<<
>>

2. Прекращение производства по делу в связи с незаконностью возникновения процесса

Процесс по гражданскому делу считается возникшим незаконно, если в соответствии со ст. 136 ГПК УССР (пп. 1, 2, 3, 5, 6) судья при принятии искового заявления обязан был отказать в его принятии. Основания к прекращению дела, указанные в названных пунктах, имеют допроцессуальный характер и связаны с отсутствием у лица права на предъявление иска, с ошибкой судьи, неправильно принявшего исковое заявление [71, с. 17]. В некоторых случаях прекращение производства по делу по этим основаниям еще не говорит о том, что судья допустил ошибку, приняв исковое заявление.

Иногда судья при приеме искового заявления не в состоянии установить правомерность обращения с иском, ибо- не всегда обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии

4 1115-7

49

у гражданина или организации права на обращение к суду, обнаруживаются при принятии искового заявления. Как подчеркивает В. К. Пучинский, неправомерность возникновения процесса становится очевидной лишь в судебном заседании после исследования имеющихся материалов [95, с. 54].

Например, бывают случаи, что истец, предъявляя иск, умалчивает о состоявшемся уже решении по этому делу. Неправомерность такого иска выясняется лишь в процессе подготовки дела к судебному разбирательству или уже в ходе его.

1. Незаконность возникновения процесса может проявляться в том, что в производстве суда оказывается гражданское дело, не подлежащее рассмотрению в судебных органах (п. 1 ст. 227 ГП1< УССР). Судебную деятельность по защите прав вызывает только правомерное, основанное на законе, обращение к суду.

Законность обращения в суд включает в себя тр" момента: [71, с. 17]: а) подведомственность дела судебным органам; б) правовой характер требования; в) процессуальную правоспособность истца и ответчика.

Таким образом, дело подлежит рассмотрению в судебных органах лишь при наличии этих трех элементов. Отсутствие хотя бы одного из них влечет за собой отказ в принятии искового заявления, а если заявление принято ошибочно - к прекращению производства по делу.

Неустранимым препятствием для правомерного возникновения процесса и рассмотрения гражданского дела по существу является его неподведомствеиность судебным органам.

Конституция СССР, Конституции союзных республик и целый ряд иных нормативных актов определяют структуру, задачи и компетенцию отдельных государственных органов. Государственные органы представляют собой структурные обособленные звенья государственного аппарата, осуществляющие строго определенные функ 50

ции и наделенные для выполнения поставленных перед ними целей и задач определенной компетенцией [117, с.237].

Разграничение компетенции государственных и общественных органов называется подведомственностью (в широком смысле этого слова). Каждый государственный орган или общественная организация могут рассматривать и разрешать лишь те вопросы, которые отнесены к их ведению.

Задачей советского гражданского судопроизводства является рассмотрение и разрешение гражданских дел. Поэтому понятие подведомственности в гражданском процессе употребляется не в широком, а в более узком смысле.

Подведомственность дела судебным органам следует понимать как разграничение компетенции между судебными и другими государственными и общественными органами по рассмотрению и разрешению гражданских дел. Подведомственность-это такое условие права па предъявление иска, отсутствие которого, в отличие от остальных условий, означает не отсутствие права на защиту вообще, а лишь отсутствие права на судебную защиту, потому что гражданские дела могут разрешаться не только судебными органами.

Некоторые категории гражданских дел могут разрешаться в административном порядке, а также органами государственного и ведомственного арбитража, различными общественными организациями (товарищескими судами, фабричными, заводскими, местными комитетами профсоюза и др.).

Поэтому если дело подведомственно судебным органам, это значит, что именно суд, а не другой орган (государственный или общественный) правомочен его разрешать. Напротив, неподведомственность дела судебным органам означает, что не суд, а иной государственный орган или общественная организация компетентны разрешить его по существу [46, с. 59].

4" 51

Подведомственность гражданских дел устанавливается нормативными актами, где указывается орган, который обязан рассматривать тот или иной гражданскоправовой спор.

Однако в судебной практике возникает такое многообразие вопросов, что закон или другие нормативные акты бывают не в состоянии дать исчерпывающее указание о подведомственности каждого гражданского дела. Поэтому устанавливаются общие правила, с помощью которых определяется подведомственность дела в каждом отдельном случае.

Так, ст. 24 ГПК УССР устанавливает, что судам подведомственны дела по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых и колхозных правоотношений, если хотя бы одной из сторон в споре является гражданин, колхоз или межколхозная организация. Это правило разграничивает подведомственность дел между судебными органами и органами арбитража, ибо арбитражи представляют собой систему органов, предназначенных исключительно для разрешения хозяйственных споров между государственными, кооперативными (кроме колхозов) и иными общественными организациями [85, с. 9].

Одновременно ст. 24 ГП1< УССР устанавливает ряд исключений из этого правила. Так, судам, в частности, подведомственны дела по спорам, возникающим из договоров перевозки грузов в прямом международном железнодорожном и воздушном грузовом сообщении между государственными учреждениями, предприятиями и общественными организациями, с одной стороны, и органами железнодорожного и воздушного транспорта с другой, вытекающие из соответствующих международных соглашений.

Таким образом, критерием разграничения компетенции суда и органов арбитража является субъектный состав спорных правоотношений: в зависимости от того,

52

кто выступает сторонами в спорном правоотношении граждане или социалистические организации, гражданское дело подведомственно суду или арбитражу.

Критерием для разграничения подведомственности, кроме субъектного состава, служит также содержание спорного правоотношения.

Как уже указывалось, судам подведомственны лишь споры, вытекающие из гражданских, семейных, трудовых и колхозных правоотношений. Споры, вытекающие из административных, финансовых, земельных правоотношений, как правило, рассматриваются в административном порядке.

В связи с этим представляет интерес дело по иску К. к совхозу <Болычево> о возврате излишне удержанного с К. налога на холостяков, одиноких и малосемейных граждан в сумме 175 рублей. Рассмотрев дело по протесту заместителя председателя Верховного суда РСФСР, президиум Верховного суда РСФСР отменил все состоявшиеся постановления судов и производство по делу прекратил. При этом президиум указал, что судебным органам подведомственны дела, возникающие из административно-правовых отношений только в случаях, предусмотренных законом. Отношения между предприятием, учреждением, организацией и рабочими и служащими, возникшие в связи с удержанием налогов, относятся к административным правоотношениям, а не к гражданско-правовым [24, 1967, № 7, с.

З].

Однако из правила разграничения подведомственности по содержанию спорного правоотношения закон также допускает некоторые исключения.

С одной стороны, судам подведомственны дела по жалобам на неправильности в списках избирателей по выборам в Советы народных депутатов, на действия административных органов в связи с наложением штрафа и взысканием с граждан недоимок по государственным и местным налогам и сборам, обязательному оклад 53

ному страхованию и самообложению. С другой стороны, некоторые категории гражданских дел, которые по общему правилу должны рассматриваться в судебном порядке, рассматриваются административными органами. Например, по общему правилу дела о выселении граждан из занимаемых ими жилых помещений рассматриваются в судебном порядке, но по некоторым категориям этих дел закон допускает административный порядок выселения [ст. 318 ГК УССР].

Так, дело по иску Шевченковского райисполкома г. Львова к семье К. о выселении было прекращено производством народным судом Шевченковского района г. Львова на том основании, что спорный дом является жилым, а согласно ст. 320 ГК УССР лица, самоуправно занявшие жилое помещение, подлежат выселению в административном порядке с санкции прокурора. Поэтому данный спор судебным органам неподведомствен.

Кроме дел, возникающих из гражданских, семейных, трудовых, колхозных правоотношений и некоторых дел, возникающих из административно-правовых отношений, судам подведомственны также дела особого производства.

В настоящее время некоторые категории гражданскоправовых споров рассматриваются органами общественности. Программа КПСС подчеркивает, что постепенный переход государственных функций в ведение общественных организаций является главным направлением в развитии советской государственности, всемерном развертывании демократии [7, с. 109; 12, с. 60].

В связи с этим ст. 6 ГК УССР указывает, что защита гражданских прав осуществляется в установленном порядке судом, арбитражем или третейским судом, а также товарищескими судами, профсоюзными и иными общественными организациями.

Рассмотрение гражданско-правовых споров, в зависимости от содержания спора, подведомственно различ 54

ным органам общественности. Такими органами являются: комиссии по рассмотрению трудовых споров (К.ТС), фабрично-заводские, местные комитеты профсоюзов (ФЗМ.К), товарищеские суды. Однако рассмотрение этими органами гражданско-правовых споров имеет различные процессуальные последствия. Если, в одних случаях, их решения носят окончательный характер и дальнейшему рассмотрению в других органах не подлежат, то в иных случаях рассмотрение гражданских дел органами общественности носит вспомогательный характер и выступает в качестве процессуального условия предъявления иска в суд [85, с. 12].

Так, если решение товарищеского суда является всегда окончательным [89, с. 18], то решение КТС и ФЗМ1< профсоюза окончательно разрешает спор лишь в том случае, если работник и администрация удовлетворены им. Решения этих органов могут быть положительным условием для обращения с иском в суд.

Рассмотрение отдельных гражданских дел органами общественности свидетельствует о широком участии общественности в разрешении гражданско-правовых споров. Однако большинство гражданских дел рассматривается государственными органами (судами, арбитражами). Судебная защита является основной формой защиты права. Это наиболее демократичная, наиболее универсальная, наиболее приспособленная для установления истины форма защиты субъективного права или охраняемого законом интереса [134, с. 47]. Органы общественности рассматривают лишь те гражданско-правовые споры, которые государство считает возможным передать им на данном этапе развития.

Поэтому, как указывает Ю. К. Осипов, тот или иной спор о праве подлежит разрешению органами общественности лишь в том случае, если в порядке исключения он отнесен законом к их компетенции. Во всех остальных случаях правовые споры подлежат разреше 55

нию либо в судебном, либо в административном порядке, либо органами арбитража [85, с. II].

Подведомственность гражданских дел судебным органам определяется, как правило, при приеме искового заявления от заинтересованного лица. Если же она не может быть определена при приеме искового заявления, судья обязан принять такое дело к своему производству, и в зависимости от конкретных обстоятельств суд должен либо решить дело по существу, либо прекратить производство по нему за неподведомственностью [100, с. 146].

В судебной практике нередки случаи рассмотрения судами дел, которые им неподведомственны. Примером может служить дело по иску Ж. к Г. и В. о разделе садового участка, принадлежащего садоводческому обществу <Энергостроитель>. Дело неоднократно рассматривалось судами Московской области. Рассматривая его, Президиум Верховного Суда РСФСР в своем постановлении указал, что раздел садовых участков между членами общества производится правлением общества в соответствии с решением администрации и местного комитета профсоюза той организации, при которой создано садоводческое общество. Споры между членами общества по поводу раздела и перераспределения садовых участков разрешаются органами, контролирующими деятельность садоводческого общества, а не судами, поэтому производство по делу подлежит прекращению [24. 1967, №6, с. б].

Подведомственность гражданского дела является необходимым признаком правомерного возникновения процесса по делу и рассмотрения его в судебных органах. При отсутствии этого признака судья должен отказать в принятии искового заявления. Если же неподведомственность дела судебным органам выявлена уже в ходе рассмотрения дела по существу, то должно последовать прекращение производства по делу, незави 56

симо от того, в какой стадии это выявлено (ст. 315, 338 ГПК УССР).

Дело не подлежит рассмотрению в судебных органах и в том случае, когда истец обратился в суд с неправовым требованием.

В отличие от дел, неподведомственных судебным органам, которые могут быть рассмотрены и разрешены другими государственными или общественными органами, требования, вытекающие из неправовых отношений, вообще никому не подведомственны, т. е. закон данных отношений не защищает ни в судебном, ни в каком-либо ином порядке [121, 71].

Статья 228 ГПК УССР подчеркивает, что в случае прекращения производства по делу за неподведомственностью его судебным органам, суд обязан указать заявителю, в какой орган ему следует обратиться за разрешением данного спора. Если же производство по гражданскому делу прекращается в связи с тем, что спор между сторонами возник из неправовых отношений, то суд, постановляя мотивированное определение о прекращении производства, не может указать истцу такого органа, ибо закон данных отношений не защищает вообще.

Неправовые требования истцов, обращение в суд с которыми влечет за собой отказ в принятии искового заявления или прекращение производства по делу, можно подразделить на две группы:

1) требования, защита которых прямо запрещается законом;

2) требования, с которыми закон никаких послед-

ствий не связывает. Законодатель считает их безразличными с правовой точки зрения.

Одного из требований первой группы касается Указ Президиума Верховного Совета СССР от 26 июня 1959 г. <Об улучшении пенсионного обеспечения рабочих и служащих, ставших инвалидами вследствие профессиональ 57

ного заболевания пиевмокониозом>. Разъясняя практику применения этого Указа, Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении от 19 декабря 1959 г. подчеркнул, что заболевание рабочих и служащих пиевмокониозом является страховым случаем, ввиду чего суды не вправе принимать к своему производству иски о возложении на предприятия, организации и учреждения обязанности по дополнительному возмещению вреда, явившегося результатом указанного выше заболевания [104, с. 159]. В связи с этим, указывает Пленум, дела, ошибочно принятые судами к своему производству, подлежат прекращению.

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 25 марта 1964 г. <О судебной практике по гражданским жилищным делам> суды не вправе принимать к своему производству иски о признании права собственности на самовольно возведенное строение [104, с. 114].

Второй группы пеправовых требований касается, например, норма ст. 13 Кодекса о браке и семье УССР, которая указывает, что права и обязанности супругов порождает только брак, заключенный в государственных органах записи актов гражданского состояния. Поэтому все споры, вытекающие из семейных правоотношений между лицами, не состоящими в фактических брачных отношениях, не подлежат рассмотрению в судебном порядке.

Следует отметить, что если по неправовым требованиям, относящимся к первой группе, процесс возникает довольно редко, то по неправовым требованиям второй группы - гораздо чаще, причем мы убеждаемся в их пеправовом характере лишь в ходе судебного разбирательства.

Это объясняется наличием в нашем праве аналогии (ст. 11 ГПК УССР), когда судья при принятии искового заявления сомневается в правовом характере спорного

58

отношения. И если суд признает возможным дать судебную защиту спорному правоотношению по аналогии, он должен рассмотреть дело по существу и вынести решение об удовлетворении иска или об отказе в иске [71, с.17].

Если в ходе судебного разбирательства выясняется, что данные спорные отношения сторон не охраняются законом, что к ним нельзя применить аналогии закона или аналогии права, суд должен прекратить производство по этому делу.

В судебной практике нередко встречаются дела, по которым возбуждение или доведение процесса до конца было бы юридически бесцельным. Примером могут служить иски о восстановлении на работе, если приказ об увольнении отменен; об исключении имущества из описи, если опись с имущества снята; о взыскании задолженности при наличии исполнительной надписи нотариальных органов и др.

Так, Львовская областная контора фирмы <Одежда> обратилась в народный суд Шевченковского района г. Львова с иском к Р. о взыскании 106 руб. 68 коп., не уплаченных в срок за товары, взятые в кредит. В судебном заседании выяснилось, что нотариальная контора уже совершила исполнительную надпись по данному долговому документу. В связи с тем, что взыскать эту сумму не представлялось возможным, так как судебный исполнитель составил акт об отсутствии имущества, истец обратился с иском в суд по тому же требованию. Народный суд правильно прекратил производство по делу, так как это требование истца уже получило правовую защиту.

Следует признать правильной судебную практику, которая считает наличие вышеприведенных обстоятельств препятствием для судебного рассмотрения дела.

Правовой характер требования или отношения является необходимым условием для рассмотрения граж 59

данского дела в судебных органах. Если же истец обращается в суд с требованием, защита которого прямо запрещена законом или с которым закон никаких последствий не связывает, должен последовать отказ в принятии искового заявления (п. 1 ст. 136 ГП1< УССР) или прекращение дела производством.

В теории советского гражданского процессуального права нет единой точки зрения относительно последствий установления судом требований, не являющихся правовыми. Одни авторы считают, что если суд установит, что по данному требованию отсутствует правовая защита, должен последовать отказ в принятии искового заявления, а если заявление ошибочно принято к производству-прекращение производства по делу [71, 73, 100, 121].

Другие же авторы считают, что при установлении неправового характера спора должно последовать не прекращение производства по делу, а решение по существу-отказ в иске [46, 50, 76, 139].

Профессор А. Ф. Клейнман указывает, что дело не подлежит рассмотрению в судебных органах и должно быть прекращено производством, если закон не охраняет данный вид общественных отношений [71, с. 17].

Аналогичной точки зрения придерживается и М. Тупчиев. Он пишет: <Если в ходе судебного разбирательства выяснится неправовой характер спора, должно последовать прекращение производства по делу, а не отказ в иске, ибо выносить решение по отношениям, не охраняемым законом, недопустимо> [121, с. 53].

Указанные авторы справедливо считают также необходимым прекращение производства по делу, если закон прямо запрещает суду рассматривать данные требования.

По мнению М. А. Гурвича, суд должен отказывать в рассмотрении требования только в тех случаях, когда защита таких требований прямо запрещена специальным

законом [42, 50, с. 133]; во всех остальных случаях, если установлено, что требование истца не принадлежит к числу охраняемых законом, выносится решение об отказе в иске [50, с. 137],

Подобную позицию по этому вопросу занимает В. Н. Щеглов. Критикуя точку зрения М. Тупчиева, В. Н. Щеглов задает вопрос: <Подлежит ли прекращению производство по делу, если неправовой характер требования обнаружится в ходе судебного разбирательства?> И отвечает: <В этом случае суд должен вынести решение об отказе в удовлетворении требования, но не прекращать производство по делу> [139, с. 107].

Такое различие в мнениях о последствиях окончания гражданского дела при установлении неправового характера требования объясняется существованием в теории гражданского процессуального права двух понятий права на иск: в процессуальном и в материальном смысле.

Под правом на иск в процессуальном смысле следует понимать право на возбуждение процесса, право на обращение к суду с просьбой вмешаться в спорное правоотношение и урегулировать его в соответствии с требованиями закона.

Право на иск в материальном смысле понимается как право на удовлетворение материально-правового требования.

Игнорирование различия этих понятий часто ведет к тому, что отсутствие материального субъективного права (права на удовлетворение иска) рассматривается как предпосылка, которая исключает право на предъявление иска.

Так, М. П. Ринг, рассматривая эти вопросы, считает необходимым принятые в процессуальной теории предпосылки права на предъявление иска дополнить предметом и основанием иска. Он подчеркивает, что требование или отношение, составляющие предмет иска, должны носить правовой характер, иначе иск становится

61

беспредметным. Если судья или суд установит, что заявленное требование лишено правового характера, т. е. не охраняется законом, то следует отказать в приеме искового заявления. Если же производство по делу уже началось, оно подлежит в этом случае прекращению [100, с. 171].

Такой вывод М. П. Ринга полностью отвечает норме, закрепленной в п. 1 ст. 227 ГП1< УССР, ибо отсутствие правового характера рассматриваемого дела дает право суду отказаться от его рассмотрения [117, с. 469].

Однако нельзя согласиться с М. П. Рингом, когда аналогичные последствия он связывает и с основанием иска, которое состоит из юридических фактов.

Важно подчеркнуть, пишет М. П. Ринг, что факты или обстоятельства, служащие основанием иска, должны быть юридическими, то есть такими, с которыми гипотеза правовой нормы связывает возникновение, изменение или прекращение материально-правовых отношений между сторонами. Если факты или обстоятельства не являются юридическими, они не могут быть признаны основанием иска. А отсюда делается вывод: иск, основанный на таких неюридических фактах, не должен приниматься судом к рассмотрению, а коль скоро производство по иску началось, оно должно быть прекращено [100, с. 155].

Как правильно отмечает С. В. Курылев, юридическая обоснованность иска не может расцениваться судами в качестве предпосылки права на предъявление иска. Ведь согласно ст. 103 ГПК, УССР истец вправе в течение всего времени рассмотрения дела по существу изменить основание иска. Поэтому в процессе судебного разбирательства может случиться, что требование истца, казавшееся ранее в соответствии с фактами, положенными в основание иска, не основанным на законе, в связи с вновь выявленными обстоятельствами может оказаться основанным на законе [76, с. 55].

62

Материально-правовая квалификация спорного правоотношения не относится к решению вопроса о праве на предъявление иска. Она имеет отношение лишь к праву на удовлетворение материально-правового требования и учитывается судом лишь при рассмотрении дела по существу.

Таким образом, при отсутствии права на иск в процессуальном смысле суд вообще не должен принимать иск к своему производству. Если же исковое заявление было ошибочно принято и это обстоятельство установлено в ходе разбирательства дела, суд обязан прекратить производство по делу независимо от того, в какой стадии оно находится.

Отсутствие же права на иск в материальном смысле не может служить основанием к отказу в приеме искового заявления или к прекращению производства по делу. Суд обязан в этом случае принять дело к своему производству, рассмотреть его по существу и вынести решение об отказе в иске [140, 146].

В процессуальной литературе и в судебной практике нет единого мнения по вопросу о процессуальном последствии добровольного исполнения ответчиком своего обязательства. Некоторые народные суды прекращають производством такие дела на том основании, что истец отказался от иска (п. 4 ст. 227 ГПК УССР). Например, дело по иску прокурора к П. о взыскании 18 руб. 05 коп. народный суд прекратил, ссылаясь на п. 4 ст. 227 ГП1\ УССР, на том основании, что ответчица представила справку о ликвидации задолженности, которая числилась за пей в связи с неуплатой колхозу денег за пользование электроэнергией.

Совершенно очевидно, что народный суд допустил ошибку в правовой квалификации этого действия. Можно ли говорить здесь об отказе от иска? Конечно нет. Ведь требования истца полностью удовлетворены, хотя и не в судебном порядке.

