Служебный быт
Записи в приходно-расходных книгах приказов о расходах на ремонт помещений, покупку мебели, канцелярских принадлежностей, свечей, бумаги и др. позволили внимательному исследователю Н.А.
Баклановой составить достаточно полное представление о служебном быте XVII века143.При царе Алексее Михайловиче большинство приказов размещалось в двухэтажном здании, напоминавшем своей формой букву «П», которое было построено в Кремле (между Архангельским собором и Спасскими воротами) еще при Борисе Годунове. В 1680г. на его месте возвели новое двухэтажное здание приказов, с двумя соборами в серединной его части, более чем в два раза превышавшее старое. В нем до конца своего существования размещалось семь приказов: Посольский, Разряд, Большой Казны, Новгородский, Поместный, Казанского Дворца и Стрелецкий144.
Согласно плану здания 1660—1670-х гг., Посольский приказ находился на двух этажах и занимал 3 комнаты (переднюю, среднюю и заднюю) с каменной «казенкой» для хранения денег. Примерно такие же помещения были и у Поместного приказа. Передняя палата предназначалась для подьячих, а задняя с примыкавшей к ней «казенкой» — для дьяков. Стол, за которым
142 Ключевский В.О. Боярская Дума древней Руси. С. 406; Бакланова Н.А. Обстановка Московских приказов в XVII в. // Труды Государственного исторического музея. Вып. 3: Разряд общий исторический. М., 1926. С. 79-80.
143 Бакланова Н.А. Указ. соч. С. 53—100.
144 Там же. С. 54-57.
сидели дьяки, был отделен от остальной части комнаты деревянной решеткой с двумя дверьми. Здесь уместно вспомнить, что слово «канцелярия» (а от него и «канцлер») произошло от латинского «cancellaria», обозначавшем решетку, за которой сидели писцы145. Впоследствии дьякам, из-за тесноты, пришлось перебраться в казенку, получившую название «дьячьей». В палате второго этажа, разделенной на части деревянными перегородками и решетками с дверьми, размещалось несколько отделений или «столов» Поместного приказа.
При ней также была казенка, где хранились бумага и свечи. Помещения других приказов, кроме Разряда, были меньшей площади146.Стены приказов чаще всего обивали тесом, который в крупных приказах сверху покрывали красными или зелеными сукнами и коврами; оштукатуренные стены расписывали красками. Наружные двери для сохранения тепла также обивали войлоком и сукнами ярких расцветок. Так, в Устюжской чети двери — одна лазоревого (ярко-голубого), другая — темно-зеленого цвета, были обиты еще и красной кожей, которая крепилась лужеными гвоздями с помощью лазоревых, белых и зеленых ремней. Окна в приказах были небольшие, с вставленными в них пластинами слюды. В очень редких случаях вместо слюды использовали паюс (пластины из рыбьего пузыря для икры) или стекло. Первые 5 стеклянных окон появились в 1671 г. в Малороссийском приказе. Такой роскоши не знал тогда даже Посольский приказ. До 1644г. печи в приказах были только глиняные, затем появились изразцовые печи из зеленых, белых и синих изразцов. Исключение составлял Посольский приказ, где первую изразцовую печь установили уже в 1627 году147.
Описание внутренней обстановки приказов Н.А. Бакланова начинает с икон, которые, в киотах или на полках, находились во всех помещениях. В церковные праздники и на Новый год священники кремлевских церквей служили в приказах молебны. Мебель в приказах была немногочисленной и состояла из столов, лавок, скамей и, используемых для хранения документов сундуков, шкафов, ящиков, коробей и рундуков (ящик под скамьей с откидной крышкой-сиденьем). Столы, а порой рундуки и ящики, обивались сукном ярких цветов, преимущественно
145 Миллер Г.-Ф. Указ. соч. С. 151.
146 Бакланова Н.А. Указ. соч. С. 58—60.
147 Там же. С. 61-69.
76
77
багряного (ярко-красного). Все служащие, включая бояр, сидели на скамьях и лавках (прибивались к стенам палат), которые, в зависимости от служебного ранга служащих, покрывались войлоком или кожаными тюфяками с шерстью, окрашенными в яркие цвета.
