§ 1. Реализация средств правовой защиты в случае сохранения договора

1.1. Выбор между сохранением и расторжением договора

Как установлено ранее, защига договорного интереса и, следовательно, реали­зация средств правовой защиты зависит от избранной кредитором модели поведения, основанной на сохранении или расторжении договора.

Примером, который демонстрирует диспозитивность в выборе модели поведе­ния и средств защиты согласно Венской конвенции может служить ситуация, когда стороны заключили договор на поставку товара на срок. Если покупатель отказывает­ся принять поставку соответствующего товара, предложенную в эту дату, или если по­купатель существенно нарушает договор (продавец не поставляет товар по причине неосуществления покупателем основной предварительной оплаты, требуемой по дого­вору) и, как следствие, нс получает товар, в соответствии с Конвенцией (ст. 64 (I)) продавец вправе расторгнуть договор, перепродать товар (или оставить его у себя), а также потребовать возмещения убытков в размере разницы между договорной ценой и ценой по совершённой взамен сделке или между договорной ценой и рыночной ценой (ст.ст. 75, 76 Конвенции). Продавец может выбрать сохранение договора и на основа­нии статьи 62 Конвенции потребовать от покупателя уплаты цены за товар.

Если продавец нарушает договор, не поставляя товар (по-видимому - сущест­венное нарушение договора), согласно Конвенции покупатель вправе как расторгнуть договор и взыскать с продавца убытки в размере разницы между договорной ценой и рыночной ценой или между договорной ценой и ценой по совершённой взамен сделке (ст.ст. 75, 76 Конвенции), так и выбрать сохранение договора и потребовать от про­давца поставки товара (ст. 46 (1) Конвенции).

Если в обоих случаях нарушение договора покупателем (или продавцом) - нс существенное, то неисполнение должником своей обязанности в срок, дополнительно предоставленный кредитором для исполнения на основании статьи 63 (1) Конвенции (или статьи 47 (1) Конвенции), будет' иметь аналогичные последствия.

1.2. Особенности реализации средств защиты в случае сохранении договора

Расторжение договора согласно Венской конвенции не носит обязательный ха­рактер. Расторжение договора в Конвенции определено как право кредитора: в соот-

встствии со статьями 49 и 64 Конвенции кредитор «может» заявить о расторжении, но не обязан поступать именно так. Даже при наличии существенного нарушения креди­тор вправе не прибегать к расторжению договора, а предпочесть обращение к средст­вам защиты, которые предполагают исполнение договора с нарушением, а не его рас­торжение.

Отметим, что нс во всех случаях существенное нарушение будет основанием для обращения кредитора к расторжению договора. Согласно статье 46 (2) Конвенции «Если товар не соответствует договору, покупатель может потребовать замены товара только в том случае, когда это несоответствие составляет существенное нарушение договора ...». В этой ситуации существенное нарушение служит основанием для тре­бования замены товара, что является «подтверждением» сохранения договорных от­ношений, а не основанием для расторжения договора. Иными словами, гребование ре­ального исполнения, регламентированное в сгатье 46 Конвенции, может быть реали­зовано только при условии, что кредитор (покупатель) не прибег при защите своих ин­тересов к несовместимому с реальным исполнением расторжению договора, незави­симо от совершения должником существенного нарушения договора.

Включением в статью 46 (2) Конвенции положения о существенном нарушении договора разработчики Конвенции, по мнению диссертанта, попытались сбалансиро­вать интересы контрагентов. С одной стороны, необходимы серьёзные и достаточные основания для обращения к правомочию ио замене товара, которое предполаїдст большие затраты на выполнение такого требования должником. С другой стороны, применение этого правомочия не должно было привести к легкой возможности рас­торжения договора, который уже исполнен, хотя и с нарушением. С точки зрения ус­тановления баланса правомочий контрагентов, включение в статью 46 (2) Конвенции критерия существенности представляется вполне логичным в соответствии с общей идеей регулирования Венской конвенции, отдающей явное предпочтение сохранению договора, а не его расторжению.