63

В. Н. Щеглов, рассматривая этот вопрос, возражает против прекращения производством дел в подобных случаях. Автор считает, что, прекращая дела на таких основаниях, суды допускают произвольное расширение оснований для прекращения производства по делу. Иллюстрируя это делом по иску прокурора г. Томска к X. о взыскания 42 руб. 20 коп., прекращенным народным судом Кировского района г. Томска на том основании, что ответчик представил справку бухгалтерии об удержании этой задолженности из его заработной платы. автор подчеркивает, что указанное судом основание для прекращения дела производством не предусмотрено ст. 41 Основ. Нет здесь и отказа истца от иска [139, с. 107]. (К сожалению, автор не высказывает своего мнения о том, какие же последствия должны наступить в этом конкретном случае).

Подобную точку зрения высказывает и проф. А. Ф. Клейнман. Он пишет: <Представление ответчиком справки об уплате истцу спорной суммы денег не может явиться основанием к прекращению производства по делу. Если после проверки документа суд придет к убеждению, что претензия истца удовлетворена ответчиком добровольно, то следует отказать в иске, т. е. вынести решение по существу дела> [71, с. 18].

Приведенные выше мнения по этому вопросу представляются спорными. Нельзя считать добровольное удовлетворение ответчиком законного требования истца отказом истца от иска. Ведь отказ от иска - это осуществление прав истца и проявление принципа диспозитивности в советском гражданском процессуальном праве. Сущность отказа истца от иска заключается в том, что спор о праве устраняется волей одной стороны - истца [37, с. 53]. А добровольное исполнение ответчиком требований истца является обязанностью ответчика как стороны материально-правового отношения.

64

Трудно согласиться с проф. А. Ф. Клейнманом, который предлагает рассматривать дело по существу и отказать в иске, если требования истца удовлетворены ответчиком добровольно. Ведь согласно ст. 24 ГПК. УССР суды рассматривают дела по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых и колхозных правоотношений. А можно ли говорить о споре между сторонами, когда спорность правоотношения уже ликвидирована в добровольном порядке? В этом случае предметом судебного разбирательства становятся бесспорные правоотношения. Согласно же ст. 24 ГПК УССР они не могут стать предметом судебного разбирательства.

В связи с этим представляется, что единственно правильным последствием добровольного удовлетворения ответчиком претензий истца является прекращение производства по делу по п. 1 ст. 227 ГПК УССР. Здесь нет, как говорит В. Н. Щеглов, <произвольного расширения круга оснований для прекращения производства по делу> [139, с. 107], ибо бесспорные дела, возникающие из гражданских, семейных, трудовых и колхозных правоотношений, не подлежат рассмотрению в судебных органах, а это как раз имеет в виду п. 1 ст. 227 ГПК УССР.

Рассматривая этот вопрос, П. П. Гуреев правильно отмечает, что решение в подобных случаях является излишним, беспредметным и ненужным, ибо суду нечего разрешать [53, с. 186].

Дело не может рассматриваться судебными органами и подлежит прекращению по п. 1 ст. 227 ГПК УССР, если в процессе разбирательства дела суд установит, что иск предъявлен не тем истцом, которому принадлежит право требования (ненадлежащий истец), и практически нет возможности заменить его истцом надлежащим (ст. 105 ГПК УССР).

Между тем в юридической литературе высказано мнение, что в таких случаях дело должно прекращаться на основании отказа истца от иска. Так, М. А. Тупчиев

5 415-7

65

пишет, что к отказу истца от иска приравнивается и случай, когда дело прекращается ввиду выбытия из дела ненадлежащего истца и невступления в процесс истца, предполагаемого надлежащим [122, с. 14].

Подобную точку зрения высказывают и авторы комментария к Гражданскому процессуальному кодексу РСФСР. В частности они пишут, что согласие истца, уже признанного судом ненадлежащим, выбыть из дела не вполне тождественно отказу стороны от своего (пусть спорного) права. Но все же между этими процессуальными действиями имеется достаточно сходства для того, чтобы при несостоявшейся замене истца прекращение производства по делу обосновать п. 4 ст. 219 [84, с. 252].

С таким мнением согласиться трудно. Ведь отказаться от иска может только истец. Если же ненадлежащий истец выбыл, а надлежащий отказался вступить в процесс, то это значит, что истца по делу нет. А без истца производство по делу невозможно- Поэтому представляется, что в этом случае суд должен прекратить производство по делу не за отказом истца от иска, а в связи с тем, что нет истца, значит, нет и спора; следовательно, дело не подлежит рассмотрению в судебных органах (п. 1 ст. 227 ГПК УССР).

Дело не подлежит рассмотрению в судебных органах также при отсутствии у истца или ответчика процессуальной правоспособности.

Процессуальная правоспособность - это способность иметь гражданские процессуальные права и процессуальные обязанности.

В юридической литературе некоторые авторы отождествляют процессуальную правоспособность с гражданской правоспособностью [126, с. 274]. Такое утверждение является спорным. Оба эти вида правоспособности самостоятельны и одновременно неразрывно связаны между собой, так как всякое материальное

66

право немыслимо без возможности его принудительного осуществления и без процесса [140, с. 10].

Если гражданская правоспособность - это способность иметь гражданские права и обязанности, то гражданская процессуальная правоспособность-это способность быть истцом, ответчиком, третьим лицом, способность требовать судебной защиты своих субъективных прав и интересов. Если лицо такой способностью не обладает, то это исключает возможность его участия в процессе в качестве стороны.

В литературе было высказано мнение о том, что такая предпосылка права на обращение в суд, как правоспособность, вообще не нужна. А. И. Пашук, в частности, отмечал, что законодатель не указал такой предпосылки права на предъявление иска, ибо в соответствии со ст. 100 ГПК УССР все граждане и юридические лица имеют гражданско-процессуальную правоспособность. Ее нельзя лишить или ограничить [86, с. 34].

Гражданской процессуальной правоспособностью в широком смысле слова обладают все граждане СССР независимо от их социального, имущественного и служебного положения, пола, национальной и расовой принадлежности и вероисповедания, а также социалистические организации, являющиеся юридическими лицами (ст. 100 ГПК УССР).

Однако рассматривая вопрос о прекращении производства по гражданскому делу в связи с отсутствием процессуальной правоспособности, недостаточно говорить о правоспособности в широком смысле этого слова. Процессуальная правоспособность устанавливается применительно к каждому конкретному участнику процесса, а не к гражданину или организации, которые только могут занять процессуальное положение определенного участника [32, с. 105]. Суд интересует правоспособность конкретного лица по конкретному гражданскому делу. Это предусматривает и процессуальный

5 67

закон. Статья 4 ГПК УССР прямо подчеркивает, что обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права вправе заинтересованное лицо.

Отсутствие заинтересованности в результатах дела указывает на незаконность возникновения процесса [33. с. II].

На это обращает внимание и ст. 5 ГПК УССР, которая, определяя субъектов возбуждения гражданского дела в суде, в п. 1 указывает, что <суд приступает к рассмотрению гражданского дела по заявлению лица, обращающегося за защитой своего права или охраняемого законом интереса>.

Однако в той же ст. 5 ГПК УССР закон делает некоторые исключения из этого правила, допускающие обращение в суд по так называемым <чужим> делам.

Случаи правомерного обращения в суд в интересах других лиц можно разделить на две группы:

1) общие случаи, когда закон предоставляет отдельным органам такие полномочия;

2) предоставление законом и другими нормативными актами права обратиться в суд за защитой в интересах других лиц учреждениям и отдельным гражданам в точно определенных случаях.

К первой группе относится право прокурора возбудить гражданское дело, если этого требует охрана государственных или общественных интересов или прав и охраняемых законом интересов граждан (ст. 118 ГПК УССР). Закон не содержит формальных препятствий для возбуждения любого гражданского дела в суде прокурором, однако не всякое нарушение права требует вмешательства прокурора. Как отмечает В. С. Тадевосян, предъявление иска прокурором во всех случаях означало бы вредную опеку над должностными лицами и гражданами, которые могут сами использовать законные способы защиты своих прав [116, с. 224]. Прокурор должен предъявлять иск только в тех случаях, ког 68

да стороны по каким-либо серьезным причинам не в состоянии этого сделать или когда предъявление иска вызывается необходимостью защиты существенных интересов государства, колхозов и советских граждан.

Вторую группу представляют собой предусмотренные законом категории дел, когда за защитой прав и интересов других лиц в суд могут обращаться органы государственного управления, профсоюзы, государственные учреждения, предприятия, колхозы и иные кооперативные и общественные организации или отдельные граждане (п. 3 ст. 5 ГПК УССР). Эти случаи регулируются специальным законодательством и зависят от характера прав и интересов, за защитой которых обращаются в суд вышеуказанные организации или отдельные граждане.

Только в вышеперечисленных группах случаев закон допускает правомерное возникновение гражданских дел в суде без непосредственной материальной заинтересованности в исходе дела. Однако процессуальную заинтересованность органы и лица, обращающиеся за защитой других лиц, должны иметь обязательно. Во всех других случаях закон требует для возбуждения дела личной заинтересованности.

Таким образом, правоспособность истца является необходимым признаком правомерности возникновения гражданского дела. При ее отсутствии должен последовать отказ судьи в принятии заявления (п. 1 ст. 136 ГПК УССР) или дело должно быть прекращено производством как не подлежащее рассмотрению в судебных органах.

В этой связи никак нельзя согласиться с мнением И. М. Ильинской, которая, комментируя ст. 31 ГП1< РСФСР, пишет: <Признав, что предъявляющая иск организация не обладает правами юридического лица и, следовательно, не имеет процессуальной правоспособности, судья отказывает в принятии заявления (п. 8 ст.

69

129 ГПК РСФСР), а если заявление уже принято, суд оставляет иск без рассмотрения (п. 2 ст. 221 ГПК РСФСР).

Такое разъяснение ст. 31 ГПК РСФСР только вводит в заблуждение судебных работников и приводит к ошибкам на практике. Почему судья должен отказать в приеме искового заявления, сославшись на п. 8 ст. 129 ГПК РСФСР, или оставить иск без рассмотрения по п. 2 ст. 221 ГПК РСФСР? Ведь статьи ГПК РСФСР (как и ГПК УССР), на которые ссылается автор комментария, говорят не о процессуальной правоспособности, а о процессуальной дееспособности лица, предъявляющего иск.

Общеизвестно, что гражданская процессуальная дееспособность юридических лиц, как и их процессуальная правоспособность, возникает с момента организации юридического лица и существует до прекращения его существования. Поэтому практически у судьи не может возникнуть сомнения в дееспособности социалистической организации, если установлено, что эта организация обладает правами юридического лица, а следовательно, и процессуальной правоспособностью.

Высказанная И. М. Ильинской точка зрения в полной мере относится к дееспособности граждан, а не социалистических организаций, ибо отказ в принятии искового заявления или оставление иска без рассмотрения по причине недееспособности социалистической организации практически невозможны. Процессуальная дееспособность и правоспособность социалистических организаций сливаются в единое целое, и одно без другого существовать не может.

Поэтому в случае предъявления иска социалистической организацией, не обладающей правами юридического лица, то есть не имеющей процессуальной правоспособности, судья должен отказать в принятии искового заявления, ссылаясь на п. 1 ст. 136 ГПК УССР (п. I

70

ст. 129 ГПК РСФСР) [32, с. 103], а если дело возбуждено ошибочно, суд прекращает его производством, (но не оставляет иска без рассмотрения в связи с тем, что дело не подлежит рассмотрению в судебных органах (п. 1 ст. 227 ГПК УССР, п. 1 ст. 219 ГПК РСФСР).

2. Для отдельных категорий дел процессуальное законодательство установило определенный порядок предварительного внесудебного разрешения споров. Несоблюдение предварительного порядка разрешения спора, который по указанию закона обязательно должен предшествовать предъявлению иска в суд, исключает право истца на предъявление иска [73, с. 63] и влечет за собой отказ судьи в принятии искового заявления (п. 2 ст. 136 ГПК УССР).

Однако несоблюдение истцом предварительного внесудебного порядка разрешения споров не всегда влечет за собой одинаковые последствия.

Основанием для прекращения производства по делу является несоблюдение истцом установленного законом порядка внесудебного разрешения спора, если возможность применения этого порядка уже утрачена, т. е. когда истец не использовал установленного законом срока для урегулирования спора во внесудебном порядке. Таким образом, для прекращения дела производством по этому основанию необходимы два условия: чтобы в законе было указано, что такой порядок необходим для данной категории дел, и чтобы возможность применения этого порядка была утрачена. Утрата возможности использования внесудебного порядка зависит от того, истек ли срок предварительного урегулирования спора и какой орган должен решать этот спор.

Если, например, спор возникает из договора перевозки, где установлен обязательный претензионный порядок его урегулирования, то при пропуске срока на предъявление претензии истец окончательно теряет право на судебную защиту (ст. 76 Основ гражданского

71

законодательства Союза ССР и союзных республик). Эти сроки имеют пресекательный характер, и при их пропуске истец не может в дальнейшем обращаться за защитой своего права или интереса ни к надлежащим транспортным органам, ни в суд.

Этого нельзя сказать о сроках, установленных для разрешения трудовых споров. Для обращения работника в комиссию по трудовым спорам и в ФЗМК. профсоюза пресекательных сроков не установлено, поэтому трудовые дела не могут прекращаться на этих основаниях [107, с. 239].

Гражданский процессуальный кодекс УССР в п. 2 ст. 136 дает примерный перечень случаев обязательного предварительного внесудебного порядка разрешения споров. Все эти категории дел, требующих предварительного урегулирования, можно разделить на две группы.

К первой группе принадлежат дела, предварительное рассмотрение которых отнесено законом или другими нормативными актами к компетенции органов, имеющих право разрешать их по существу, постановления которых подлежат принудительному исполнению (пп. 11 и 12 ст. 348 ГПК УССР).

Вторую группу дел, требующих предварительного досудебного рассмотрения, составляют те, по которым закон или подзаконные акты предписывают сторонам совершить определенные действия, целью которых является согласование взаимных требований и ликвидация возникшего спора без судебного вмешательства.

Как отмечает проф. М. А. Гурвич, особая предпосылка обращения к суду, создаваемая обязательным предварительным рассмотрением требования, состоит в достигаемом таким способом выяснении разногласий между сторонами, составляющих сущность спора [46, с. 62].

Предварительный внесудебный порядок предусмотрен законом при разрешении отдельных категорий тру 72

довых споров. Пункт 9 Положения о порядке рассмотрения трудовых споров [29, 1974, № 22] указывает, что комиссии по трудовым спорам являются обязательным первичным органом по рассмотрению трудовых споров, возникающих на предприятиях, в учреждениях и организациях между рабочими и служащими, с одной стороны, и администрацией - с другой.

Однако следует подчеркнуть, что не все трудовые споры подлежат предварительному внесудебному разрешению их в К.ТС и ФЗМК- Пункт 11 Положения о порядке рассмотрения трудовых споров дает перечень трудовых споров, которые КТС и ФЗМК разрешать не вправе. Статья 231 Кодекса законов о труде УССР, кроме того, указывает, что непосредственно в районных народных судах, без обращения в К.ТС и ФЗМК, рассматриваются трудовые споры о восстановлении на работе рабочих и служащих, уволенных по инициативе администрации предприятия, учреждения, организации, за исключением споров работников, занимающих должности, предусмотренные в особом перечне, а также заявления администрации о возмещении ущерба, причиненного рабочими и служащими предприятиям, учреждениям и организациям.

Кроме того, постановление Президиума Верховного Совета СССР от 30 июня 1965 г. [29, 1965, № 40] дает перечень работников, вопрос об увольнении которых не требует согласования в ФЗМК.

Таким образом, можно прийти к выводу, что предварительный внесудебный порядок разрешения трудовых споров сохраняет свое значение во всех случаях, кроме споров, отнесенных законом к непосредственной компетенции суда, или тех, которые разрешаются в порядке подчиненности вышестоящими организациями.

Как известно, закон устанавливает определенный срок для обращения в ФЗМК профсоюза или в суд по поводу трудовых споров (ст. 227, 229 Кодекса законов

73

о труде УССР). Однако пропуск этих сроков йе дает основания суду отказывать в принятии искового заявления, а следовательно и прекращать производство по делу. Суд должен обсудить вопрос о причинах пропуска срока и решить дело по существу.

В процессуальной литературе высказаны различные мнения о правовых особенностях этих сроков [121, 139].

Так, М. Тупчиев пишет, что дело может быть прекращено на этом основании лишь в одном случае:

<когда истец после рассмотрения его заявления в комиссии по трудовым спорам не обратился в комитет профсоюза в десятидневный срок, установленный законом для обращения в этот орган> [121, с. 53]. При этом автор делает вывод, что такое прекращение производства по делу носит условный характер, так как истец после рассмотрения спора в комитете профсоюза может обратиться вторично с тождественным иском в суд.

Представляется, что такое мнение явно противоречит ст. 228 ГПК. УССР, которая установила безусловное правило, что в случае прекращения производства по делу вторичное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается. Допущение условности прекращения производства по делу на практике означало бы обесценение этого важного института советского гражданского процессуального права. Как отмечает В. Н. Щеглов, это может привести к стиранию установленных законом четких граней между прекращением производства по делу и оставлением иска без рассмотрения, к подмене одного института другим, что в конечном счете может привести к нарушению прав сторон на судебную защиту.

М. Тупчиев признает, что возможность обращения работника в комитет профсоюза при пропуске десятидневного срока не утрачивается. Поэтому суд в таких

74

случаях имеет все основания оставить иск без рассмотрения (п. 1 ст. 229 ГПК УССР).

Следовательно, производство по трудовым делам в суде подлежит прекращению лишь в том случае, если возможность предварительного внесудебного порядка разрешения спора утрачена окончательно; в противном случае иск должен быть оставлен без рассмотрения, что дает право истцу повторно обратиться в суд с тождественным иском.

Практически прекращение производства по трудовым делам на основании несоблюдения предварительного внесудебного разрешения споров не может иметь места, так как в целях охраны прав трудящихся несоблюдение этого порядка должно влечь за собой оставление иска без рассмотрения, а не прекращение производства по делу [101, с. 140].

Предварительный порядок рассмотрения споров установлен для отдельных дел, возникающих из причинения вреда.

В соответствии с <Правилами о возмещении предприятиями, учреждениями, организациями ущерба, причиненного рабочим и служащим увечьем либо иным повреждением здоровья>, утвержденными постановлением Государственного комитета Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы и Президиума ВЦСПС 22 декабря 1961 г. [112, с. 331 ], исковые заявления о возмещении вреда подлежат судебному рассмотрению лишь тогда, когда по такому спору состоялось решение администрации и постановление ФЗМК профсоюза, но работник или администрация, не согласные с состоявшимся постановлением, обратились в суд за разрешением спора по существу.

Этот порядок рассмотрения дел о возмещении ущерба расширил права ФЗМК, не ограничивая в то же время прав потерпевшего и администрации на судебную защиту. Задача администрации и ФЗМК заключается

75

в том, чтобы обеспечить быстрое и правильное рассмотрение дел на предприятиях и практически избавить потерпевших от необходимости обращаться в суд.

Однако нужно учитывать особенность Правил, которые по-разному решают этот вопрос в зависимости от того, кто является причинителем вреда.

Если вред причинен страхователем потерпевшего, то согласно п. 6 Правил для рассмотрения дела в суде необходимо соблюдать предварительный внесудебный порядок рассмотрения спора. Несоблюдение этого порядка является препятствием для рассмотрения дела в судебных органах. В таком же порядке подлежат рассмотрению споры о возмещении вреда нетрудоспособным иждивенцам работника, если смерть работника последовала в результате увечья либо иного повреждения здоровья, связанного с работой и происшедшего по вине предприятия, учреждения, организации \ 104, с. 137].

Предварительный порядок разрешения спора предусмотрен также при разрешении дел о возмещении вреда, причиненного члену колхоза увечьем либо иным повреждением здоровья, полученным на работе в колхозе вследствие неправильных действий колхоза. Пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 23 октября 1963 г. <О судебной практике по искам о возмещении вреда> подчеркивает, что в этих случаях ответственность колхоза должна определяться по общим правилам гражданского законодательства, т. е. потерпевший, прежде чем обратиться с иском в суд, должен подать заявление в компетентный орган колхоза для решения вопроса о возмещении вреда. И лишь при несогласии с решением компетентного органа колхоза потерпевший имеет право обратиться за судебной защитой.

Если же вред причинен не страхователем потерпевшего, Правила не предусматривают предварительного

76

внесудебного порядка рассмотрения спора. В п. 6 Правил сказано, что если увечье либо иное повреждение здоровья причинено по вине предприятия, учреждения, организации, не являющегося страхователем потерпевшего, то потерпевший имеет право обратиться с заявлением о возмещении ущерба непосредственно в народный суд. Потерпевший имеет право обратиться непосредственно в суд без соблюдения предварительного порядка разрешения спора также в том случае, если ущерб причинен страхователем и нестрахователем совместно.

Гражданское процессуальное законодательство (п. 2 <г> ст. 136 ГПК УССР) установило определенный предварительный порядок рассмотрения и таких вопросов. По спорам с предприятиями, учреждениями и организациями, не являющимися страхователями потерпевшего, о возмещении ущерба, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца, потерпевший или его иждивенцы обязаны предварительно обратиться с соответствующим требованием к администрации, которая в течение месяца должна дать ответ по существу спора. Если потерпевший не согласен с решением администрации или в течение месяца не получил ответа на свое требование, он вправе обратиться с иском в суд.

Таким образом, отказ в принятии искового заявления или прекращение производства по делу на основании того, что истец не выполнил предварительного внесудебного порядка рассмотрения спора, возникающего из причинения вреда, может иметь место лишь в случаях, предусмотренных законом, и если возможность применения этого порядка утрачена.

Однако практически прекращение производства дел, возникающих из причинения вреда, ввиду несоблюдения предварительного внесудебного порядка рассмотрения спора невозможно, поскольку для потерпевшего и лиц, имеющих право на возмещение вреда по случаю потери

77

кормильца, не установлены какие-либо предельные сроки обращения к администрации предприятия и в ФЗМ.КПоэтому возможность применения предварительного внесудебного порядка предъявления требований о возмещении вреда не может быть ими утрачена. В этой связи, если несоблюдение предварительного внесудебного порядка разрешения спора о возмещении вреда обнаружится при рассмотрении дела по существу, в судебном заседании, суд обязан оставить иск без рассмотрения (п. 1 ст. 229 ГПК УССР), а не прекращать производство по делу.

Следовательно, ни отказ в приеме искового заявления, ни оставление иска без рассмотрения не препятствуют потерпевшему и лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вновь обратиться с иском за судебной защитой после рассмотрения требований администрацией предприятия и ФЗМК. профсоюза. В каждом конкретном случае суд будет решать вопрос об утрате возможности рассмотрения спора внесудебным порядком, исходя из обстоятельств дела. В зависимости от этого и будет решен вопрос о прекращении производства по делу или об оставлении иска без рассмотрения.

Вторая группа дел характерна тем, что по ним закон и другие нормативные акты обязывают стороны до обращения за судебной защитой совершить определенные действия, направленные на выяснение и согласование взаимных претензий и ликвидацию возникшего спора без вмешательства органов правосудия, связывая это с истечением особых, так называемых пресекательных, сроков. В частности, это касается договоров перевозки, для которых установлен претензионный порядок рассмотрения споров, и несоблюдение этого порядка является препятствием для обращения за судебной защитой.

Так, Устав железных дорог Союза ССР, утвержденный постановлением Совета Министров СССР от 6 апре 78

ля 1964 г. [124], установил обязательный претензионный порядок по спорам между клиентурой и железной дорогой, вытекающим из договора перевозки. В ст. 169 Устава указано, что <до предъявления к железной дороге иска, вытекающего из настоящего Устава, обязательно предъявление к ней претензии>.

Решающее значение для предъявления претензии имеет вопрос о сроках. Статья 174 Устава устанавливает два срока для предъявления претензий: общий срокшесть месяцев и для претензий об плате штрафов - 45 дней. Железная дорога обязана рассмотреть заявленную претензию и о результатах ее рассмотрения сообщить заявителю в следующие сроки: по претензиям, возникающим из перевозок в железнодорожном сообщении,-три месяца; по претензиям, возникающим из перевозок в прямом смешанном сообщении,- шесть месяцев; по претензиям об уплате штрафов-45 дней.

Если в течение этих сроков железная дорога не ответит на заявленную претензию или откажет в удовлетворении ее, заинтересованное лицо может в течение двухмесячного срока со дня получения ответа или со дня истечения срока, установленного для ответа, обратиться в суд с иском для защиты своего права.

Указанные сроки имеют пресекательный характер и восстановлению не подлежат. Пропуск их не дает возможности в дальнейшем обратиться с претензией к железной дороге и с иском в суд. Если пропуск сроков выяснится в судебном заседании при разбирательстве дела по существу, оно подлежит прекращению производством по п. 2 ст. 227 ГПК УССР.

Аналогичный порядок рассмотрения споров установлен Воздушным кодексом Союза ССР, утвержденным Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 декабря 1961 г. [29, 1961, № 52]. Согласно ст. 102 Воздушного кодекса воздушно-транспортное предприятие несет имущественную ответственность за сохранность

79

груза с момента принятия его к перевозке до выдачи получателю. При возникновении спора, вытекающего из договора воздушной перевозки, в соответствии со ст. 112 Воздушного кодекса заинтересованное лицо обязано до предъявления к перевозчику иска предъявить ему претензию для урегулирования взаимных требований и разногласий.

Претензии к воздушно-транспортным предприятиям могут быть заявлены только в пределах сроков, установленных ст. 115 Воздушного кодекса: шесть месяцев по требованиям, вытекающим из перевозки груза, пассажиров и багажа, и 45 дней - по требованиям об уплате штрафа.

Воздушно-транспортное предприятие обязано рассмотреть претензию и уведомить заявителя об удовлетворении или отклонении ее в течение трех месяцев, а в отношении претензии об уплате штрафа - в течение 45 дней.

Если же претензия отклонена или ответ не получен в установленный срок, заявитель имеет право в течение двух месяцев со дня получения ответа или со дня истечения срока, установленного для ответа на претензию, обратиться в суд с иском о защите своего

права.

Пропуск этих сроков также является препятствием для правомерного возникновения процесса и лишает истца права на обращение за судебной защитой. Если же процесс ошибочно возник по такому делу, оно подлежит прекращению производством на основании того, что истцом не соблюден установленный для данной категории дел порядок предварительного внесудебного разрешения спора и возможность применения этого порядка уже утрачена.

Таким же путем решается вопрос по спорам, вытекающим из договоров перевозки по внутренним водным путям [123], морским перевозкам и по спорам, возни 80

кающим между отправителями или адресатами почтовых отправлений и органами связи [125].

На последствия пропуска сроков предъявления претензий обращал внимание и Пленум Верховного Суда СССР в постановлении № 2 от 11 апреля 1969 г. <О некоторых вопросах применения судами законодательства при рассмотрении споров, возникающих из перевозки грузов и багажа> [104, с. 125]. Пленум указал, что если при приеме искового заявления будет установлено, что требование к перевозчику в претензионном порядке не было заявлено, судья должен отказать в приеме

искового заявления.

Если же такой иск будет ошибочно принят к судебному рассмотрению, то дело прекращается производством судебным определением. Это происходит и в том случае, когда пропущен срок, предусмотренный для

предъявления претензий.

Своеобразный предварительный порядок установлен

для разрешения споров изобретателей и рационализаторов во вопросам размера, порядка начисления и сроков

выплаты вознаграждения.

Положение об открытиях, изобретениях и рационализаторских предложениях [88] установило две ступени предварительного, досудебного порядка разрешения споров. Жалобы изобретателей и рационализаторов рассматриваются администрацией предприятия совместно с ФЗМК, профсоюза. Если изобретатель или рационализатор не согласен с решением, принятым по его жалобе администрацией и ФЗМК профсоюза, он может обжаловать это решение руководителю вышестоящей организации, который должен рассмотреть жалобу в месячный срок. Если же изобретатель или рационализатор не согласен с решением вышестоящей организации, он может обратиться за защитой своего права в народный суд.

Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении от 4 марта 1961 г. <О судебной практике по изо 81

6 "15-7

бретательским и рационализаторским делам> (с дополнением от 23 октября 1963 г.) [104, с. 174], давая указание судам, разъяснил, что суды должны строго соблюдать этот порядок и, если жалоба изобретателя или рационализатора не рассмотрена руководителем вышестоящей организации в месячный срок, спор о выплате вознаграждения рассматривается в судебном порядке.

Поэтому суды не вправе принимать к своему рассмотрению иски, если не соблюден этот предварительный порядок рассмотрения спора. Но если судья ошибочно принял такое исковое заявление, то дело не должно прекращаться производством. Закон не устанавливает для этой категории дел пресекательных сроков, и если месячный срок на обращение к руководителю вышестоящей организации по каким-либо причинам пропущен, он может быть восстановлен. Поэтому представляется, что, в целях охраны прав и интересов рационализаторов и изобретателей, при несоблюдении ими предварительного внесудебного порядка рассмотрения споров, иски, ошибочно принятые судьей к производству, должны оставляться без рассмотрения (п. 1 ст. 229 ГПК УССР).

Необходимо отметить, что случаи предварительного внесудебного разрешения споров четко определены законом и не могут устанавливаться судом. Между тем, в судебной практике нередки случаи, когда суды распространительно толкуют эту норму и прекращают производством дела, когда предварительный внесудебный порядок разрешения споров законом не предусмотрен.

Народный суд Шевченковского района г. Львова, ссылаясь на п. 2 ст. 227 ГПК УССР, прекратил производство по делу по иску 3. к семье Б. о выселении за невозможностью совместного проживания на том основании, что этот вопрос находился в это время на разрешении товарищеского суда. Такое определение народного суда нарушает право истца на судебную защиту и противоречит закону, так как по этой категории дел

82

закон не предусматривает предварительного внесудебного порядка разрешения споров, и товарищеский суд не наделен компетенцией рассматривать такие споры (ст. 7 Положения о товарищеских судах УССР).

Производство по гражданским делам подлежит прекращению в связи с тем, что истцом не соблюден предварительный внесудебный порядок разрешения спора, лишь при следующих условиях:

а) если законом предусмотрен такой порядок разрешения спора;

б) если возможность применения этого порядка уже утрачена.

3. Необходимой предпосылкой для правомерного возникновения процесса по рассмотрению конкретного гражданского дела в суде является отсутствие вступившего в законную силу судебного решения, постановленного по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям, или определения суда о принятии отказа истца от иска или об утверждении мирового соглашения сторон.

Как отмечает М. П. Ринг, повторное рассмотрение тождественного иска приводило бы к пересмотру никем не отмененного ранее вынесенного решения по первоначальному делу, в результате чего оказалось бы, что по одному и тому же иску постановлены два противоположных решения [100, с. 169].

Судебное решение или определение, вступившие в законную силу, приобретают, наряду с другими свойствами, свойство исключительности. Это означает, что недопустимо вторичное рассмотрение и разрешение иска, тождественного тому, который уже разрешен вступившим в законную силу судебным решением или определением о принятии отказа истца от иска либо утверждении мирового соглашения между сторонами. Вступившее в законную силу решение или определение суда прекращает право на предъявление того же иска.

б 83

Вступившим в законную силу решением уже создан тот процессуальный результат, который являлся конечной целью процесса; спорное право превращено в бесспорное, окончательное и с обязательным значением для сторон, для суда и других граждан и социалистических организаций. Тем самым вступившее в законную силу решение получает значение отрицательной предпосылки права на предъявление иска [46, с. 72].

Поэтому предъявление тождественного иска, по которому уже имеется судебное решение или определение, является основанием для отказа в принятии искового заявления (п. 3 ст. 136 ГПК УССР) или прекращения по нему дела производством (п. 3 ст. 227 ГПК УССР).

Если же судья по каким-либо причинам принял исковое заявление при наличии вступившего в законную силу решения или определения, вынесенного по этому же спору, а суд рассмотрел его по существу, вышестоящий суд обязан отменить такое решение или определение и прекратить производство по делу [73, с. 63].

Если в момент предъявления иска у судьи возникнут сомнения в тождестве данного иска ранее рассмотренному, судья не вправе отказать в принятии искового заявления, а обязан принять дело к производству и в зависимости от конкретных обстоятельств либо решить его по существу, либо прекратить его производством.

Применяя эту норму, суды нередко неосновательно лишают стороны права на судебную защиту ввиду неправильного признания исков тождественными.

Так, по делу супругов С. при расторжении брака было разделено их общее домовладение. После вступления этого решения в законную силу В. обратилась в суд с иском к обоим собственникам домовладения о признании за ней права собственности на Уз его часть. Народный суд, считая, что спор о праве собственности на домовладение уже разрешен при рассмотрении дела

84

о расторжении брака супругов, прекратил дело производством, ссылаясь на тождество исков (п. 3 ст. 227 ГПК УССР), хотя оснований для прекращения производства по делу у суда не было, так как иск предъявлен лицом, ранее не принимавшим участия в деле, и по иным основаниям.

Подобные ошибки судов объясняются тем, что суды подчас игнорируют различия в элементах обоих исков. Между тем закон ясно определяет, что иски являются тождественными лишь в том случае, если в них совпадают: стороны, основания и предмет. Изменение хотя бы одного из этих элементов дает право заинтересованным лицам обратиться в суд с повторным иском.

При сопоставлении сторон для установления тождества исков необходимо учитывать следующее. Иски признаются тождественными ранее разрешенным искам прокуроров или органов государственного управления, профсоюзов, государственных учреждений, предприятий, колхозов и иных кооперативных и общественных организаций или отдельных граждан, если по закону они имеют право обращаться в суд за защитой прав или интересов других лиц (п. 3 ст. 5 ГПК УССР). Причем тождественным иск признается даже тогда, когда истец непосредственного участия в рассмотрении дела не принимал и не высказывал своего отношения к иску, предъявленному прокурором, органами или отдельными лицами в порядке п. 3 ст. 5 ГПК УССР. Такой вывод вытекает из ст. 231 ГПК УССР, где указано, что решение суда по иску вышеуказанных лиц, вступившее в законную силу, является обязательным для лица, в интересах которого было начато дело.

Перемена лиц на стороне истца или ответчика в случае правопреемства также не устраняет тождества исков, имеющих один и тот же предмет и основание. Например, отказ в иске к наследодателю о признании права на конкретное имущество лишает заинтересован 85

иые лица права на предъявление иска к наследнику по поводу того же имущества. Однако закон не дает ответа на вопрос, будут ли тождественными иски, если стороны поменяются ролями. Ответчик по первому иску стал истцом, а истец - ответчиком. Нам представляется, что изменение процессуального положения сторон не дает тождества исков. В противном случае это ущемило бы интересы другой стороны.

Народные суды допускают иногда ошибки при определении тождества исков по основанию. Основания исков по некоторым категориям дел имеют определенные особенности, и кажущееся их совпадение не делает иски тождественными.

Такие особенности имеют, в частности, основания исков по алиментным делам, по делам о расторжении брака, о передаче детей на воспитание и др. Такие иски нельзя считать тождественными, ибо их основания не совпадают по времени. Это объясняется длящимся характером правоотношения. Закон предполагает, что с истечением определенного времени факты, положенные в обоснование первоначального иска, изменились и потому истец имеет возможность снова обратиться в суд. Суд же при рассмотрении дела по существу, установив тождество оснований первоначального и повторного исков, обязан прекратить производство по делу.

Такой же своеобразный характер имеют дела о выселении за невозможностью совместного проживания, когда предполагается, что с течением времени возникают новые факты, которые могут быть положены в обоснование повторного иска. Поэтому повторное обращение в суд с иском о выселении за невозможностью совместного проживания нельзя уже заранее определять как обращение с тождественным иском. Рассматривая подобные дела, суд в каждом конкретном случае должен проверить, является ли основание нового иска тожде 86

ственным основанию первоначального иска, и в зависимости от этого решить дело.

Между тем суды не всегда учитывают это положение и прекращают дела производством по мотивам их тождественности. Производство по делу С. к С. о выселении за невозможностью совместного проживания было прекращено народным судом Шевченковского района г. Львова потому, что это дело уже являлось предметом судебного разбирательства и было прекращено за примирением сторон.

Такое определение народного суда не может быть признано обоснованным. Суд не учел, что основание иска изменилось по времени, и незаконно отказал истице в правосудии.

Если правоотношения между сторонами носят длящийся характер, то всегда возможно появление новых фактов, которые служат новым основанием и тем самым исключают тождество двух разновременно заявленных теми же сторонами исков по поводу тех же требований [100, с. 167].

Установление тождества предметов двух исков, т. е. сопоставление спорных материально-правовых требований истца к ответчику или спорных материально-правовых отношений первоначального и повторного исков, казалось бы, не представляет большой трудности. Между тем в судебной практике нередки случаи, когда суды ошибочно прекращают дела производством, неправильно определив тождество предметов исков. Примером могут служить иски о признании записи отца ребенка неправильной. В. Пучинский отмечает, что суды допускают ошибку, когда рассматривают по существу иск лица об аннулировании записи его отцом ребенка в то время, когда есть решение о взыскании с него алиментов [97, с. 43]. Такое же мнение высказывал А. Пашук. Он писал, что в исках об аннулировании в актах гражданского состояния записи об отцовстве на первый

87

взгляд есть другой предмет иска, а по существу он один и тот же, поскольку при рассмотрении вопроса об алиментах уже решался вопрос о признании ответчика отцом ребенка. Спор об отцовстве по новому иску является недопустимым, поскольку оба иска являются тождественными [86, с. 19].

Такие взгляды представляются недостаточно аргументированными. Рассматривая дела о взыскании алиментов, суд вовсе не решает вопроса о признании ответчика отцом ребенка. Суд исходит из презумпции, что отцом является лицо, указанное в свидетельстве о рождении ребенка. Согласно ст. 56 Кодекса о браке и семье УССР, отцовство может оспариваться в судебном порядке на протяжении одного года с момента, когда лицо узнало или должно было узнать, что оно, не будучи отцом ребенка, записано как отец в органах записи актов гражданского состояния.

Таким образом, если во время рассмотрения дела о взыскании алиментов ответчик ставил на обсуждение вопрос о неправильной записи его отцом ребенка, а суд, исследовав все материалы дела, признал эти возражения необоснованными, иск о признании неправильной записи отцом является тождественным иску о взыскании алиментов. Если же этот вопрос совсем не обсуждался судом, а ответчик узнал о неправильной записи его отцом после вынесения решения о взыскании с него алиментов, то нельзя говорить о тождественности этих исков. В этом случае суд, в соответствии со ст. 56 Кодекса о браке и семье УССР, обязан рассмотреть иск об оспариваний отцовства по существу и постановить соответствующее судебное решение.

Следовательно, только наличие вступившего в законную силу решения суда, постановленного по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям, а также определения суда о принятии отказа истца от иска или об утверждении мирового согла 88

шения сторон является неустранимым препятствием для возникновения процесса по делу, а при ошибочном возникновении процесса - основанием для прекращения производства (п. 3 ст. 227 ГПК УССР). Изменение хотя бы одного из этих условий не дает тождества исков, и заинтересованное лицо вправе снова обратиться в суд за защитой своего субъективного права.

4. Наличие решения товарищеского суда по тождественному спору также является неустранимым препятствием для правомерного возникновения процесса по гражданскому делу и влечет за собой отказ в принятии искового заявления (п. 5 ст. 136 ГПК УССР) или прекращение производства по делу (п. 6 ст. 227 ГПК УССР). Это основание прекращения производства по делу введено Основами гражданского судопроизводства в связи с расширением роли общественности в разрешении гражданских дел.

XXV съезд КПСС отметил, что важным направлением работы по коммунистическому строительству является всестороннее развитие политической системы советского общества. Л. И. Брежнев в докладе на совместном торжественном заседании ЦК КПСС, Верховного Совета СССР и Верховного Совета РСФСР 2 ноября 1977 года подчеркнул, что каждый советский человек обладает всей полнотой прав и свобод, позволяющих ему принимать активное участие в политической жизни [15, с. 8].

Одной из форм такого участия является деятельность товарищеских судов.

Дальнейшее повышение роли товарищеских судов, расширение их участия в укреплении общественного порядка является одной из важнейших задач Коммунистической партии и всего советского народа в период строительства коммунизма [7, с. 109].

Товарищеские суды - это выборные общественные органы, призванные активно содействовать воспитанию

89

граждан в духе коммунистического отношения к труду и социалистической собственности, соблюдения правил социалистического общежития, развитию у советских людей чувства коллективизма и взаимопомощи.

Основной задачей товарищеских судов является предупреждение правонарушений и деяний, которые причиняют вред обществу, создание обстановки нетерпимости к антиобщественным проявлениям, воспитание людей путем убеждения и общественного влияния.

На это указывает и Пленум Верховного Суда РСФСР в своем постановлении от 12 декабря 1964 г. <О некоторых вопросах, возникающих в практике применения судами гражданского процессуального кодекса РСФСР>. Пленум подчеркнул, что для улучшения профилактической и воспитательной работы судов по устранению причин, порождающих гражданско-правовые споры, исключительно важное значение имеет привлечение общественности к рассмотрению гражданских дел, передача их на разрешение товарищеских судов [92, с. 123].

Пленум Верховного Суда УССР в своем постановлении № 3 от 3 июля 1964 г. <О некоторых вопросах судебной практики применения Гражданского процессуального кодекса УССР> указал, что суды не всегда принимают меры к передаче на рассмотрение товарищеских судов споров, которые в соответствии со ст. 5 Положения о товарищеских судах УССР могут ими разрешаться [57, с. 21].

В обществе развитого социализма неуклонно возрастают гарантии защиты гражданских прав советских граждан.

До принятия ныне действующего гражданского и гражданско-процессуального законодательства защита гражданских прав граждан осуществлялась как судебными, так и административными органами.

Основами гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик в ст. 6 (ст. 6 ГК. УССР) пре 90

дусмотрено, что защита гражданских прав осуществляется в установленном порядке судом, арбитражем или третейским судом. Защита гражданских прав в случаях и в порядке, установленных законодательством Союза ССР и союзных республик, осуществляется также товарищескими судами, профсоюзными и иными общественными организациями.

В соответствии с этим Гражданский процессуальный кодекс УССР (ст. 25) установил, что в случаях, предусмотренных законом, гражданские дела могут рассматриваться товарищескими судами в порядке, предусмотренном Положением о товарищеских судах УССР.

Положение о товарищеских судах, утвержденное Указом Президиума Верховного Совета УССР от 23 марта 1977 г. [89], четко определило компетенцию товарищеских судов в разрешении гражданско-правовых споров.

Гражданско-правовые споры, которые рассматриваются товарищескими судами, могут быть альтернативной или исключительной компетенции.

Исключительная компетенция означает, что рассмотрение гражданско-правовых споров товарищескими судами не зависит от воли заинтересованных лиц, а альтернативная - что рассмотрение этих споров полностью зависит от субъективного признака: от воли заявителя или обоюдного согласия сторон на рассмотрение спора товарищеским судом [145, с. 139].

По общему правилу, защита имущественных и связанных с ними неимущественных прав граждан осуществляется народными судами, но Положение о товарищеских судах предусматривает возможность рассмотрения некоторых гражданско-правовых споров и товарищескими судами. Основные правила о компетенции товарищеских судов изложены в ст. 7 Положения.

Так, согласно ст. 7, товарищеские суды компетентны рассматривать и разрешать дела, вытекающие из трудо 91

вых правоотношений. Эта категория дел, как правило, относится к исключительной компетенции товарищеских судов. Например, дела о нарушении трудовой дисциплины, о несоблюдении правил техники безопасности и других правил охраны труда рассматриваются товарищескими судами. Народному суду они неподведомственны.

Некоторые дела, вытекающие из трудовых правоотношений, относятся к альтернативной компетенции. Это, в частности, дела о возмещении предприятию, учреждению, организации имущественного вреда, причиненного его работником. Товарищеские суды компетентны рассматривать их лишь в том случае, если ущерб, причиненный работником, незначительного размера. Эта оговорка закона относительно размера ущерба приводит на практике к некоторым трудностям, так как закон не указывает критерия, по которому можно было бы точно определить, значителен размер ущерба или незначителен. Значительность ущерба может определяться его суммой, характером, значимостью имущества, которому причинен ущерб. Поэтому в законе целесообразно было бы указать, что товарищеские суды вправе рассматривать подобные дела лишь при наличии ущерба, например в определенной сумме.

К компетенции товарищеских судов отнесены некоторые споры, возникающие из семейных правоотношений. Основная задача товарищеских судов в этих случаях состоит в предупреждении семейных конфликтов.

Товарищеские суды вправе рассматривать дела о невыполнении родителями своих обязанностей по воспитанию детей. Однако они не могут принимать к рассмотрению и разрешать дела о присуждении алиментов на содержание детей. Это исключительная компетенция народных судов. Товарищеские суды могут лишь осудить поведение родителей, которые уклоняются от материальной помощи своему ребенку. Нередко под влиянием общественного мнения родители вынуждены вы 92

полнить свои обязанности, в связи с чем отпадает необходимость обращения в народный суд.

Большое значение имеет рассмотрение товарищескими судами дел о неправильном воспитании детей. В необходимых случаях товарищеский суд может поставить вопрос перед надлежащими органами о возбуждении дела с целью лишения отца или матери родительских прав.

Обсуждение товарищескими судами этих вопросов не только способствует улучшению поведения лиц, привлеченных к ответственности, но и воздействует на всех присутствующих на заседании.

К компетенции товарищеских судов относятся также споры, вытекающие из правоотношений по защите чести и достоинства граждан (оскорбление, клевета, распространение порочащих данных).

До принятия действующего гражданского и гражданско-процессуального законодательства существовал единственный способ защиты чести и достоинства советских граждан-уголовно-правовой. С принятием действующего законодательства был установлен новый способ защиты чести и достоинства граждан - гражданскоправовой (ст. 7 Основ гражданского законодательства, ст. 7 ГКУССР).

Гражданско-правовой способ защиты чести и достоинства применяется в тех случаях, когда потерпевший не желает привлечения обидчика к уголовной ответственности, однако хочет, чтобы порочащие его факты были публично опровергнуты.

Сейчас в связи с усилением роли общественности установлен третий способ защиты чести и достоинства граждан-через товарищеский суд.

Расширение способов защиты чести и достоинства советских людей свидетельствует об огромном значении, которое придают Коммунистическая партия и Советское правительство охране прав личности. Важность охраны

93

этих прав обусловливается тем, что социализм утвердил в человеке сознание его социальной ценности, поднял гражданское достоинство и честь человека [15].

Компетенция товарищеского суда на рассмотрение дел по защите чести и достоинства возникает лишь при следующих условиях:

1) когда потерпевший сам выбрал этот путь защиты;

2) когда порочащие сведения не были помещены в печати, и потерпевший лишь добивается, чтобы было сделано публичное опровержение порочащих его сведений в присутствии лиц, находящихся в зале.

Споры, вытекающие из жилищных правоотношений, также могут рассматриваться товарищескими судами. К ним относятся дела: о порче жилья и нежилых помещений и коммунального оборудования, если эта порча не причинила значительного ущерба; о нарушении правил внутреннего распорядка в квартирах и общежитиях;

об использовании подсобных помещений, домовых служб, оплате коммунальных услуг, оплате расходов по текущему ремонту мест общего пользования и т. д. Все это дела альтернативной компетенции и могут рассматриваться товарищескими судами лишь по выбору заявителя.

Товарищеские суды могут рассматривать споры между сособственниками строений об установлении порядка пользования земельными участками. До принятия гражданского процессуального законодательства и Положения о товарищеских судах эти споры рассматривались исключительно народными судами. По действующему законодательству они отнесены к компетенции товарищеских судов; если разрешение такого спора представляет особую сложность, товарищеский суд может передать его в народный суд (ст. 130 ГП1< УССР).

Практически заинтересованное лицо имеет право обратиться в народный или в товарищеский суд по своему усмотрению. Постановление Пленума Верховного

94

Суда СССР от 9 апреля 1965 г. <О практике передачи судами дел и материалов на рассмотрение товарищеских судов>, давая руководящие разъяснения судам по этим вопросам, указывает, что гражданско-правовые споры, которые в соответствии с Положениями о товарищеских судах могут рассматриваться товарищескими судами, подведомственны и народным судам [104, с. 48].

Таким образом, решение вопроса о том, какой орган (народный или товарищеский суд) будет решать конкретный спор, принадлежит инициатору возбуждения дела.

Следует иметь в виду, что споры об установлении порядка пользования земельными участками могут быть рассмотрены народными или товарищескими судами лишь при условии, что неразделенный участок находится в городе или поселке, что это спор не межевой, что участниками спора являются сособственники (а не совладельцы) дома. Споры между совладельцами смежных земельных участков относительно границ, пролегающих между ними, не относятся к компетенции ни народного, ни товарищеского судов.

При определенных условиях товарищеские суды рассматривают и разрешают некоторые имущественные споры.

Согласно п. 13 ст. 7. Положения товарищеские суды компетентны рассматривать имущественные споры лишь при следующих условиях:

1) если имущественный спор возник между гражданами. Споры, одной из сторон которых является социалистическая организация, не могут рассматриваться товарищескими судами;

2) если сумма спора не превышает 50 рублей;

3) если спорящие стороны согласны на рассмотрение спора в товарищеском суде. При возражении одной из сторон товарищеский суд не вправе принять имущественный спор к рассмотрению.

95

Споры о порядке пользования строениями, составляющими общую собственность двух или нескольких граждан, о разделе имущества колхозного двора и о выделе из двора, о разделе имущества между супругами рассматриваются товарищескими судами независимо от стоимости имущества в случае согласия сторон (п. 11 ст. 7 Положения). При отсутствии такого согласия эти споры подлежат рассмотрению в народном суде.

Решения товарищеского суда, вынесенные по этим спорам, по своему правовому значению приравниваются к решениям народного суда. Решение товарищеского суда, вступив в законную силу, приобретает ряд свойств. присущих решению народного суда. Одним из них является свойство исключительности, в силу которого исключается возможность повторного рассмотрения тождественного дела (п. 5 ст. 31 Основ, п. 5 ст. 136 ГПК. УССР).

Если же суд ошибочно принял к производству дело, по которому уже вынесено решение товарищеского суда в пределах его компетенции, производство по делу подлежит прекращению по п. 6 ст. 227 ГПК УССР.

Свойством исключительности обладают лишь решения товарищеского суда, вынесенные с соблюдением правил о подведомственности. Превышение товарищеским судом своих полномочий делает решение юридически ничтожным и не может препятствовать рассмотрению дела по существу в надлежащих органах [35, 82].

Таким образом, производство по делу, ранее разрешенному товарищеским судом, подлежит прекращению лишь при условиях:

1) что решение было вынесено товарищеским судом в пределах его компетенции;

2) что иск, предъявленный в народный суд, является тождественным иску, ранее рассмотренному товарищеским судом.

Не менее важным является свойство исполнимости решения товарищеского суда. По общему правилу реше 96

цие товарищеского суда должно исполняться в добровольном порядке, ибо, как указывает И. И. Солодухин. в основе обязательности решений товарищеского суда лежит морально-политический авторитет трудящихся нашего государства [111, с. 118].

К лицам, уклоняющимся от исполнения предписанных общественностью действий в части имущественных взысканий, могут быть применены меры принудительного характера. Принудительное исполнение решений товарищеских судов осуществляется мерами государственного принуждения через народные суды, путем выдачи исполнительного листа. Оно находится под контролем судебных органов, ибо перед выдачей исполнительного листа судья обязан проверять законность и обоснованность вынесенного товарищеским судом решения.

5. Возбуждению дела препятствует наличие заключенного между сторонами договора о передаче данного спора на разрешение третейского суда (п. 6 ст. 136 ГПК УССР). Оно служит также основанием для прекращения производства по делу.

В связи с этим может возникнуть вопрос: не является ли это ограничением процессуальной правоспособности советских граждан? Ведь закон гласит, что обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса вправе всякое заинтересованное лицо в порядке, установленном законом. Отказ от права на обращение в суд недействителен (ст. 4 ГПК УССР). Поэтому может ли быть такой отказ предметом соглашения сторон?

На этот вопрос следует ответить положительно. Отказ сторон от возможности обращения в суд не может рассматриваться как ограничение процессуальной правоспособности. Процессуальное законодательство, обеспечивая гражданам и социалистическим организациям широкую возможность обращения за защитой прав и охраняемых законом интересов к органам правосудия,

7 1115-7

97

одновременно наделяет заинтересованных лиц правом добровольно отказаться от этой формы защиты. Как указывает проф. М. А. Гурвич, способность совершать пророгационные договоры представляет собой установленное законом расширение общей правоспособности

[46, с. 58].

Законодательство установило различные формы защиты прав и интересов заинтересованных лиц (ст. 6 Основ гражданского законодательства), и от них самих зависит выбор той или иной формы. Если стороны заключили договор, что возникший спор будет решаться третейским судом, то на протяжении действия этого договора ни одна из сторон без согласия другой стороны не может обратиться за разрешением данного спора в народный суд, кроме случаев, предусмотренных законом (ст. 6 и 9 Положения о третейском суде). Судья обязан отказать в принятии искового заявления (п. 6 ст. 136 ГПК УССР) или прекратить производство по делу (п. 7 ст. 227 ГПК УССР), если исковое заявление было ошибочно принято к производству.

Заключение договора третейской записи зависит от воли сторон, от их же воли зависит и отказ от этого договора. Третейское разбирательство возможно лишь при согласии участвующих в споре сторон. Поэтому, если ответчик не возбуждает вопроса о наличии третейской записи, у суда нет оснований принимать ее во

внимание [46, с. 59].

Положение о третейском суде устанавливает порядок организации и правила рассмотрения гражданских дел третейскими судами. Третейский суд не является постоянно действующим. Он создается лишь для рассмотрения и разрешения конкретного гражданско-правового спора. Деятельность третейских судов не связана с правилами судопроизводства, изложенными в гражданских процессуальных кодексах (ст. 10 Положения). Однако он не может разрешать дела, не выслушав объяснений сто 98

рон. Закон допускает рассмотрение дела без личного объяснения стороны лишь в случае, когда сторона явно уклоняется от явки в суд для дачи объяснений.

Своеобразным преимуществом третейского разбирательства гражданско-правовых споров является то, что оно бесплатно. При обращении за защитой в третейский суд государственная пошлина не взимается.

