Позиция заявителей, изложенная в кассационной жалобе

Заявители полагают, что ими был представлен суду полный и исчерпывающий объем доказательств существенных нарушений порядка информирования избирателей через средства массовой информации, а также незаконной предвыборной агитации, не позволяющих выявить действительную волю избирателей.

новостных и информационно-аналитических передач: Первого канала, РТР, ТВЦ, НТВ, REN TV, предоставленных Институтом ситуационного анализа и новых технологий и отвечающих требованиям ст. 71 ГПК РФ, являющихся достоверными и допустимыми доказательствами, что не оспаривается в решении. Кроме того, в ходе судебного разбирательства заявителями в соответствии с положениями ч. 1 ст. 57, 77 ГПК РФ в качестве доказательств представлены 302 видеокассеты формата VHS с записями всех новостных и информационноаналитических программ Первого канала, РТР, ТВЦ, НТВ и REN TV за период избирательной кампании с 3 сентября по 7 декабря 2003 г., приобщенные судом к материалам дела в качестве относимых и допустимых доказательств.

Однако на стадии исследования доказательств суд совершенно необоснованно и незаконно ограничил исследование письменных доказательств и видеозаписей так называемой выборочной проверкой порядка 5% от всех представленных суду и приобщенных к материалам дела транскриптов, а также менее 1,5% видеозаписей, что явно противоречит положениям ст. 67, 157, 181 и 185 ГПК РФ и условиям всестороннего и полного исследования доказательств, которые должен создать суд в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 12 ГПК РФ. Такой выборочный подход представляется абсолютно недопустимым, поскольку он исключает всестороннее, полное, объективное и непосредственное исследование имеющихся в деле доказательств и приводит к необоснованному решению суда.

Таким образом, в результате выборочного исследования доказательств (причем с крайне незначительной, нерепрезентативной выборкой — менее 1,5% по видеозаписям) изложенные в решении выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела, что в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ является основанием для отмены решения суда в кассационном порядке. Кроме того, суд в нарушение п. 2 ч. 1 ст. 362 ГПК РФ положил в основание решения не доказанные Центральной избирательной комиссией Российской Федерации — как органом, чьи решения и действия обжалуются, — обстоятельства, что в соответствии с указанной нормой ГПК РФ также является основанием для отмены решения суда в кассационном порядке.

В решении утверждается, что суд не может согласиться с доводами заявителей о том, что информационное обеспечение выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва проводилось с грубыми нарушениями избирательного законодатель

ства, выражавшимися в преимущественном освещении в средствах массовой информации деятельности одной политической партии и выдвинутых ею кандидатов. При этом в своем решении суд уклонился от рассмотрения главного основания заявления по существу, не дав никакой оценки столь вопиющему перевесу использования объема эфирного времени в пользу только одной партии, даже не обозначил саму проблему в ее цифровом исчислении, т. е. не опроверг и не подтвердил приведенные заявителями данные. Вместо этого суд выразил несогласие с доводами заявителей о преимущественном освещении в СМИ деятельности одной политической партии, приведя несколько оснований такого несогласия.

По мнению суда, «законодательство о выборах не предусматривает каких- либо ограничений количества предвыборных мероприятий, проводимых политическими партиями», причем «от объема предвыборных мероприятий политических партий, избирательных блоков зависит и объем освещения предвыборных мероприятий данных партий и блоков в средствах массовой информации».

Данный аргумент был наглядно опровергнут еще в самом заявлении — в частности, данными об информировании избирателей о предвыборных съездах партий, принявших участие в выборах. Доля «Единой России» в распределении такой информации на телеканалах между всеми партиями составила 32,6% (72 мин. 07 с) всего времени. В ходе судебного разбирательства представители политических партий КПРФ и «Яблоко» приводили большое количество примеров, когда их предвыборные мероприятия не освещались вообще или освещались только в негативном плане. ЦИК России не представила никаких доказательств того, что политическая партия «Единая Россия» провела в ходе избирательной кампании больше мероприятий, чем другие политические партии и избирательные блоки, участвовавшие в выборах. Хотя в соответствии с положением ч. 1 ст. 249 ГПК РФ обязанности по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием для принятия нормативного правового акта, его законности, а также законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органа государственной власти, возлагаются на орган, который принял оспариваемые решения или совершили оспариваемые действия (бездействие), в данном случае — на ЦИК РФ.

Кроме того, данный вывод суда противоречит тому факту, что на разных телеканалах соотношение объемов освещения деятельности партий и блоков существенно различалось: засилье «Единой России» наиболее вопиюще проявилось именно на государственных телеканалах, что говорит о массовом использовании административного ресурса исполнительной власти в пользу данной партии — и прежде всего на Первом канале и РТР. Данные обстоятельства не опровергнуты ни ЦИК РФ в ходе судебного разбирательства, ни самим судом в решении.

