ПЕРЕВЕРЗЕВ Павел Николаевич (1871 — 1944), русский судебный деятель.

Родился в дворянской семье. Образование получил на юридическом факультете С.-Петербургского университета, после окончания которого служил в Министерстве юстиции на различных должностях.

Во время Первой мировой войны Павел Николаевич Переверзев руководил санитарным отрядом, сформированным петроградскими адвокатами. После Февральской революции 1917 одним из первых адвокатов он получил предложение от Временного правительства занять ответственный пост. 11 марта 1917 становится прокурором Петроградской судебной палаты. Не обладая «административной жилкой», он на первых порах наделал немало ошибок, но тем не менее пользовался хорошей репутацией: сказывалась его интенсивная адвокатская деятельность, пребывание на фронте, смелость и решительность. В течение двух месяцев, с 5 мая по 6 июля, занимал должность министра юстиции и генерал-прокурора.

После Октябрьской революции большевики готовили большой процесс в отношении П. Н. Переверзева, но он сумел скрыться из Петрограда, а затем эмигрировать. В 1920—1930-е жил в Париже, активно сотрудничал с масонскими ложами и даже занял ответственный пост в теневом масонском правительстве, возглавляемом Н.

П. Н. Переверзев скончался в 1944.

В первый же день своего пребывания на министерском посту бывший присяжный поверенный П. Н. Переверзев сразу же замахнулся на основополагающий принцип судоустройства — несменяемость судей. Он провел по этому вопросу особое совещание.

Сообщение об особом совещании при Министерстве юстиции

5-го мая при Министерстве юстиции начались занятия созванного Министерством совещания старших председателей всех судебных палат, прокуроров палат, обер-прокуроров сената и председателей советов присяжных поверенных.

Первое заседание открылось под председательством министра Юстиции П. Н. Переверзева. В совещании участвует ряд сенаторов и других приглашенных лиц, а также представители Совета раб. и солд. деп.

Заседание было посвящено обсуждению вопроса об отмене судейской несменяемости.

За необходимость временного приостановления закона о несменяемости судей высказался ряд участников совещания во главе с министром П. Н. Переверзевым и его товарищем А. А. Демьяновым, а также представитель Сов. раб. и солд. деп. сенатор Н. Д. Соколов.

Однако большинство членов совещания категорически возражало против всех посягательств на судейскую несменяемость. Защитники ее главным образом ссылались на священность этого института несменяемости. После продолжительных прений в заключение министр юстиции П. Н. Переверзев внес предложение об образовании специального дисциплинарного суда с участием присяжных заседателей, который и должен будет рассмотреть в каждом отдельном случае вопрос о том, может ли тот или другой судья старого режима остаться на своем посту. Параллельно П. Н. Переверзев внес предложение об образовании местных комитетов с участием представителей магистратуры и адвокатуры. По мысли П. Н. Переверзева эти комитеты должны будут подвергать предварительному обсуждению вопросы о необходимости устранения того или иного судьи. Заключения этих комитетов подлежат представлению министру юстиции, который уже окончательно и разрешает вопрос — дать ли этому заключению дальнейшее движение с передачей на рассмотрение дисциплинарного суда или же оставить его без последствий.

Журнал министерства юстиции. 1917. Май-июнь. № 5—6. С. 103—104.

Став министром, П. Н. Переверзев круто изменил свою политическую ориентацию. Бывший защитник большевиков во многих политических процессах теперь примкнул к лагерю их основных гонителей. Особенно наглядно политические пристрастия П. Н. Переверзева проявились в начале июля 1917. Именно с его подачи были опубликованы сомнительные материалы, поступившие из контрразведки, о связях В. И. Ленина с Германией и финансовых взаимоотношениях большевиков с немцами. Вследствие разразившегося скандала, 6 июля 1917 Переверзев вынужден был оставить пост министра юстиции. Он возвратился к своим прежним занятиям — руководству санитарным отрядом петроградской адвокатуры.

Переверзев мало что успел сделать для органов юстиции за непродолжительный срок пребывания у власти. В его аппарате был подготовлен ряд важных законодательных актов, принятых Временным правительством. В частности, «О дополнении действующих штатов судебных установлений», «О некоторых изменениях в учреждении Правительствующего сената», «О судах по административным делам», «О допущении женщин к ведению чужих дел в судебных установлениях» и некоторые другие. По предложению министерства был отменен закон о личном задержании должников, объявленных несостоятельными по торговле. По инициативе министра был разработан проект закона о введении в России института гражданских браков. Однако Временное правительство отложило решение этого вопроса до созыва Учредительного собрания.