Аналогичным образом, балансу интересов сторон соответствует включение в статью 46 (3) Конвенции критерия разумности требования исправления, который предполагает право обратиться к устранению недостатков в товаре вне зависимости от характера нарушения договора (существенного иди несущественного).

Если нарушение договора не существенно и кредитор нс обратился к расторже­нию договора после истечения дополнительного срока (что является его правом, а не

обязанностью), предоставленного им должнику для исполнения согласно статьям 49 (1)(Ь) и 64 (1)(Ь) Конвенции, кредитор также может применить средства правовой за­щиты, предусмотренные для случая сохранения договора.

Профессор Г. Флетчнер (Flechtner) характеризует (применительно к Венской конвенции) сохранение договора кредитором в случае нарушения обязательств долж­ником как «статус договора по умолчанию, при отсутствии подтверждающего шага кредитора к отправке извещения о расторжении договора».^[127] Сходное мнение выска­зано другими авторами, согласно которому положениями стагей 49 и 64 Конвенции определён один из принципов, на которых основана Венская конвенция, а именно - принцип/avow contractus. Данный принцип означает, что право на расторжение дого­вора предоставляется кредитору как крайняя мера.^[128] То есть, если кредитор не растор­гает договор при наличии достаточных для этого оснований, он имеет право на защиту своих нарушенных интересов посредством обращения к средствам, применение кото­рых нс аннулирует договорные отношения сторон, а обеспсчиваег эквивалентность в них (основное средство защиты) и/или способствует этому, обеспечивая компенсацию за понесённые убытки кредитора (дополнительные средства защиты).

Так, если кредитором является продавец, то в соответствии со статьёй 62 Кон­венции он имеет право после передачи товара покупателю потребовать от него уплату цены за товар (основное средство защиты). Продавец также может обратиться к дру­гим средствам защиты, предусмотренным соглашением сторон, например, взыскать с должника согласованную сумму (неустойку), что не лишает его права требовать воз­мещения убытков согласно статье 74 Конвенции за ущерб, причиненный нарушением договора (дополнительные средства защиты).

Если кредитором является покупатель, то он вправе потребовать исполнения продавцом своих обязательств в натуре на основании статьи 46 (1) Конвенции (основ­ное средство защиты), а также взыскать убытки за ущерб, причинённый нарушением договора (ст. 74 Конвенции) и потребовать предусмотренную на случай невыполнения другой стороной своих договорных обязательств неустойку (дополнительные средства защиты) или обратиться к правомочиям, которые направлены на надлежащее исполне­ние обязательства (ст. 46 (2), (3) Конвенции).

Таким образом, при сохранении договорных отношений предполагается, что до­говор будет исполнен несмотря на его нарушение: товар будет поставлен, а цена за не­го уплачена, с взысканием соответствующих убытков за нарушение договора (ст. 74 Конвенции) или посредством применения кредитором других правомочий и средств для компенсации за недостатки в обмене товара на цену в процессе реализации испол­нения в натуре. Если договор расторгнут, такой обмен или не будет иметь место, или же будет незавершён.^[129]

В случае если для выполнения требования замены товара согласно статье 46 (2) Конвенции несоответствие товара договору должно составлять «существенное нару­шение договора», то в соответствии со статьёй 46 (3) Конвенции покупатель вправе потребовать устранения продавцом любого несоответствия путём исправления, если это требование не является «неразумным с учётом всех обстоятельств».

Как в пункте 2, так и в пункте 3 статьи 46 Конвенции требуется извещение о на­рушении договора, которое должно быть заявлено кредитором должнику «либо одно­временно с извещением, данным в соответствии со статьёй 39 Конвенции, либо в ра­зумный срок после него».

В статье 39 Конвенции определён период времени, в течение которого покупа­тель должен известить продавца о несоответствии товара договору; содержание изве­щения; а также правовые последствия неизвещения.

В Венской конвенции отсутствует жёсткое правило в отношении срока, в тече­ние которого предъявляется требование о несоответствии товара договору.

