§4. Поклажа (depositum)

По договору поклажи движимая вещь, неподверженная тле­нию (или считаемая таковой), передается на хранение другому лицу. Обязательство является потенциально двусторонним: обыч­но кредитором выступает только поклажедатель (депонент), но поклажеприниматель (депозитарий) может взыскать с него из­держки на хранение и содержание вещи посредством встречного иска — actio depositi contraria.

Договор поклажи принципиально безвозмездный и основан на дружбе (amicitia). Поклажеприниматель не владеет вещью, сдан­ной ему на хранение, но лишь осуществляет держание (D.16,3, 17,1). Он обязан хранить вещь, не имея права пользоваться ею (иначе он совершает furtum usus), и должен вернуть ее депоненту в целости и сохранности по первому требованию. Periculum лежит на депоненте. Даже если объектом поклажи являются родовые вещи (genus), они рассматриваются как species и их гибель или пропажа освобождает депозитария.

Депозитарий отвечает за dolus, а также за diligentia quam suis, приравненную классиками к dolus (“culpa latior”, — Cels. D.l6,3,32). Ответственность за culpa lata или magna neglegentia (грубую небрежность) появляется только в конце постклассиче­

ского периода^[375]. Небрежность (neglegentia) не порождает ответст­венности депозитария за неисполнение (Gai., 2 aur., D.44,7,1,5):

Is quoque apud quem rem Тот же, у кого мы оставляем ка- aliquam deponimus, re nobis кую-либо вещь на хранение, обя- tenetur: qui et ipse de ea re зуется в нашу пользу посредством quam acceperit restituenda вещи: он лично обязуется к тому, tenetur, sed is etiamsi neg- чтобы та вещь, которую принял, legenter rem custoditam ami- была возвращена. Но даже если он по serit, securus est: quia enim небрежности утратит хранимую поп sua gratia accipit, sed вещь, ответственность не наступа- eius а quo accipit, in eo solo em: ибо он принял вещь не для своей tenetur, si quid doto perierit: пользы, а к выгоде того, от кого он neglegentiae vero nomine ideo принял, и он отвечает только за поп tenetur, quia qui negle- то, если что-то погибло по его genti amico rem custodien- умыслу, так как тот, кто заклю- dam commitit, de se quaeri чил соглашение о хранении вещи с debet.

вать с себя.

Если объектом поклажи были опечатанные деньги (pecunia obsignata) и поклажеприниматель впал в просрочку, на капи­тал начислялись проценты. Если же собственник^[376] дозволит поклажепринимателю пользоваться деньгами, отношение пере­ходит в заем, как только депонент воспользуется и тем самым овладеет ими (D. 12,1,9,9; 12,1,10; Coll., 10,7,9). Эту ситуацию интерпретаторы назвали depositum irregulare. Как заем отно­шение рассматривается и в том случае, если собственник, ко­гда депозитарий впал в просрочку или воспользовался приня­тыми на хранение деньгами, предпочтет начислить и взыс­кать с него проценты (D.16,3,7,2), вместо того чтобы прибегнуть к иску из договора поклажи и к штрафному иску из воров­ства (D.16,3,29 рг).

Иск о поклаже — actio depositi — имел две формулы: in ius и in factum concepta (Gai., 4,47). Первый входил в категорию исков bonae fidei и имел соответствующую intentio; второй был иском строгого права (actio stricti iuris), но с condemnatio ‘‘quanti ea res

erit”^[377]. В этом иске обвинительное решение зависело от наличия dolus malus на стороне поклажепринимателя.

Ulp., 30 ad ed., D. 16,3,1,16:

Si res deposita deterior red­datur, quasi non reddita agi depositi potest: cum enim deterior redditur, potest dici dolo malo redditam non esse.

Если сданная, на хранение вещь возвращается ухудшенной, можно вчинить иск из договора поклажи, как если бы она не была возвраще­на: ведь когда вещь возвращается ухудшенной, можно сказать, что она не была возвращена по злому умыслу.

Упоминание dolus malus в иске претора перегринов позволяет предполагать зависимость института iuris gentium от сложив­шегося в гражданском обороте соблюдения fides, как при кон­тракте fiducia со сходной функцией (fiducia cum amico). Этот аспект проявился и в увеличении ответственности поклажеприни­мателя в случае, если поклажа совершается вынужденно, по при­чине беспорядков, пожара, землетрясения или наводнения (tu­multus, incendii, ruinae, naufragii causa), — так называемое depo­situm necessarium seu miserabile (вынужденная или несчастная поклажа): в таком случае иск давался в двойном размере — in duplum^[378].

Ulp., 30 ad ed., D. 16,3,1,4:

Haec autem separatio causa­rum iustam rationem habet, quippe cum quis fidem elegit nec depositum redditur, con­tentus esse debet simplo, cum vero extante necessitate depo­nat, crescit perfidiae crimen et publica utilitas coercenda est vindicandae rei publicae causa: est enim inutile in causis huiusmodi fidem frangere.

Различение этих гипотез имеет правомерное основание. Ибо когда кто-либо выбирает доверие и сдан­ное на хранение не возвращается, он должен бытъ удовлетворен прос­тым взысканием стоимости вещи, когда же он сдает на хранение по необходимости, то преступление вероломства возрастает и должна бытъ взыскана публичная польза посредством иска на публичном основании: ибо в делах такого рода нарушение доверия гибельно.

Очевидно, Ульпиан относил actio depositi с condemnatio в двойном размере к смешанным искам (actiones mixtae).