<<
>>

§1. Судимость и ее компоненты

В научной литературе по уголовному праву нет однозначного и единообразного понимания правовой природы судимости. Наиболее полное определение судимости было дано в Постановлении Конституционного Суда РФ. Под судимостью в этом акте понималось правовое состояние лица, обусловленное фактом осуждения и назначения ему по приговору суда наказания за совершенное преступление и влекущее при повторном совершении этим лицом преступления установленные уголовным законодательством правовые последствия; имеющаяся у лица непогашенная или неснятая судимость порождает особые, складывающиеся на основе уголовно-правового регулирования публично-правовые отношения его с государством, которые при совершении этим лицом новых преступлений служат основанием для оценки его личности и совершенных им преступлений как обладающих повышенной общественной опасностью и потому предполагают применение к нему более строгих мер уголовной ответственности[2].

Однако Постановление сопровождалось столь

аргументированными и весомыми особыми мнениями судей Н.В. Витрука и А.Л. Кононова, что проблема определения юридической природы рассматриваемого уголовно-правового явления выглядит нерешенной[3].

Ухудшение положения лица, совершившего наиболее порицаемые

нарушения правил поведения, имеет сложную историческую и правовую природу. Необходимость в изменении положения лица, совершившего преступление и отбывшего по этому поводу уголовное наказание, получило довольно обширное теоретическое обоснование в работах криминологов.

Несмотря на долгий путь, который был пройден рассматриваемым институтом, вероятно, он еще не завершил свое развитие, поскольку до сих пор в уголовном законодательстве не закреплено понятие судимости, а перечень последствий судимости продолжает расширяться. Так, в первой редакции ст. 86 УК РФ не связывала напрямую судимость с последствиями, предусмотренными другими законодательными актами. Такая норма появилась лишь в 84-й редакции уголовного закона с введением дополнения о том, что судимость «влечет за собой иные правовые последствия в случаях и в порядке, которые установлены федеральными законами»[4].

Изучение любого правового понятия или института требует обобщенной характеристики его сущности и содержания. Доктрина разработала множество определений, в которых судимость раскрыта с самых разных сторон. Полифония точек зрения в первую очередь связана с тем, чем именно представляется судимость для того или иного ученого. То есть определение судимости является одним из главных компонентов, позволяющих раскрыть ее природу и содержание.

Все разнообразие мнений по данному вопросу необходимо в первую очередь разделить на два вида, в соответствии с тем, что определение судимости в значительной мере зависит от того, в качестве какого юридического факта считать судимость — единовременного, как факт осуждения, или долговременного — как определенный статус[5].

В меньшинстве находится точка зрения, которая рассматривает судимость как единовременный факт осуждения, а именно осуждение лица судом. Одни представители этой ветви придерживаются того, что судимость — это факт осуждения за совершенное преступление[6]. Другие высказываются, что судимость — это факт не столько осуждения, сколько отбывания наказания[7]. Рассматривая место судимости в системе уголовноправовых мер, А.Ю. Соболев приходит к выводу, что не судимость есть последствие наказания, а, наоборот, наказание есть одна из форм реализации уголовной ответственности, возникновение которой связано с осуждением лица[8]. То есть осуждение лица ведет к назначению ему наказания. Подобный его вывод проистекает из того, что он рассматривает судимость только в одной ее ипостаси — как одномоментный факт, а не длящийся, с чем согласиться весьма затруднительно.

Наиболее распространенной позицией является та, которая акцентирует внимание на длящийся характер судимости. Сводится она к тому, что судимость — это некий элемент статуса лица, совокупность его прав и обязанностей, которые в установленной законом мере отличаются от правового статуса остальных лиц. Так, в рамках этого направления одни считают, что судимость — это, прежде всего, правовое положение лица, созданное фактом его осуждения к определенной мере наказания[9]. Другие полагают, что судимость — это правовое состояние лица, вызванное его осуждением[10]. В свою очередь Г. Ю. Зинин считает содержанием судимости определенные правоограничения прав, свобод и законных интересов осужденного, определяемые правовыми нормами. Указанные ограничения формируют специальный правовой статус лица, имеющего судимость, который и представляет ее форму[11]. В рамках рассматриваемой позиции разногласия наблюдаются в том, чем считать судимость - состоянием или положением, в чем некоторые ученые видят одну из существенных проблем рассматриваемого феномена[12].

Недостаток определения судимости, основанного на особенностях правового статуса лица, имеющего судимость, заключается в том, что такая дефиниция описывает не столько судимость, сколько ее действие на объем правомочий определенного лица. Не случайно в подобных определениях правовое положение описывают как нечто «созданное», «вызванное» тем фактом, что лицо имеет судимость. В результате описанию подвергается следствие, а не причина. Напротив, по нашему мнению, именно судимость создает или вызывает особое положение лица и ограничивает его права.

В этом смысле определение судимости не как результата, а как некоего процесса, действия, было бы более правильным. Ухудшение правового положения лица, имеющего судимость, происходит вследствие наличия у него судимости. Поэтому взгляд на судимость как на умаление установленных судом прав, созданное для лица фактом осуждения его советским судом к какому-либо наказанию за конкретное преступление, представляется более точным[13]. Это вторая позиция в отношении судимости. К ее представителям можно отнести также Ф.Р. Сундурова, по мнению которого судимость - это уголовно-правовое обременение, вызванное фактом реального осуждения лица к определенному наказанию, которое предопределяет исчерпывающий перечень межотраслевых неблагоприятных последствий[14].

