Возникновение и диалектика развития консульского института в Древнем мире и его правовая основа
В настоящей работе автор исходит из широкого понимания слова «генезис» как «момент зарождения и последующий процесс развития, приведший к определенному состоянию»[2]. Если использовать короткое общепринятое выражение - возникновение и развитие, то возникает неточность.
Консульский институт в целом не просто зародился и развивался, а имел взлеты и падения, разные формы организации, да и смысл консульской защиты был далеко не всегда однозначным, ибо она была всегда тесно связана с процессами общественного развития, которые, в свою очередь, зависели от объективных исторических реалий.Несмотря на то, что исторический аспект консульской защиты, как и консульского права, выглядит достаточно разработанным, он до сих пор содержит в себе вопросы, которые не находят ясных ответов. Так, например, в популярном исследовании консульского права Ильина Ю.Д. просто заявляется, что «консульский институт является одним из наиболее старых в международных отношениях и в международном праве»[3]. Это понятно, но старость - понятие не конкретное, когда речь идет о правовом институте.
У другого авторитетного юриста - международника Бобылева Г.В. находим: «Консульский институт берет свое начало в Древнем мире. Первые признаки зарождения института консулов проявились уже в рабовладельческую эпоху»[4].
Между двумя, здесь упомянутыми источниками, разница во времени, как видим, полвека (1969 год и 2010), но вопрос о возникновении консульского института, хотя бы в самом общем виде, так и остался
неясным. Примерно тоже самое можно найти в других источниках, отечественных и зарубежных. Причем у последних дело запутывалось тем более, ибо, как и отечественные ученые, иностранцы привязывали (и это вполне логично) консульства к государству. Но Запад всегда ассоциировал государство с правительством, которое определялось как «система социального контроля, при которой правительство издает законы, а их применение признано за определенной социальной группой»[5].
И еще отмечалось, что это был период распада родоплеменных отношений и создания первых государств, и, кстати, не в нашем современном понимании, которое сводится к довольно краткой формулировке, что государство - это политическая организация общества; или орудие политической власти в классовом обществе[6].
Получается, что как будто бы простой вопрос о сроке создания консульского института запутывается окончательно, ибо нет конкретных научных критериев для точки отсчета.
Если хотим подчеркнуть старость или древность института, берем период распада родоплеменных отношений и говорим, что соплеменники всегда защищали своих. Делали это по инстинкту племенной защиты или на основе обычая, тем более что межобщинные связи практически не были развиты, особенно на личностном уровне»[7]. Так говорить, конечно, можно и видеть защиту соплеменников можно, но причем здесь консульская защита или дипломатическая?
По убеждению автора консульская защита, все-таки, неотделима от государства, неважно от государства Древнего мира или более позднего, и, более того, от договора, пусть даже самого примитивного. Вне государства не может быть договора в принципе, а вне положений договора - правового
института, который широко понимается как «совокупность норм права по определенному кругу общественных отношений»[8].
Итак, вопрос еще больше усложняется, поскольку в качестве основного условия для признания наличия консульского института необходимо право. И автор видит попытку найти такое условие в весьма инструктивном учебнике по международному праву под редакцией Г.И. Тункина, выраженную в фразе о том, «... что институты покровительства иностранцам рабовладельческой эпохи стали прообразом современного консульского права»[9]. Опять возникают вопросы:
1) Покровительство иностранцам по праву или по факту? Если первое, то значит должны быть государства и нормы права, а иначе не получаются институты покровительства иностранцам.
2) Можно ли серьезно ставить покровительство иностранцам в V веке до нашей эры на одну доску с современным консульским правом? Можно, но очень даже условно.
Как-то слишком просто устраняется дистанция между древними веками и современностью в 2,5 тысяч лет и масса больших исторических событий и общественных усилий, приведших в конечном итоге к кодификации консульского права в Вене в марте-апреле 1963 года. Здесь следует сослаться на позицию известного ученого, крупного российского специалиста в консульском праве В.Л. Санчова, который в своем учебнике по консульскому праву писал: «Некоторые ученые отрицают связь между проксенами и современными консулами, но это не значит, что они правы, тем более, что никаких научных данных в защиту отрицания преемственности связи они не приводят, да их и нет»[10].
Таким образом, через мнение г-на Санчова автор уже перешел к проксенам, институт которых был создан в V веке до нашей эры в Античной Греции.
Проксены появились в V веке до н.э. в греческих городах -государствах. Они занимались не только торговлей и гражданскими делами, но и имели возможность приобщаться к делам политическим. Характерно, что вначале проксена избирали иностранцы в государстве пребывания.
В городе своего проживания проксен исполнял роль администратора в отношениях местных граждан с иностранцами, а также политикопосредническую роль в межгосударственных отношениях. В его компетенцию входили также вопросы обеспечения безопасности иностранных граждан и их капиталовложений. Занимались они также содействием в торговых делах, нотариальных и наследственных, если умерший не оставил завещания[11]. О широте применения института проксенов говорит тот факт, что их использовали примерно 80 греческих городов или конфедераций[12].
Как видно, функции проксенов были весьма широки и выполнение их требовало не только должной квалификации, но и высокого личного авторитета исполнителя. Соответственно в чине проксенов мы находим личности, хорошо известные истории. В их числе историк и публицист Фукидид, представлявший Афины в Фебе, политик и полководец Алкивиад, как и политик Кимон, в свою очередь, представляли Спарту в Афинах, а философ Демосфен представлял Феб в тех же Афинах.
