<<
>>

Юридическая техника в нормотворческой деятельности государства: сущность и правовая природа

Одним из ведущих теоретиков научного подхода к юридической технике не без оснований считают Френсиса Бэкона. В 1620 г. была опубликована его работа «Новый органон», содержащая правила написания законов, обязательными из которых являлись краткость юридического языка (Ф.

Бэкон считал это аксиомой) и его точность, чтобы не возникало оснований к неоднозначному пониманию законов1.

По мнению Т.В. Кашаниной, «заслугой этого учения было и то, что он впервые завел речь об инкорпорации как способе систематизации права. Он

і

См.: Бэкон Ф. Соч.: В 2 т. Т. 2. 2-е изд., исправ. и доп. М.: Мысль, 1978.

считал инкорпоративную деятельность надежным способом составления свода законов»[32].

В 1764 г. вышел в свет революционный для того времени труд Ч. Беккариа «О преступлениях и наказаниях», излагавший принципы создания и применения (толкования) уголовных законов[33] [34], в 1778 г. в своей знаменитой работе «О духе законов ...» французский ученый Ш.Л. Монтескье исследовал принципы техники законотворчества. По его мнению, таковыми яв-

3

ляются сжатость нормативного материала, определенность, простота слога .

Развивать учение о юридической техники продолжил английский ученый И. Бентам, работы которого публиковались и в России. Так, в 1867 г. в Санкт-Петербурге вышел первый том его сочинений «Рассуждение о гражданском и уголовном законоположении», содержащий приемы формулирования, толкования и применения правовых понятий. В 1907 г. в г. Санкт- Петербурге было напечатано его сочинение «Тактика законодательных собраний. Политические опыты», в котором И. Бентам рассуждал о законах и правилах их составления, касаясь не только законодательного языка, но и внутренней структуры нормативных актов[35]. Это было значительным продвижением вперед в области юридической техники.

По мнению Р. Лукича, первым из правоведов дал наиболее точное толкование юридической техники Ф. Савиньи, основываясь на том, что право создается народом, а юристы его только обрабатывают при помощи предоставляемых юридической техникой средств. В результате юридическая техника впервые была определена как способ научной обработки права юристами[36].

Постепенно вопросы техники построения, реализации и применения правовых норм становятся объектом официально дозволенного исследования

и воздействия. Учеными даже предпринимаются попытки прогнозировать развитие права и в результате «... примерно в конце XVIII века возникает так называемая законодательная политика, принимающая меры к совершенствованию предлагаемых законов»[37].

Одновременно актуализируется проблема формы и структуры права, а также соответствующего метода его исследования. Как считает Г.И. Муромцев, «именно догматический юридический метод составил основу понятия (концепции) юридической техники»[38] [39].

Догматический юридический метод составил основу появления в научной сфере концепции юридической техники, в рамках которого Р. Иерингом было сформулировано определение юридической техники в субъективном и объективном смыслах. В частности, Р. Иеринг писал: «В первом смысле я понимаю под выражением «техника» юридическое искусство, задачу которого составляет формальная отделка данного правового материала ..., технический метод, во втором смысле - осуществление этой

^ 3

задачи в самом праве, т.е. соответствующий технический механизм права» .

На наш взгляд, юридическая техника возникает в истории одновременно с правом. На различных этапах развития ее содержание неодинаково, соотношение права и юридической техники подвижно. Представляя собой явление, как внешнее по отношению к праву, так и совпадающее с ним, юридическая техника также подвижно соотносится и с правопониманием.

Анализируя становление юридической техники, В.М.

Артемова отмечает, что «в реальных своих выражениях и процессах юридическая (и законодательная - как составная часть) техника существует не только в качестве величины правовой сферы жизнедеятельности, но и включена в более широкий процесс социальной динамики»[40]. Объясняется это тем, что юридическая наука так и не выработала какой-либо парадигмы, позволяющей исчерпывающим образом объяснить данное правовое явление.

Диапазон взглядов на эту проблему достаточно обширный, подчас диаметрально противоположный, и простирается от полного отрицания правовой категории «юридическая техника» до детальной и всесторонней ее разработки. Данное положение сложилось в связи с тем, что юридическая техника, во-первых, всегда составляла важнейшую часть юриспруденции, была самостоятельной отраслью знаний и общественной деятельности.

Во-вторых, «это самостоятельное явление с присущими ему качественными особенностями, составляющими его содержание, необходимыми для всякой правовой материи любого строя и любого режима и имеющими свойство приспосабливаться к их отдельным чертам»[41].

В-третьих, это техника коммуникаций в юридической среде, техника адекватного распознавания права и реализации его[42] [43] [44].

В-четвертых, это система знаний особого рода, отрасль знаний , поэтому гносеологическая природа этих знаний достаточно сложна и подлежит всестороннему изучению.

В данной ситуации, при применении понятия «юридическая техника», исследование его правовой этимологии представляется не только правомерным, но и научно и практически оправданным.

В Большом юридическом словаре помимо определения юридической техники указаны ее элементы, а именно: юридическая терминология (юридические термины), юридические конструкции, способы построения норматив-

4

ных правовых актов .

В понятии «юридическая техника» могут одновременно просматриваться и доктринальные, и типологические его особенности, специфика структуры и формы права, а также многообразие точек зрения различных авторов на юридическую технику и т.д.

Позднее в теории права некоторые авторы сводили юридическую технику либо только к созданию правовых понятий, либо понимали под ней толкование права и приспособление его общих принципов к конкретным ситуациям.

Активное развитие учения о юридической технике в России началось в советский период. В 1926 г. была опубликована статья А.М. Винавера «Законодательная техника»[45] [46] [47] [48]; в 1927 г. вышли «Очерки по юридической технике»

Л

Л.М. Успенского ; в 1928 г. были напечатаны статьи И. Цыпырева «Техника права и новый этюд теории права» и М.М. Г родзинского «Законодательная техника и Уголовный кодекс»4; в 1929 г. в Советской юстиции была опубликована статья А. Шашковича «Звено в цепи (законодательная техника)»[49].

Развитие взглядов советских авторов на проблему юридической техники происходило под влиянием факторов двойной направленности. Это, прежде всего, «известный «перекос» в «системе ценностей» советского права. Он проявился в преувеличении классового фактора в праве и соответствующей недооценке роли правовой формы. Вторым фактором было влияние официальной советской доктрины права на разработку рассматриваемого понятия»[50].

Публикации на тему юридической техники до начала 60-х годов отличались «широким» подходом к проблеме, сохранившим влияние досоветского правового мышления[51]. Например, юридическая техника отождествлялась с догматическим юридическим методом (Л. Успенский), законодательная техника же понималась как степень совершенства самого законодательства, уровень искусства законодательствования, профессионального мастерства (Ф.В. Тарановский) либо включалась в понятие законографии - учения о законодательной системе, ее структуре, методах и формах ее построения (Л.И. Дембо, А.А. Ушаков).

В 60-е годы ХХ века формируется публично-правовой подход к данному вопросу, согласно которому понятие «юридическая техника» вытесняется понятием «законодательная техника».

Под законодательной техникой в этом случае понимается совокупность приемов и методов подготовки и издания наиболее совершенных по форме и структуре нормативных актов[52] [53]. Такой подход становится основополагающим, о чем свидетельствует факт его закрепления в самом авторитетном исследовании того времени по теории

3

государства и права .

В 80-е годы С.С. Алексеев предложил свое понятие юридической техники, рассматривая ее как «совокупность средств и приемов, используемых в соответствии с принятыми приемами при выработке и систематизации правовых (нормативных) актов для обеспечения их совершенства», и связывает данное понятие «с определенной организацией правового материала и его

4

внешним изложением, в первую очередь, с выражением структуры права» . Также он отмечал, что «по своему содержанию юридическая техника складывается из двух элементов: а) технических средств; б) технических прие-

мов. В области права техническими средствами являются, в частности, юридические конструкции, терминология; правовой технологией - способы изложения норм, система отсылок»[54].