Законодательство ограничивает круг гражданских дел, которые могут разрешаться третейским судом. Поэтому нельзя согласиться с проф. М. А. Гурвичем, который пишет, что советским законом допускается заключение договоров третейской записи, на основании которых всякий спор о праве гражданском между частными лицами может быть передан на разрешение третейского суда [46, с. 58].

Согласно ст. 1 Положения граждане могут передать любой возникший между ними спор на рассмотрение третейского суда, за исключением споров, вытекающих из трудовых и семейных отношений. Следует согласиться с В. Воложаниным, что третейским судам не должны быть подведомственны иски о возмещении вреда, причиненного увечьем или смертью, споры о наследстве, о праве собственности на имущество, требующее особой регистрации, и другие [36, с. 12]. Изъятие этих категорий дел из компетенции суда можно объяснить прежде всего их сложностью, а также тем, что законодатель, учитывая особое значение этих отношений, считает наиболее целесообразным их разрешение государственным судом.

Закон четко определяет случаи, когда третейский суд не полномочен рассматривать дела. Эти случаи таковы 1) если истек предусмотренный третейской записью срок;

2) если один из судей отказался от рассмотрения спора или был устранен в предусмотренном законом порядке;

7 99

3) если при производстве дела откроется обстоятельство, дающее основание к возбуждению уголовного преследования в отношении какой-либо стороны и могущее оказать влияние на разрешение дела;

4) в случае смерти одной из сторон (ст. 11 Положения).

Рассмотрение гражданско-правового спора третейским судом заканчивается вынесением решения. Оно постановляется большинством голосов и объявляется сторонам в заседании суда, причем стороны расписываются на самом решении. Если в нем упущен какойлибо вопрос, который являлся предметом обсуждения третейского суда, третейский суд вправе вынести дополнительное решение. Решение является единственным процессуальным документом, которым заканчивается производство по делу в третейском суде. Третейский суд обязан выносить решение также при отказе заявителя от своего требования и при заключении сторонами мирового соглашения. Это исключает возможность сторон по истечении срока действия третейской записи обращаться в другие органы за рассмотрением тождественного спора.

Решение третейского суда по своему юридическому значению приравнивается к решению народного суда;

оно вступает в законную силу немедленно после его вынесения и приобретает ряд свойств, присущих решениям народного суда.

Сама идея создания третейского суда предполагает добровольность выбора сторонами спора этой формы защиты своего права и, следовательно, добровольность исполнения решения третейского суда. В случае уклонения стороны от добровольного исполнения решения оно может быть исполнено в принудительном порядке на основании исполнительного листа, выданного народным судом, в районе которого состоялся третейский суд. При выдаче исполнительного листа народный судья прове 100

ряет, не противоречит ли решение третейского суда закону и не было ли допущено при его постановлении нарушение правил, предусмотренных Положением о третейском суде (ст. 18 Положения).

Таким образом, свойство исполнимости решение третейского суда приобретает только после проверки его народным судьей.

Отказ народного судьи в выдаче исполнительного листа дает право заинтересованной стороне обратиться в народный суд для решения спора по существу в общеисковом порядке.

Следует иметь в виду, что право на предъявление иска в народный суд отсутствует или дело подлежит прекращению производством не с момента постановления решения третейским судом, а с момента заключения сторонами соглашения о рассмотрении спора в третейском суде (третейская запись).

В юридической литературе высказано мнение о том, что прекращение производства по делу, ввиду наличия третейской записи, носит условный характер, ибо если после прекращения производства по делу третейский суд не состоялся в течение действия срока записи или народный судья отказал в выдаче исполнительного листа вследствие противоречия решения третейского суда закону или нарушения им правил, предусмотренных Положением о третейском суде, то истец вновь приобретает право обратиться с иском в суд [46, 71, 121].

Так, М. Тупчиев пишет, что дело подлежит прекращению лишь в случае, если не истек срок рассмотрения спора в третейском суде. А как быть, спрашивает автор, если и после прекращения дела спор не был рассмотрен в третейском суде в установленный срок и одна из сторон вновь обратилась с иском в народный суд? Связан ли суд с первоначальным определением о прекращении производства по делу? Нет, отвечает автор, прекращение дела в этом случае носит условный характер; вто 10)

рично предъявленный иск суд должен рассмотреть по существу [121, с. 54].

Мнение автора о возможности вторичного предъявления иска в суд не вызывает возражений, ибо по истечении предусмотренного третейской записью срока третейский суд считается несостоявшимся (ст. 11 Положения), а заинтересованная сторона имеет право обратиться за разрешением спора в народный суд.

Серьезные возражения вызывает мнение о том, что прекращение производства может носить условный характер. Это было присуще старому процессуальному законодательству, когда закон прямо указывал случаи, в которых прекращение производства по делу носило условный характер, а заинтересованное лицо после прекращения производства могло снова обратиться с тождественным иском в суд.

Действующее процессуальное законодательство установило две формы окончания гражданских дел без вынесения судебного решения, целью которых как раз и является устранение условного характера прекращения производства по делу. Если оставление иска без рассмотрения допускает предъявление тождественного иска, то прекращение производства по делу носит безусловный, категорический характер, и вторичное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается (ст. 228 ГПК. УССР). Следовательно, нельзя говорить об условном характере прекращения производства и в том случае, если суд рассматривает дело после истечения срока третейской записи.

Критикуя мнение М. Тупчиева об условном характере прекращения производства по некоторым основаниям, В. Н. Щеглов правильно замечает, что это может привести к стиранию установленных законом четких граней между двумя формами окончания гражданского дела без вынесения судебного решения, к смешению

102

прекращения производства с оставлением иска без рассмотрения и к подмене одного института другим [139, с. 111].

Условное прекращение производства по делу обесценивало бы этот институт и могло бы привести к нарушениям прав сторон на судебную защиту.

Разделяя точку зрения В. Н. Щеглова относительно недопустимости условного прекращения производства по гражданским делам, нельзя согласиться с предложенным автором выходом из этого положения. В. Н. Щеглов пишет, что его нужно искать не в признании условного характера прекращения производства при наличии договора о передаче спора на разрешение третейского суда, а в отмене определения суда о прекращении производства по делу в порядке надзора. Только при таком решении вопроса удастся сохранить неприкосновенность последствия прекращения производства по делу и тем обеспечить строгое соблюдение законности при окончании гражданского дела без вынесения судебного решения [139, с. 111].

В связи с этим автор предлагает исключить наличие договора между сторонами о передаче спора на разрешение третейского суда из числа оснований для прекращения производства по делу и отнести его к основаниям оставления иска без рассмотрения.

Представляется, что такое предложение неприемлемо. Ведь основаниями к отмене в порядке надзора решений, определений или постановлений суда являются их необоснованность или существенные нарушения норм материального или норм процессуального права (ст. 338 ГПК. УССР). Здесь же таких оснований нет, так как суд, вынося определение о прекращении производства по делу, имел для этого все основания, предусмотренные законом (наличие третейской записи).

Закон (ст. 228 ГПК УССР) запрещает вторичное рассмотрение дела лишь по спору между теми же сто 103

роиами, о том же предмете и по тем же основаниям, т. е. запрещает рассмотрение тождественного иска. А можно ли говорить о тождестве иска, дело по которому прекращено производством, вновь заявленному иску? Думается, что нет.

Как уже говорилось, при установлении тождества исков закон требует тождества всех его трех признаковсторон, предмета и основания. Если в рассматриваемом нами случае стороны и предмет исков являются тождественными, то этого нельзя сказать об основаниях исков, так как они не совпадают по времени. Если при предъявлении первого иска стороны были связаны на определенный срок третейской записью, то при предъявлении вторичного иска вследствие того, что третейский суд tie состоялся, или в случае отказа судьи в выдаче исполнительного листа стороны не связаны больше третейской записью и имеют право, ввиду изменения основания иска по времени, вновь обратиться с иском в народный суд для защиты своего права или интереса.

Таким образом, право па предъявление вторичного иска не связано с признанием условного характера прекращения производством дела по первому иску, так как прекращение производства по делу имеет безусловный, категоричный характер. Не противоречит также последствиям прекращения производства, при наличии третейской записи, вторичное обращение в суд, ибо вторично предъявленный иск не является тождественным с иском, дело производством по которому прекращено, is связи с возможным изменением основания вторичного иска.

Следует указать, что на практике договора о рассмотрении споров третейскими судами между гражданами встречаются очень редко. Это объясняется, как указывает проф. М. А. Гурвич, тем особым доверием, с которым граждане нашей страны относятся к государственному суду [46, с. 58].

104

Более широкое распространение получила деятельность третейских судов по разрешению имущественных споров между социалистическими организациями [78, с. 66-68].

Во всех перечисленных выше случаях прекращение производства по делу вызывалось тем, что процесс по этим делам возник незаконно, так как для возбуждения дела не было необходимых правовых оснований, и судья должен был отказать в принятии искового заявления.

<< | >>
Источник: Е. Г. Пушкарь. ИСКОВОЕ ПРОИЗВОДСТВО В СОВЕТСКОМ ГРАЖДАНСКОМ ПРОЦЕССЕ (Процессуальные последствия возбуждения дел) Львов - 1978. 1978

Еще по теме 2. Прекращение производства по делу в связи с незаконностью возникновения процесса:

  1. § 3. Реализация требований социалистической законности в практике органов внутренних дел по осуществлению юридической ответственности правонарушителей
  2. 4. ОСОБЕННОСТИ ПРОИЗВОДСТВА У МИРОВОГО СУДЬИ
  3. 5. ОСОБЕННОСТИ ПРОИЗВОДСТВА В СУДЕ С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ
  4. 7.2. Возобновление производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств
  5. 2.1. Процессуальный статус лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера
  6. 3.1. Участие потерпевшего в производстве по делам публичного и частно-публичного обвинения
  7. 3.1. Участие потерпевшего в производстве по делам публичного и частно-публичного обвинения
  8. §3 Возбуждение уголовного дела в связи с совершением преступлений с дисциплинарной или административной преюдицией
  9. §9. Соотношение решения о возбуждении уголовного дела с постановлением прокурора о его прекращении
  10. 2. Прекращение производства по делу в связи с незаконностью возникновения процесса
  11. 4. Прекращение производства по делу в связи с нецелесообразностью дальнейшего продолжения процесса
  12. § 2 Эволюция судопроизводства и модернизация страны
  13. Уголовный процесс и уголовное судопроизводство: понятие, назначение, принципы, стадии и формы
  14. 4. Производство по делам об административных правонарушениях
  15. Вопрос 2. Характеристика мер обеспечения производства по делам об административных правонарушениях и порядок их применения.
  16. ГЛАВА I. ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ИССЛЕДОВАНИЯ ОСОБЕННОСТЕЙ СУДОПРОИЗВОДСТВА ПРИ РАССМОТРЕНИИ ДЕЛ О РАСТОРЖЕНИИ БРАКА
  17. § 2. Проявление сущности особого производства в делах о внесении исправлений или изменений в записи актов гражданского состояния
  18. § 2. Действие принципов гражданского процессуального права в делах о внесении исправлений или изменений в записи актов гражданского состояния
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -