7. ЗНАЧЕНИЕ ИММУНИТЕТА B ЗАКРЕПОЩЕНИИ КРЕСТЬЯН

Подводя итоги исследованию частновладельческого имму­нитета, можно сказать, что около 1506 г. податные привиле­гии и около 1554 г. судебные утратили свой личный характер

и стали привилегиями всего класса служилых землевладель­цев, вотчинников и помещиков.

B связи с этим право владеть землей на вотчинном или поместном праве было признано только за служилыми людьми. «Торговые мужики» и всякие неслужилые люди впредьлишались права владеть землей в частнуюсобственность. От средневекового иммунитета служилые землевладельцы унаследовали ряд ценных привилегий в области суда, админи­страции и тягла. Теперьэти привилегии, в связис исключитель­ным правом владеть землей на праве частной собственности, составили тот комплекс прав и преимуществ, который сообщил классу вотчинников и помещиков характер и значение со­словия.

Итак, можно сказать, что история иммунитета, как тако­вого, окончилась в 60-х годах XVI в. Bo временд уделов право вотчинного суда, сместчый суд и личная подсудность имму­ниста князю были настолько тесно связацы между собой и с несудимостью иммуниста на местах, что являются как бы придатком и естественным выводом из несудимости и непод- ведомственности иммуниста наместникам и волостелям. Эта тесная связь элементов иммунитета обусловливалась всем скла­дом жизни и в особенности свойствами управления при помощи кормленщиков.

B Московском государстве управление и судоустройство основываются на иных началах. Вследствие этого связь меж­ду отдельными элементами иммунитета порывается, и каж­дый элемент начинает развиваться особо.

142

Сместный суд как-то незаметно выходит из практики во» второй половине XVI в. Это находится' в связи с пе­ременами в области администрации, которые произошли в то время. C отменой кормлений волостели были оставлены повсеместно, но наместники в некоторых городах еще остава­лись,— очевидно, их не кем было заменить. Мы видим, что во второй половине века в некоторых городах роль судей и администраторов играют городовые приказчики, в других — для суда были учреждены судные выборные головы, в треть­их — судные дела ведали губные старосты.

C введением в начале XVII в. городовых воевод, как мест­ных представителей центральной власти, происходит полная реорганизация местного суда и управления, и сместный суд исчезает окончательно. B области суда воеводы стали первой инстанцией, а высшей инстанцией стал суд приказов, с докла­дом, в случае надобности, самому царю.

Что касается вотчинного суда и административных прав землевладельцев, то они остались в стороне от сложного про­цесса развития суда и управления, о котором вкратце было сказано выше. Как будто утвердился взгляд, что взаимные отношения землевладельца и населения его боярщины есть их личное дело, а отношения людей и крестьян боярщины между собой есть вопрос внутреннего, главным образом хозяйствен­ного, распорядка боярщины.

A между тем был один очень существенный вопрос жизни боярщины, на который правительство не обращало внимания и разрешение которого предоставило практике. Я имею в виду податную ответственность привилегированного землевладельца заегобоярщину и те сложные отношения, которые у него возни­кали на этой почве с крестьянами. Частные землевладельцы и монастыри настойчиво добивались особности и независимо­сти своих владений от мирсцой раскладки податей, от «черных людей» и вообще от соседних владений.

Как и на кого распределялась податная ответственность иа Руси во времена феодальной раздробленности, — мы знаем очень мало. Следует только иметь в виду, что государственное обложение в эти времена было развито очень слабо, в отно­шениях тяглеца крестьянина к землевладельцу видную роль играл договор, — наконец, что княжеские писцы были одно­временно сборщиками податей, а самые описания сводились к простой регистрации податных единиц. Весьма возможно, что лисцы-данщики производили описания не ежегодно, но, не­сомненно, часто.

B огромном государстве, образовавшемся после ликвидации феодальной раздробленности, начался процесс перестройки всего центрального и местного управления и стали быстро развиваться государственное хозяйство и налоговая система. Соответственно с этим изменился и характер описаний — про­грамма их стала значительно сложнее, задача писцов ослож­нилась учетом хозяйственных сил населения, межеваньем зе­мель, судом земельных споров и т. д.

Описания стали поручаться видным представителям бояр­ских фамилий, и их стали производить через значитель­ные промежутки времени, через 15, 20 и более лет. B эти промежутки между описаниями землевладельцы должны бы­ли безнедоимочно платить все налоги по окладам, устано­вленным писцами.

Землевладельцы, ответственные за свои владения по окла­дам писцов, сделалисосвоей стороны естественный вывод — они считали себя вправе не выпускать крестьянина, за которым была какая-либо недоимка по государственным налогам или владельческим оброкам и повинностям. Таким образом, крестья­нин, желавший воспользоваться своим правом отказа и выхода, должен был рассчитаться с землевладельцем не только в по­жилом и повозе, предусмотренных Судебниками, но также погасить псе недоимки, что было неизмеримо труднее, чем за­платить ничтожный повоз или пожилое, которое, кстати ска­зать, крестьянин должен был платить только в том случае, если он при поряде получал от землевладельца готовый двор.

1 44

и, видимо, совершенно не подозревали, какие крепкие петли за­висимости и неволи создавались на почве поДатной ответствен­ности землевладельцев за их крестьян и ответственности последних по недоимкам.

Зависимость крестьянина от землевладельца стала особен­но тяжелой, когда заповедные указы лишили его права отказа и выхода. Податная ответственность крестьян перед земле­владельцем и ответственность последнего перед государством, в обстановке кризиса, вызванного ливонскими войнами, а за­тем событиями Смутного времени, огкрывали широкий путь для лишения закрепощенного крестьянства элементарных прав личности.

10 с. Б. Веселовский