Близка к ним позиция тех, кто называет судимость определенным последствием - либо осуждения, либо исполнения наказания. Так, Ю.М. Ткачевский считает, что судимость - правовое последствие осуждения лица за совершенное преступление, что порождает его особое правовое состояние[15]. А А.А. Герцензон полагал, что судимость — это последствие исполнения наказания[16]. С позиции Н. Г. Иванова судимость - это социальноправовое последствие признания лица виновным в совершении преступления и осуждения его к определенному наказанию[17]. С другой стороны, Е.В. Медведев пишет, что судимость является правовым последствием применения всех мер уголовной ответственности[18]. Промежуточную позицию занимает А.В. Наумов, по мнению которого судимость - особое правовое последствие обвинительного приговора с применением наказания, определяющее особое правовое положение лица, признанного судом виновным в совершении преступления и осужденного к уголовному наказанию[19].

Позиция о том, что судимость - это последствие (осуждения или отбывания или исполнения наказания), не лишена уязвимости к критике. Судимость, разумеется, возникает в соответствии с определенной последовательностью, установленной в уголовном законе. Однако она предстает самостоятельным правовым явлением со сложной природой, и то, что она действует при выполнении определенных условий и хронологически следует за какими-то другими правовыми явлениями не характеризует ее исчерпывающим образом. Кроме того, как уже было сказано, судимость является источником последствий правового положения или статуса лица, а не только следствием.

Существуют другие точки зрения о природе судимости. Так, П.С. Дагель писал, что судимость является определенной правовой характеристикой осужденного[20]. С этим легко согласиться, учитывая, что при составлении протокола допроса обвиняемого в соответствии с п. 8 ч. 2 ст. 174 УПК РФ при указании данных о личности обвиняемого указывается наличие или отсутствие судимости[21]. Кроме того, в соответствии со ст. 73 УПК РФ, обстоятельствами, характеризующими личность виновного, а также способствовавшими совершению преступления, может являться наличие судимости[22]. Тем не менее, очевидно, что сущность судимости этим не

ограничивается.

Ряд авторов предпринимает попытку вывести природу судимости, определив ее место в системе уголовно-правовых мер. Одни считают, что судимость — это отдельная мера уголовно-правового характера. Например, А.И. Чучаев и А.П. Фирсов утверждают, что судимость - это мера уголовноправового реагирования при совершении преступления, общественная опасность которого позволяет применить назначение конкретного наказания[23]. Г.Х. Шаутаева настаивает на том, что судимость - это самостоятельная форма реализации уголовной ответственности[24]. Аналогична точка зрения А.А. Нечипуренко о том, что судимость - мера уголовной ответственности, заключающаяся в совокупности ограничений прав и свобод, налагаемых в равном объеме на всех осужденных[25]. Другие считают, что судимость — это иная мера уголовно-правового характера наряду с освобождением от уголовной ответственности, амнистией, помилованием и т.д[26]. Другие связывают судимость со стадиями уголовной ответственности. К примеру, С.Г Келина рассуждала: «Судимость - заключительная стадия уголовной ответственности, так как наличие судимости связано с рядом ограничений в правах лица, совершившего преступление»[27]. Близкую позицию занимает с ней А.В. Ульянов, указывая, что судимость является частью уголовной ответственности и,

соответственно, продолжением наказания[28].

Существует и иная точка зрения. Так, А. В. Наумов утверждает, что уголовная ответственность исчерпывается отбытием осужденным наказания, и потому судимость не элемент уголовной ответственности[29]. С ним не согласен В.Ч. Песлякас, так как «наличие судимости означает, что лицо не полностью понесло ответственность за преступление и продолжает оставаться субъектом уголовно-правового отношения». Он добавляет, что отделив судимость от уголовной ответственности, будет затруднительно объяснить ее сущность, уголовно-правовое значение и роль, которую она выполняет[30]. Аргументы В. Ч. Песлякаса представляются недостаточно убедительными. Во-первых, неясно, продолжает ли лицо быть субъектом уголовно-правовых отношений, если уголовно-правовые и уголовноисполнительные последствия судимости коснутся его только в случае, если он совершит новое преступление до окончания сроков судимости. Последствия общеправового характера, между тем, закреплены в законах иных отраслей права, а ведение реестра лиц, имеющих судимость, относятся скорее к административному праву. Во-вторых, было бы не совсем правильным относить судимость к элементам уголовной ответственности для того, чтобы таким способом объяснить ее сущность. Поэтому представляется более обоснованной позиция А. В. Наумова о том, что судимость не относится к уголовной ответственности.

Без сомнения, все представленные определения по-своему адекватно отражают природу судимости, поскольку судимость представляет собой сложный, многогранный правовой феномен, социально-правовая природа которого остается раскрытой не до конца. Тем не менее, можно с достаточной

уверенностью сказать, что судимость включает в себя и факт осуждения, и правовое положение, и правовое основание для установления посткриминального социально-правового контроля за поведением

осужденного[31].

По нашему мнению, судимость представляет собой правовой инструмент, выражающий неодобрение государством поведения преступника, нормы которого регулируют скорость возвращения лицам, признанным преступниками, правового положения, которым они обладали до признания их таковыми и определяющий усиленную уголовную ответственность при совершении ими новых преступлений. Возвращение первоначального положения осуществляется с различной скоростью для различных сфер жизнедеятельности. В некоторых областях данная скорость нулевая (например, правоохранительная деятельность). В некоторых - восстанавливается довольно быстро. Скорость эта дифференцируется в зависимости от того, какие преступления совершило лицо, и какое наказание было ему назначено. Исходя из этого объем правоограничений для лица, имеющего судимость, постепенно уменьшается.

