Параграф 2.2. Принцип международной вежливости и/или взаимности как правовое основание признания иностранных судебных решений.

Как было отмечено в предыдущем разделе, иностранные судебные решения подлежат признанию и исполнению в РФ при наличии международного договора (п. 3 ст. 6 ФКЗ «О судебной системе»; ст.

(правовые основания/предпосылки признания иностранных судебных решений).

В то же время в российской доктрине существует точка зрения, согласно которой признание и исполнение иностранных судебных решений может иметь место в силу принципов международного права и/или международно-правового обычая^{[346] [347] [348]. Основываясь на тезисе о приоритете международного права (п. 4 ст. 15 Конституции РФ), отдельные авторы утверждают, что указанные нормы международного права отменяют запрет, установленный ст. 409 ГПК РФ; ст. 241 АПК РФ. Для обозначения данных понятий в доктрине используются термины: «международная вежливость» (“comitas gentium ”) или «взаимность».}

Как отмечается Т.Н. Нешатаевой, «международная вежливость» представляет собой «международное обыкновение»³⁴⁵, в силу которого государство должно относиться к иностранному правопорядку «вежливо и обходительно»³⁴⁶. По мнению автора, существование данного обыкновения подтверждается неким решением английского суда, на которое ранее

ссылались И.С. Перетерский и С.Б. Крылов . Утверждается, что в данном решении английский суд постановил дословно следующее: «Заявить, что законодательство государства, признанного суверенным со стороны нашего государства, противоречит основным принципам справедливости и морали, - это значит серьезно нарушить международную вежливость» .

Однако, цитируемое решение по делу Лютер против Сэгора (Luther v. Sagor)³⁴⁹, полное название которого приводится в работе И.С. Перетерского и С.Б Крылова, совершенно не касается признания и исполнения иностранных судебных решений.

Отдельно отметим, что в работе И.С. Перетерского и С.Б. Крылова содержится ряд критических замечаний относительно существования международной вежливости. Так, рассматриваемыми авторами отмечается, что понятие «международная вежливость» выходит из употребления в ^{[349] [350] [351] [352] английской доктрине. По этой причине решение по делу Лютер против Сэгора представляет собой исключение из общего правила.}

Наряду с понятием «международная вежливость» Т.Н. Нешатаева также ссылается на некий «принцип взаимности». В рассматриваемой работе «взаимность» отождествляется с принципом взаимного сотрудничества государств, закрепленным в Уставе ООН. Отдельно рассматриваемым автором отмечается, что данное явление прошло определенное развитие от «мягкой формы» - международной вежливости до «обязанности государств сотрудничать друг с другом во благо своих граждан» (т.е. нормы jus cogens)^{[353] [354]}.

Нетрудно заметить, что отождествление понятий «взаимность» и «принцип взаимного сотрудничества» основано исключительно на том обстоятельстве, что в них содержится общий грамматический корень «взаим» . Однако в юриспруденции подобный подход к установлению

содержания понятия ошибочен a priori, поскольку существует ряд однокоренных понятий, обозначающих различные правовые явления: 1) поручительство и договор поручения; 2) арбитражный суд и международный коммерческий арбитраж.

В свою очередь Н.Г. Елисеев характеризует термин «международная вежливость» как «понимание», в силу которого государство признает на своей территории действие иностранных актов публичной власти (т.е. законодательных, административных и судебных актов). В развитие данного тезиса указывается, что государство, признавая иностранные судебные решения, тем самым, проявляет должное уважение к международным обязательствам, а также к правам собственных граждан . Данное определение международной вежливости приводится Н.Г. Елисеевым согласно решению Верховного суда Канады по делу Morguard Investments Lt. v De Savoye³⁵⁴, которое содержит ссылку на более раннее решение

355

Верховного суда США по делу Hilton v. Guyot

Природа международной вежливости характеризуется Н.Г. Елисеевым достаточно противоречиво. Так, автором утверждается, что международная вежливость (принцип международной вежливости) проистекает из преамбулы Устава ООН, согласно которой государства приняли на себя обязательство жить в мире друг с другом как добрые соседи. Из данной формулировки, по мнению автора, проистекает обязанность государств сотрудничать друг другом в сфере взаимного признания и исполнения судебных решений. Однако уже в следующем абзаце цитируемой статьи Н.Г. Елисеев указывает, что международная вежливость не возлагает на государство обязанность обеспечить признание абсолютно всех иностранных судебных решений (т.е. исходный тезис противоречит следствию из него). Иными словами, остается неясным, существует ли обязанность признания иностранных судебных решений в силу международной вежливости. ^{[355] [356] [357]}

Наряду с понятием «международная вежливость» Н.Г. Елисеев использует термин «взаимность». По мнению автора, понятие «взаимность» предстает в двух аспектах.

Во-первых, утверждается, что «взаимность» представляет собой принцип международного права, провозглашенный Уставом ООН. В данном контексте Н.Г. Елисеев отождествляет «взаимность» с «международной вежливостью».

Во-вторых, по мнению данного автора, понятие «взаимность» используется также для обозначения правила национального законодательства, согласно которому признание и исполнение иностранного судебного решения может иметь место лишь в тех случаях, когда иностранным государством обеспечивается признание и исполнение решений судов первого государства.

В последующих работах ряд российских авторов^[358], как правило, некритически воспроизводят одно из определений международной вежливости/взаимности, содержащихся в работе Т.Н. Нешатаевой и Н.Г. Елисеева.

Отметим, что российские суды также стремятся сформулировать собственный подход к содержанию понятия международная вежливость» и/или «взаимность» и их соотношению.

Так, в Постановлении ФАС Поволжского округа от 23.01.2012 по делу N А55-5718/2011, касавшемся вопроса признания решения Окружного суда г. Гааги, указывается, что оно подлежит признанию на основании «общепризнанных принципов международной вежливости и взаимности», а

также Соглашения о партнерстве и сотрудничестве РФ-ЕС 1994 г . В данном случае российский суд рассматривает данные понятия как синонимы.

В иных судебных актах понятия «международная вежливость»/ «взаимность» рассматриваются как взаимосвязанные, но различные явления. Согласно Постановлению Арбитражного суда Московского округа от 18.10.2016 N Ф05-12221/2014 в силу принципа международной вежливости государство обязано «относиться к иностранному правопорядку вежливо и обходительно» . В свою очередь принцип взаимности характеризуется судебной инстанцией как «обязанность государств проявлять взаимное уважение к результатам деятельности друг друга».

В силу того, что рассмотренные выше подходы к содержанию понятий «международная вежливость»/ «взаимность» содержат в себе

существенные противоречия, далее остановимся на них более подробно.