О непосредственно-социальных правах. Примеры
И вновь в постановочном порядке еще об одной стороне ОбД и ОбЗ как социальных явлениях. Есть основания полагать, что ОбД и ОбЗ не только относятся к ядру социального регулирования в целом и не только в связи с этим выражают идеологические, мировоззренческие основы
1 Такая характеристика социально-нормативного регулирования намечена В.Н.
Кудрявцевым (см.: Кудрявцев В.Н. Юридические нормы и фактическое поведение // Советское государство и право. 1980. № 2. С. 13).409
Общие дозволения и общие запреты в советском праве
социалистического общества, но и сами по себе, по своей субстанции принадлежат (во всяком случае, в определенной части) к одному из глубинных пластов социальной жизни. Прежде чем обратиться к теоретическим соображениям, обосновывающим это положение, полезно привести фактический материал из области правотворческой деятельности и юридической практики.
Об одном из фрагментов этого материала уже говорилось в начале книги. Наряду с другими фактическими данными речь шла там о некоторых колебаниях в законодательстве, так и не ставшем на путь повсеместного введения РР-порядка в отношении любительского и спортивного рыболовства. Казалось бы, сколько экономических, организационных, моральных аргументов «за» введение такого порядка, подкрепленных практикой ряда зарубежных социалистических стран, нашим собственным опытом, в том числе в близкой области – в организации любительской охоты. Чем же объяснить, что в целом здесь все же сильно общедозволительное начало?
Практика частичного введения в конце 1970 года РР-порядка в области любительского рыболовства для районов с большой плотностью населения и с ограниченным количеством водоемов натолкнулась на неприятие этого порядка большинством населения.
410
1 См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 128–130.
Глава 9. Социальная природа общих дозволений и общих запретов
В приведенном примере речь идет об элементарном, простейшем праве людей. (Хотя наличие такого рода права, нашедшего выражение и в советском законодательстве и характеризующего возможность непосредственного пользования гражданами известными объектами общественной собственности, – явление чрезвычайно интересное, достойное пристального внимания науки.) Главное же – это то, что в условиях социалистического общества рождаются самим строем свои фактические, непосредственно-социальные права, существенно влияющие на правовое регулирование.
Одно из них – право гражданина на жилище, ныне закрепленное в ст. 44 Конституции СССР. В отличие от юридического права на конкретную жилую площадь, которое всегда должно иметь законное основание в виде договора, ордера и др., это право не «даровано», не «предоставлено» законом, а прямо, непосредственно вытекает из основ социалистического строя, представляя собой важнейшее из прав человека. Его суть состоит в том, что граждане обладают в принципе оптимальными возможностями для удовлетворения своих интересов в жилье, причем в условиях, когда общество делает все необходимое для реального обеспечения этих интересов.
Такое «существующее налицо» фактическое право гражданина на то, чтобы не только не быть обреченно бездомным (хотя и это, по сравнению с эксплуататорским обществом, – величайшее достижение), но и на то, чтобы в результате добросовестного труда в интересах общества реально получить жилую площадь.И вот ряд особенностей правового регулирования жилищных правоотношений обусловлен как раз существованием при социализме указанного социального права. Это – и приобретение юридического права на жилую площадь наряду со съемщиком членами его семьи, и недопустимость расторжения договора жилищного найма жилищными органами без специальных оснований, закрепленных законом в довольно узком исчерпывающем перечне, и выселение при наличии указанных оснований, как правило, судом с предоставлением другого жилого помещения.
И, быть может, наиболее зримо силу рассматриваемого социального права, его влияние на юридическую практику показывает порядок строительства гражданами домов на праве личной собственности, а также порядок имущественного возмещения при их сносе, строго и точно регламентированный законодательством. Гражданин по действующему закону получает в случае сноса его жилого дома довольно широкие юридические права на возмещение (припомним, и они наце-
411
Общие дозволения и общие запреты в советском праве
лены на получение реального жилья); но для этого, конечно же, он должен иметь право собственности, т.е. и жилой дом должен быть построен на законном основании, и сам он в данный момент должен обладать соответствующим юридическим правом. А если нет? Если, например, жилой дом построен самовольно? Имеет ли гражданин в этом случае юридическое право на возмещение, предусмотренное законом?
Ответ на последний из поставленных вопросов, казалось бы, ясен: в указанном случае гражданин – самовольный застройщик – права на возмещение, на какие-либо иные предоставления не должен иметь, да и вообще его поведение может трактоваться как поведение правонарушителя.
Но если это так (а иного решения, с точки зрения юридической логики, быть не может), то как же объяснить одно из положений, выработанных в судебной практике? В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 16 августа 1984 г. (п. 6) говорится в отношении домов, подлежащих сносу: «Если исполкомом районного, городского Совета народных депутатов до отвода земельного участка для государственных или общественных нужд не было принято решение о сносе такого дома.., указанные граждане, если они не имеют иного жилого помещения, с учетом конкретных обстоятельств могут быть выселены с предоставлением другого жилого помещения, отвечающего санитарным и техническим требованиям»1. Иными словами, и в данном случае полного возмещения, такого, которое предусмотрено при наличии у лица права собственности на жилой дом, нет. Но самовольному застройщику все же при указанных обстоятельствах может быть предоставлено другое жилое помещение, да притом соответствующее техническим и санитарным требованиям, – юридическое последствие, объяснить которое можно только, принимая во внимание факт существования социального права на жилище, его реальную социальную силу, столь существенно влияющую на правовое регулирование.