Такая природа судимости, по нашему мнению, объясняется тем, что судимость не является исключительно правовым явлением и основывается на определенных общественных отношениях, только часть из которых регулируется институтом судимости. Эти общественные отношения включают в себя стигматизацию преступника, ухудшение его социального и правового (там, где право существует) положения и, если это возможно, постепенное восстановление его в правах. Основанием такого процесса является представление об опасности, которое таит в себе лицо, совершившее преступление, и от которой необходимо уберечь наиболее важные аспекты жизнедеятельности (более подробно об этом см. в §1 главы 2). Данная позиция подкрепляется тем, что некоторые авторы подчеркивают, что последствия судимости не ограничиваются правовыми - уголовноправовыми, уголовно-исполнительными и общеправовыми, - но и влекут так называемые моральные последствия[32].

Следовательно, мы более склоняемся к позиции В.П. Малкова о том, что судимость по правовой природе является не официально удостоверенным фактом осуждения лица в прошлом, не правовым состоянием лица, возникающим при осуждении, не формой (или видом) реализации уголовной ответственности, а мерой безопасности, существо которой заключается в установлении и осуществлении социально-правового контроля за поведением осужденного, который обнаружил свою общественную опасность фактом совершения преступления[33]. Представления об опасности лица, имеющего судимость, порождают его особый статус с рядом ограничений. Однако, думается, что обеспечение безопасности общества является не единственным назначением судимости. Это подводит нас к целям рассматриваемого уголовно-правового феномена, являющимся следующим компонентом.

Некоторые авторы пишут, что цели судимости совпадают с целями наказания или, во всяком случае, являются смежными с ними. Так, А.Ю. Соболев и В.В. Голина утверждают, что целью судимости является закрепление результатов исполнения наказания[34]. Те, кто настаивает на включении судимости в уголовную ответственность, считают, что лицо, отбывшее наказание, остается неисправленным, и, следовательно, что судимости свойственны цели, поставленные перед наказанием[35]. Однако такой подход справедливо подвергается критике, поскольку подрывает веру в способность уголовного наказания достигать своих целей. Иногда целями судимости называют профилактическую и воспитательную[36].

На превентивную природу судимости обращал внимание Ю.М. Ткачевский[37]. Его позицию критиковал В.И. Горобцов, по мнению которого тот пропускает способность судимости «срабатывать» только при нарушении субъектом уголовно-правовых запретов[38]. Поэтому В.И. Горобцов предлагал считать целями судимости общую и частную превенцию, а также угрозу карательного воздействия, которая активизируются в случае совершения судимым лицом нового преступления[39]. С ним солидарен М.В. Грамматчиков[40]. Эта позиция представляется не совсем верной, так как угроза карательного воздействия судимости есть механизм, с помощью которого реализуется превентивная цель. То есть предупреждение преступлений достигается за счет того, что потенциальные преступники удержатся от совершения преступных деяний из-за желания избежать того, чем угрожает судимость. На это правильно указывает П.Ф. Гришанин, говоря: «Если осужденный не исправился и намерен вновь совершать преступления, то надеяться удержать его от этого можно, лишь угрожая более строгой ответственностью по сравнению с той, что угрожает несудимым ранее лицам»[41].

Другие придерживаются того, что судимость преследует собственные цели. Например, в представлении А. В. Ульянова у рассматриваемого института три цели: 1. воспитательная; 2. обеспечение безопасности; 3. адаптационно-ресоциализационная (создание условий для полного исправления осужденного и его дальнейшего пребывания в условиях свободы)[42]. Его точка зрения весьма уязвима для критики.

Так, адаптационно-ресоциализационная цель судимости была отвергнута практически всеми опрошенными нами респондентами (97%). Действительно, вряд ли наложение массы запретов в значимых областях жизни способствует возвращению лица к нормальной жизни. Выводы о том, что судимость не вполне достигает целей адаптации и ресоциализации лиц, совершивших преступление, подтверждает статистика. Так, всего за первое полугодие 2016 года число осужденных составило 379034 человек. Из них имели неснятые, непогашенные судимости 116265 человек, что составляет 30,67%. Число лиц, у которых судимость была снята или погашена, составило 44628 человек — 11,77% из общего числа осужденных. Статистика за предыдущие годы показывает примерно такое же соотношение. За 2015 год всего осуждено 733607 человек, из них 32,69% (239794 человек) имели неснятую или непогашенную судимость. Число лиц, у которых судимость была снята или погашена, составило 11,16% (81847 человек). На 2014 год доля рецидивной преступности составила 34,32% (246847 из 719305 осужденных); доля ранее судимых - 10,58% (76069 из 719305 осужденных). За 2013 год доля рецидивной преступности составила 34,70% (255207 из 735590 осужденных); доля ранее судимых - 10,73% (78954 из 735590 осужденных). За 2010 года доля осужденных, имеющих неснятую или непогашенную судимость, составляла 31,7%, за 2009 год - 30,6%, за 2008 год - 28,4%, за 2007 год - 27,9%, за 2006 год - 28,3%, и, наконец, за 2005года — 27,9%[43]. Как видно, количество тех, кто совершил преступление, имея неснятую или непогашенную судимость, в разы выше тех, кто совершил преступление после снятия или погашения судимости. Направленность судимости на обеспечение безопасности остается скорее гипотетической, а налагаемые общеправовые ограничения носят скорее характер предупредительный, предполагающий негативное развитие событий. То есть в целом указанные цели судимости лишь предполагаются, но обоснованы не были.