жении к заявлению транскрипты (в 103 томах), положенные в основание расчетов заявителями, приняты судом в качестве допустимых, относимых и достоверных доказательств. Суд обоснованно отметил, что «в распоряжении суда имеются записи всех новостных и информационных программ за период избирательной кампании». При этом обстоятельство, что 56,1% времени от общего объема информационных передач Первого канала и 33,4% времени от общего объема информационных передач РТР, отведенного под информирование о политических партиях и избирательных блоках в ходе избирательной кампании 2003 г., были посвящены информированию о деятельности лишь одной политической партии, а именно «Единой России», основанное на принятых судом доказательствах, никак не опровергается ни ЦИК РФ, ни в выводах суда.

По мнению суда, «заявители не учитывают, что информирование избирателей о политических партиях, избирательных блоках осуществляется не только пятью телевизионными каналами, но и другими организациями, осуществляющими выпуск средств массовой информации (в частности, организациями радиовещания, редакциями периодических печатных изданий)».

Данный вывод в решении также представляется необоснованным, поскольку заявители учитывали и учитывают наличие и других СМИ, но ими были представлены данные по пяти важнейшим телеканалам, и оценка этих данных не может и не должна быть поставлена в зависимость от наличия других СМИ. Кроме того, ряд заявленных заявителями ходатайств о направлении судебных запросов в соответствующие организации телерадиовещания, а также в федеральный орган исполнительной власти — Минпечати — для содействия в установлении точной информации об охвате телеаудитории основными телеканалами (Первый канал, РТР, ТВЦ, НТВ и REN TV) был самим судом в ходе судебного разбирательства неоднократно отвергнут. В частности, заявителем В.Г. Соловьевым было заявлено в соответствии с ч. 1-2 ст. 57 ГПК РФ письменное ходатайство от 16.11.2004 об истребовании у Первого канала, РТР, ТВЦ, НТВ и REN TV справок о телеаудитории, которая охватывается вещанием этих каналов, аналогичные ходатайства были заявлены и другими заявителями.

При этом заявители действительно считают общеизвестным тот факт, что федеральные телеканалы являются основным источником информации для большинства избирателей России, на что неоднократно обращали внимание в своих объяснениях. Этот факт не был опровергнут или оспорен в ходе судебного заседания. Аналогичная позиция правомерно содержится и в приобщенном к материалам дела и частично оглашенном в судебном заседании Отчете Миссии ОБСЕ по наблюдению за выборами в Государственную Думу 7 декабря 2003 г.: «На данном этапе телевидение бесспорно является основным и са

мым влиятельным источником сведений и информации. Передачи двух государственных телеканалов транслируются по всей территории страны».

Кроме того, тот факт, что информирование осуществляется также организациями радиовещания и печатными изданиями, не дает право главным федеральным телеканалам нарушать предусмотренный законом принцип равенства политических партий и не может служить опровержением того установленного обстоятельства, что на федеральных телеканалах данный принцип равенства при информировании об участниках избирательного процесса был нарушен. Также в ходе судебного разбирательства ЦИК РФ не было представлено никаких доказательств того, что существенное нарушение равенства партий, допущенное на федеральных телеканалах, было каким-либо образом восполнено для избирателей другими средствами массовой информации, хотя в соответствии с приводившимся выше положением ч. 1 ст. 249 ГПК РФ бремя доказывания данного обстоятельства лежит именно на ЦИК РФ. Таким образом, выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела.

В решении безосновательно отмечено, что «заявителями был осуществлен хронометраж не только ежедневных информационных программ, но и еженедельных авторских информационно-аналитических программ». Данный вывод суда противоречит фактическим обстоятельствам дела, поскольку в основание пункта 1 заявления заявители включили лишь информационные телепрограммы, что следует в том числе из перечня указанных в таблицах в пункте 1 заявления телепередач — в строгом соответствии с положениями ст.

По мнению суда, «доводы заявителей о наличии объективной связи между объемом информации, распространенной на каналах телевидения о той или иной политической партии, избирательном блоке, и количеством голосов избирателей, проголосовавших за эту партию, блок... основаны на предположениях и опровергаются в том числе ими же составленными расчетами о количестве информации, уделенной телеканалами различным политическим партиям».

Это утверждение основано на искажении доводов заявителей, приведенных в заявлении и в объяснениях. Заявители утверждают, что объем информации,

распространенной на каналах телевидения о той или иной политической партии, избирательном блоке, безусловно, влияет на полученное этой партией число голосов в том конкретном рассматриваемом нами случае, когда одна партия получает на всех каналах значительное единоличное информационное преимущество. Поэтому данные о том, что некоторые иные партии или избирательные блоки получили больше голосов, чем другие, о которых было больше информации, никак наши доводы не опровергают. Совершенно очевидно, что все партии и избирательные блоки подошли к выборам с разным ресурсом поддержки избирателей, но целенаправленная и подтвержденная представленными в материалах дела доказательствами работа средств массовой информации по информированию с подавляющим преимуществом об одной политической партии «Единая Россия», безусловно, оказала неправомерное воздействие на волю избирателей, нарушая тем самым фундаментальный в избирательном праве принцип равенства субъектов избирательного процесса, закрепленный в п. 1 ст. 39 Закона о гарантиях, п. 1 ст. 48 Закона о выборах, а применительно конкретно к информированию избирателей — в положениях п. 2, 5 ст. 45 Закона о гарантиях и п. 2, 5 ст. 54 Закона о выборах. В частности, более подробно позицию заявителей в этой части обосновали в прениях представитель Г.А. Сатарова А.Е. Любарев, а также представитель В.А. Рыжкова В.И. Кривцов, что не принято во внимание судом при обосновании содержащихся в решении выводов.

В действительности доводы заявителей основаны не на предположениях, а на расчетах. Основное значимое для дела обстоятельство заключается в том, что в целом на долю «Единой России» пришлось 27,7-40% общего объема эфирного времени. И это обстоятельство суд пытается косвенно опровергнуть расчетами между другими партиями, не касаясь главного основания заявления — явного неравенства политических партий и явного преимущества одной партии в доступе к средствам массовой информации, откуда избиратели получают подавляющее большинство сведений об участниках избирательного процесса, — а следовательно безусловного нарушения установленного порядка информирования избирателей, регулируемого приведенными выше положениями п. 2, 5 ст. 45 Закона о гарантиях и п. 2, 5 ст. 54 Закона о выборах.

Что касается утверждения заявителей о том, что объем информации, распространенной на каналах телевидения о той или иной политической партии, избирательном блоке, безусловно, влияет на полученное этой партией или блоком число голосов, то оно полностью соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 30 октября 2003 г. № 15-П, и именно на этой основе законодатель установил жесткие требования к равенству кандидатов и политических партий в процессе информационного обеспечения выборов, что не подвергалось сомнению в указанном постановлении.

По мнению суда, «исследование в судебном заседании представленных заявителями транскриптов новостных и информационно-аналитических передач пяти телеканалов показало, что отнесение телевизионных сюжетов к информации о той или иной политической партии, избирательном блоке осуществлялось заявителями на основании собственных субъективных представлений, в том числе ошибочного предположения о том, что все избиратели безусловно знают о принадлежности к конкретным политическим партиям, избирательным блокам лиц, которым посвящены эти сюжеты».

При этом в решении не указано, какова доля сюжетов, отнесение которых к информации о той или иной партии или блоке было осуществлено, по мнению суда, ошибочно. В подавляющем большинстве рассмотренных в ходе судебного разбирательства сюжетов партия или блок назывались прямо и принадлежность к ним того или иного лица прямо указывалась. В небольшом числе случаев отнесение сюжета к информированию о партии было связано с тем, что принадлежность к данной партии ее лидера (например, В.В. Жириновского к ЛДПР или Б.В. Грызлова к «Единой России») известна избирателям на протяжении длительного времени и неоднократно отмечалась в СМИ в том числе и в ходе избирательной кампании. Никаких доказательств того, что предположение о безусловном знании избирателей об этих фактах ошибочно, опровергающих выводы заявителей, в ходе судебного разбирательства не представлено ЦИК РФ и не истребовано судом по собственной инициативе.

Учитывая изложенное, в ходе судебного разбирательства не было опровергнуто содержащееся в заявлении и основанное на анализе всего массива информационных телепередач утверждение, что объем информирования на федеральных (и особенно государственных) телеканалах о политической партии «Единая России» многократно превосходил объем информирования о других политических партиях и избирательных блоках, участвовавших в выборах.

Кроме того, данный вывод суда представляется явно необоснованным — в частности, применительно к Президенту Российской Федерации и лидерам «Единой России». Как известно, в день голосования любая агитация запрещена. В судебном заседании была просмотрена видеозапись информационных выпусков в день голосования, 7 декабря 2003 г., которая подтвердила, что на общероссийских телеканалах в день голосования информация об участии в голосовании лидеров «Единой России» составила 14 упоминаний общей продолжительностью 16 мин. 38 с. Кроме того, интервью Президента России, который, с одной стороны, воздержался от прямого ответа на вопрос, за кого он голосовал, но, с другой стороны, тут же подчеркнул, что его предпочтения известны, — было показано в день выборов 8 раз общей продолжительностью 14 мин. 15 с, что, безусловно, оказало существенное влияние на волеизъявление избирателей. При этом в решении не упоминается вторая часть заявления президента — о том, что всем известны его предпочтения — и лишь указано:

«...установлено, что Президент Российской Федерации отказался отвечать на вопрос журналиста, за кого он голосовал».

