§ 8. НЕПРИМЕНИМОСТЬ ОГРАНИЧЕНИЙ ВИНДИКАЦИИ К ГОСУДАРСТВЕННЫМ ОРГАНАМ

Указанные ограничения виндикации наш закон не распространяет на виндикационные иски государственных органов.

В ст. 60 ГК сказано: «.Государственные учреждения и предпри­ятия могут истребовать от всякого приобретателя принадлежащее им имущество, незаконно отчужденное каким бы то ни было способом».

Это положение имеет глубокую принципиальную основу. Сталин­ская Конституция особо подчеркнула первостепенное значение защиты

общественной социалистической собственности как священной и не­прикосновенной основы советского строя, как источника богатства и могущества родины, как источника зажиточной и культурной жизни всех трудящихся (ст. 131).

В соответствии с этим, на каждого гражданина СССР возлагается обязанность «беречь и укреплять общественную социалистическую собственность», вводится таким образом не только запрещение наруше­ния отрицательной обязанности (не нарушать право собственности), но и положительная обязанность всякого гражданина СССР «беречь и ук­реплять общественную социалистическую собственность».

Таким образом, если по общему правилу право собственности за­щищается только против незаконных посягательств, то здесь возлагает­ся на каждого гражданина СССР положительная обязанность заботиться об общественной социалистической собственности.

Естественно, что среди форм собственности, имеющихся в СССР, в нашем действующем законодательстве наибольшей защитой пользуется государственная социалистическая собственность.

Решающие производственные фонды находятся у нас в составе го­сударственной собственности, являются всенародным достоянием, а отсюда совершенно естественна необходимость обеспечить этой форме социалистической собственности наиболее эффективную защиту, в том числе и гражданско-правовую.

Государственным органам предоставляется право неограниченной виндикации вверенного им государственного имущества, независимо от того, какими способами имущество вышло из обладания государства.

Таким образом, в отношении государственной социалистической собственности^[248] советское гражданское право проводит принцип абсо­лютной виндикации, развитый римским правом («ubi rem meam invenio ibi eam vindico»).

В судебной практике это положение имеет широкое применение. В частности, в определении ГКК Верхсуда РСФСР от 17 апреля 1928 года по делу № 3442 по иску Курского Губфо к Киряеву о возврате двигателя сказано: «...суд в соответствии с обстоятельствами дела уста­новил незаконное отчуждение Горяиновой принадлежавшего государ­ству имущества, поэтому изъятие его у ответчика Киряева, хотя он и добросовестный приобретатель, основано на 60-й ст. Гр. Код., согласно коей собственник - государство пользуется привилегией изъятия иму­щества даже у добросовестного приобретателя.»^[249].

Значительный интерес представляет определение Судебной колле­гии Верхсуда СССР № 36/224-44 г. от 11 мая 1944 года по иску проку­рора к Большаковой, Лунь-Юревич и др. о возврате коров. Судебная коллегия признала иск подлежащим удовлетворению в пользу государ­ства против добросовестных приобретателей, учитывая, что спорные коровы были Строительным участком незаконно проданы ответчицам вопреки целевому назначению этих коров и при наличии решения соот­ветствующих органов о возвращении этих коров для передачи их в под­собные хозяйства других организаций.

Без сомнения, государственные органы (учреждения, предприятия) особенно нуждаются в таком широком предоставлении им права винди­кации. Если бы они могли виндицировать только имущество, похищен­ное у них или утерянное ими (точнее: их служащими или рабочими), они оказались бы в худшем положении, чем личные собственники. По­следние, как правило, сами владеют и пользуются принадлежащим им имуществом, которое предназначено для удовлетворения их потреби­тельских нужд и потребностей.

Наоборот, юридические лица и, в частности, органы государства в широком масштабе предоставляют государственное имущество во вла­дение и пользование различных физических или юридических лиц (про­катные пункты, библиотеки и т.п.).

Распространение ограничений виндикации, предусмотренных ст. 60 ГК, также и на государственные органы поставило бы их в худшее положе­ние по сравнению с отдельными гражданами - личными собственниками.

Наряду с этим чрезвычайно важным расширением и усилением за­щиты государственной социалистической собственности, предусмот­ренным нашим законодательством, судебная практика Верховного Суда

РСФСР еще в 1925 году выдвинула положение о неприменимости иско­вой давности к виндикационным искам государственных органов.

В постановлении пленума Верхсуда РСФСР от 29 июня 1925 года (в ГК с изменениями на 15 ноября 1940 года приводится это постанов­ление в постатейно систематизированных материалах к статье 44 на стр. 147 и сл.) сказано: «...разъяснить, что к изъятию государственного имущества из чужого незаконного владения или пользования. не мо­гут быть применены общие статьи о погасительной давности.».

Нельзя признать аргументацию этого разъяснения достаточно солид­ной в части ссылок на отдельные нормы нашего законодательства, но вы­двинутое пленумом Верхсуда РСФСР положение, без сомнения, вытекает из общих принципов советского социалистического права в целом и граж­данского права - в частности¹. Следует признать это положение весьма ценным вкладом в наше социалистическое гражданское право. Разумеется, в высшей степени необходимо включение этого положения в ГК СССР.

Таким образом, виндикация государственной собственности пре­доставляется государственным органам, независимо от добросовестно­сти приобретателя - ответчика и способа и порядка выбытия государст­венного имущества из владения государственного органа. Вместе с тем эта виндикация не ограничена сроком исковой давности.

Нет сомнений, что эти две льготы чрезвычайно усиливают защиту государственной социалистической собственности.

В практике возникал вопрос о распространении этих льгот, точнее - первой, на кооперативно-колхозную собственность.

Можно ли, опираясь на ст. 60 ГК или какую-либо иную действую­щую норму нашего гражданского права, предоставить право неограни­ченной виндикации, предусмотренное для государственных органов, также кооперативно-колхозным и общественным организациям?

De lege lata до закона 7 августа 1932 года на этот вопрос приходи­лось ответить отрицательно, так как в ст.60 ГК говорится только о неог­раниченном праве виндикации государственных учреждений и пред­приятий и ничего не сказано о кооперативных организациях. Не было таких указаний и за пределами ГК, в том числе и в позднейших норма­тивных актах до закона 7 августа 1932 года^[250][251].

Эта точка зрения была выражена в судебной практике еще в пер­вые годы применения ГК. В определении ГКК Верхсуда РСФСР от

24 января 1925 года по делу № 33724 1924 года по этому вопросу сказа­но: «Совершенно неосновательно применена губсудом ст. 60 ГК во вто­рой ее части - путем распространения преимуществ, предоставляемых Гр. Кодексом гос. собственности, на собственность кооперативную». При этом ГКК отвергла распространительное толкование ввиду наличия прямых указаний в законе. В обоснование этого положения ГКК разви­вает дальше аргументацию: «... Уничтожить ст. 52 ГК, уничтожить грань между государственным и кооперативным имуществом, прирав­нять последнее к первому может только законодатель, если это окажет­ся нужным, а не губсуд».

Однако, как сообщают Г.М. Свердлов и В.С. Т а д е в о - с я н¹, «в противоположность. столь категорически выраженному этим определением ГКК отрицательному разрешению вопроса о распростра­нении ст. 60 ГК на кооперативную собственность, можно привести и иной взгляд, высказывающийся нашей практикой и указывающий на необходимость распространения на кооперативную собственность пре­имуществ, установленных для государственной собственности ст. 60 ГК, исходя из того значения, которое имеет кооперация в нашем хозяй­стве.

В докладе о работе ГКК ВС за 1926 год отмечена недопустимость распространительного толкования ст. 60 ГК, связанного со стремлением судов «к наиболее полной защите интересов частного собственника в ущерб интересам добросовестного приобретателя»^[252][253].

Представляет интерес также определение ГКК Верхсуда РСФСР от 23 апреля 1924 года по делу № 31656 по иску Костромского губкома ВКП(б) к гр-ке Богдановой А.М. о возврате домашних вещей стоимо­стью в 175 рублей.

В этом определении ГКК отвергла применение неограниченного права виндикации к истцу - Губкому ВКП(б), признав за ним право требовать свои вещи от добросовестного приобретателя «лишь в том случае, когда имущество это им, собственником, утеряно или у него похищено.»^[254].

Вместе с тем следует признать, что наше действующее право дает достаточные основания для распространения неограниченной виндика­ции на кооперативно-колхозную собственность.

Сталинская Конституция (статьи 4, 5, 131 и др.) и ряд других на­ших законов, начиная с закона 7 августа 1932 года «Об охране общест­венной (социалистической) собственности», обнаруживают тенденцию нашего законодательства к уравниванию защиты обеих форм общест­венной (социалистической) собственности. Следует распространить привилегию защиты государственной собственности также на коопера­тивно-колхозную собственность^[255].

Вместе с тем, по моему мнению, нет оснований для распространения на кооперативно-колхозную собственность бессрочности виндикационного иска, освобождения его от действия исковой давности. Для кооперативных организаций, колхозов и общественных организаций следует сохранить этот стимул к ускоренному осуществлению виндикационного права.