Цели судимости не ограничиваются предполагаемым обеспечением безопасности. Мы склоняемся к тому, что судимость имеет собственные цели, отличные от наказания. По нашему мнению, цели судимости лишь частично дополняют цели наказания и в очень небольшой степени обусловлены его характером. Можно заметить, что роль уголовно-правовых и уголовноисполнительных последствий судимости незначительна, пока лицо не совершило вновь преступления. Так, для наступления уголовно-правовых последствий судимости достаточно факта наличия судимости (при определении рецидива, при освобождении от уголовной ответственности по ст. ст. 75-76 УК РФ, освобождении от уголовного наказания по ст. 80.1 УК РФ). Дополнительно для определения вида исправительного учреждения или возможности условно-досрочного освобождения имеет значение факт отбывания лицом наказания в виде лишения свободы. С другой стороны, наступление уголовно-исполнительных последствий судимости также зависит от факта наличия судимости, рецидива и (или) отбывания ранее наказания в виде лишения свободы (например, при решении вопроса о раздельном содержании осужденных к лишению свободы (ст. 80 УИК РФ).

Словом, уголовно-правовые и уголовно-исполнительные последствия судимости, как уже было сказано, являются своего рода «спящими», «дремлющими». В итоге последствиями, которые наступают для лиц, имеющих судимость, немедленно и для всех без исключения, являются общеправовые последствия судимости, и, собственно, некоторые авторы считают их наиболее важными в институте судимости[44]. Но объем этих последствий зависит не от того, к какому наказанию было приговорено такое лицо, и часто не зависит даже от погашения судимости. Решающее значение имеет характер совершенных преступлений. От того, какое уголовно наказуемое деяние совершило лицо, будет зависеть круг запрещенной для него деятельности. Например, лицо, совершившее умышленное преступление против жизни и здоровья, не может быть опекуном в соответствии с п. 2 ст. 35 ГК РФ[45]. Однако, например, для члена саморегулируемой организации аудиторов требуется отсутствие неснятой или непогашенной судимости за преступления в сфере экономики, а также за преступления средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие преступления[46]. То есть возможны ситуации, когда для лица нет возможности стать усыновителем, однако нет законных препятствий для того, чтобы лицо стало членом саморегулируемой организации аудиторов.

Мы склоняемся к тому, что общеправовые последствия судимости занимают практически главенствующее место в системе последствий судимости. Необходимо отметить, что выделяемые авторами (и нами) цели судимости связаны, прежде всего, с общеправовыми последствиями судимости, тогда как уголовно-правовые последствия судимости остаются угрозой незадействованной, пока лицо не совершит новое преступление в пределах означенного срока, и в каком-то смысле неэффективной, судя по

статистическим данным.

По нашему мнению, целями судимости следует назвать:

1. Цель обеспечения безопасности посредством снижения риска того, что в особо важные сферы общественной жизнедеятельности будет допущено лицо, проявившее способность причинить вред общественным отношениям и нарушать принятые правила путем совершения преступления. Данная цель судимости имеет сложную и почти архаичную природу, и нам представляется, что общественные отношения по удержанию за пределами социально значительной деятельности лиц, совершивших преступление, являются историческим «ядром» судимости. Впрочем, этот вопрос будет рассмотрен в другом параграфе.

2. Цель общей превенции, поскольку судимость расценивается как значительный удар по репутации и нежелательное обстоятельство, ухудшающее мнение окружающих о личности человека. Проведенный Г.Ю. Зининым социологический опрос осужденных показал, что более половины из числа опрошенных респондентов не усматривает социального негатива в факте судимости: 37,6% опрошенных указали, что судимость не повлияет на их жизнь после освобождения из исправительного учреждения, а 13% утверждали, что судимость повышает авторитет в обществе[47].

3. Цель выражения негативного отношения государства и общества к лицу, совершившему преступление (стигматизационная цель). Как писал А.Ю. Соболев, «задача судимости — выразить негативное отношение государства и общества к системе ориентиров и ценностей, которых придерживается лицо, совершившее преступление. Именно наличие такой деструктивной системы ценностей у преступника и выделяет его как лицо, которое можно охарактеризовать как общественно опасное». Он называет судимость «осуждением, развернутым во времени»[48]. Некоторые авторы полагают, что порицание лица, совершившего преступление, обществом и государством является основным содержанием судимости[49].

Проведенное нами анкетирование в целом согласуется с полученным выводом. Нами был проведен опрос 124 респондентов - 41 практикующий юрист и 83 студента-магистра и студента четвертого курса обучения по программе высшего образования по специальности «Юриспруденция» (Приложение № 3). Респондентам было задано несколько вопросов, в которых необходимо было выбрать один или несколько вариантов ответов из предложенных. Ответы респондентов о целях судимости распределились следующим образом: 66, 12 % опрошенных считают, что судимость преследует цели специальной превенции, при этом скорее имеется в виду превенция в связи с ограничением допуска судимых лиц к некоторым сферам жизнедеятельности. Далее, 50% опрошенных считает, что судимость преследует цель стигматизации лиц, совершивших преступление. Выражение негативного отношения государства и общества стало третьим по популярности ответом (33, 87%). В то же время 55, 64% опрошенных нами лиц ответили отрицательно на вопрос о закреплении законопослушного поведения с помощью судимости.

