III.2.2. Основные группы и виды преступлений

Классификация преступлений в римской юридической куль­туре предопределялась в основном объектом преступного посяга­тельства. Поскольку в общем виде для того, чтобы действие было признано как преступление — crimen, необходимо было предпо­лагать, что совершается посягательство на правопорядок «пуб­личных дел», то критерием для спецификации объекта — и соот­ветственно для отнесения действия к той или другой группе (от чего зависело и предполагаемое возможное наказание) — была важность объекта посягательства в общей иерархии «публичных дел».

1) Преступления против всего сообщества (versus rei publicae). Субъектом этого класса преступлений мог быть только римский гражданин, причем в отдельных видах — с дополни­тельной квалификацией. Важнейшими видами в этой группе пре­ступлений были: а) наказуемое сотрудничество с врагом (воин­ская измена, дезертирство при военных действиях, сдача врагу города, области, поджог города или обороняемого объекта в усло­виях боевых действий и т.п.) — субъектом этого вида преступле­ний были только военные лица, т.е. римские граждане в момент прохождения ими воинской службы; б) ниспровержение консти­туции, или публично-правового порядка (заговор с целью изме­нения формы государственного строя или изменения полномочий учреждений, действия с целью передачи власти неуправомочен-ному лицу и т.п.) — в этих преступлениях предполагалось, что преступником может быть только полноправный римский граж­данин, который мог оказать реальное влияние на отправление го­сударственных полномочий; в) посягательство на магистратские и жреческие обязанности и их исполнение (корыстное использо­вание полномочий для изменения публично-правового порядка и прав римского народа) — субъектом этих преступных действий также могли быть только особые лица: магистраты, жрецы; г) пренебрежение гражданскими обязанностями (отказ от несе­ния воинской службы гражданином, неисполнение воинских по­рядков и службы, восстание с любой целью, т.е.

Глава 3- Уголовное право и судопроизводство

д) небрежение гражданско-религиозными обязанностями (вранье при трактовке т.н. «сивиллиных книг» и вообще религиозных предзнаменований, преступления против римской религии) — в этих преступлениях субъектом могли быть и женщины-римлян­ки, особенно причастные к исполнению религиозных церемоний;

е) покушение на личность должностного лица (покушение на ма­гистрата, попытка убить, неудавшееся убийство государя и т.п.). В эпоху поздней республики сложился особый подвид внутри этой группы — 1а) оскорбление величия римского народа (laese maiestatis). Так квалифицировались убийства должностных лиц, позднее — государя. Понятие было неконкретным и нередко ох­ватывало любые, даже идейные посягательства на власть.

2) Преступления против религии христианской эпохи. К этой группе относились три вида: а) посягательства на поря­док, установленный для государственной церкви, и на отправле­ние церковных служб (формы нарушений порядка определялись не законами, а церковными уставами и трактовались распростра­нительно); б) посягательства на неприкосновенность храмов (кража в церкви, нарушение храмовой территории, святотатство по отношению к культовым предметам и т.п.); в) преступные формы иноверия (ересь, язычество, выход из христианства). Субъектом этой группы преступлений мог быть не только рим­ский гражданин, но вообще любой индивид, любой сословной принадлежности, даже рабского состояния, любого возраста и по­ла, причем здесь не действовали даже ограничения, связанные с условным определением вменямости лица; такого рода преступ­ления могли быть совершены и животными.

3) Убийство и приравненные к нему преступления. Эта группа преступлений римского права наиболее точно выражает специфичность вообще конструкции преступного действия. Во-первых, далеко не всякое убийство рассматривалось как уголовно наказуемое, но только в тех ситуациях, где усматривалось посяга­тельство не на личность, а на ее специфический статус как рим­ского гражданина, носителя части полномочий римского народа.

Римское право

Глава 3. Уголовное право и судопроизводство

86 святости брака отцом потерпевшего. Все прочие виды убийств расценивались равно и рассматривались как тяжкое преступле­ние. С точки зрения последствий действия все прикосновенные к убийству квалифицировались едино как сообщники. Дополни­тельно квалификации подлежали: убийство оружием и при совер­шении разбоя, убийство родственников, изгнание плода или не­родившегося ребенка. Специально квалифицировались (как на­мерение совершать убийство): приготовление ядов и «любовных» зелий, кастрация, магия и «волхование», злостный поджог на ко­рабле. Приравнивание этих преступлений к убийству вызывалось презумпцией наступления наиболее возможных и наиболее опас­ных последствий.

4) Злоупотребление властью в отношении граждан. Основ­ным видом действий, признаваемых здесь как преступные, было насилие должностного лица в отношении личности или имущест­ва гражданина, не вызванное исполнением магистратских обязан­ностей, но с использованием атрибутов должности (ликторов, стражников, знаков власти и т. д.). Субъект этой группы престу­плений был строго специальным — должностное лицо и только при исполнении своих полномочий.

5) Подделка и вранье с правовыми последствиями. Смысл этой группы преступлений заключался в наказуемости посяга­тельств на установленный порядок правовых отношений и управ­ления, а также правосудия: подделка завещаний, фальшивомо­нетничество, подделки в отношении права и закона (ложное ис­толкование закона судьями или адвокатами, использование вымышленных норм права), подделки в отношении мер и весов, измышление в отношении родства (при завещании, опеке и т.п.).

6) Половые преступления. Субъект этой группы преступле­ний различался в зависимости от внутренних видов: в преступле­ниях против норм брачно-семейного права (инцест, запрещенные браки, прелюбодеяние, неравный или бесчестный брак, двоежен­ство) мог быть обвинен только полноправный гражданин, причем в специальных случаях (бесчестный брак) только особого сослов­ного статуса; в преступлениях в собственном смысле половых (по­хищение женщин, педерастия, сводничество) могло быть обвинено любое лицо, причем в некоторых случаях для собственно римских граждан предполагалась извинительность таких действий.

7) Вымогательство. К этой группе относились два главных 87 вида преступлений: взяточничество чиновников (причем предме­тами наказуемой взятки могли быть только определенные вещи, главным образом деньги; не рассматривались в качестве взяток, даже безразлично к их стоимости, еда и питье для личного упот­ребления, почетные подарки от родственников и т.п.) и вымога­тельство при отправлении должностных обязанностей (главным образом при сборе налогов). В этой группе субъект был вдвойне специфичен: это только должностное лицо, и такое должностное лицо, от которого прямо зависело совершение действий в интере­сах потерпевшего.

8) Преступления против собственности. В классическую эпоху римского права к этой группе относилось немного преступ­лений, и главным образом кража с дополнительно квалифици­рующими признаками; имущественные посягательства одних римских граждан против других считались главнейшим из част­ных деликтов и не влекли уголовных наказаний. В позднейшую эпоху особо квалифицированные виды кражи, содержавшие мо­мент общественной опасности (ночная, крупная по размеру укра­денного, кража в банях, скота, кража с оружием в руках, кража из сумок и сундуков), стали объектом уголовного преследования. Вторым особо квалифицированным видом краж была кража имущества с элементами посягательства на публичный порядок (супружеская кража, кража государственного и священного иму­щества, урожая целиком, кража наследства).

9) Покушение на неприкосновенность личности. Если не со­держалось деликта — личной обиды в результате действия, и ес­ли не было более тяжкого последствия, то сам факт намерения причинить это был преступным. Наказывалось любое лицо, даже уличенное только в попытке нанести личное повреждение, тем бо­лее совершить убийство.

10) Повреждение имущества. Из имуществ, покушение на которые рассматривалось как преступление, исключалось любое имущество частных лиц. Преступным было любое посягательство любого лица, даже ребенка, на целость общественных зданий, строений, храмов, гробниц и т.п.

11) Предвыборная коррупция. Это преступление (и сходные с ним) подразумевало посягательство не столько на собственно

Римское право

Глава 3. Уголовное право и судопроизводство

88 публичный порядок, сколько на морально-нравственные нормы общежития. Субъектом мог быть только римский гражданин, официально допущенный к ведению предвыборной агитации в свою пользу и лично уличенный в преступлении (подкуп избира­телей). Действия аналогичного смысла от его имени не рассмат­ривались как это преступление.

12) Преступления против хозяйственного порядка. К этой группе преступлений относились главным образом злоупотребле­ние экономической монополией (взвинчивание цен, отказ в про­даже товара какому-либо лицу не по причине цены и т.п.) и корыстное использование торговой свободы (скупка товара по дороге на рынок). Субъектом преступления мог быть только пол­ноправный хозяйственный субъект (обладавший ius commercii).