<<
>>

НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ ЧАСТНОЙ ЖИЗНИ ДЛЯ ГОМОСЕКСУАЛОВ И ТРАНССЕКСУАЛОВ

Очень деликатная проблема, которая получает все большее распространение.

Сегодня так называемая "нетрадиционная сексуальная ориентация" никого не удивляет, а сами ее представители нередко стремятся как-то подчеркнуть свою экстраординарность.

Но возможно, что некая демонстрация связана с тем, что их права все-таки в чем-то нарушаются.

Проблематика, связанная с частной жизнью, детально анализировалась в связи с жалобами гомосексуалистов и транссексуалов. Решения Европейского суда по такого рода делам представляют интерес, потому что во многих из них речь шла о позитивных обязательствах государства. Как отмечается в комментариях к Конвенции, при рассмотрении подобных дел принадлежность к тому или иному полу и сексуальная жизнь человека трактовались как подпадающие под действие права на частную жизнь, однако признавалось и право государства вводить ограничения на основании "расплывчатых соображений политики", четко не оговоренных в п. 2 ст. 8.

Практика Европейской комиссии в отношении уважения частной жизни гомосексуалистов эволюционировала с течением времени. В комментариях отмечается, что в ранних решениях Комиссия рассматривала запрет гомосексуальных действий как оправданный с точки зрения защиты здоровья и нравственности в соответствии с предписаниями п. 2 ст. 8, не анализируя необходимость применения либо соразмерность используемых в отношении заявителя мер, однако впоследствии она стала исследовать, насколько обоснованным было вмешательство в осуществление прав этих лиц на уважение их частной жизни.

В Европейском суде рассматривался ряд жалоб, оспаривающих положения национального законодательства, предусматривающие уголовную ответственность за гомосексуальные действия. Во всех случаях было признано нарушение права заявителя на уважение его частной жизни, несмотря на то что оспариваемое законодательство фактически не использовалось либо не применялось в отношении конкретного заявителя.

Следует отметить, что в ряде особых мнений ставился вопрос о правомерности квалификации заявителя в качестве жертвы нарушения предусмотренного в Конвенции права.

Наиболее подробно правовые позиции Суда изложены в деле Даджен против Соединенного Королевства. Заявитель утверждал, что запрет гомосексуальных связей между взрослыми мужчинами, предусмотренный в действовавшем в Северной Ирландии законодательстве, означает необоснованное вмешательство в его право на уважение частной жизни. В данном регионе противоестественные половые связи и грубая непристойность признавались преступлениями вне зависимости от того, совершались ли данные действия приватно или публично.

По мнению Суда, наличие оспариваемого законодательства непосредственно и постоянно оказывает влияние на частную жизнь заявителя и тем самым представляет собой постоянное вмешательство в его право на уважение частной жизни, включая и его половую жизнь. Заявитель либо уважает закон и воздерживается от запрещенных половых актов, к которым он предрасположен вследствие гомосексуальной ориентации, даже если такие действия совершаются приватно и по взаимному согласию, либо совершает их и таким образом нарушает закон и подвергается опасности уголовного преследования (п. 41). Суд признал, что определенная регламентация мужского гомосексуализма, как и других форм сексуального поведения, с помощью норм уголовного права может быть оправдана как "необходимая в демократическом обществе". На практике подобные нормы существуют во всех государствах - членах Совета Европы. Специфика Северной Ирландии заключается в том, что в праве, действующем в данном регионе Великобритании, запрещены любые акты грубой непристойности и мужеложство вне зависимости от обстоятельств, в которых они совершаются (п. 49). Тот факт, что аналогичные меры не являются необходимыми в других частях Соединенного Королевства или в других государствах Европы, совершенно не означает, по мнению Суда, что они не могут быть признаны необходимыми в Северной Ирландии.

Там, где в пределах одной страны проживают различные культурные сообщества граждан, государственные власти могут оказаться перед лицом различных императивов, как моральных, так и социальных (п. 56).

Судьи обратили внимание на то, что пределы усмотрения национальных властей зависят не только от цели ограничительных мер, но и от природы самого деяния. Поскольку речь идет о самых интимных аспектах частной жизни, только очень серьезные основания могут оправдать вмешательство государства в соответствии с предписаниями п. 2 ст. 8 (п. 52). По мнению Суда, в его компетенцию не входит оценка моральных аспектов гомосексуальных отношений между взрослыми мужчинами, его задача - определить, являются ли доводы властей в отношении правомерности оспариваемого вмешательства надлежащими и достаточно обоснованными, исходя из предписаний п. 2 ст. 8 (п. 54).

