Философская контроверза: Ницше против Платона по вопросу о сущности мира символов, мира культуры

Симулякр — субъект и результат вечного возвращения. Оно — не синтез по принципу сходства, но дифференциация по принципу различия. В самом вечном возвращении возвра­щается не тождество, но разница.

Система, в которой господствует принцип дифференциа­ции, состоящая из асимметричных рядов, и есть симулякр, он же — фантазм⁴⁰. Но симулякр — не только название самой системы. Симулякр — ее действующее лицо, то, что повторя­ется. Принцип действия этой системы — вечное возвращение, возвращение симулякров.

Делез противопоставляет идеи Ницше учению Платона, становясь при этом на сторону Ницше. Замысел Платона со­стоял в противопоставлении идеи и ее копии, в том, чтобы возвеличить идею и дистанцировать от нее копию как ее сла­бое и несовершенное подобие. Что же касается симулякра — копии копии, то Платон элиминирует это понятие из своей философии, не рассматривает и не решает эту проблему, или не замечая ее, или полностью отрицая.

Но ведь копирование бесконечно, как заметил Плотин. Стало быть, симулякры существуют. Симулякры — темные идолы, светлые идолы — копии, а образцами являются идеи. Выведение концепции симулякров за рамки теории не решает проблему, ибо не уничтожает бытие симулякров в реальности. Поэтому чтобы правильно их понимать, чтобы правильно ими оперировать, нужно включить понятие симулякра в теоретиче­ский конструкт. Симулякр как понятие при этом должен быть правомерно экстраполирован на симулякр как денотат (требо­вание к любой теории).

Итак, образец — иконический образ, копия — фантасти­ческий идол. Попытка Платона изгнать дифференциацию, различие, симулякр из структуры гармоничного космоса по­степенно подвергается испытанию на прочность со стороны резонерствующей софистики, постоянно напоминающей о том, что за космосом скрывается хаос.

Симулякр с теологической точки зрения может быть ис­треблен только с концом истории. Ибо он есть не что иное, как не уподобленный образ, образ, сохранивший лишь внешнее сходство с Божественной природой, но утративший внутрен­нее Богоподобие и, вследствие грехопадения, питаемый лишь дьявольским различием. Симулякр — отпадение от идеи, гре­хопадение, дьяволиада. Весь земной мир — мир симулякров. Все мы — субъекты-симулякры, искупающие свой грех своими мучениями. И главный грех после грехопа­дения — попытка Богоуподобления. Ибо Бог отличает себя от нас, но мы не всегда отличаем себя от Бога. Муки творчест­ва — явный тому пример. Это словно расплата за грех позна­ния, путь, выбранный человечеством вместо благодати откро­вения, предначертанной Богом. Отсюда — двойственность природы человека, одной частью души обращенного к небе­сам, другой — к преисподней. Все низкое, злое, богопротив­ное, гадкое и грязное в нас — это сфера симулякров. Надо очистить икону от копоти копии, вернуть ей прежнюю чистую жизнь и былое сияние.

Согласно Делезу, знак есть то, что принуждает человека мыслить. Так как описательное, созерцательное мышление не есть мышление в подлинном смысле слова. Мышление — ре­зультат взрыва идей в сознании, насилие над сознанием и представляет собой бунт сознания против покоя созерцатель­ности и застоя воспринимающей психики. Подлинное мышле­ние — результат принуждения со стороны знака. Здесь очень

важно, что это воздействие на сознание , взламывающее его, заставляющее его мыслить, идет также через чувства. Когда сознание встречается с неким объектом, он только в том слу­чае будет побуждать к мышлению, если он воспринимается чувствами, притом, что он сам не является качеством, чувст­венным существом, но знаком, задающим чувственную дан­ность. Соприкосновение сознания со знаком будоражит его и заставляет создавать проблему. Проблему, с которой и начи­нается подлинное мышление. Настоящее мышление разламы­вает границы обыденного сознания, уничтожает подобие, сов­падение, единство. Проблема разрушает тишину и покой созерцательности, толкает сознание на путь мышления. Про­блему инициирует символ как вещь, сочетающая в себе проти­воположности: чувственное и идеальное, множественное и единое, различие и сходство. Именно единовременное бытие противоположностей в их развитии и в одном теле формирует знак, побуждает проблему, заставляет мыслить.

2.4.