Помимо этого, в правовой литературе употребляются такие «пересекающиеся» понятия как, например, «правовая технология», то есть метод конструирования устойчивой правовой системы[55] [56] [57], «юридическая технология»

- 3

- порядок применения и использования средств юридической техники , «законодательная технология», которая, по мнению В.Н. Карташова, является разновидностью юридической технологии и должна рассматриваться в двух смыслах: «Во-первых, законодательная технология - это основанный на определенных принципах, планах и прогнозах процесс подготовки, оформления и обнародования законов, в ходе которого используются необходимые средства, приемы, способы и методы законотворческой деятельности. Во-вторых, под законодательной технологией (от греч. techne- искусство, мастерство, умение + logos- учение) понимается наука, система знаний о принципах, средствах и способах наиболее эффективной и планомерной законотворче-

4

ской практики» .

Важным этапом в развитии исследований по данной теме стало издание двух сборников статей под редакцией В.М. Баранова - «Проблемы юридической техники»[58] (2000 г) и «Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование»[59] (2001 г.), в которых лаконично собраны все существующие в настоящее время в отечественной литературе точки зрения по вопросам юридической техники и юридической технологии, законодательной техники и законодательной технологии, а также по проблематике их соотношения.

Исследования по юридической технике развивались столь интенсивно, что в 2005 г. В.М. Баранов и Н.А. Климентьева опубликовали полный ретроспективный библиографический указатель «Юридическая техника: природа, основные приемы, значение»[60].

В 2007 г. вышел в свет учебник Т.В. Кашаниной «Юридическая техника»[61] [62], в котором отражено авторское видение истории становления понятия, структуры и содержания юридической техники.В 2009 г. была опубликована монография И.В. Колесник «Проблемы формирования и реализации концепции правоприменительной технологии в современной России» , в которой исследуется процесс становления и развития концепций юридической техники и юридической технологии.

Как нам представляется, многогранность понятия «техника» определяется разнообразием сторон правовой действительности, к которым данное понятие применяется. Например, технические аспекты профессиональной деятельности юриста прослеживаются сначала на уровне сознания, в виде знаний структуры права, его процедур, далее проявляются в процессе этой деятельности, и, наконец, в ее результате, представленном в юридико- техническом качестве нормативных правовых актов.

В рамках правовой системы следует обозначить следующие аспекты юридической техники: доктринальный, нормативный и социологический. На доктринальном уровне имеются в виду формально-юридические или «конструкционные» аспекты теории права, а в сфере правосознания речь идет о том, что Дж. Шахт именовал техническим правовым мышлением[63].

На таких уровнях правовой системы, как нормативный и социологический, юридическая техника проявляется, в первую очередь, в правовых конструкциях с тем лишь отличием, что на первом - нормативном - они статичны, а на втором - социологическом - динамичны.

Вывод, который из этого вытекает, заключается в том, что юридическая техника есть неотъемлемый элемент правовой системы. В данном контексте, нами разделяется мнение видного шведского юриста Э. Аннерса о том, что существующий ныне «небывало широкий, специализированный и точный правовой порядок, без которого немыслима технологическая цивилизация», имеет в своей основе высокоразвитые способности специалистов- юристов в юридической технике[64].

Юридическая техника - многоаспектное и многоуровневое понятие, имеющее динамичное содержание, которое зависит во многом от угла зрения на ту или иную проблему права. Техника может как отождествляться с правом, так и быть внешним по отношению к нему явлением. Например, можно рассматривать правотворчество как способ, средство (т.е. технику) превращения социального в правовое и одновременно, при этом, выделять технические аспекты в самом правотворчестве. Аналогично можно видеть в процессуальном праве и отрасль права, и средство (технику) реализации норм материального права и т.д.