В основание своего решения суд положил также вывод о том, что «в соответствии со ст. 6 Федерального закона "О порядке освещения деятельности органов государственной власти в государственных средствах массовой информации" государственные аудиовизуальные средства массовой информации должны включать в информационные программы в день, когда состоялось соответствующее событие, сообщение о заявлениях, обращениях и пресс-конференциях Президента Российской Федерации, а также об иных общественно значимых фактах деятельности федеральных органов государственной власти».

Заявители полагают, что, обосновывая свою позицию об отсутствии в деятельности СМИ во время предвыборной кампании нарушений избирательного законодательства, судья применил закон, не подлежащий применению в деле — указанный выше Федеральный закон «О порядке освещения деятельности органов государственной власти в государственных средствах массовой информации», ст. 6 которого предусматривает обязанность СМИ освещать определенные события в соответствии с содержащимся в ней перечнем. Этот перечень является отсылочным и основывается на нормах Конституции России. Так, в соответствии с данным законом СМИ обязаны освещать действия Президента Российской Федерации, предусмотренные п. «а», «в», «д» ст. 83, п. «а», «б», «в», «е» ст. 84, ч. 2 ст. 87, ст. 88, ч. 2 ст. 108, ч. 3 и 4 ст. 111 Конституции Российской Федерации. Они также обязаны информировать население о решениях и действиях Президента Российской Федерации, предусмотренных п. «г», «е», «ж» ст. 83 Конституции Российской Федерации, о заявлениях и об обращениях президента и о его пресс-конференциях.

Следует отметить, что ни в одной из норм Конституции, к которым отсылает ст. 6 данного федерального закона, не содержится полномочие главы государства на посещение съездов отдельных политических партий.

Этот перечень является закрытым. Во всех остальных случаях, не включенных в данный обязательный для исполнения перечень важнейших государственных событий, в том числе и при посещении президентом съездов политических партий, СМИ обязаны строго и неуклонно соблюдать специальное законодательство, каковым являются избирательные законы, устанавливающие особый порядок информирования во время избирательных кампаний. Даже в случае посещения президентом съезда политической партии и явно агитационного выступления на нем, имевшего место 20 сентября 2003 г. и показанного по всем телеканалам, средства массовой информации, учитывая период начавшейся с 3 сентября 2003 г. избирательной кампании, обязаны строго воздержаться от воспроизведения в своих передачах выступления президента на съезде «Единой России», носящего агитационный (а следовательно

противозаконный) характер. Требования избирательного законодательства организациями телерадиовещания не выполнены.

Таким образом, Федеральный закон «О порядке освещения деятельности органов государственной власти в государственных средствах массовой информации» не подлежит применению в данном деле, и на его нормы нельзя опираться при принятии решения судом (абз. 3 ст. 363 ГПК РФ).

Кроме того, при рассмотрении обстоятельств выступления Президента России В.В. Путина на съезде партии «Единая Россия» 20 сентября 2003 г., его интервью журналистам 28 ноября 2003 г., а также интервью в день голосования 7 декабря 2003 г. суд не применил закон, подлежащий применению, — положения подп. «б» п. 7, п. 8 ст. 48, п. 2 ст. 49 Закона о гарантиях и подп. 1-2 п. 5, п. 6 ст. 57, п. 2 ст. 58 Закона о выборах. Указанные нормы закона запрещают Президенту России проводить предвыборную агитацию — тем более вне разрешенного агитационного периода (в данном случае 20 сентября — на каналах организаций телерадиовещания и 7 декабря — где бы то ни было). При этом суд лишь отмечает в решении, что «не может согласиться с доводами заявителей о том, что в указанные дни со стороны Президента Российской Федерации имела место незаконная предвыборная агитация в пользу партии "Единая Россия"». Однако никакого обоснования данного вывода применительно к выступлениям президента 20 сентября и 28 ноября 2003 г. суд не приводит. Заявители полагают, что имели место явные признаки предвыборной агитации за «Единую Россию» со стороны президента — соответствующая аргументация подробно изложена в объяснениях заявителей в судебном заседании после изучения транскриптов информационных телепередач за указанные дни. Таким образом, суд не применил закон, подлежащий применению, что в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 362 и абз. 2 ст. 363 ГПК РФ является основанием для отмены судебного решения в кассационном порядке.

Судом не опровергнут содержащийся в заявлении вывод, основанный на представленных в суд письменных и аудиовизуальных доказательствах, о большом массиве незаконных агитационных материалов в поддержку «Единой России» и против КПРФ, распространенном в период избирательной кампании на основных каналах телевидения — прежде всего на государственных Первом канале и РТР.