К концу V века до Новой эры положение проксенов изменилось.
Они уже не избирались, а назначались решением Народного собрания государства пребывания проксена. Таким образом статус проксена был легализован местными властями. Формально тогда еще не было речи об иммунитете, хотя в какой-то мере он уже появился в виде определенных льгот. И это стало неизбежным, поскольку проксен принимал иностранных послов, оказывая им содействие, обеспечивал (с помощью местной власти) безопасность. К числу льгот можно, видимо, отнести заметные меры властей по обеспечению безопасности проксена и его жилья, содействие ему в отправлении юрисдикции в отношении граждан представляемого государства. Проксен мог оказывать помощь иностранцам в рассмотрении их дел в местных судах, выступая в качестве свидетеля или эксперта. А с течением времени он даже мог выступать в качестве судьи в спорах между соотечественниками по торговым и прочим коммерческим делам. В ряде случаев проксены даже выполняли дипломатические функции, проводя или участвуя в дипломатических переговорах[13] [14].С этого времени проксен получил право вывешивать на стене дома своего проживания щит с гербом города-государства, который он представлял. Его освобождали от налогов на имущество, а дела, которые он
14
инициировал в суде, рассматривались в первую очередь .
Похоже, что автор не очень погрешит, если сделает вывод, что с V века до нашей эры, то есть со времени становления института проксении, основанного на нормах внутреннего и международного права, пошло становление консульского института, консульского права и консульской защиты граждан и юридических лиц. А все, что было до этого - не более и не менее как создание необходимых предпосылок. В этой связи следует подчеркнуть, что речь идет именно о становлении.
Выше уже отмечалось, что в некотором роде проксены выполняли и политические функции. И это, конечно, сближало их с последующими консулами. Но все-таки главные функции у них были связаны с торговлей, мореплаванием, урегулированием споров между согражданами и иностранцами по оказанию последним помощи в суде.
Поэтому представляется не совсем обоснованным вывод известного ученого - международника Ильина Ю.Д., что функции проксенов «носили скорее политический, чем коммерческий, характер, что приближает их к современным почетным консулам»[15].На информации о Древнем мире автор остановился относительно подробно лишь потому, что в то, далекое от нас время, оставило много загадок, неясностей. Многие видные юристы уделяли внимание этому периоду и все они отмечали связь проксенов с консульским институтом. Упомянем лишь нескольких: Бобылев Г.В., Зубков Н.Г., Ильин Ю.Д., Коровин Е.А. с его Международным правом 1954 г., Блищенко И.П. и Дурденевский В.Н. - в известной работе «Дипломатическое и консульское право» - М., 1962 г., и многие современные авторы, как у нас в России, так и за рубежом. Это именно тот случай, когда цитировать можно до бесконечности и, какую цитату ни возьми, она будет весьма полезна и интересна.
В заключение этого раздела, касаясь положения дел с происхождением и статусом проксенов, представляется необходимым сослаться на известного итальянского юриста Д. Анцилотти, который подвел общий итог таким образом: «там (в древнее время) само государство через посредство собственных органов оказывало покровительство иностранцам, тогда как в современных условиях отечественное государство покровительствует своим гражданам, назначая служащих в государство, где эти граждане находятся»[16].
В целом ж, он тоже считает, что проксены были предтечей консульской службы.
Автор полагает, что на указанную роль с большим основанием могут претендовать последователи проксенов - патроны.
Патроны, сохранив основные функции проксенов, вошли в жизнь в период расцвета Римской империи. Рим в начале новой эры полностью господствовал на территориях всех государств Средиземноморья.
В Риме с давних пор уже существовал институт патронажа, когда состоятельное лицо - обычно патриций - брало под свое покровительство малоимущих или неполнокровных граждан, которые считались клиентами такого лица и находились в зависимом от него положении.
Такого покровителя называли патроном. И именно патронаж был использован римлянами для замены института проксении для защиты иностранцев.Сначала патроны выбирались Сенатом, а их правовое положение определялось римским законодательством. В силу этого на роль патронов всегда претендовали известные политические деятели или полководцы. Так Цезарь был патроном в Хиосе, Катон на Кипре и в Каппадокии.
С учетом развития торговли и мореплавания между Древнем Римом и другими государствами того периода возникла необходимость в предоставлении определенных прав иностранцам, которые практически не имели не личных, не имущественных прав вне рамок своего государства.
С этой целью был создан институт преторов, заменивший патронов.
Преторы назначались верховной властью Рима из числа сенаторов и всадников. Таким образом, преторы являлись чиновниками, которые обладали полномочиями решать споры, как между иностранцами, так и между римлянами и иностранцами в соответствии с принципом jus gentium (право народов).
Преторы издавали эдикты в соответствии, с которыми иностранцам предоставлялась личная свобода, возможность владеть недвижимостью и вести торговлю.
Из вышеизложенного можно сделать вывод о том, что греческие проксены, римские патроны и преторы выполняли некоторые функции по защите иностранцев и оказания им помощи.
Таким образом, зарождение консульского института в Античной Греции и Древнем Риме было обусловлено созданием государств.
Деятельность институтов проксенов, патронажа и преторов создавала предпосылки к построению правовой основы для консульского института.
Впрочем, предпосылки создавались не столько чьей -то деятельностью, сколько ходом объективного развития мировых общественных и экономических отношений и событиями внутригосударственной жизни.
В Древнем мире появились и первые нормы, являющиеся основой будущей консульской деятельности, прежде всего речь идет о защите иностранцев.
и
1.2.