Принципиальным критерием для классификации используемых в научном обороте понятий юридической техники является ее предназначение, цель, для осуществления которой она была создана в качестве самостоятельного правового института. В частности, по этому критерию в самом общем виде можно условно классифицировать все имеющиеся теории на две основные группы.

Авторы входящих в первую группу концепций при их создании исходили из того, что юридическая техника в качестве автономного института и объекта научного исследования создана для того, чтобы с помощью объединенных в ней системных элементов конструировать правовые документы. Такого взгляда на предназначение юридической техники придерживаются С.С. Алексеев, Л.М. Бойко, Н.А. Власенко, А.С. Пиголкин, А.А. Тенетко, Б.В. Чигидин.

Другие авторы видят основное предназначение юридической техники в содействии не только созданию самих правовых документов, но также и в содействии осуществлению сопутствующей этому деятельности (С.В. Бахвалов, А.А. Деревнин, В.Н. Карташов, Т.В. Кашанина, Д.А. Керимов, А.А. Нашиц, А.А. Ушаков и другие).

Ученые по-разному понимают, какие конкретно документы создаются при помощи средств и правил юридической техники, какая именно созидательная часть процесса конструирования этих документов ею охватывается, какой инструментарий входит в содержание юридической техники и т.д.

Например, Е.И. Астрахан, Д.А. Ковачев и А.С. Пиголкин относят к этим правовым документам только нормативные акты[65]. По мнению И.В. Колесник, «разделяющие подобный взгляд на виды правовых документов, создаваемых при помощи инструментария юридической техники, ученые, как правило, называют такую технику законодательной и используют в качестве синонима понятия «юридическая техника» понятие «законодательная техника»[66].

В отличие от этих ученых, придерживающихся этого же общего подхода И.К. Ильин, Д.А. Керимов и Н. В. Миронов относят к создаваемым с помощью средств юридической техники правовым документам правовые акты как нормативного, так и ненормативного характера[67], в частности Д.А. Керимов пишет «... законотворчество ... требует от законодателей специальных знаний, определенных навыков овладения искусством ... формулирования законодательных актов. Эти знания в мировой юридической теории и практике именуются законодательной техникой, представляющей собой определенную систему требований при создании нормативно-правовых правил, законов и подзаконных актов, их систематизации»[68] [69] [70].

А.А. Тенетко дополняет перечень правовых документов, разрабатываемых при помощи инструментария юридической техники, процедурно-

3

процессуальными и юрисдикционными актами .

Другое принципиальное различие в точках зрениях ученых, считающих главной целью юридической техники конструирование текстов правовых документов, заключается в вопросе о том, какую именно часть созидательной процедуры создания этих актов охватывает юридическая техника: только конструирование текста, или, помимо этого, создание такого текста в сознании автора на интеллектуально-волевом уровне.

Так, Е.С. Шугрина указывает, что «юридическая техника ... ограничивается вопросами, определяющими или уточняющими условия использования языка права и структуры юридического рассуждения, а также различны-

4

ми техническими приемами, средствами и правилами» .

Аналогичное мнение по данному вопросу высказывают С.С. Алексеев и Л.М. Бойко. С.С. Алексеев, раскрывая содержание юридической техники как совокупности двух элементов (технических средств и технических приемов), пишет: «В области права техническими средствами являются, в частности, юридические конструкции, терминология; правовой технологией - способы изложения норм, система отсылок»[71].

Л.М. Бойко отмечает: «... под законодательной техникой следует понимать чисто технические моменты подготовки проектов нормативных актов, т.е. все, что касается методики составления правовых актов, их оформления»[72] [73].

Таким образом, по мнению обоих ученых, юридическая техника охватывает только конструирование и документальное оформление принятого законодателем либо правоприменителем решения на бумажном носителе.

Б.В. Чигидин в диссертационной работе, посвященной юридической технике, отмечает: «... основное назначение юридической техники в том, чтобы наиболее полно и правильно «перевести» акт-волеизъявление в актдокумент, отобразить в тексте документа подлинную волю правотворца. Достичь же этого без определенных гносеологических операций невозможно». К таким операциям, именуемым им правилами юридической техники, он относит «... точное определение предмета регулирования нормативного акта» и «... познание разработчиком нормативного контекста создаваемого

3

правового акта» .

Далее перейдем к изучению концепций второго обозначенного нами подхода к пониманию предназначения юридической техники. Как уже отмечалось, в пределах данного подхода юридическая техника понимается учеными не только как инструментарий, созданный для формирования правовых актов в сознании их творца и конструирования на основе этого текста соответствующего правового документа, но и в качестве института, обязанного обеспечить деятельность (правотворческую, правоприменительную, право- осуществительную - в зависимости от мнения автора), сопутствующую непосредственному созданию правового документа.

По мнению И.В. Колесник, «следствием такого широкого понимания предназначения юридической техники отчасти является и то, что некоторые ученые, например, Н.А. Власенко и В.Н. Карташов, в рамках этого подхода наряду с понятием «юридическая техника» используют понятие «юридическая технология»»[74]. Вопрос о соотношении «юридической техники» и «юридической технологии» будет рассмотрен нами в следующем параграфе данной главы.

Авторы, отмечающие, что сопутствующая деятельность все же охватывается инструментарием юридической техники либо исходят из единства двух этих ее предназначений, соединяя их в одном понятии (В.М. Баранов, С.В. Бахвалов, Н.А. Власенко, А.А. Деревнин, В.Н. Карташов, Т.В. Кашанина), либо разделяют юридическую технику на две стороны, части, говоря о понимании ее в двух смыслах (А.А. Нашиц, Ю.А. Тихомиров, А.А. Ушаков).

Рассматривая юридическую технику в двух смыслах, ученые, как правило, в узком смысле под юридической техникой понимают образование, предназначенное для создания текстов правовых документов, а в широком - видят ее цель в содействии сопутствующей этому юридической (и не только) деятельности.

Напротив, авторы, представляющие юридическую технику в качестве единого, сложного образования, существующее одновременно и для создания текстов правовых документов, и для оформления предшествующей этому и последующей деятельности, не выделяют в качестве самостоятельной цели юридической техники конструирование только текста правового акта, исключая из нее интеллектуально-волевую деятельность субъекта по принятию этого документа.

Эти же ученые, в отличие от приверженцев узкого и широкого понимания юридической техники, не совсем едины и в вопросе о том, какие правовые документы обслуживает юридическая техника. В сравнении со сторонниками приведенного нами выше первого подхода к пониманию юридической техники они выделяют в качестве таких документов не только правовые, но в ряде случаев, по сути, таковыми не являющимися. Так, Н.А. Власенко пишет, что в качестве создаваемых средствами юридической техники юридических решений как итогов юридической деятельности в широком смысле слова могут выступать даже комментарии законов и гражданско-правовые договоры[75].

Представляется, что данная расширенная позиция автора вызвана особенностями его концепции, согласно которой инструментарий юридической техники распространяется по существу на большинство этапов правотворческой, правоприменительной и правоосуществительной юридической деятельности.

В отличие от Н.А. Власенко, А.А. Наитии, и А.А. Ушаков усматривают предназначение юридической техники в узком смысле аналогично в том же, в чем Л.М. Бойко и Е.С. Шугрина, рассматривающие юридическую технику только в одном смысле - в содействии построению текстов правовых актов.

По мнению А.А. Ушакова, внешняя часть юридической техники предназначена для решения вопросов, связанных с организацией: правотворческой процедуры, способов установления юридических норм, субъектов правотворческой деятельности[76] [77].

В своих более поздних работах А.А. Ушаков расширяет круг вопросов, относимых им к внешней юридической технике, дополняя ее как личными и профессиональными качествами субъекта правотворчества (умение, искусность, талант законодателя), так и совокупностью различных материальных, технических средств, используемых этим субъектом в процессе законотвор-

чества (кибернетические устройства, чернила, бумага) .

В отличие от А.А. Ушакова, А.А. Нашиц сужает сферу применения юридической техники в широком смысле слова, определяя ее только как «... деятельность по разработке решений, при помощи которой подготавливаются средства, необходимые для проведения в жизнь принципов и установок законодательной политики»[78] [79] [80]. Аналогичную позицию занимает и

Л

Ю.А. Тихомиров . Также А.А. Нашиц особо отмечает, что входящей в законодательную технику в широком смысле слова деятельностью охватывается не вся предшествующая принятию закона деятельность законодателя, а только «операции по подготовке правовых норм с точки зрения их существа, их содержания, и операции, при помощи которых решения по существу приоб-

ретают свою специфическую форму выражения» . Соответственно, она включает в сферу регулирования юридической техники интеллектуальноволевой и материальный аспекты создания правового документа.

На наш взгляд, предназначение юридической техники только для создания текстов правовых документов делает ее существование как самостоятельного института в теории права не имеющим потенциала для развития. Сужая пределы использования юридической техники только текстом, авторы, тем самым, сводят ее инструментарий только к средствам языка и правилам формальной логики. В таком случае работы по проблемам юридической техники преимущественно посвящаются исследованию особенностей применения правил орфографии, пунктуации, синтаксиса, а также формальной логики, помогающей строить силлогизмы и исключать внутреннюю противоречивость приводимых в тексте документа рассуждений при конструировании текстов законов и подзаконных актов.

В.Н. Карташов, учитывая специфику его понимания юридической деятельности и, в частности, ее материально-предметной стороны, выделяет следующие виды юридической техники: правотворческую и правоприменительную (правореализационную), интерпретационную и правосистематизирующую, судебную и следственную, прокурорскую и т. п.[81] [82] [83]

Т.В. Кашанина, обобщив позиции ученых относительно разновидностей юридической техники, в качестве основного критерия для своей классификации выбирает стадии (этапы) правового регулирования и насчитывает шесть видов юридической техники, а именно: правотворческую, технику опубликования нормативных актов, технику систематизации нормативных актов, интерпретационную, правореализационную и правоприменительную2.

Следует отметить, что приведенные выше видовые классификации юридической техники сложились давно и, фактически, используются в том или ином варианте практически всеми пишущими по этой проблематике учеными. Представляется, что наиболее универсальной является классификация юридической техники, в основе которой заложены виды юридической деятельности, обслуживаемые ее инструментарием. С точки зрения такой позиции следует выделить законодательную, правоприменительную техники, а также техники исполнения, использования и соблюдения права.

Весьма интересным является вопрос о соотношении понятий «юридическая техника» и «законодательная техника». Решающее значение в данном вопросе, по мнению П.Ю. Каратаева, имеет трактовка категории «законодательство» . Согласно широкому пониманию законодательство рассматривается как «весь комплекс издаваемых правотворческими органами нормативных актов, начиная с законов, принятых высшими представительными органами страны или непосредственным волеизъявлением населения в форме референдума, и кончая актами субъектов федерации и местного самоуправления»[84].

Авторы, трактующие термин «законодательство» более узко, определяют его как совокупность законов, а также постановлений представительного органа государственной власти. Так, по мнению Р.З. Лившица, законодательством в соответствии с его более узким пониманием «являются только законы и другие законодательные акты (постановления), принимаемые парламентом»[85].

Концепция правового государства делает единственно возможной трактовку законодательства как «упорядоченной совокупности собственно законов»[86] [87] [88], как «совокупности законов - нормативных актов, обладающих (после конституции) высшей юридической силой, принятых (органом зако-

нодательной власти) в рамках законодательного процесса» . Согласно мнению Ю.А. Тихомирова, в буквальном смысле, законодательство - это струк-

4

турированная упорядоченная система законов .

Значительная часть исследователей отождествляет законодательную технику и технику подготовки подзаконных нормативных правовых актов (взятые в совокупности) и юридическую технику, либо же не проводят различий между законодательной (в собственном смысле этого слова) и юридической техникой.

Например, А.Я. Сухарев дает следующую трактовку: «Юридическая (законодательная) техника является техникой написания и оформления текстов нормативно-правовых актов»[89]. Подобной точки зрения придерживается и

А.М. Цалиев. По его мнению, «юридическая техника как совокупность правил, используемых при разработке, принятии и издании правовых актов, составляет обязательное условие качественной нормотворческой деятельности»[90] [91]. Н.А. Власенко определяет юридическую технику как «совокупность средств и

п

приемов написания и оформления (проектов), текстов нормативных актов» .

По мнению О.А. Пучкова, юридическая техника представляет собой «совокупность правил, средств, приемов разработки, оформления и систематизации нормативных актов в целях их ясности, понятности, эффективности»[92]. На наш взгляд, такое определение юридической техники не вполне точное. При такой позиции юридическая техника ограничена пределами лишь законотворческой деятельности, то есть распространяется только на процесс формирования законодательного акта, не учитывая этап функционирования, исключая, тем самым, правоприменительный период.

В.М. Артемов приходит к выводу о том, что «юридическая техника существует и за пределами законотворческой деятельности, существует до развертывания и после завершения ее процедур»[93] [94].

Представляется, что по своему содержательному и социальному значению понятие «юридическая техника» значительно шире, чем понятие «законодательная техника». Предназначение юридической техники состоит не только в создании нормативного правового акта, а также и в том, чтобы «формируемый нормативный законодательный акт отвечал интересам значительной части общества, чтобы соответствовал ценностным, традицион-

3

ным устоям социума» .

Законодательная техника в качестве одного из явлений правовой действительности включается в юридическую технику. Развитие и совершенствование юридической техники в современном российском обществе напрямую связано с процессом активизации российской правовой системы в целом и обновления технической ее составляющей в особенности, в пределах которой необходимо активнее развивать нормативно-регламентирующие, организационные и информационно-аналитические основания[95].

Следует отметить, что в общей теории права некоторые авторы отождествляют юридическую технику с законодательной и относят к ней создание юридических конструкций, а также технику выражения правовых предписаний[96]. Зачастую, вся юридическая техника сводится к одной ее разновидности - правотворческой, а последняя - к законодательной[97] [98].

По мнению Е.В. Ильюк, понятие законодательной техники в широком смысле слова, включающем организационно-процедурную сторону, синонимично термину «теория правотворчества». Законодательная техника - это система принципов, средств и правил построения законодательных актов и отдельных статей .

Исходя из такого понимания, исследователи полагают, что «юридическая (законодательная, нормотворческая) техника - совокупность правил и приемов подготовки, формирования и опубликования нормативных правовых актов»[99], «совокупность специфических средств, правил и приемов наиболее оптимального правового регулирования общественных отношений»[100].

Законодательная техника также трактуется в качестве совокупных правил, средств, приемов разработки, оформления и систематизации нормативных актов в контексте источников права и правотворчества. Тем самым подготавливаемый текст нормативного документа является результатом больших интеллектуальных усилий законодателя. Его характеризует система правил и приемов подготовки наиболее совершенных по форме и структуре проектов нормативных актов, обеспечивающих полное и точное соответствие формы нормативных предписаний их содержанию, доступность, простоту и обозримость нормативного материала, исчерпывающий охват регулируемых вопросов[101].

Узкое понимание законодательной техники связывается со стадией «собственно-технического построения норм, с присущими ей техническими средствами и приемами, ибо иначе невозможно было бы понять, каким образом специфические приемы, при помощи которых правила поведения, формулируемые законодателем на основе познания и оценки правообразующих факторов, получают специфическое выражение и специфическую функциональную способность»[102] [103].

Однако, по мнению Л.Л. Кругликова, и «среди сторонников узкой трактовки упомянутого понятия наблюдается единодушие лишь в признании того, что это понятие является собирательным, и отсутствует таковая относительно элементов, включаемых в его содержание: говорят о его совокупности (комплексе) средств и приемов; правил; правил и приемов; средств, правил и приемов;

- 3

принципов, средств и правил; средств и операций и т.д.» .

Объединение рассмотренных и других научных оценок в понимании термина законодательной техники позволяет сделать вывод, что законодательная техника имманентна на всех стадиях жизни закона: во-первых, без нее не обходятся в процессе разработки первоначального варианта законопроекта, оформления и принятия закона; во-вторых, при внешней беспристрастности она может использоваться для целенаправленного регулирования поведения с учетом тех или иных социальных интересов; в-третьих, помогает учитывать специфику юридико-технических приемов в разных отраслях права[104].

Л.П. Рассказов предлагал следующее определение: «Юридическая техника - совокупность правил (приемов), средств подготовки, рассмотрения, принятия и обнародования нормативно-правовых, правоприменительных и интерпретационных актов»[105].

Таким образом, в широком понимании законодательная техника смыкается с понятием правотворчества, нормообразования, с технологией подготовки, обсуждения, принятия и опубликования правовых актов[106].

Приведенные выше определений понятия подчеркивают многогранность и многозначность рассматриваемой категории, что дает нам возможность уточнения границ данной правовой категории.

Считаем возможным предложить авторское определение юридической техники как исторически обособленного в прикладных целях универсального общетеоретического феномена и атрибута нормотворческой деятельности, интегрирующего правила, средства, способы, приемы разработки, оформления, принятия и обнародования нормативных правовых, правоприменительных и интерпретационных актов.

Данная дефиниция основана на ретроспективном анализе сложившихся в юридической науке точек зрения о происхождении и понятии юридической техники и раскрывает его как комплексное и многогранное явление. Диапазон взглядов на эту проблему диаметрально противоположный: от полного отрицания, игнорирования и неприятия правовой категории «юридическая техника» до детальной и всесторонней разработки этой правовой категории, постановки ее в качестве одной из исходных, существенных в юриспруденции.

1.3.

<< | >>
Источник: ПАВЛОВА Ксения Евгеньевна. ЮРИДИЧЕСКАЯ ТЕХНИКА КАК АТРИБУТ НОРМОТВОРЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (НА ПРИМЕРЕ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ). Д И С С Е Р Т А Ц И Я на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Белгород - 2016. 2016

Скачать оригинал источника

Еще по теме Юридическая техника в нормотворческой деятельности государства: сущность и правовая природа:

  1. Глава IV. СООТНОШЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНЫХ И РЕГИОНАЛЬНЫХ НАЧАЛ В СИСТЕМЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  2. §2. Источнике вые базы правовых систем стран Европы
  3. 1. ОБЪЕКТЫ ПРАВ В ОБЩЕЙ ТЕОРИИ ПРАВА
  4. ПРОИСXОЖДЕНИЕ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА
  5. § 1. Функции гражданско-правового регулирования в социалистическом обществе
  6. § 2. Дифференциация гражданско-правового регулирования в социалистическом обществе
  7. Гарантии избирательных прав граждан в системе права и в механизме правового регулирования: обзор научных подходов
  8. I. Нормативные акты и иные официальные источники
  9. Согласование национального права с международно-правовой системой
  10. § 3. Судебная практика в сфере правовой защиты осужденных
  11. § 1. Антикоррупционная экспертиза нормативных правовых актов и их проектов в системе мер по предупреждению коррупции в России
  12. §1. Судебно-правовые позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в системе российского права
  13. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
  14. ОГЛАВЛЕНИЕ
  15. Юридическая техника в нормотворческой деятельности государства: сущность и правовая природа
  16. 2.1. Теоретические основы формирования юридической техники в нормотворческой деятельности органов внутренних дел
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -