Гражданское судопроизводство в мировом суде

Согласно УГС (ст. 29), мировому суду были подсудны:

1) иски по личным обязательствам и договорам и о движимом имуществе ценой не свыше пятисот рублей (п. 1ст 29УГС);

2) иски о вознаграждении за ущерб и убытки, когда их сумма не превышает пяти­сот рублей или же во время предъявления иска не может быть положительно известна (п.

3) иски о личных обидах и оскорблениях (п. 3 ст. 29 УГС);

4) иски о восстановлении нарушенного владения, независимо от суммы[132], если со времени нарушения прошло не более шести месяцев (п. 4 ст. 29 УГС);

5) иски о “праве участия частного” (сервитутах), на основании ст. ст. 442, 445 - 451 Законов гражданских[133], если со времени его нарушения прошло не более одного года (п. 5 ст. 29 УГС).

Кроме того, мировой судья мог принять к своему рассмотрению всякий спор, если обе стороны просили его решить их дело “по совести” (ст. 30 УГС). Решения по таким делам были окончательными и только в форме мировой сделки, иначе дело передавалось по под­судности. Примечательно, что рассмотрение дела на основании ст. 30 не подлежало об­ложению судебными пошлинами и сборами.

В компетенцию мировых судей входили дела по охране наследственного имущест­ва, независимо от его вида и стоимости (ст. ст. 1401, 1402, 1403, 1422 УГС). Это вклю­чало в себя объявление об открытии наследства, вызов лиц, имеющих на него какие- либо права, опись, опечатание и сбережение имущества. Мировой судья мог осуществ­лять раздел имущества между наследниками, но лишь “ полюбовно”, примирительным производством; при возникновении спора дело передавалось в окружной суд.

В местностях, где не предусматривалось учреждение должности нотариуса, или та­ковая не была никем замещена, все нотариальные полномочия переходили также к ми­ровым судьям (ст. 2 Положения о нотариальной части)[134].

Исключались из подсудности иски между сельскими обывателями ценой до ста рублей - они подлежали разрешению волостными судами (ст.

Крестьянские (волостные) суды, учрежденные этим Общим положением 19 февра­ля 1861 г., забирали огромную часть подсудности, оставляя тем самым приобретших личную свободу крестьян в громадной зависимости от общинных устоев. В своей дея­тельности они руководствовались в основном не нормами законов, а местными обы­чаями. В уголовных делах Общее положение еще как-то пыталось четко определить круг видов и мер наказания (ст. 102), но в гражданском праве царил полный беспоря­док. Если даже и существовал такой местный обычай, то он, как и следовало ожидать, восходил к незапамятным временам и не имел ничего общего с новыми социально­экономическими отношениями. Например, в Киевской губернии наследство по

обычаю переходило к старшему сыну в семье, независимо ни от закона, ни от завеща-

1

ния .

Но возможность обратиться к мировому судье у крестьян была. Те из них, которые отправлялись в город на заработки, не подлежали юрисдикции волостного суда, и спо­ры свои разрешали в мировых и общих судебных учреждениях. Члены же общины имели право передать свое дело в мировой суд либо по своему обоюдному согласию, либо тогда, когда оно выходило из общей компетенции волостного суда (ст. 31 УГС). Свидетельства о том, насколько широко использовалась крестьянами такая возмож­ность, противоречивы. С одной стороны, обращаться к мировому судье было “далеко и дорого”, мужики боялись, что ученый господин не поймет их интересы[136]. С другой - не­редки были случаи, когда крестьяне пытались “подтасовать” дело, чтобы его рассмат­ривал именно мировой судья, особенно если речь шла о крупной сумме[137]. Совпадают источники в одном: волостному суду крестьяне не доверяли, ибо слишком сильны были там противоречия местных группировок, решения были далеки от справедливости, мздоимство быстро проникло и в эту среду.

Самый многочисленный класс должен был стать основным клиентом мировой юс­тиции. Этого, однако, не произошло в полной мере.

Из компетенции мирового суда исключались также: иски, сопряженные с интере­сами казенных управлений (за исключением виндикационных) - п. 2 ст. 31 УГС; споры о привилегиях на открытия или изобретения (п. 4 ст. 31 УГС)[138].

В тех местностях, где действовали коммерческие суды, часть исков, связанных с обязательственными правоотношениями, отходила к ним.

Статья 31 (п. 1) УГС исключала из подсудности мировых судей иски о праве собст­венности или о праве на владение недвижимостью, утвержденном на формальном акте. Тем не менее могли рассматриваться, например, вопросы сервитутов на недвижимость, платежей по ипотечным закладным. Таким образом, изъятие споров о недвижимости нельзя назвать безусловным1.

Мировые судьи приглашались также в состав особых присутствий врачебной упра­вы для освидетельствования психически больных (это, по сути, - участие в экспертной комиссии).