Основная масса документов хранилась в сундуках и ящиках, окованных железом или обитых яркой кожей, и в лубяных коробьях, которые нередко расписывались красками. С 1660-х гг. в приказах появляются шкафы, вначале в самом элитном Посольском приказе, а с 1680-х гг. и в других. Завершая характеристику интерьера приказов, Бакланова замечает: «...стены, убранные цветными сукнами или расписанные яркими узорами, столы, скамьи и лавки, пестревшие разноцветными обивками, капризные узоры слюдяных окон, яркие изразцы печей, живописно нагроможденные сундуки, коробьи и ящики, груды столбцов, разбросанных по столам — все это мало напоминало современную канцелярию с ее монотонным однообразием и сухим порядком»148.Сведения о расположении комнат приказов, их назначении и интерьере дополняют не менее полные описания условий труда приказных людей. К главным из них относится освещение палат. Маленькие слюдяные окна, закрытые зимой вторыми рамами, едва пропускали свет, поэтому в комнатах большую часть времени царил полумрак. Для освещения использовали восковые и сальные свечи, которые нередко изготавливались в самих приказах. По сравнению с дорогими восковыми свечами, стоявшими тольк о перед иконами и на столах начальников, сальные свечи, несмотря на копоть и сильный чад, имели более широкое распространение. В зависимости от яркости света они подразделялись на «одинакие», «двойные» или двус-ветильные», «трехсветильные» и «четырехсветильные». Свечи вставлялись в фонари и подсвечники или «шандалы». Фонари (во второй половине XVII в. в основном слюдяные) стояли на столах «начальных людей»; остальные приказные люди, в зависимости от их служебной иерархии, пользовались медными, железными и деревянными подсвечниками, которые были как настольными, так и «вислыми», имевшими сходство с люстрами.
Кроме подсвечников, такой же обязательной принадлежностью каждого стола были чернильницы, которые нередко помещались в одном Станке с песочницами. Для просуши-
148 Бакланова НА.
Указ. соч. С. 78.78
вания чернил использовали только воробьевский песок, который покупали возами. Чернильницы изготавливали из самого разного материала, начиная с глины и кончая оловом; в исключительных случаях их делали из серебра. Оловянные и серебряные чернильницы стояли на столах думных дьяков и других высших чинов. Владельцы таких чернильниц писали лебяжьими перьями, которые были большой роскошью, так как стоили намного дороже гусиных. Кроме настольных, пользовались и поясными чернильницами, с крышками и специальными ушками для вдевания шнурка или цепочки. Их вешали на шею вместе с трубкой для хранения перьев, а иногда и вместе с печатью. Чернила в приказы покупали кувшинами, хотя нередко их изготавливали сами из готового чернильного порошка или чернильных орешков. При этом различали «добрые» и «расхожие» чернила. Бумага была трех сортов: самая дешевая — писчая — употреблялась для столбцов, «добрая» шла на изготовление книг, а на «александрийской» бумаге писали грамоты. Не менее интересные сведения приводит Бакланова о других составляющих делопроизводственного процесса (сургуче и воске для печатей, счетах, приспособлении для линования бумаги или «караксе», специальных мешках-портфелях для ношения бумаг, материалах для переплетения книг и др.). Запасы канцелярских принадлежностей, слюды, сукон и прочих материалов, обеспечивавших жизнедеятельность приказов, хранились в многочисленных «казенках» и складах. «Для оберегания сукон» летом 1660 г. в штат Устюжской чети была даже включена кошка с содержанием 6 денег в неделю; расход «на корм кошке» аккуратно вносился в расходные книги149.
Записи в приходно-расходных книгах позволили исследователю заглянуть и в такие таинственные сферы приказного быта, которые бывают доступны потомкам лишь в редких случаях. Так, записи об уборке навоза у Посольского приказа в августе 1653 г., который «отгребали» пять человек, говорит о том, что такие события происходили тогда не часто. В то же время сведения о расходах на покупку полотенец, мыла, медных рукомойников и кувшинов для умывания, зеркала, гребней и щеток для волос указывают на довольно высокий уровень гигиенической культуры людей XVII в.
Приобретение приказами столовой посуды (сковородок, противней, ложек и пр.) позволяет заключить, что149 Бакланова Н.А. Указ. соч. С. 69—95.
79
в связи с продолжительным рабочим днем, приказные люди, не получавшие кормовых окладов, готовили пищу сами150.
К концу XVII в. обстановка в приказах становится более комфортной и «многоцветной», что плохо укладывается в традиционное представление современного человека как о государственном учреждении, так и об аскетическом и суровом характере средневековья. Можно предположить, что обстановка в приказных избах, где начальствовали московские люди, не осталась без влияния порядков, утвердившихся в центральных учреждениях.
В приходно-расходных книгах нет записей о покупке кандалов или других приспособлений для наказания подьячих за упущения по службе. Но скупые упоминания о челобитчиках, которые принесли в приказ вареную рыбу, хлеб, скляницу вина и накормили подьячих Новгородской чети, потому что их «из приказа не выпускали, были скованы»151, указывают на то, что такие наказания применялись, перекочевав затем и в служебный быт XVIII века.