Начало отсчёта разумного срока определяется согласно статье 39 Конвенции моментом, когда несоответствие «было или должно было быть обнаружено покупате­лем» (кредитором), а определение этого срока будет зависеть от взаимоотношений сто­рон, а также характера товара.¹’¹⁰

Чтобы нс утратить право ссылаться на несооїветствие товара, недостаточно со­блюдения только временных рамок. Согласно статье 39 (1) Конвенции необходимо, чтобы извещение содержало «данные о характере несоответствия». Такая формули­ровка огражает представление, что не столько быстрота уведомления, сколько инфор­мация о характере несоответствия позволяет продавцу правильно реагировать на пре­тензию - проверить самому товар, собрать необходимые доказательства для использо­вания в дальнейшем споре с покупателем по поводу несоответствия товара догово­ру,¹⁴¹ и, соответственно, либо исправить недостаток, заменить товар, либо признать претензию необоснованной.

Нарушение кредитором одного из этих требований Конвенции (срока н/или со­держания извещения) предоставит должнику в дальнейшем право ссылаться на ненад­лежащее извещение о несоответствии. С практической точки зрения, следствием не­надлежащего уведомления о поставке несоответствующего товара или его полного от­сутствия будет невозможность для покупателя осуществить любое из предоставлен­ных ему средств правовой защиты и правомочий: взыскать причинённые убытки (ст.ст. 45 (1 )(Ь), 74 Конвенции), снизить покупную цену (ст. 50 Конвенции), потребо­вать замену товара или устранение его недостатков (ст. 46 (2), (3) Конвенции).

В делом статья 39 Конвенции носит достаточно строгий характер, но сё эффект смягчается действием статей 40 и 44 Конвенции.

В соответствии со статьёй 40 Конвенции продавец не вправе ссылаться на по­ложения статьи 39 Конвенции, «если несоотвегствие товара связано с фактами, о ко­торых он знал или не мог не знать и о которых он не сообщил покупателю». То есть покупатель нс обязан извещать продавца о несоответствии, о котором последнему са­мому известно. Причём статья 40 Конвенции требует знания продавцом не о самом несоответствии товара договору, а о фактах, с которыми это несоответствие связано, что расширяет сферу применения статьи¹⁴².

Статья 44 Конвенции также смягчает действие статьи 39 Конвенции, если у по­купателя «имеется разумное оправдание того, почему он нс дал требуемого извеще­ния» в пределах разумного срока. Пропуск этого срока не остаётся для покупателя без последствий. Покупатель уже нс может потребовать замены товара (ст. 46 (2) Конвсн-

ции)^[131], устранения несоответствия товара договору (ст. 46 (3) Конвенции), а также нс вправе настаивать на расторжении договора. В таких ситуациях покупатель всё же име­ет право требовать или снижения цены (ст. 50 Конвенции), или возмещения убытков, за исключением упущенной выгоды.

Таким образом, необходимым условием для применения покупателем средств правовой защиты при поставке несоответствующего договору товара является свое­временное и имеющее надлежащее содержание извещение продавцу о характере тако­го несоответствия. Основным преимуществом уведомления является то, что оно по­зволяет должнику и другим заинтересованным сторонам защитить свои интересы. Должник, например, может оспорить факт неисполнения, и, если это предусмотрено применимым правом, попытаться преодолеть неисполнение или освободить свои ак­тивы от обременения. Недостатками уведомления являются соответствующие расхо­ды; предоставление лицу, передавшему право и не желающему осуществлять сотруд­ничество, возможности вывести обремененные активы за пределы досягаемости для кредитора; а также вероятность того, что другие кредиторы будут стремиться расчле­нить коммерческое предприятие должника.^[132] Столь детальное регламентирование в Венской конвенции уведомления должника кредитором свидетельствует НС только о превентивном характере устранения возможных злоупотреблений правом со стороны кредитора, но и определено принципом добросовестности, которым стороны должны руководствоваться в процессе исполнения договора.

Поскольку несоответствие товара может касаться только его части, необходимо учитывать статью 51 Конвенции: «Если продавец поставляет только часть товара или если только часть поставленного товара соответствует договору, положения статей 46- 50 применяются в отношении недостающей части или части, не соответствующей до­говору».

Несмотря на то, что статья 51 Конвенции, главным образом, ориентирована на запрещение расторжения договора, когда только часть товара соответствует его усло­виям, в отношении правомочий кредитора покупатель согласно статье 51 Конвенции, во-первых, вправе требовать поставки недостающей части как исполнения обязатель­ства в натуре. Во-вторых, покупатель может требовать замены не всего товара, а голь-

ко той его части, которая существенно нс соответствует договору.

Таким образом, содействуя стабильности коммерческого оборота закреплением комплекса средств защиты и мер, направленных иа сохранение договорных отноше­ний между сторонами даже при существенном нарушении договора одной из них. Венская конвенция ориентирована, прежде всего, на завершение таких отношений по­средством реальной передачи товара покупателю.

При осуществлении выбора кредитором сохранения договора исполнение в на­туре согласно статьям 46 (1) и 62 Конвенции представляет основное средство защиты интересов кредитора: для покупателя - возможность получить товар, для продавца - получить цену за товар. Особенность реализации кредитором права на исполнение в натуре заключается в том, что при применении этого средства первоначальные обяза­тельства сторон нс заменяются на новые (как это происходит при обращении к возме­щению убытков согласно статьям 75, 76 Конвенции). Реализация исполнения в натуре предполагает завершение основного обмена товара на цену с применением дополни­тельной компенсации за недостатки в таком обмене. По сути, речь идСт о праве креди­тора истребовать то, что предполагалось договором, а также дополнительно взыскать убытки или применить иные средства защиты, предусмотренные соглашением сторон, которые призваны компенсировать ущерб кредитора, вызванный несвоевременным или ненадлежащим исполнением (или первоначальным неисполнением) обязательства должником.

1.3. Ограничение реализации средств защиты в случае сохранении договора

Если действия кредитора направлены на сохранение договорных отношений, в результате которых должнику предъявляется требование об исполнении в натуре, реа­лизация кредитором этого средства защиты подлежит ряду ограничений.

Первое ограничение исходит непосредственно из положений Конвенции, в статьях 46 (1) и 62 которой прямо предусмотрена невозможность для кредитора при­бегать к «средству правовой защиты, не совместимому с ... требованием» исполнения в натуре.

С учетом того, что требование исполнения в натуре предполагает сохранение договорных отношений, а обращение к ряд)' средств защиты и правомочий зависит ог действительности договора, то выполнение кредитором требований и соблюдение ус­ловий, направленных на расторжение договора, будет несовместимо с реальным ис­полнением.

В случае неисполнения договора должником, достаточным для обращения к расторжению договора, компенсацией (теоретически) ущерба кредитору за нарушение договора и его последующее расторжение будет возмещение убытков {основное сред­ство правовой защиты), метод исчисления которых установлен в статьях 75 и 76 Кон­венции. Поэтому несовместимым с исполнением обязательства в натуре будет требо­вание возмещения убытков, основанное на статьях 75 и 76 Конвенции, особенностью реализации которого будет расторжение договора.

Такое право кредитора (покупателя) как уценка применяется при сохранении договорных отношений. То есть кредитор не может принять товар, потребовать его уценки (тем самым подтвердив сохранение договорных отношений) и вместе с этим отказаться от договора. Венская конвенция также не наделяет кредитора правом по­требовать уценки принятого товара, а затем обратиться к исполнению в натуре, по­скольку такое требование нс будет соответствовать принципу' добросовестности. Ре­зультатом принятия последнего варианта может стать обогащение покупателя за счёт поставки ему одного и того же товара дважды (с принятием товара и его последующей уценкой; и с поставкой ему товара по требованию об исполнении в натуре). Следова­тельно, в случае, когда кредитор в соответствии со статьёй 50 Конвенции снижает це­ну товара, который поставлен с очевидными недостатками, требование поставить но­вый товар взамен поставленного также будет несовместимо со снижением цены^[133].

Второе ограничение. Некоторые зарубежные авторы^[134] не исключают сущест­вование других ограничений права кредитора принудить нарушившую договор сторо­ну исполнить свои обязательства. Эти ограничения определены, по их мнению, в соот­ветствии с зребованиями, косвенно вытекающими из Венской конвенции.

Профессор Дж. Хоннолд (Honnold) полагает,^[135] что обязанность принять сторо­ной, ссылающейся на нарушение договора, разумные меры для уменьшения ущерба (ст. 77 Конвенции) и обязанность понёсшего убытки продавца на отчуждение товара в случае, когда товар подвержен скорой порче (ст.ст. 85 и 88 (2) Конвенции), моїут вос­препятствовать понёсшей убытки стороне в принуждении должника к исполнению до­говора.

Как отмечено в Комментарии к Венской конвенции, санкция статьи 77 Конвен­

ции, налагаемая на понёсшую ущерб сторону в связи с неисполнением обязанности принять меры по уменьшению ущерба, «нс затрагивает права продавца требовать уп­латы цены за товар (ст. 62)»¹⁴*, а «влияет на решение вопроса о размере подлежащих возмещению убытков»^{[136] [137].}

Если покупатель просрочил принятие поставки, т.е. нс совершил своевременно действия, которые означают выполнение нм данного требования (ст. 60 Конвенции), то на продавца, который продолжает сохранять владение товаром либо осуществлять иным образом контроль над ним, Конвенция возлагает обязанность принять соответ­ствующие меры для сохранения товара (ст. 85 Конвенции) и его последующей прода­же, если товар подвержен скорой порче (ст. 88 (2) Конвенции).

На основании статьи 88 (3) Конвенции сторона, которая правомерно продала товар, имеет право на удержание из полученной от продажи выручки сумму её разум­ных расходов по сохранению и продаже товара. Оставшаяся сумма должна быть пере­дана другой стороне. В подлежащие компенсации расходы входит как то, что было за­трачено в процессе принятия мер по сохранению товара, так и то, что возникло при продаже товара. Расходами по сохранению могут быть, например, плата за хранение, издержки, связанные с поддержанием товара в надлежащем состоянии и т.к. Расходы по продаже могут включать в себя уплату комиссионных посреднику, реализовавшему товар, транспортные расходы по доставке товара в место продажи или непосредствен­но новому покупателю и т.д.

По мнению диссертанта, такие обязанности кредитора как принятие разумных мер для уменьшения ущерба (ст. 77 Конвенции) и продажа товара в случае, когда то­вар подвержен скорой порче (ст. 88 (2) Конвенции), не буду т ограничивать право кре­дитора принудить нарушившую договор сторону к исполнению своих обязательств. Статьи 77 и 88 (2) Конвенции нс затрагивают исполнение в натуре, а относятся к раз­меру подлежащих возмещению убытков (ст. 77 Конвенции), а также удержанию из

полученной от продажи выручки суммы разумных расходов стороны (кредитора) ио сохранению и продаже товара (ст. 88 (2) Конвенции), что также корректирует размер подлежащих дополнительному возмещению убытков. Применительно к статье 88 (2) Конвенции можно лишь говорить о препятствиях для кредитора, вызванных его обя­занностью совершить дополнительные действия, предусмотренные Конвенцией (при­нятие разумных мер для продажи товара), которые обьясняются действием принципа добросовестности в международной торговле.

Третье ограничение. В отличие от определённых Венской конвенцией ограни­чений (несовместимость с исполнением в натуре взыскания убытков по статьям 75 и 76 Конвенции, особенностью реализации которого (возмещения убытков по статьям 75, 76 Конвенции) является расторжение договора, а также снижения договорной цены согласно статье 50 Конвенции) и препятствий (непринятие разумных мер для умень­шения ущерба согласно статье 77 Конвенции и для продажи товара в случае, когда то­вар подвержен скорой порче согласно статье 88 (2) Конвенции, а также невыполнение требования уведомления о несоответствии товара договору), которые непосредственно вытекают из Конвенции и, следовательно, возникают у кредтггора до обращения в ар­битраж (или суд), - на право кредитора потребовать исполнение в натуре может по­влиять право, применимое в силу норм международного частного права. Данный во­прос рассматривается в следующем параграфе.

Таким образом, наличие вышеперечисленных препятствий не мешает кредито­ру, требования которого не удовлетворены должником, обратиться за принуждением должника к исполнению обязательства в арбитраж (или суд), однако, может статті су­щественным затруднением для этого.