Судья и его моральный облик

Что сказать о судье или любом другом служителе правосудия, который на основе действующего законодательства должен вынести решение, представляющееся ему, в силу его моральных убеждений, явно несправедливым? Возьмем, к примеру, судью с антифашистскими взглядами в условиях гитлеровской Германии или судью, убежденного в равенстве всех рас, в условиях апартеида.

С точки зрения естественного права такой судья при действительном исполнении им своих служебных обязанностей должен отказаться от применения несправедливых законов, как не имеющих юридической силы. Это, однако, как теоретически, так и практически поставит его в совершенно невозможное положение, так как он должен будет объявить себя ex cathedra (публично) сторонником естественного права и признать, что в соответствии с его постулатами он не будет выполнять законов собственного государства. На подобное заявление, не говоря уже о его маловероятном практическом осуществлении, законные власти могут совершенно обоснованно возразить, что естественное право является чрезвычайно противоречивой проблемой даже в сугубо теоретическом плане, так что, если власти даже и признают его существование, они будут придерживаться мнения, что расовая сегрегация вполне соответствует природе, а не противоречит ей; и что в любом случае судья назначается и получает жалованье за то, чтобы применять на практике действующее право в соответствии с волей законодателя, а не за то, чтобы он получал удовольствие, реализуя свои собственные фантазии по поводу примата некоей системы высшего права. Позитивист, наоборот, будет считать, что обязанности судьи в соответствии с существующими в его государстве законами совершенно очевидны, а именно: он должен применять действующий закон согласно его букве и духу; если же он убежден в его моральной несостоятельности, то его моральный долг явно вступает в противоречие с его профессиональным долгом. Какие действия ему следует предпринять, целиком зависит от его совести, но самое меньшее, что он может сделать в подобном случае, — это уйти с занимаемой должности.

Данное решение проблемы представляется наиболее разумным и обоснованным с практической точки зрения по сравнению с первым. Можно, тем не менее, спросить, а как же быть с теми случаями, когда нацистские судьи после войны были призваны к ответу и осуждены в Германии и других странах за их действия, предпринимаемые ими в рамках их служебных обязанностей во исполнение чудовищных законов гитлеровского режима. Этот вопрос поднимает совершенно иную проблему чисто юридического характера, а именно — по каким законам следует судить и наказывать этих судей? В том, что касается права Германии и других заинтересованных стран, такими законами должны быть либо действовавшие на момент совершения судьей действий (обжалуемых ныне), либо законы, принятые впоследствии, но имеющие обратную силу. Законы, имеющие обратную силу, особенно в сфере уголовного права, обычно вызывают возражения (4), хотя иногда их применение считается оправданным даже в современных демократических государствах. Без сомнения, значительно легче оправдать подобные законы, если они вызваны требовани ями совершенно особой ситуации, такой, как, например, сложившейся в Германии сначала с приходом к власти нацистов, а затем — после падения их режима. Более того, еще легче согласиться с ними, когда есть основание утверждать, что даже в то время обвиняемый должен был осознавать всю моральную пагубность своих действий, предпринимаемых под эгидой государственной власти. В таком подходе — и это следует подчеркнуть — нет ничего противоречащего взглядам позитивистов, согласно которым человек при исполнении своих служебных обязанностей может отдавать себе отчет в том, что его действия противоречат требованиям морали.

<< | >>

↑

Источник: Деннис Ллойд. Идея права Репрессивное ЗЛО или социальная НЕОБХОДИМОСТЬ ?. 2009

Еще по теме Судья и его моральный облик: