Внутренние документы корпорации

<1> Как известно, до вступления в силу федеральных законов о хозяйственных обществах документы, принимаемые предприятием (организацией) и регулирующие его внутреннюю деятельность, именовались локальными нормативными актами. В большей степени они касались социально-трудовой сферы, хотя не исключалось и иное (положения о структурных подразделениях, стандарты предприятия). С принятием Закона об АО появилось новое понятие - "внутренние документы", предметом правового регулирования которых являются в основном формирование и организация деятельности органов управления и контроля акционерного общества, хотя иное также не исключается: возможно принятие положений о филиалах, о фондах и резервах, о выплате дивидендов и др. Поскольку правовая природа и сущность локальных нормативных актов и внутренних документов полностью совпадают и отличаются только сферой правового регулирования, появление нового понятия "внутренние документы" не исключает использования традиционной категории - "локальные нормативные акты". В учебнике указанные термины употребляются как равнозначные.

Необходимость принятия отдельных внутренних документов хозяйственных обществ напрямую установлена федеральными законами.

Внутренние документы как источник корпоративного права

Отметим, что среди специалистов нет единого мнения об отнесении локальных актов к системе источников права. Некоторые, ссылаясь на отсутствие в ГК РФ указания на внутренние документы корпораций как на акты, содержащие нормы гражданского права (ст. 3 ГК РФ), полагают, что локальные акты к числу нормативных документов или источников права не относятся <1>.

<1> См., напр.: Козлова Н.В. Гражданско-правовой статус органов юридического лица // Хозяйство и право. 2004. N 8. С. 53, 55 - 56; Цепов Г.В. Указ. соч. С. 29 - 32.

Так, Н.В. Козлова считает, что любые акты, принимаемые органами юридических лиц частного права, нельзя признать ни нормативными, ни даже индивидуальными актами. По ее мнению, внутренние, или корпоративные, документы, утверждаемые единоличным исполнительным органом в отношении субъектов корпоративных отношений, являются односторонней гражданско-правовой сделкой, а принимаемые коллегиальными органами организации документы следует считать многосторонней гражданско-правовой корпоративной сделкой. Причем понятие многосторонней корпоративной сделки Н.В. Козлова предлагает применить не только к гражданско-правовым, но также к трудовым отношениям (например, коллективный договор) <1>.

<1> См.: Козлова Н.В. Гражданско-правовой статус органов юридического лица. По поводу коллективного договора заметим, что Трудовой кодекс РФ, в отличие от ранее действующего КЗоТ РФ, не относит коллективный договор к локальным нормативным актам организации, выделяя его наряду с трудовыми договорами и соглашениями в отдельную группу источников трудовых норм, принятых в договорном порядке (ст.

Этот вывод влечет за собой целый ряд правовых последствий, в том числе связанных с порядком принятия, содержанием, порядком оформления и признания недействительными внутренних документов.

Против такой позиции категорически возражает А.В. Габов, полагающий, что "существование в качестве локального нормативного акта совершенно не свойственно сделкам... управленческое решение следует выделить как отдельное основание (юридический акт) возникновения гражданских прав и обязанностей" <1>. Указанный автор справедливо, с нашей точки зрения, считает, что управленческие решения подразделяются на индивидуальные акты и акты, устанавливающие правила поведения (локальные нормативные акты органов управления).

<1> Габов А.В. Сделки с заинтересованностью. Практика акционерных обществ. М., 2004. С.

158.

Не соглашаясь с пониманием решения общего собрания как корпоративной сделки, Д.В. Ломакин пишет: признавая у такого решения наличие свойств сделки, необходимо как минимум полностью изменить сложившееся в настоящее время в научной литературе и нормативных правовых актах представление о гражданско-правовых сделках. Получается, что акционер, голосовавший против принятия того или иного решения общего собрания, т.е. выразивший свою волю не участвовать в совершении многосторонней сделки, все равно является ее участником <1>.

<1> См.: Ломакин Д.В. Общее собрание акционеров // Законодательство. 2005. N 3. С. 29.

Материалы судебной практики также свидетельствуют о том, что решения органов управления не признаются гражданско-правовыми сделками. Так, Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа указал, что действия единственного участника общества с ограниченной ответственностью по внесению изменений и дополнений в устав общества, по смыслу ст. 153 ГК РФ, с учетом положений ст. 53 ГК РФ, сделкой не являются. Следовательно, указанные действия не могут быть признаны ничтожными на основании ст. 168 ГК РФ, и также по указанным основаниям к данным правоотношениям не подлежит применению ст.

