовом подходе, мы сочли целесообразным по ходу изложения опровергать некоторые особо распространенные в советской литературе мифы, связанные с теми или иными институтами конституционного права.

Возможно, что при последующих переизданиях учебника этого уже не потребуется, но сейчас такие положения представляются необходимыми.

При написании учебника мы стремились опираться на нормативные источники возможно более широкого круга стран, однако придирчивый читатель наверняка заметит преобладание примеров из конституционноправового законодательства развитых стран Запада и Японии, а также бывших «социалистических» стран. Это неудивительно, ибо мы хотели, вопервых, возможно шире представить опыт тех стран, которые действительно идут в авангарде

/ і

Предисловие

прогресса человечества. Его абсолютно необходимо знать, если мы хотим войти когданибудь в этот ряд. Вовторых, необходимо знать и опыт тех стран, которые подобно нам преодолевают тоталитарное прошлое, решают в общественных преобразованиях примерно те же задачи, которые стоят и перед нами.

Можно было бы, вероятно, больше приводить примеров законодательства развивающихся стран, тем более что там немало любопытной экзотики. Однако нельзя упускать из вида и то обстоятельство, что очень многие конституционные нормы в этих странах суть мертвая буква, они не действуют в жизни. То же, что действует, зачастую нигде не записано, и получить об этом адекватное и систематизированное представление далеко не всегда было для нас возможно.

Цитируя иностранные конституции и законы, мы обычно пользовались опубликованными у нас русскими переводами, которые, к сожалению, нередко неточны, а порой содержат серьезные ошибки. В тех случаях, когда мы располагали оригинальными нормативными текстами и были в состоянии их прочесть и понять, мы уточняли либо даже заменяли своими опубликованные переводы. Разумеется, многие новейшие конституции у нас вообще не переведены, и мы в меру знания соответствующих языков пользовались в этих случаях только оригиналами.

И последнее. Наш учебник может показаться слишком объемным. В советские времена объем учебников, как, впрочем, и других книг, в первую голову специальных, жестко ограничивался. Опыт дидактики, однако, учит, что из учебника, в котором много иллюстративного материала, студент скорее усвоит всю концептуальную материю, чем из тощей книжицы, в которой, кроме концепции, ничего нет. От этой концепции в памяти студента в лучшем случае останется голая схема, а в худшем — отдельные фрагменты. Теми же соображениями мы руководствовались, допуская определенные повторения: одна и та же проблема, будучи освещена в разных контекстах, лучше понимается и, следовательно, лучше усваивается. Не случайно на Западе учебники толстые; по сравнению с ними наш и сейчас худоват.

Весь наш авторский коллектив надеется, что предлагаемый учебник будет способствовать получению студентами необходимого минимума систематизированных знаний о конституционном праве. Дчя этого нужно, конечно, знакомиться и с текстами конституций и законов зарубежных стран, ибо нельзя научиться плавать, не входя в воду. Нельзя познать право, не видя его источников. Учебник призван быть путеводителем, ориентиром, помогающим студенту самостоятельно и правильно анализировать и оценивать нормативный материал.

Мы будем рады Вашим замечаниям и предложениям, которые помогут нам улучшить текст учебника при подготовке к будущим переизданиям.

XVI Предисловие

Стремясь быстрее довести наши разработки до студентов, мы, по договоренности с издательством Бек, решили выпускать учебник по томам по мере их готовности. Таких томов намечается четыре. Первый том охватывает наряду с общим понятием конституционного (государственного) права и основами теории конституции проблемы взаимоотношений человека, общества и государства, опосредуемых конституционным правом. Второй том будет посвящен конституционноправовым проблемам организации публичной власти. В третьем и четвертом томах будут изложены основы конституционного (государственного) права отдельных зарубежных государств» изучаемых в рамках данного учебного курса. Все издание будет завершено не позднее 1994 года.

Изложенная выше характеристика советской литературы по данному предмету (подробнее об этом см. п.3 § 2 гл. 1 учебника) вынуждает нас отказаться от приведения по каждой главе рекомендательного списка литературы. Той современной литературы на русском языке, которую мы сегодня могли бы рекомендовать студенту, практически нет или почти нет. В конце четвертого тома мы поместим небольшой список публикаций (преимущественно журнальных), которые будут полезны при изучении курса: надеемся, что к тому времени коечто наберется, так как отдельные статьи с анализом проблем (главным образом конкретных стран) в области зарубежного конституционного права уже появляются.

В конце учебника мы поместим и алфавитнопредметный указатель, который облегчит пользование этим сравнительно объемным изданием.

Проф. БА. Страшун

| >>

↑

Источник: Б.А. Страшун. Конституционное (государственное) зарубежных стран учебник в 4 томах. Т.1.. 1993

Еще по теме РЕДИСЛОВИЕ:

- Конституционное право зарубежных стран - Конституционное право Р. Казахстан - Конституционное право России - Конституционное право Украины -