Международные стандарты и закон об авторском праве и смежных правах

Зародившись как национальное законодательство, имеющее территориальный характер, правовое регулирование в этой области достаточно рано продемонстрировало недостатки этой ограниченности.

До Второй мировой войны этого соглашения было достаточно, но затем начинается эпоха все более активной выработки новых международных конвенций в этой области. Всемирная конвенция об авторском праве 1952 года была мостом, связавшим охрану на европейском континенте с охраной в Соединенных штатах. Позднее в ту систему стали включаться и развивающиеся государства. Последняя треть этого столетия ознаменовалась началом процесса создания международной системы охраны смежных прав:  прав исполнителей, производителей фонограмм и организаций вещания (Римская конвенция 1961 года, Женевская конвенция 1971 года).

Последняя четверть этого столетия стала эпохой признания экономической составляющей интеллектуальной собственности, что выразилось в принятии Соглашения о торговых аспектах прав на интеллектуальную собственность (ТРИПС). Это поистине уникальное соглашение не только плотно связало вопросы правовой охраны интеллектуальной собственности с торговлей в рамках так называемого Уругвайского раунда 1995 года, но и выдвинуло на первый план гармонизацию материальных и процессуальных норм защиты интеллектуальной собственности (мер уголовной и административной защиты, включая таможенные меры, мер гражданско-правовой защиты).  В последнее время сложилась и особая региональная гармонизация норм авторского права в рамках Европейского сообщества, где есть уже 5 директив по этим вопросам и активное ведется разработка новой директивы, призванной имплементировать требования новых договоров ВОИС 1996 года в законодательство стран Сообщества.

В настоящее время область авторских и смежных прав, как впрочем, все область интеллектуальной собственности является одной из наиболее унифицированных областей не только в плане материально-правовых норм, но и принципов процессуальных норм в этой области. Национальное законодательство не может развиваться без признания международных стандартов. В свою очередь, необходимость в международных “наднациональных” стандартахвсе возрастает вследствие развития новых технологий, уничтожающих всякие национальные границы в использовании результата творчества.

Проект Гражданского кодекса в отличие от российского Закона 1993 года указанным стандартам не соответствует. Это вызовет соответствующие международные последствия, а также может осложнить охрану прав российских правообладателей за рубежом.

Таким образом, если кратко сформулировать выводы и неизбежные последствия принятия проекта, то они, к сожалению, будут крайне негативными:

Проект        содержит       нормы,       посвященные       вопросам,        уже

урегулированным действующим законодательством,  при этом по существу и терминологии проект коренным образом отличается от действующего законодательства.

Принятие  проекта    повлечет  разрушение   существующего   правого

механизма в области авторских и смежных прав и практики его применения в Российской Федерации, приведет к полному правовому хаосу и ликвидации наметившейся в последнее время деятельности по пресечению незаконного использования объектов авторского права и смежных прав.

3. Принятие проекта повлечет серьезные отрицательные международные последствия как в плане присоединения Российской Федерации к ВТО, так и по линии Соглашения о партнерстве и сотрудничестве с Европейским Союзом,  выполнения иных существующих обязательств Российской Федерации по международным соглашениям в этой области.

              Оптимальным и единственно правильным решением указанной проблемы было бы включение в проект части третьей Гражданского кодекса лишь общих положений, касающихся прав на интеллектуальную собственности (около 10-15 статей) с отсылкой в остальном на существующие специальные законодательные акты, в частности, Закон об авторском праве и смежных правах 1993 года.  Такое решение находилось бы в полном соответствии с действующей Конституцией Российской Федерации, в которой законодательство по интеллектуальной собственности выделено в качестве самостоятельной отрасли вне рамок гражданского законодательства (п. “о”  ст. 71 Конституции). Подобное решение предотвратило бы неизбежные отрицательные международные последствия и сохранило сложившийся и действующий российский законодательный механизм, одновременно обеспечив необходимую связь специального законодательства с общими нормами Гражданского кодекса.  И, наконец, это находилось бы в полном соответствии с общепризнанной законодательной практикой развитых зарубежных стран, где детальные нормы регулирования интеллектуальной собственности являются предметом специальных законов и не включаются в Гражданский кодекс.

Исследовательский центр частного права при Президенте РФ

Кафедра ЮНЕСКО по авторскому праву и другим

отраслям права интеллектуальной собственности ИМПЭ

К научно-теоретической конференции

“Проблемы интеллектуальной собственности в ГК РФ”

Монаков П.А.,

главный юрисконсульт ЗАО “Сеть телевизионных станций”,

магистр частного права