<1> Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 18 января 2005 г. Дело N А10- 3445/04-Ф02-5697/04-С2.

Внутренние документы, или локальные нормативные акты, в корпоративной сфере - это нормативные акты, принимаемые субъектами частного права и обязательные для всех участников (акционеров), членов органов корпорации не в силу публичного принуждения, а исходя из самой сущности корпоративной формы организации предпринимательской деятельности, заключающейся в том, что участники корпорации при вступлении в нее добровольно приняли на себя бремя подчинения воли большинства, которая, в частности, выражается в принятии внутренних документов.

Законодатель, предусмотревший возможность нормотворчества корпораций (иногда прямо обязывая их принимать внутренние документы), тем самым санкционирует принятие этих документов и придает им обязательную силу. Внутренние документы к числу нормативных актов относят В.В. Лаптев <1>, Т.В. Кашанина <2>, Н.Н. Пахомова <3>, В.В. Долинская <4>, С.И. Носов <5>, Р.С. Кравченко <6>, О.А. Макарова <7> и др. Оценивая сущность локального нормотворчества, Н.Н. Пахомова, с нашей точки зрения, верно пишет: "Локальные корпоративные акты не могут быть отнесены к нормативным правовым актам в контексте ст. 3 ГК РФ, так как не имеют свойств последних, не достигли степени их обобщенности. Но локальным корпоративным актам присуща иная нормативность. Эта нормативность отражает социально-обязательный аспект взаимодействия между субъектами в конкретном корпоративном объединении и обеспечивается корпоративными санкциями" <8>.

<1> См.: Лаптев В.В. Акционерное право. С. 17.

<2> См.: Кашанина Т.В. Хозяйственные товарищества и общества: правовое регулирование внутрифирменной деятельности. С. 92 - 95.

<3> См.: Пахомова Н.Н. Указ. соч. С. 166 - 179.

<4> См.: Долинская В.В. Акционерное право: основные положения и тенденции. С. 167 - 170.

<5> См.: Носов С.И.

<6> См.: Кравченко Р.С. Корпоративное управление: обеспечение и защита права акционеров на информацию (российский и англо-американский опыт). М., 2002. С. 74.

<7> См.: Макарова О.А. Указ. соч. С. 14.

<8> Пахомова Н.Н. Указ. соч. С. 168.

Принимаемые корпорациями не противоречащие законодательству внутренние документы имеют обязательную силу для всех субъектов: органов управления и контроля, участников, структурных подразделений, работодателей, работников. Локальные нормативные акты, принятые в соответствии с законодательством, должны иметь обязательную силу и для арбитражных судов, в частности, при рассмотрении любых споров, вытекающих из внутренней деятельности общества, например из взаимоотношений хозяйственного общества и акционеров (участников).

При отсутствии в процессуальном законодательстве ссылки на локальные нормативные акты (внутренние документы) как на источник права судебная практика последовательно подтверждает, что при разрешении споров суды руководствуются не только законодательством, но и внутренними документами, принятыми в соответствии с законодательством. Это объяснимо, в том числе с точки зрения обеспечения прав и свобод гражданина: вступая в какую-либо организацию, гражданин тем самым принимает на себя некое самоограничение, выражающееся в необходимости подчиняться определенным правилам и нормам, установленным в данной корпорации. Принцип подчинения воле большинства лежит в основе построения любой корпорации. При этом следует отличать нарушение прав меньшинства участников корпорации от тех ограничений, которые накладывает сам факт членства в ней. Во-первых, правила, установленные в конкретной организации, не должны противоречить требованиям законодательства, а во-вторых, участник этой организации должен иметь право выйти из ее состава при несогласии с тем или иным решением, по возможности без существенных имущественных потерь. Такие гарантии на выход из организации в отношении участников хозяйственных обществ установлены нормами соответствующих законов. Так, например, согласно ст. 75 Закона об АО акционеры - владельцы голосующих акций вправе требовать выкупа обществом всех или части принадлежащих им акций в случаях реорганизации акционерного общества, совершения крупной сделки, внесения изменений и дополнений в устав общества или утверждения устава в новой редакции, ограничивающих их права, если они голосовали против принятия соответствующего решения или не принимали участия в голосовании. Участник общества с ограниченной ответственностью в соответствии со ст. 26 Закона об ООО имеет в любое время право на выход из общества независимо от согласия других участников и на выплату действительной стоимости его доли в имуществе общества.