II.2.2. Приобретение прав гражданства

Права римского гражданина могли приобретаться двояким в правовом отношении путем: 1) в силу установлений естественно­го права, санкционированного законами; 2) в силу непосредст­венных предписаний публичного права.

В силу установлений естественного трава приобреталось римское гражданство (1) путем рождения от родителей, состоя­щих в правильном (согласно требованиям гражданского права за­ключенном) браке, причем оба родителя должны были (это под­разумевалось понятием правильного брака) быть римскими граж­данами; (2) через усыновление, совершенное полноправным римским гражданином в соответствии с требованиями граждан­ского права и закрепленное специальной процедурой; (3) через освобождение из рабского состояния также соответственно требо­ваниям закона о процедуре этого. Обретение прав гражданства через освобождение из рабства в свою очередь было различным для ситуаций, когда освобождению подлежал прежде полноправ­ный римский гражданин, временно находившийся в рабском со­стоянии (как военнопленный или как должник), и когда освобо­ждение касалось «натурального» раба, не принадлежавшего к римской общине. В первом случае речь шла в формальном отно­шении только о полном восстановлении права гражданства, во втором — права римского гражданства предоставлялись только при соблюдении установленных требований и процедур либо ко-

51

Римское право

52 гда гражданство предоставлялось рабу одним из высших лиц «от имени римского народа».

В силу непосредственных предписаний публичного права

гражданство обреталось (1) путем его индивидуального присвое­ния за личные заслуги перед римским народом (свободному лицу иностранного гражданства или без гражданства), а также (2) че­рез законодательное постановление о предоставлении вообще прав римского гражданства жителям определенного города, про­винции либо сословной категории. Родственными в правовом смысле были также возможности (3) купить римское гражданст­во и (4) выслужить за 20 лет армейской службы.

Дополнительным основанием для приобретения прав римско­го гражданства в классическую эпоху, особенно в период респуб­лики, было обязательное проживание лица, претендующего на та­ковое, в Риме и вхождение в одну из территориальных единиц об­щины; позднее это требование не было безусловным.

Приобретение прав римского гражданина достигалось тем са­мым совокупностью требований, согласующихся с т.н. правом по крови (jus sanquinis), по месту жительства (jus loco) и специаль­ным правом узаконения гражданства (jus civitatis); причем по­следнее носило определяющий характер.

II.2.3. Утрата и ограничения прав гражданства

Представляя преимущественно в качестве привилегии сфор­мированный правовой институт, римское гражданство не счита­лось обязательной естественной принадлежностью любого инди­вида, даже принадлежащего к римской общине по рождению, по имуществу и т.д. Статусу римского гражданина следовало соот­ветствовать, т.е. соблюдать некоторые требования гражданско­го права и нравственно-общественного порядка. В случае «не­соответствия» римское право предусматривало возможность отторжения от лица — навсегда или временно — этих прав, воз­можность лишения гражданства.

Римское гражданство утрачивалось (вне зависимости от фи­зической судьбы индивида) вследствие (1) уголовных наказаний особого рода и (2) политического преследования, выразившегося в особом законном осуждении лица. Осуждение римского граж­данина на смертную казнь, приговорение его к телесным наказа­ниям, к продаже в рабство за какие-либо преступления означало одновременное лишение прав гражданства; причем, как правило,

Глава 2.

в таких ситуациях не могло следовать восстановления впоследст- 53 вии прав гражданства. Временная утрата прав гражданства могла наступать в результате законного ареста, осуществленного по по­становлению должностного лица либо уголовного суда, а также изгнания на срок из пределов Рима (вообще из пределов Италии и т.п.); как правило, такой утрате прав гражданства сопутствова­ло лишение и имущественных прав, — но только по индивиду­альным постановлениям. Полная потеря прав гражданства озна­чала и утрату лицом своего частноправового статуса примени­тельно к jus civile.

Особое явление с особыми юридическими последствиями со­ставляло т.н. умаление чести вследствие бесчестья (infamia). Бесчестье могло наступать по основаниям фактическим и по за­конным. Фактическое бесчестье вытекало из нравственного осу­ждения обществом равных морального облика или поведения ли­ца (не пойманный вор, распутник, карточный шулер). В фор­мально-правовом отношении это было как бы превентивное лишение равноправия: лицо, характеризующееся как turpitude, устранялось из числа возможных свидетелей, от вообще решения общественно-нравственных вопросов, из возможных опекунов, кандидатов в должностные лица; turpitude создавало вполне дос­таточное основание для лишения данного лица прав наследства. Законное бесчестье наступало в силу конкретного распоряжения закона или вообще гражданского права. Оно могло быть (1) не­посредственным или (2) опосредованным. Непосредственное за­конное бесчестье (infamia juris immediata) следовало в случае ,причастности к образу жизни или поведению, осужденным зако­ном: проституция, ростовщичество, занятие сценическими искус­ствами, позорная отставка солдата и т.п. — и не требовало ника­ких индивидуально-правовых постановлений. Опосредованное законное бесчестье наступало (infamia juris mediata) в качестве индивидуального акта по приговору суда вследствие совершения некоторых уголовных преступлений (как сопутствующее основ­ному наказанию) или вследствие неисполнения ряда частнопра­вовых обязательств, отнесенных к особому типу позорящих (до­говоры поручения, товарищества, поклажи), а также обязанно­стей по опеке.

Римское право

54 Умаление чести могло быть пожизненным или временным.

В любом случае восстановление ее могло быть реализовано либо только тем же властным органом, который наложил в свое время бесчестье, либо верховной властью от имени римского народа. Восстановление чести (restitutio famae) могло происходить и в случае фактического бесчестья, когда верховная власть деклара­цией запрещала распространение впредь позорящих слухов и со­путствующего отношения к ходатайствующему о том лицу.

Ограничение прав римского гражданства, не следующее из правового лишения его либо из умаления чести, могло последо­вать также по обстоятельствам религиозным или по признаку пола. Несоблюдение требований языческой религии в классиче­скую эпоху с необходимостью влекло общественное осуждение turpitude с общими для этого правовыми последствиями. В эпоху христианства как господствующей религии состояние римского гражданства подразумевало и обязательное исповедание только христианского вероучения, причем в официально-каноническом признанном государственной властью виде. Соответственно языч­ники, еретики и разного рода отступники от канонического хри­стианства, иудеи и т.д. ни в каком случае не могли пользоваться правами римского гражданина. Таким образом, внутренние под­разумеваемые требования к обладателю римского гражданства придавали этому институту не чисто правовой, а дополнительно своего рода этнически — элитарный смысл. Ограниченное пони­мание прав римского гражданства связывалось также с половой квалификацией: женщины обладали при соответствии совокупно­сти требований правами римского гражданства, но содержание этих прав было иным, нежели у мужчин. Женщины не несли ни­каких публичных обязанностей и таким образом вообще были лишь условными субъектами права; за исключением жриц культа Весты или позднее монахинь не подлежали ответственности за публичные правонарушения и преступления, не могли сами обра­щаться за судебной защитой. Кроме того, значительными были различия между гражданами мужского и женского пола в облас­ти частных прав. Двуполое лицо (гермафродит) квалифицирова­лось в зависимости от того, какие признаки в нем преобладали — соответственно и решался вопрос о качестве его гражданских прав.

В целом правовая конструкция римского гражданства осно­вывалась на признании его публичной гарантией привилегий ли­ца, по своим внутренним качествам достойного пользоваться со-

Глава 2. Общие начала публично-правового порядка

стоянием индивидуальной свободы: «Свобода есть способность делать то, что нравится, однако не быв к тому принуждену ни си­лой, ни правом».

55

П.З.

Закон как категория публичного права