Судимость влечет, как известно, уголовно-правовые, уголовноисполнительные и общеправовые последствия. В данной работе мы акцентируем исследование на общеправовых последствиях судимости, поскольку иные последствия были в достаточной степени изучены другими авторами.

Последствия судимости, пролегающие за пределами УК РФ и УИК РФ, как правило, называют общеправовыми. В научной литературе их также называют «криминологическими» или «неуголовно-правовыми» последствиями судимости50. Некоторые авторы называют их общегражданскими последствиями судимости, так как они составляют административно-правовой аспект[50] [51]. Изучение этих последствий обычно страдает недостатками, заключающимися в том, что их исследование в большинстве своем ограничивается их перечислением и классификацией по одному или двум основаниям.

Понятие общеправовых последствий судимости неразрывно связано с понятием судимости, так как последнее включает в себя все последствия, установленные как УК РФ и УИК РФ, так и другими законами. Как правило, их определение дается с указанием на то, что они не предусмотрены уголовным законодательством. Например, С.И. Зельдов понимал под общеправовыми последствиями «такие правовые ограничения определенного круга судимых лиц, которые предусмотрены нормами различных отраслей права, кроме уголовного и уголовно-исполнительного, и применяются на протяжении всего или части срока состояния судимости, но не составляют содержания отбываемого конкретного вида наказания»[52]. Данное определение достаточно полно отражало сущность общеправовых последствий, однако в настоящее время, в связи с выделением в отдельный институт мер постпенитенциарного контроля, в том числе появления административного надзора, оно несколько утратило актуальность.

По нашему мнению, общеправовые последствия судимости — это комплексный компонент института судимости, отражающий снижение социальной ценности лица, признанного совершившим общественно опасное деяние. То есть установленный государством факт совершения преступления подрывает доверие общества к члену, проявившему способность не соблюдать принятые в социуме нормы поведения, что находит отражение в правовом положении субъекта.

Далее, полагаем, что необходимо определить правовую природу общеправовых последствий судимости. В литературе их чаще всего называют запретами или ограничениями, устанавливаемыми в отношении лиц, имеющих судимость. Между тем понятия «ограничение» и понятие «запрет» существенно различаются между собой. Понятие «ограничение прав и свобод» закреплено в Конституции РФ и используется в контексте ч. 2 ст. 19,

ч. 2 ст. 23, ч. 3 ст. 55, ч. 1, 3 ст. 56. ст. 79 Конституции РФ. В теории права правовое ограничение определяется как «правовое сдерживание противозаконного деяния, создающее условия для удовлетворения интересов контрсубъекта и общественных интересом в охране и защите; это установленные в праве границы, в пределах которых субъекты должны действовать, это исключение определенных возможностей в деятельности лиц»[53].

Ограничение права следует отличать от используемых в законотворческой практике юридических способов, приемов фиксации границ дозволенной свободы. К их числу относятся оговорки, примечания, запреты, исключения (например, ст. 21, 26, 29, 34, 37 Конституции РФ). По мнению В.И. Гоймана, отличие способов фиксации границ и свобод от ограничений заключается в том, что фиксация пределов права не предполагает сужения его объема; в этом случае имеет место «уточнение его содержания, обозначение границ, с которыми связано это право»[54]. Если точнее, то ограничения прав не приводят к уменьшению субъективных прав, то есть при наложении ограничений объем субъективных прав сохраняется[55].

Что касается запрета, то он является одним из способов правового регулирования, наряду с управомачиванием и обязыванием[56]. Запрет возлагает обязанности на лицо не совершать определенных действия и направлен на недопущение действий, способных причинить вред отдельной личности или обществу в целом. Это такое сдерживающее средство, которые под угрозой ответственности должно предотвращать возможные противоправные деяния, причиняющие вред как личным, так и общественным отношениям[57].

С другой стороны, А.Г. Братько высказывался, что существует еще и четвертый способ правового регулирования — правовое ограничение. Основное различие между ними в том, что запреты указывают на юридическую невозможность какого-либо действия, которое фактически возможно, тогда как ограничение в принципе невозможно нарушить, так как оно есть ограничение субъективного права, которое обеспечивается обязанностями соответствующего должностного лица. То есть ограничение

— это сужение или лишение субъективного права[58]. Не соглашался с ним С.С. Алексеев. Он считал, что ограничение или, напротив, расширение прав

— это не способы правового регулирования, а границы, объемы регулируемых прав, которые характеризуют результат правового регулирования. Достигается такой результат с помощью новых запрещений, сужения дозволений и дополнительного обязывания[59].

Мы считаем более верной точку зрения, высказанную А.Г. Братько, так как наличие лишь запрета, управомачивания и обязывания не в достаточной мере позволяет описать ограничения, связанные с судимостью. Если запрет предусматривает определенную ответственность за его нарушение, то ограничение, хоть и близко к запрету, но рассчитано не на полное притеснение того или иного общественного отношения, а на удержание его в строго ограниченных рамках[60]. То есть ограничения — установленные законом изъятия из правового статуса лица в силу определенных обстоятельств, ущемляющие свободы и интересы личности, но всегда носящие превентивный характер, остерегающий от возможных неблагоприятных последствий как этих лиц, так и иных субъектов[61] [62]. В целом, хотя цели общеправовых ограничений определяются по-разному, в литературе, подчеркивается цель обеспечения безопасности общества и государства62.