Судьи обратили внимание на определенные изменения в подходах к проблеме гомосексуализма в последние годы, свидетельствующие о большей терпимости к подобного рода поведению, что характерно и для Северной Ирландии. В данных условиях, по мнению Суда, нельзя утверждать, что в обществе существует настоятельная потребность признавать данные отношения уголовно наказуемыми, нет достаточного подтверждения их пагубного влияния на нуждающихся в защите членов общества. Несмотря на то что члены общества, считающие гомосексуализм аморальным явлением, будут шокированы, оскорблены и обеспокоены предоставлением гомосексуалистам больших прав, тем не менее подобные настроения не могут служить основанием для применения уголовного наказания в тех случаях, когда речь идет о гомосексуальных отношениях по взаимному согласию между взрослыми людьми (п. 50).

Судьи обратили внимание, что моральное неприятие гомосексуализма в Северной Ирландии, а также озабоченность общественности тем, что любое послабление закона приведет к эрозии нравственных принципов, не могут служить основанием для столь значительного вмешательства в частную жизнь заявителя.

Кроме того, по мнению судей, отмена наказания за данные деяния вовсе не означает одобрения подобного поведения (п. 61). Суд признал факт нарушения ст. 8 Конвенции и отметил, что в компетенцию национальных властей входит определение мер, необходимых для защиты общественной нравственности в конкретной стране, в частности для предотвращения развращения несовершеннолетних как наиболее уязвимой категории, и именно государства-участники должны определять тот возраст, до достижения которого гомосексуальное поведение является уголовно наказуемым (п. 62).

В ряде особых мнений судьи высказали важные позиции для понимания содержания ст. 8. Судья Ф. Матшер обратил внимание на то, что ст. 8 не требует, чтобы государство рассматривало гомосексуализм, в какой бы форме он ни проявлялся, как эквивалент гетеросексуализма и соответственно чтобы закон в обоих случаях демонстрировал одинаковый подход. Вместе с тем подобное обстоятельство не означает, что уголовное преследование за добровольные гомосексуальные акты, совершаемые при закрытых дверях (за исключением особых ситуаций, связанных со злоупотреблением служебным положением или со спецификой места их совершения - в условиях совместного проживания в закрытых учебных заведениях, казармах и т.д.), является необходимым в соответствии с п. 2 ст. 8 для защиты нравственных ценностей, которые данное общество желало бы сохранить. Судья также отметил, что заявитель и стоящие за ним организации стремятся добиться четко выраженной формальной отмены действующих законов и объявления гомосексуализма эквивалентным гетеросексуализму со всеми вытекающими отсюда последствиями (например, в том, что касается полового воспитания). Однако это не имеет никакого отношения к требованиям ст. 8 Конвенции.

В частично особом мнении судья Б. Уолш отметил, что в решении Суда не говорится о вопросе гомосексуальной практики, которая, в частности уголовно наказуемая, в то же время фактически относится к основным правам человека. Тем не менее данное решение могут приветствовать те, кто стремится затушевать разницу между гомосексуальными и гетеросексуальными отношениями (п. 20). Сославшись на опыт США, судья отметил, что публичный интерес заставил признать абсолютную прайвэси (неприкосновенность частной жизни) в браке, в том числе и сексуального поведения. Поскольку семья является основной ячейкой общества, то интересы неприкосновенности частной жизни супругов, естественно, важнее для государства, чем сфера внебрачных половых отношений. По мнению данного судьи, вне брака нет такой настоятельной потребности в прайвэси (п. 22).

<< | >>
Источник: Л.В. ТУМАНОВА, И.А. ВЛАДИМИРОВА. ЗАЩИТА СЕМЕЙНЫХ ПРАВ В ЕВРОПЕЙСКОМ СУДЕ ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА. 2007

Еще по теме НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ ЧАСТНОЙ ЖИЗНИ ДЛЯ ГОМОСЕКСУАЛОВ И ТРАНССЕКСУАЛОВ:

  1. НЕПРИКОСНОВЕННОСТЬ ЧАСТНОЙ ЖИЗНИ ДЛЯ ГОМОСЕКСУАЛОВ И ТРАНССЕКСУАЛОВ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -