КРАТКИЙ БИОГРАФИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ

Александров Петр Акимович (1838—1893). Родился в семье священника. После окончания в 1860 году юридического факультета Петербургского университета назначен следователем в Царское Село.

В. Д. Спасович писал о нем: «Он был остер, как бритва, холоден, как лед^ бесстрашен, как герой»13. А Н. П. Карабчев- ский вспоминал: «Речи свои Петр Акимович произносил несколько гнусавым, не слишком громким голосом, со спокойной манерой закаленного в боях судебного бойца. Он почти не жестикулировал. Оружие, как и стройная худощавая фигура самого бойца, было не из громоздких. Оно не пестрило кричащими орнаментами и не производило шумных, болезненно бряцающих ударов. Оружие это почти исключительно было «режущим» и «колющим». При этом оно было дивно закалено и необычайно остро отточено»14.

Андреевский Сергей Аркадьевич (1847—1919). Родился в дворянской семье. В 1868 году окончил юридический факультет Харьковского университета. В 1870—1873 годах — следователь, а затем товарищ прокурора Казанского окружного суда, с 1873-го — товарищ прокурора Петербургского окружного суда. За отказ поддерживать обвинение по делу В.

С. А. Андреевский — адвокат-художник и псйхолог, «умеющий пробудить добрые чувства в сердцах судей при самых неблагоприятных условиях»15. Он обладал приятным звучным голосом. Свободная и красивая речь его вызывала восторг публики. Лучшие его судебные речи близки к литературным произведениям. Писал стихи, критические статьи, прозу. Недостатками его речей коллеги считали рискованные парадоксы и идеализацию своих подзащитных, приводившую его к моральному оправданию не только преступника, но иногда и преступления.

Бобрищев-Пушкин Александр Михайлович (1851 —1903). В 1873 году закончил Училище правоведения. Служил следователем в Казани, товарищем прокурора в Новгороде. С 1883- го — товарищ прокурора Петербургского окружного суда, с 1893-го — прокурор Ярославского окружного суда, с 1896-го — товарищ прокурора Московской судебной палаты, с 1897-го — председатель Московского окружного суда, с 1900 года—товарищ обер-прокурора уголовного кассационного департамента Сената. Занимался научной работой. Его перу принадлежат некогда широко известные книги «Эмпирические законы деятельности русского суда присяжных» (1896) и «Суд и раскольники-сектанты» (1901). Поэт. Был избран председателем литературно-художественного кружка поэта Я. Полонского.

Громницкий Михаил Федорович. До судебной реформы — губернский стряпчий в Воронеже. С 1866 года —товарищ прокурора Московского окружного суда. Патриарх русского обвинительного красноречия. Его речи отличались неотразимой логикой, ясностью и простотой изложения. А. Ф. Кони вспоминал о нем: «Сочетание силы слова с простотой слова, отсутствие всяких ненужных вступлений и какого-либо пафоса, спокойное в своей твердости убеждение и самое подробное изучение и знание всех обстоятельств и особенностей разбираемого преступления делали из его речи то неотразимое «стальное копье закона», о котором говорит король Лир. Почти по всем большим и сложным делам того времени, о котором я говорю.

Доброхотов Михаил Иванович (1827—1869). Первый председатель Совета присяжных поверенных округа Московской судебной палаты (1866—1869).

Карабчевский Николай Платонович (1851 —1925). После окончания в 1874 году юридического факультета Петербургского университета вступил в адвокатуру. Быстро приобрел популярность. Выступал почти во всех громких уголовных процессах конца XIX — начала XX века: дело об интендантских злоупотреблениях во время русско-турецкой войны, дело Мироновича, дело Имшенецкого, дело Ольги Палем, дело братьев Скитских, мултанское дело, дело о крушении парохода «Владимир» и др. Принимал участие и в политических процессах. Он защищал убийцу Плеве Сазонова, руководителя боевиков партии эсеров Гершуни, Е. К. Брешко-Брешковскую. Его отличали мастерство, эмоциональность и выразительность речи, глубокий психологический анализ, умение допрашивать свидетелей в процессе, опровергать доводы противной стороны. Правда, излишняя эмоциональность не могла заменить систематического изучения дела. От этого страдали красота слога и логика изложения.

Занимался литературным творчеством. Его перу принадлежат ряд прозаических и поэтических сочинений, воспоминания и очерки по судебным делам.

В 1895 году Н. П. Карабчевский был избран в состав Совета присяжных поверенных Петербургской судебной палаты, а затем и ее председателем и остался на этом посту до Октябрьской революции. К Советской власти отнесся отрицательно и эмигрировал.

Ковалевский Михаил Евграфович (1829—1884). В 1849 году закончил Училище правоведения. Служил на секретарских должностях в Сенате, затем на судебных должностях в Петербурге, с 1857-го — председатель палаты уголовного суда. В 1862-м — член-редактор комиссии по выработке основ судебной реформы. Был первым обер-прокурором уголовного кассационного департамента Сената.

Кони Анатолий Федорович (1844—1927). Родился в Петербурге в семье литератора. После окончания в 1865 году юридического факультета Московского университета работал в должности помощника секретаря Петербургской судебной палаты. В 1867—1870 годах — товарищ прокурора Харьковского окружного суда, с 1870-го — товарищ прокурора Петербургского окружного суда, с 1871-го — прокурор. С 1878 года — председатель Петербургского окружного суда, затем, с 1881- го, член Петербургской судебной палаты, с 1885 года — обер- прокурор . кассационного департамента Сената, с 1897-го — сенатор, с 1907-го — член Государственного совета.

Будучи на прокурорских должностях в Харькове, Казани и Петербурге, Кони зарекомендовал себя превосходным судебным оратором. Как писал Н. В. Муравьев, в то время прокурор Московской судебной палаты, по поводу изданных в 1888 году судебных речей А. Ф. Кони, «литературная оценка этих художественных и вместе содержательных речей общеизвестна, и в новых похвалах они не нуждаются; им трудно, почти невозможно подражать, но по ним следует учиться»16.

Свою прокурорскую, а затем судейскую работу А. Ф. Кони успешно сочетал с педагогической деятельностью и литературным творчеством. С 1876 года он преподавал курс уголовного судопроизводства в Училище правоведения.

В 1878 году А. Ф. Кони председательствовал в процессе

В. Засулич. В соответствии с принципом несменяемости судей, закрепленным в судебных уставах, он сохранил за собой пост председателя Петербургского окружного суда, несмотря на желание императора уволить его в отставку. Это потребовало от него не меньшего мужества, чем вынесение оправдательного приговора. Но поскольку независимость А. Ф. Кони от власти никогда не переходила границы дозволенного и носила характер либеральной оппозиции в рамках закона, его дальнейшая карьера складывалась сравнительно удачно. Но этим он был обязан не благосклонности императоров и министров, а своему таланту и огромной работоспособности.

В 1896 году он был избран почетным академиком Академии наук.

Временным правительством А. Ф. Кони был назначен первоприсутствующим (председательствующим) в уголовном департаменте и общем собрании Сената.

После Октябрьской революции А. Ф. Кони продолжал преподавательскую деятельность в Петроградском университете и других вузах.

Лохвицкий Александр Владимирович (1830—1884). Закончил Московский университет, преподавал историю русского права и энциклопедию права. С 1869 года — один из редакторов «Судебного вестника» и защитник по отдельным уголовным делам. С 1874-го — присяжный поверенный в Москве. Автор многих научных трудов, в том числе «Обзора современных конституций» (1862) и «Курса русского уголовного права» (1868), в котором предложен целый ряд решений по приведению в соответствие Уложения о наказаниях 1845 года и судебных уставов 1864 года.

Люминарский Елисей Елисеевич (1829—1883). Закончил Училище правоведения. Служил в московских департаментах Сената. После судебной реформы — первый председатель Московского окружного суда, затем член Московской судебной палаты. От предложенного ему поста сенатора отказался. Е. Е. Люминарский, по выражению А. Ф. Кони, был «судья с головы до ног». Самостоятельный и независимый, недоступный внешнему давлению, чуждый карьеризма, снисходительный и сострадательный к слабым, он пользовался всеобщим доверием и уважением.

Муравьев Николай Валерианович (1850—1908). После окончания Московского университета остался на кафедре и читал лекции по уголовному процессу. В 1881 году назначен прокурором Петербургской судебной палаты. С 1884-го на той же должности в Москве. С 1891 года — обер-прокурор уголовного кассационного департамента Сената, с 1892-го — государственный секретарь. В 1894—1905 годах — министр юстиции. В 1905—1908-м — посол в Италии. Считался одним из лучших судебных ораторов. Наиболее известны его речи по делу пер- вомартовцев, по делу «червонных валетов», по делу Тупицыных, а также его обер-прокурорские заключения.

Обнинский Петр Наркизович (1837—1904). Известный судебный деятель и публицист. В шестидесятых годах — мировой судья в Калужской губернии, в семидесятых — восьмидесятых — товарищ прокурора, затем прокурор Московского окружного суда. Ему посвятил А. Ф. Кони свой очерк «Нравственный облик Пушкина». Характеризуя П. Н. Обнинского и тот тип обвинителя, который он представлял, А. Ф. Кони сказал: «Прокурор — говорящий публично судья». Речи П. Н. Обнинского «были всегда проникнуты спокойствием тона, человечностью и убедительностью доводов без преувеличенного толкования улик и доказательств»17.

Плевако Федор Никифорович (1842—1908). После окончания в 1864 году юридического факультета Московского университета работал секретарем Московского окружного суда. С 1866-го — в. адвокатуре. Слава его гремела по всей стране. О его защитах ходили легенды. По мнению современников, главная сила Ф. Н. Плевако заключалась в интонациях и «в прямо колдовской заразительности чувства, которым он умел занять слушателя»18. Он обладал живописным даром речи. Его выступления отличались глубоким психологизмом, остроумием и ясностью мысли. В них виртуозно сочетались трагизм, пафос и простота формы, доходчивость. Благодаря его участию многие процессы становились громкими, как, например, дело о беспорядках на Коншинской фабрике (где дана интересная характеристика преступлений, совершенных толпой), на фабрике Морозова, дело Каструбо-Карицкого, дело крестьян из села Люторичи и др.

В 1907 году Ф. Н. Плевако был избран депутатом III Государственной думы от партии октябристов.

Пржевальский Владимир Михайлович (1840—1900). После окончания в 1860 году Московского университета преподавал историю в кадетском корпусе и в гимназии. В 1866—1870 годах работал обер-секретарем Московского департамента Сената. В 1870-м вступил в сословие присяжных поверенных в Москве. Одновременно являлся редактором «Юридического вестника». С 1880-го был гласным Московской городской Думы.

Он блестяще выступал в уголовных процессах, особо выделяли его речи (помимо приведенных в настоящем издании) по так называемым банковским делам. И, кроме того, он был одним из лучших адвокатов-цивилистов. Как отмечал известный адвокат и политический деятель С. Муромцев, «речь

В. М. Пржевальского принадлежала к тому роду красноречия, которое, отличаясь постоянной серьезностью тона, побивает противника и знанием дела, и логичностью своих выводов; недостаток же блестящего остроумия восполнялся в этой речи то трудно преоборимым сарказмом, то — руководимым благородными побуждениями негодованием»19.

Спасович Владимир Данилович (1829—1908). После окончания в L849 году юридического факультета Петербургского университета работал чиновником в палате уголовного суда. Затем занимался научной и педагогической деятельностью в Петербургском университете. Получил степень доктора прав, стал профессором. Им опубликовано большое число работ по уголовному праву и процессу, гражданскому и международному праву. Ему принадлежит один из лучших для своего времени учебников по уголовному праву. В 1861 году вместе с другими учеными ушел из университета в знак протеста против расправы над студентами. В 1863 году его учебник был запрещен и сам Спасович не был допущен к преподавательской работе в Казанском университете.

В 1866 году вступил в адвокатуру. По праву считался самым заслуженным присяжным поверенным. Его называли «королем адвокатуры». С. А. Андреевский вспоминал: «Вся администрация — министры, сенаторы и прокуроры поневоле смотрели на него снизу вверх»20. В. Д. Спасович выступал на многих крупных политических процессах: «нечаевцев», «50-ти», «193-х» и др. Не менее известны его речи по тифлисскому делу (об убийстве Н. Андреевской), делу Дементьева, делу Овсянникова, делу Кронеберга, делу о злоупотреблениях в Московском коммерческом ссудном банке, делу Нотовича, делу Мельницких и др.

По всеобщему признанию, Спасовича отличали широкая эрудиция, превосходное знание- различных отраслей права, простота и ясность речи, доскональное, до мелочей, изучение дела, глубокий аналитический обзор всех обстоятельств.

Несмотря на то что авторитет В. Д. Спасовича был несколько подорван его защитой по делу Кронеберга и некоторым другим, адвокатура всегда относилась к нему с большим уважением и доверием. Андреевский уже после смерти Спасовича писал: «Я настаиваю на суровой честности Спасовича, невзирая на язвительные выходки против него Достоевского за дело Кронеберга... Спасович был неизменно искренен и тверд в своих убеждениях. В вопросах адвокатской этики он был до щепетильности разборчив»21.

Им опубликовано много статей по истории русской и мировой литературы. Сочинения изданы в десяти томах (1889— 1902).

Урусов Александр Иванович (1843—1900). Князь Урусов после окончания юридического факультета Московского университета в 1866 году поступает в адвокатуру. Сразу приобрел широкую известность своими речами по делу Волоховой и делу Дмитриевой и Каструбо-Карицкого. Находясь в Швейцарии после известного «нечаевского» дела, вел агитацию за невыдачу Нечаева России. За это был сослан в Лифляндию. В 1876 году был принят в прокуратуру. Служил в Варшаве, а затем в Петербурге. Прославился как государственный обвинитель, особо отмечали его речи по делу Гулак-Артемовской и делу Юханцева. В 1881-м возвращается в адвокатуру.

С. А. Андреевский считал его одним из создателей «свободного литературного языка защитительной речи». По всеобщему признанию, его речи отличались эмоциональностью, яркими эпитетами и эффектными фразами, они сверкали как фейерверк. Импозантная внешность, приятный голос и талант полемиста способствовали его неизменному успеху во многих громких процессах. В 1881 году он защищал в Париже французского литератора Л. Блуа и выиграл дело.

Шубинский Николай Петрович. Родился в 1853 году. После окончания в 1875-м юридического факультета Московского университета записался помощником присяжного поверенного к Ф. Н. Плевако. Расцвет его популярности как адвоката приходится на «грань веков», когда он «как бы приблизился к первому ряду „львов адвокатуры"»22.

Широкую известность ему принесли речи в защиту рабочих морозовской фабрики, а также рабочих кузнецовской фабрики.

Его речи отличались не виртуозностью, а умом и смелостью. Защищая подсудимого, он был энергичным и изобретательным. Некоторые его выступления получили скандальный успех: чтобы достичь своей цели, Н. П. Шубинский иногда не брезговал сомнительными приемами, он, например, мог позволить «играть на струнах патриотизма присяжных». Ему принадлежит фраза, ставшая хрестоматийным примером неуважительного отношения к сопернику в прениях сторон: «Эту часть речи прокурора я могу сравнить лишь с тем, что ежедневно выметается из каждой мало-мальски опрятной комнаты»23. Он любил блеснуть цитатами, но они бывали искусственны и претенциозны. Активно занимался общественной и политической деятельностью. Был депутатом III и IV Государственной думы от партии октябристов.