Итак, запрет и ограничение — не синонимичны друг другу. По своей юридической природе общеправовые последствия судимости ближе к ограничениям, поскольку за их нарушение лицом, имеющим или имевшим судимость за то или иное преступление, не предусмотрены санкции. Меры, предпринимаемые в таких случаях, направлены прежде всего на восстановление существовавшего до их нарушения состояния общественных отношений, а также на лицо, ответственное за обеспечение порядка в подобных отношениях. Так, лицо, которое не должно было занимать определенную должность в силу наличия судимости, подлежит увольнению, а выданное ему оружие — изъятию. По этой причине не вполне правильным будет называть общеправовые последствия судимости запретами.

Некоторые авторы выделяют признаки, присущие общеправовым последствиям судимости. Например, А.В. Ульянов к таким признакам причисляет то, что: 1) действие общеправовых последствий

регламентировано комплексом норм, заключенных в различных отраслях права; 2) бессрочность некоторых последствий; 3) возникновение в силу конкретных составов преступления, тяжести преступления и формы умысла;

4) до прекращения судимости поведение субъекта не может влиять на прекращение или приостановление общеправовых последствий. Практически такие же признаки, за исключением первого пункта, выделяет Г.Ю. Зинин[63].

Между тем для признака понятия, в том числе и понятия «общеправовые последствия судимости», характерна совокупность существенных признаков, то есть признаков, необходимо принадлежащих ему при всех условиях. Без такого признака предмет, который понятие описывает, существовать не может; этот признак отражает коренную природу предмета и тем самым отличает от других видов и родов[64].

Очевидно, что выделенные указанными авторами признаки не присущи всем без исключения общеправовым последствиям судимости. В настоящее время бесспорным является лишь первый выделенный признак, зависимый от избранного законодателем способа закрепления нормы права в нормативно-правовых актах. Второй выделенный признак, полагаем, затруднительно считать существенным, так как он описывает только некоторые из общеправовых последствий судимости. Так, соответствующий запрет, касающийся кандидатов на пост депутата Государственной Думы, ограничен десятью или пятнадцатью годами после погашения или снятия судимости[65]. Часто действие общеправовых последствий ограничено сроками, согласовывающимися с ч. 3 ст. 86 УК РФ[66]. Третий выделенный признак, по нашему мнению, не является существенным для общеправовых последствий судимости, так как не является присущим только им одним. Например, этот признак подходит и для уголовно-правового наказания. Четвертый выделенный признак не согласуется с нормами ч. 5 ст. 86 УК РФ, которые устанавливают возможность снятия судимости, а также, например, с пп. 10 п. 1 ст. 127 Семейного кодекса РФ.

Мы считаем, что возможно выделить следующие признаки общеправовых последствий судимости: 1. Закрепленность в различных отраслях права, с чем мы согласны с предложением А.В. Ульянова и Г.Ю. Зинина. 2. Это именно ограничения, как нами ранее было показано. За нарушение лицом, имеющим судимость, установленных в его отношении общеправовых ограничений судимости не применяются какие-либо санкции, в отличие от запрета. 3. Основанием их наложения является наличие у лица судимости. 4. Хронологически сроки общеправовых последствий совпадают со сроками судимости либо превышают его, но никогда не заканчиваются раньше снятия или погашения судимости.

Классификации общеправовых последствий судимости в литературе уделено достаточное внимание. Так, критериями классификации Ф.В. Габдрахманов называет действие во времени и в пространстве, вид субъекта (носителя) правоограничений, степень обязательности соблюдения

последствий судимости, степень (уровни) ограничений, юридическая сила нормативных правовых актов, регулирующих последствия судимости, отраслевая принадлежность, структура (способ описания), сфера

применения67.

Чаще всего классификация проводится по видам общественных отношений, в сфере которых действуют те или иные запреты. Например, А.В. Ульянов делит общеправовые последствия на области: [67]

1) защиты конституционного строя, охраны правопорядка и отправления правосудия;

2) трудовой деятельности (педагогической), в том числе экономической;

3) правоотношений, регламентирующих правовой статус лица, под которыми автор понимает запреты на въезд и выезд из страны;

4) военной службы;

5) избирательного права;

6) защиты семьи, материнства и детства[68].

Недостатками предложенной классификации является тот факт, что в ней не нашли отражения некоторые существующие запреты. Например, ограничение в части приобретения оружия лицами, имеющими неснятую или непогашенную судимость за преступление, совершенное умышленно, либо имеющим снятую или погашенную судимость за тяжкое или особо тяжкое преступление, совершенное с применением оружия, не относится ни к одной из видов, выделенных А.В. Ульяновым. Или, например, запрет становиться членом правления жилищного кооператива также трудно отнести к этой классификации, поскольку такая деятельность не относится ни к трудовой, ни к какой-либо иной из отраженных областей. Впрочем, изменения о требованиях к должностным лицам жилищных кооперативов были введены спустя несколько лет после написания А.В. Ульяновым его диссертации.

Другие авторы, проводя практически такую же классификацию, указывают на то, что для характеристики общеправового значения судимости существенное значение имеет разграничение уголовно-правового и социального ее аспектов. По этому основанию предлагается классификация общеправовых ограничений по тому, какие общеправовые ограничения аннулируются с погашением или снятием судимости, а какие — нет[69]. Учитывая актуальное законодательство, в данную классификацию стоит добавить вид последствий, которые продолжают свое действие и после истечения сроков судимости. Классификация общеправовых последствий судимости по целям, предложенная Г.Ю. Зининым, также не обладает всеобъемлющим их характером[70].

По нашему мнению, будет оправданным разделение существующих правоограничений на те, соблюдение которых гарантируется органами государственной и муниципальной власти, на те, соблюдение которых контролируется органами государственной власти, и иными (Приложение № 1). Такая классификация более наглядно покажет степень и возможность контроля над соблюдением общеправовых последствий судимости, а также позволит оценить эффективность такого контроля. Такая классификация также позволит оценить возможную строгость соблюдения норм об общеправовых последствиях судимости, а также их вероятную чрезмерность или, наоборот, недостаточность.

Так, гарантирование органами государственной власти означает, что ограничение не может быть нарушено в силу того, что соответствующая сфера деятельности осуществляется либо в самих властных структурах, либо жестко контролируется путем предоставления лицензий и разрешений. К ним относятся, например, ограничения на занятие должностей государственной гражданской службы, ограничения в службе в правоохранительных и судебных органах, ограничения, установленные в сфере лицензируемых видов деятельности и приобретения предметов и веществ под строгим контролем (оружие, лекарственные препараты). Гарантия означает установление фильтра, закрепленного в законе, в виде обязательного требования, нарушение которого возможно лишь в случае, если подобное будет допущено самим органом государственной власти. Так, поступление на государственную службу сопровождается предоставлением кандидатом на определенную должность сведений о наличии или отсутствии у него судимости, а также проведением проверочных мероприятий в отношении его[71]. Приобретение оружия возможно после проведения проверки на наличие или отсутствия у гражданина судимости за преступление, совершенное умышленно, либо имеющим снятую или погашенную судимость за тяжкое или особо тяжкое преступление, совершенное с применением оружия, которая выполняется уполномоченным сотрудником МВД России[72]. Нарушение подобного ограничения приведет к установленной законом дисциплинарной ответственности служащего государственного органа.

Общеправовые ограничения, соблюдение которых контролируется государством, подразумевают исполнение их предписаний органами управления негосударственных юридических лиц. Полнота осуществления этих запретов обеспечивается деятельностью контролирующих органов, а неисполнение предписаний закона ведет к привлечению к административной ответственности должностных лиц соответствующих организаций. К этому виду ограничений относятся, к примеру, запрет заниматься педагогической деятельностью. Контроль над соблюдением нормы ст. 331 Трудового кодекса РФ возлагается на Прокуратуру РФ, на территориальные комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав, Министерством образования и науки РФ и другие органы государственной власти РФ, субъектов РФ и муниципальных образований.

К иным общеправовым последствиям судимости относятся, по нашему мнению, например, запрет, предусмотренный ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», о том, что лицо, имеющее неснятую или непогашенную судимость за совершение умышленного преступления против основ конституционного строя и безопасности государства или преступления против общественной безопасности и общественного порядка не может быть организатором публичного мероприятия[73]. Согласно ст. 7 указанного Закона, проведение публичных мероприятий имеет уведомительный характер. Поэтому, несмотря на закрепленные требования об отсутствии судимости к его организатору и ряд установленных условий, их соблюдение не может быть гарантировано властными структурами, а контроль за его соблюдением затруднен. Обусловлено это тем, что право участия в подобных мероприятиях, регулируемое этим Законом, гарантировано ст. 31 Конституции РФ.

Следует уточнить, что ограничения, распространяющиеся на занятие определенными видами деятельности, в нашей классификации располагаются неравномерно, поскольку государственный контроль за некоторыми сферами сильнее, чем в других. Например, деятельность, связанная с оборотом наркотических средств, психотропных веществ, внесенных в Список I прекурсоров, и (или) культивированием наркосодержащих растений, находится под пристальным надзором государства. Юридическое лицо может осуществлять такую деятельность только при наличии заключения органов внутренних дел об отсутствии у работников, которые в соответствии со своими служебными обязанностями должны иметь доступ к указанным наркотическим средствам, непогашенной или неснятой судимости за преступление средней тяжести, тяжкое, особо тяжкое преступление или преступление, связанное с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров либо с незаконным культивированием наркосодержащих растений, в том числе за преступление, совершенное за пределами Российской Федерации[74]. Подобные требования установлены в ФЗ «Об оружии»[75]. С другой стороны, требования об отсутствии тех или иных судимостей, к примеру, в таких сферах деятельности, как рынок ценных бумаг, банковская деятельность, страховое дело, деятельность инвестиционных фондов и организация и проведение азартных игр распространяются только на органы управления соответствующих юридических лиц[76].

Далее, следует уделить внимание составу общеправовых ограничений судимости. В литературе к ним относят фактически все законы, к которым отсылает бланкетная норм ч. 1 ст. 86 УК РФ. То есть к ним относят и последствия, определяемые пп. 4 п 1 ст. 15 ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую федерацию»[77]. Однако мы считаем, что, поскольку эта норма распространяется на лиц, осужденных за совершение преступления, в момент времени, ограниченный отбытием (исполнением) наказания и до освобождения от наказания, то она не может относиться к общеправовым последствиям судимости. Сроки погашения судимости начинают течь после отбытия лицом наказания, тогда как указанная норма действует до начала течения этого срока.

Несмотря на то, что общеправовые последствия судимости дифференцированы по различным отраслям права, они образуют единую систему. Их объединение осуществляется на основе следующих признаков. Во-первых, это признак внутрисистемного единства. Данный признак выражается в отсутствии противоречий между отдельными общеправовыми ограничениями, в наличии общих для всей совокупности общеправовых последствий целей, методов и правового основания в виде нормы ч. 1 ст. 86 УК РФ. Кроме того, общеправовые последствия зачастую дополняют друг друга. Например, стремление оградить несовершеннолетних от негативного влияния лиц, признанных в прошлом виновными в совершении преступления и отбывших по этому поводу уголовное наказание, выражается в комплексе соответствующих ограничений, закреплённых в ст. 127 Семейного кодекса РФ, ст. 331 Трудового кодекса РФ, ст. 35 Гражданского кодекса РФ и других. Таким же образом стремление нейтрализовать возможность причинения вреда общественным отношениям в сфере экономики и финансов, направленное в отношении лиц, совершивших преступления против указанных правоотношений, выражается в комплексе ограничений, предусмотренных ФЗ «Об общих принципах организации и деятельности контрольно-счетных органов субъектов РФ», «Об банках и банковской деятельности», «О негосударственных пенсионных фондах» и других.

Резюмируя содержание данного параграфа, считаем необходимым сформулировать следующие выводы:

2. Судимость — это правовой инструмент, выражающий неодобрение государством поведения преступника, нормы которого регулируют скорость возвращения лицам, признанным преступниками, правового положения, которым они обладали до признания их таковыми и определяющий усиленную уголовную ответственность при совершении ими новых преступлений.

3. Целями судимости являются: а) цель обеспечения безопасности посредством снижения риска того, что в особо важные сферы общественной жизнедеятельности будет допущено лицо, проявившее способность причинить вред общественным отношениям и нарушать принятые правила путем совершения преступления; б) цель общей превенции, распространяющаяся, главным образом, на лиц, ранее не совершавших преступления; в) цель выражения негативного отношения государства и общества к лицу, совершившему преступление (стигматизационная цель).

4. Общеправовые последствия судимости - это комплексный компонент подинститута судимости, отражающий снижение социальной ценности лица, признанного совершившим общественно опасное деяние, путем ограничения возможностей его реализации в ряде сфер общественной жизни.

5. Признаками общеправовых последствий судимости являются: 1. закрепленность в различных отраслях права; 2. ограничение субъективного права; 3. основанием их наложения является факт наличия у лица снятой или погашенной судимости; 4. хронологически сроки общеправовых последствий совпадают со сроками судимости либо превышают его, но не заканчиваются раньше снятия или погашения судимости.

6. Общеправовые последствия судимости целесообразно классифицировать на те, соблюдение которых государством гарантируется; на те, соблюдение которых государство контролируется; и те, соблюдение которых государством законодательно декларируется.

7. Общеправовые последствия судимости представляют собой правовые ограничения, а не запреты, поскольку подразумевают уменьшение объема субъективных прав, а не их полный запрет.

8. Не относятся к общеправовым последствиям судимости запрет выезжать за пределы границ Российской Федерации, так как этот запрет действует в течение срока исполнения наказания, а не в течение сроков судимости. Кроме того, этот запрет не является ограничением, так как на определенный срок ликвидирует право, предоставленное ч. 2 ст. 27 Конституции РФ.

9. Общеправовые последствия судимости образуют единую систему ограничений, которые объединены общей целью, фактором взаимодополняемости, единым методом правового регулирования и правовым основанием.

<< | >>
Источник: Архенгольц Илона Аркадьевна. СУДИМОСТЬ И ЕЕ ОБЩЕПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Екатеринбург, 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме §1. Судимость и ее компоненты:

  1. 2.2. Анализ квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков состава вымогательства (ч.2 и 3 ст. 163 УК РФ)
  2. 4.1. Характеристика целеполагаиия в генезисе преступного поведения и реализующихся в нем психологических свойств личности
  3. 2.2. Анализ квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков состава вымогательства (ч.2 и 3 ст. 163 УК РФ)
  4. §1. Проблемы квалификации рецидивных преступлений
  5. § 8.4. Выступление адвоката в суде
  6. 9.2. Понятие преступления
  7. 2.3. Права и обязанности как элементы уголовно-правового статуса потерпевшего
  8. § 5. ЛИЧНОСТЬ ВИНОВНОГО И ЕЕ УЧЕТ ПРИ НАЗНАЧЕНИИ НАКАЗАНИЯ
  9. § 3. РОЛЬ СУБЪЕКТИВНЫХ ФАКТОРОВ ПРИ НАЗНАЧЕНИИ НАКАЗАНИЯ
  10. 9.2. Понятие преступления
  11. 2.Э. Состав и структура криминалистической характеристики личности преступника
  12. 1. Проблемы квалификации рецидивных преступлений
  13. Оглавление
  14. Введение
  15. §1. Судимость и ее компоненты
  16. § 2. Место судимости и ее общеправовых последствий в системе институтов уголовного права
  17. §2. История развития судимости в российском праве
  18. §3. Судимость и последствия осуждения в зарубежных странах
  19. §2. Оценка эффективности комплекса норм об общеправовых последствиях судимости
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -