§ 3. Иные федеральные нормативные правовые акты и их применение

Основная масса вопросов, относящихся к регулированию Действий и правовых отношений участников уголовного судопроизводства разрешена нормами УПК РФ. Новый УПК - это не только основной, но и единственный уголовно-процессуальный закон современной России.

Однако к регулированию уголовно-процессуальных отношений относятся некоторые правовые нормы, содержащиеся также в других федеральных законах. Например, для привлечения к уголовной ответственности члена Сове-

Раздел I. Общие положения

та Федерации и депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации необходимо преодолеть положения о неприкосновенности указанных лиц, о чем вопрос может быть решен по представлению Генерального прокурора РФ в особом порядке и при наличии оснований - ст. 18, 21 Федерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального собрания Российской Федерации» от 8 мая 1994 г. № 3-ФЗ (СЗ РФ. 1999. № 28. Ст. 3466). Специальный механизм лишения неприкосновенности ряда должностных лиц установлен Федеральным законом «О счетной палате Российской Федерации» от 18 ноября 1994 г. (11 января 1995 г.) № 4-ФЗ (СЗ РФ. 1995. № 3. Ст. 167), Законом РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26 июня 1992г. №3132-1 (Ведомости РФ. 1992. №30. Ст. 1792) и др. В указанных случаях важные положения, относящиеся к решению существенных для судопроизводства вопросов, содержатся в специальных законах, которые носят комплексный, межотраслевой характер. Поэтому при регулировании порядка заключения под стражу или привлечения в качестве обвиняемых кого-то из указанных лиц уголовно-процессуальный закон не вступает в коллизию с этими законами, а воспринимает их как реальность, взаимодействует с ними (см. гл. 52 УПК).

В УПК имеются и другие нормы, которые никак нельзя считать только принадлежностью этого федерального закона.

Так, определяя компетенцию различных звеньев федеральной системы судов общей юрисдикции, УПК исходит из их построения, данного в федеральном конституционном законе о судебной системе. Устанавливая процессуальную компетенцию, например, председателей Верховного Суда РФ, его заместителей, председателей областных и им соответствующих судов, УПК включает в «свою» систему норм или учитывает многие положения судоустройственных законов. При определении процессуальной компетенции носителей прокурорской власти он исходит из того построения прокуратуры, которое дано в федеральном законе о прокуратуре.

Отмечая, таким образом, факт формирования норм уголовно-процессуального закона с учетом других федеральных законов, необходимо подчеркнуть, что и эти «другие законы», в свою очередь, имея уголовно-процессуальное содержание, должны соответствовать нормам УПК (имеются в виду федеральные законы о прокуратуре, о милиции, об оперативно-розыскной деятельности, об уголовно-исполнительной деятельности и т. п.). К сожалению, на практике иногда выявляются противоречия между УПК РФ и другими федеральными законами. В той мере, в какой противоречия между нормами УПК и других федеральных законов и иных нормативных актов носят процессуальный характер или направлены на организацию применения уголовно-процессуальных норм, их можно разрешить на базе ст. 7 УПК РФ. Этой статьей установлено, в частности, что органы расследования, прокурор и суд не вправе применять федеральный закон, про-

Глава III. Источники уголовно-процессуального права

тиворечащий УПК, а при установлении несоответствия законов принимать решение в соответствии с нормами УПК.

Следует отметить, что эти предписания не носят универсального характера. Существующие противоречия между нормами УК РФ и УПК РФ, в частности, нельзя разрешить в соответствии с положениями, содержащимися в ст. 7 УПК, так как УК и УПК имеют разный предмет правового регулирования. Для уяснения высказанного суждения обратимся к положениям, содержащимся в ст.

25 и 26 УПК, которые допускали прекращение уголовного дела ввиду примирения сторон или в связи с изменением обстановки, если против лица впервые осуществляется уголовное преследование. Между тем УК РФ предусматривает возможность освобождения этих лиц от уголовной ответственности, если они впервые совершили преступление (ст. 76, 77 УК РФ). В рассматриваемых случаях прекращение уголовных дел должно иметь место ввиду освобождения лиц от уголовной ответственности. Иначе говоря, в основе решения вопроса лежит уголовно-правовое основание. Уголовно-правовое значение имеет факт совершения преступления впервые. В то же время никакого уголовно-правового значения не имеет, подвергалось ли лицо уголовному преследованию. Следовательно, в рассматриваемых случаях речь идет прежде всего об урегулировании уголовно-правовых отношений. И поэтому принимать решение следует на основе применения не уголовно-процессуального, а уголовного материального закона, так как выбор закона зависит от предмета правового регулирования. Не случайно еще до введения УПК РФ в действие законодатель вынужден был изменить ст. 25 и 26 УПК, сделав в их тексте прямую отсылку к ст. 76 и 77 УК РФ, оговорив, что предусмотренные указанными статьями УПК решения принимаются в случаях, предусмотренных УК РФ1.

<< | >>

↑

Источник: Божьев В. П. и др.. Уголовный процесс: Учебник для студентов вузов, обучающихся по специальности «Юриспруденция» / Под ред. В. П. Божьева. 3-е изд., испр. и доп. - М.: Спарк. 704 с.. 2002

Еще по теме § 3. Иные федеральные нормативные правовые акты и их применение:

- Доказывание в уголовном процессе - Кримінальний процес України - Уголовный процесс Р. Беларусь - Уголовный процесс Р. Казахстан - Уголовный процесс России -