П. Н. Переверзев направил председателям и прокурорам судебных мест ряд циркуляров, регулирующих те или иные вопросы их деятельности.

Так, еще в феврале 1912 года бывший в то время министр юстиции И. Г. Щегловитов издал циркуляр, которым вменял в обязанность прокурорам проверку списков присяжных заседателей и предложил им настаивать на исключении из него тех лиц, которые, по сведению прокуратуры, при исполнении своих обязанностей в суде «проявили явное непонимание задач суда».

Циркулярное распоряжение министра юстиции и

генерал-прокурора П. Н. Переверзева прокурорам судебных палат

и окружных судов от 4 июня 1917 года

Циркуляром Министерства юстиции от 25 февраля 1912 года за № 14146, в видах поднятия уголовной репрессии между прочим было вменено чинам прокурорского надзора в обязанность, чтобы они при участии в комиссиях по составлению очередных списков присяжных заседателей настаивали на исключении из списков тех лиц, которые, по сведениям прокуратуры, при исполнении обязанностей присяжных заседателей проявили явное непонимание задач суда, и было указано на безусловную недопустимость предъявления обвинения в сессиях суда с присяжными заседателями в месте его постоянного пребывания старшими кандидатами на судебные должности, исполняющими обязанности товарища прокурора.

Останавливаясь на приведенных требованиях, я прежде всего нахожу несоответствующим закону и весьма нежелательным стремление к подбору определенного состава присяжных заседателей и потому признаю невозможным дальнейшее оставление на чинах прокурорского надзора возложенных на них по сему предмету обязанностей, тем более что граждане, призываемые к исполнению высокого и ответственного звания присяжного заседателя, не нуждаются в таковой опеке, так как предполагаются обладающими и достаточным здравым смыслом, и надлежащим чувством законности. Равным образом я не считаю нужным сохранить в силе безусловное воспрещение назначать кандидатов на судебные должности, исполняющих обязанности товарищей прокурора, поддерживать обвинение в сессиях суда с присяжными заседателями в месте его постоянного пребывания как потому, что в настоящее время, вследствие призыва значительного числа лиц прокурорского надзора на действительную военную службу, соблюдение помянутого воспрещения представляет серьезные затруднения на практике, так и потому, что среди кандидатов на судебные должности, исполняющих обязанности товарища прокурора, несомненно имеются лица даровитые и в достаточной степени подготовленные к достойному исполнению на суде обязанностей государственного обвинителя, и таким лицам следует не преграждать возможности, а, напротив, обеспечить самый широкий простор проявить и развить свои таланты.

На основании изложенного, вышеуказанный циркуляр за № 14146 сим отменяю, о чем поставляю в известность г. г. прокуроров судебных палат и окружных судов для преподания соответственных указаний подведомственным им чинам прокурорского надзора.

Журнал министерства юстиции. 1917. Июль-август. № 7—8. С. 124—125.

После отставки П. Н. Переверзева на короткий срок (всего на 10 дней) министром юстиции и генерал-прокурором стал известный политик, лидер Радикально-демократической партии и депутат Государственной думы И. Н. Ефремов, человек весьма далекий от юриспруденции, хотя и занимавший одно время должность почетного мирового судьи. Хорошо знавший Ефремова товарищ министра юстиции А. А. Демьянов отзывался о нем как о «почтенном, честнейшем и прекраснейшем человеке». И все же он считал, что назначение его министром юстиции было той ошибкой, какую «неоднократно совершала новая власть, когда имела в виду кого-либо назначить на ответственный пост, полагая, что популярность сделает больше, чем знание и умение». «Без ошибки можно сказать, — писал А. А. Демьянов, — что разрешение самых простых юридических вопросов должно было ставить его в тупик. Я не могу понять, как сам Ефремов мог согласиться пойти в министры юстиции; объясняю это тем, что он, как и другие, признавал необходимым, чтобы во главе отдела власти было лицо, так или иначе стоявшее во главе революционного движения».