<<
>>

2.1. Правоспособность и дееспособность государственного органа.

Необходимым условием участия субъекта в отношениях, урегулированных нормами права, является наличие у него правоспособности. Совокупность качеств, которыми должен обладать субъект правоотношений для того, чтобы иметь права и обязанности, получила в теории права название правосубъектности. Она складывается из двух составляющих:

способности иметь права и обязанности участника соответствующих правоотношений - правоспособности;

- способности своими действиями приобретать и осуществлять юридические права и обязанности- дееспособности \

Как отмечал В.

С. Якушев, категория правосубъектности является относительно новой для правовой науки- в "Юридическом словаре" издания 1953 г. термин "правосубъектность" как самостоятельный еще отсутствовал. Вместо него иногда пользовались словом

"праводссспособность", восполнявшим отсутствие термина, который бы обобщенно определял правовое положение субъекта, включая в себя правоспособность и дееспособность как самостоятельные категории2. Для каждой из отраслей права эти категории универсальны, различна лишь сфера тех нли иных правоотношений и порядок приобретения право- и дееспособности. В равной степени их наличие признается за

физическими, юридическими лицами, а также государственными органами, поскольку все они могут являться участниками различных правоотношений: гражданско-правовых, административно- правовых, государственно-правовых и иных.

Традиционно считается, что спецификой юридических лиц является одновременность возникновения право- и дееспособности, тогда как у граждан правоспособность возникает с рождения, а дееспособность - по достижении определенного законом возраста. Права и обязанности, а

Ф также возможность осуществлять их, появляются у государственных

органов также с момента создания без каких- либо дополнительных условий.

К специфической особенности государственных органов и органов юридического лица можно отнести и наличие у них компетенции, поскольку законодательство не применяет к физическим лицам этой характеристики. В ряде случаев указывается, что "компетенцией" обладают руководители государственных органов и их структурных подразделений (например, в Положении о Министерстве имущественных отношений РФ установлено, что Министр имущественных отношений

издает в пределах своей компетенции приказы и распоряжения), но в этом случае они действуют не как самостоятельные субъекты правоотношений - физические лица, а как звенья государственного аппарата, должностные лица. Наличие определенной компетенции как одного из признаков, характеризующих государственный орган, отмечается и в научной литературе На осуществление полномочий "в соответствии с компетенцией" указывалось в ранее действовавших нормативных правовых актах, устанавливающих статус того или иного государственного органа В настоящее время Указом Президента РФ от 9 марта 2004 г. «О

системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» установлено, что полномочия «в соответствии с компетенцией» осуществляют федеральные службы и федеральные агентства; вместе с тем, термин «компетенция» продолжает употребляться как характеристика иных органов исполнительной власти, например, министерств 2.

В ГК РФ также упоминается термин «компетенция», однако в контексте полномочий органа управления юридического лица, а не

Ф государственного органа (см., например, ст.

ст. 91,98).

Ни один из нормативных актов, тем не менее, не раскрывает понятия компетенции. Вместе с тем полагаем, что это создает большую проблему в раскрытии сущности государственного органа, поскольку делает невозможным определение "пределов компетенции", а, соответственно, и правовых пределов деятельности такого субъекта права.

Слово "компетенция" происходит от латинского "compcto" - добиваюсь; соответствую, подхожу, и имеет 2 значения: 1) знания, опыт в той или иной области; 2) круг полномочий, предоставленных законом, уставом или иным актом конкретному органу или должностному лицу 3.

Как отмечает Б. М. Лазарев, можно говорить о фактической компетентности в тех или иных вопросах и об официальной компетенции органов и должностных лиц

Таким образом, можно утверждать, что компетенция есть

специфическая характеристика, присущая государственным и иным органам, не совпадающая по своему содержанию с право- и дееспособностью (в противном случае она бы не выделялась как существенная черта).

В понимании компетенции существуют разные подходы. А. В. Венедиктов полагал, что понятие компетенции присуще только государственным органам, и она по своему объему шире правосубъектности юридических лиц в гражданском праве. Категория ф правосубъектности, по его мнению, охватывает лишь какую-то

конкретную сферу правоотношений; государственные органы участвуют не только в гражданских, но и в административных и иных правоотношениях. Юридическое же лицо - понятие гражданско-правовое; следовательно, компетенция объединяет правосубъектность государственных органов во всех правоотношениях, а также предмет его деятельности вообще . Это позволяло сторонникам единого гражданско- правового регулирования имущественных отношений утверждать, что компетенция вообще не обладает отраслевой принадлежностью .

Эта концепция встретила критику Ю. Г. Бас и на, который полагал,

что компетенция предполагает выполнение властных функций, ввиду чего как минимум один из видов правосубъектности государственного органа- гражданская - не предполагает наличия властных функций. Кроме того, компетенция может включать в себя властные полномочия, реализуемые государственным органом в разных областях, тогда как "властная правосубъектность" его возможна только в сфере административного права. Автор также считал, что правосубъектность - категория

абстрактная, отражающая лишь предпосылку, возможность обладания какими- либо правами и обязанностями, тогда как компетенция должна быть конкретной для каждого ее носителя Она представляет собой конкретно определенную способность выполнять функции управления в тех сферах деятельности, в которых это позволяется государственному органу. Следовательно, компетенция обозначает способность государственного органа к властвованию в определенных сферах, и не выходит за пределы властных полномочий.

Ф По мнению В. В. Лаптева, компетенция охватывает не только

правоспособность, но и обладание конкретными правами и обязанностями, однако лишь такими, которые существуют вне каких- либо конкретных правоотношений, например, права по организации производственно- хозяйственного процесса, права собственности и т. п. .

Некоторые авторы, например, А. А. Пушкин, ограничивали компетенцию государственного органа лишь полномочиями административного характера, образующими содержание только одного вида правосубъектности, именуемой им "административно- хозяйственной", и существующей отдельно и независимо от

правосубъектности гражданской \

Состояние гражданского законодательства в советской правовой науке послужило причиной появления несколько иной теории компетенции.

Как отмечал Ю. А. Тихомиров, существовала единая государственная власть Советов, которая "допускала жесткую связанность органа актами вышестоящих звеньев" Поскольку юридические лица - государственные предприятия - во многом обладали статусом, присущим на сегодняшний день органам государственного управления, они осуществляли права юридического лица как самостоятельного участника гражданских правоотношений и одновременно с этим подчинялись тому или иному вышестоящему государственному органу, возглавляющему соответствующую хозяйственную систему. В связи с этим утверждалось, что у вышестоящего органа возникали перед предприятием определенные властные правомочия, специфика которых состояла в том, что они позволяли совершать акты, обязывающие подчиненного субъекта (например, устанавливать обязательные для него производственные задания), но сами по себе еще не давали основания требовать от последнего какого- либо конкретного поведения. Именно такие правомочия и образовывали в своей совокупности компетенцию. После осуществления властного полномочия между субъектами создается новое правоотношение, в котором носитель компетенции может выступать не только как у правомочен ное лицо, но и как обязанное. По, как справедливо отмечал О. С. Иоффе, правоотношения не могут быть односторонними, т.е. каждому субъективному праву соответствует субъективная обязанность, поэтому компетенцию нельзя объявлять как совокупность властных полномочий, выраженных в правоотношении. Если возможность требовать от подчиненного субъекта определенного поведения отсутствует, то налицо - правосубъектность, причем административная и не порождающая никакого правоотношения.

В связи с этим О. С. Иоффе отмечал, что компетенция не всегда обязательно заключает в себе только властные полномочия. Государственный орган вступает в отношения как "по горизонтали", так и "по вертикали", и, вступая в отношения с третьими лицами, а также с вышестоящими органами, он также действует в пределах компетенции (как указывается в нормативных актах, устанавливающих статус того или иного органа). При этом государственный орган никакими властными полномочиями в отношениях с вышестоящим органом не обладает, а с третьими лицами - обладает только в некоторых случаях \ В. В. Лаптев рассматривал компетенцию как совокупность прав и обязанностей именно хозяйственных органов (органов, руководящих экономикой и осуществляющих хозяйственную деятельность), при этом не допуская противопоставления отношений этих органов "по вертикали" и по "горизонтали". В силу этого автор полагал, что компетенция включает в себя не только властные функции, но и любые права и обязанности, которые осуществляет хозяйственный орган в процессе своей деятельности, в т. ч. в гражданско-правовых отношениях . Такое расширенное толкование компетенции характерно для исследователей этого института с позиций гражданского права, причем именно советского периода.

Административисты же, наоборот, очень часто называли компетенцию специфическим признаком именно государственного органа, более того, государственного органа, наделенного властными полномочиями . Ц. А. Ямпольская, например, считала компетенцией точно определенный круг деятельности и соответствующий объем прав и обязанностей государственного органа. " Аналогичной точки зрения придерживался и Д. Д. Цабрия, который трактовал компетенцию как совокупность прав и обязанностей выполнять те или иные управленческие функции, и считал ее важнейшим элементом правового статуса органа управления Эти права и обязанности, осуществляемые в конкретных видах деятельности ("предметах ведения"), конкретизирующиеся во властных полномочиях, необходимых для реализации функций органа управления, как раз и составляют его компетенцию . Г. В. Атаманчук справедливо полагает, что далеко не все юридически значимые действия органов управления (допустимые законодательством) связаны с реализацией компетенции и очень часто являются осуществлением прав юридического лица, в частности, полномочия по подписанию гражданско- правовых договоров и подобные им \

Важное и весьма современное мнение относительно правового статуса государственных организаций, предприятий, учреждений государства высказал А. В. Мицкевич. Он отмечал, что в правовом статусе этих субъектов следует различать два рода прав и обязанностей: права и обязанности властного государственного руководства, составляющие содержание компетенции государственного органа, и права и обязанности оперативно- хозяйственной деятельности государственных организаций, которые охватываются правоспособностью юридического лица. Сочетание компетенции и правоспособности юридического лица автор считал двумя основными видами правосубъектности государственных организаций . На сегодняшний день в законодательстве установлен прямой запрет совмещения функций государственного органа как субъекта гражданско- правовых отношений и как субъекта управления: запрещается совмещение функций федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов РФ, органов местного самоуправления с функциями хозяйствующих субъектов, а также наделение хозяйствующих субъектов функциями и нравами указанных органов, в том числе функциями и правами органов государственного надзора, за исключением случаев, предусмотренных законодательными актами РФ (ч. 2 ст. 7 Закона РФ "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" п. 18 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 30 марта 1998 г. "Обзор практики разрешения споров, связанных с применением антимонопольного законодательства" ).

Необходимость разграничения понятий право- и дееспособности, а также компетенции применительно к разным отраслям права подчеркивал и Н. И. Коняев. Он полагал, что в гражданском праве общетеоретические положения о субъектах права конкретизируются с помощью понятий гражданской право- и дееспособности граждан, юридических лиц и государства; в государственном и административном праве - с помощью понятия компетенции органов государственной власти и управления и должностных лиц \ При этом автор допускал распространение понятия "правосубъектность" и на гражданские, и на иные, в т.ч. административные отношения, поскольку считал правосубъектностью способность быть носителем юридических прав и обязанностей, независимо от отраслевой принадлежности субъекта прав. Вместе с тем правосубъектность, по мнению автора, - категория отраслевая, что не исключает существование организаций, обладающих правосубъектностью одновременно в нескольких отраслях права Более того, наличие

правосубъектности не зависит от обладания правами или статусом юридического лица; та или иная организация может быть субъектом • правоотношений (т.е. иметь права и обязанности), и не иметь прав юридического лица.

Подтверждение этому можно найти не только в нормативных актах,

на которые ссылался автор, но и в современном российском законодательстве. Например, далеко не все общественные объединения являются юридическими лицами. Вместе с тем они являются участниками правоотношений, на которые распространяется Федеральный закон "Об общественных объединениях", т.е. они правосубъектны. В соответствии со ст. 18 этого Закона общественное объединение считается созданным, т. е. принимает на себя права и обязанности (за исключением прав юридического лица) не с момента государственной регистрации, а с

ф момента принятия решения о создании общественного объединения, об

утверждении его устава и о формировании руководящих и контрольно- ревизионного органов . Правосубъектны также всевозможные Комиссии и Советы при органах исполнительной власти, хотя такие государственные органы очень редко обладают статусом юридического лица или наделяются правами юридического лица.

Приведенные примеры позволяют сделать вывод, что наличие

¦

правосубъектности как у объединения граждан, так it у государственного органа, не зависит от наличия у них прав юридического лица. Обоснованным представляется в связи с этим и мнение, что

правосубъектность всегда скорее отраслевая, а не общая, поскольку орган государства, не имеющий прав юридического лица, не вправе участвовать в гражданских правоотношениях от своего собственного имени, а, следовательно, у него будет отсутствовать гражданская правосубъектность. Однако здесь возникает проблема другого рода: в силу п. 3 ст. 49, п. 2 ст. 51 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента его создания, т.е. государственной регистрации. Вместе с тем далеко не все субъекты гражданского права, обладающие статусом юридического лица в силу прямого указания в законе, например, те же министерства и ведомства, прошли процедуру государственной регистрации в качестве юридических лиц, как того требует закон. Таким образом, напрашивается вывод: незарегистрированные как юридические лица государственные органы не обладают гражданской правоспособностью (правосубъектностью) для выступления в гражданском обороте от своего имени и в споем интересе, но вполне правоспособны для того, чтобы участвовать в таких правоотношениях, представляя публично- правовые образования. И хотя в тех случаях, когда речь идет об учреждениях, деятельность которых регулируется отдельными нормативными актами, прямо предусматривающими наличие у них прав юридического лица, суды эту проблемы не рассматривают законодателю, по- видимому, следует выработать более четкие правила участия государственных органов в гражданском обороте от своего имени. В противном случае есть все основания не считать их самостоятельными субъектами гражданского права, поскольку без государственной регистрации в качестве юридических лиц у них отсутствует гражданская правоспособность.

Ю. М. Козлов считал, что каждый орган государственного управления обладает специальной правоспособностью, которую можно назвать административной 2.

А. В. Венедиктов отмечал несколько признаков административной правоспособности:

- самостоятельность целен и задач данного органа в пределах общей задачи вышестоящего органа;

наличие определенного круга обязанностей и прав, предоставляемых данному органу для осуществления возложенных на него задач;

наличие более или менее обособленной организации людского состава органа;

та или иная мера закрепления за данным органом государственного имущества.

Последний признак автор считал необходимым не отождествлять с признаком имущественной самостоятельности, поскольку он полагал, что имущественная самостоятельность является исключительно признаком юридического лица- участника гражданского оборота, а не государственного органа, который создается с другой целью

В. С. Основин подразделял правосубъектность государственного органа на общую и специальную.

Общая правосубъектность, по его мнению, состоит в следующем:

все государственные органы имеют свою компетенцию, для каждого из них она установлена специальным актом полномочного на то органа государства;

каждому государственному органу предоставляется право принимать юридически значимые акты;

каждый государственный орган имеет право на защиту от посягательств на его права и интересы;

каждый государственный орган обязан осуществлять деятельность на основе закона в пределах компетенции и подчиняться вышестоящим органам.

Специальная же правосубъектность обусловлена назначением государственного органа . Такое объяснение правосубъектности представляется нам приемлемым лишь в отношении органов государственной власти. Вместе с тем государственные органы, не обладающие властными полномочиями, также правосубъектны, и обладают компетенцией, поскольку' участвуют в разного рода правоотношениях, выполняя возложенные на них функции, для чего наделены определенными правами. Как отмечал Б. М. Лазарев, "тот факт, что орган управления осуществляет государственную власть, не означает, что компетенция есть тот или иной объем государственной власти" '.

Как справедливо отмечал И. Н. Кузнецов, компетенция не тождественна правоспособности, поскольку последняя означает лишь абстрактную возможность иметь права и обязанности, которые можно реализовать, вступая в конкретные правоотношения. Тогда как права и обязанности государственных органов, являющиеся составной частью компетенции, вытекают прямо из закона, являются строго определенными и обязательны для государственных органов. Эти права и обязанности могут реализовываться государственным органом не только в правоотношениях, но и в фактической деятельности государственного органа по выполнению возложенных на него функций . Например, издавая в пределах своей компетенции правовой акт, государственный орган еще не вступает ни в какие правоотношения с третьими лицами, он действует "сам по себе", выполняя возложенные на него функции. Изданный правовой акт будет порождать правовые отношения между лицами, действия которых будут подчиняться этому правовому акту.

В связи с этим следует отметить и еще одно отличие компетенции от правоспособности и правосубъектности. Обладая правосубъектностью, юридическое или физическое лицо, как правило, имеет возможность выбора вариантов поведения и самой возможности вступать или не вступать в те или иные правоотношения, т.е. совершать юридические действия. Сущность деятельности и смысл создания государственного органа не позволяют ему отходить от строго предписанных целей и задач, определяющих его компетенцию. Поэтому можно утверждать, что каждое право государственного органа есть в то же время и его обязанность. Профессор Г. Шульце называл каждое из таких "право- обязанностей" полномочием государственного органа а Б. М. Лазарев отмечал, что такие право- обязанности являются составным элементом компетенции 2.

В связи с изложенной особенностью напрашивается и другой вывод: полномочия государственного органа, являющиеся ядром компетенции, не могут быть переданы им какому - либо другому государственному органу, если это прямо не допускается нормативно- правовым актом, очерчивающим его компетенцию. Причем "разрешение" это, границы его должны быть конкретно прописаны в законе, дабы избежать двоякого толкования компетенции государственного органа со всеми вытекающими последствиями. Напротив, любая другая организация, участвуя в правоотношениях, может распоряжаться своей правоспособностью так, как она желает, в том числе передавая права и обязанности другому лицу, например, в порядке поручения или по доверенности, как допускает это ГК РФ.

Вместе с тем, очень часто законодатель, характеризуя ситуацию, при которой орган государства обязан действовать тем или иным образом, делает это в самой общей форме, предоставляя самому органу решать, есть ли необходимость использования предоставленных ему властных полномочий 3. Например, сатьей 11 Закона РФ "О милиции" милиции предоставляется право проверять у граждан и должностных лиц

См.: Шульце Г. Функциональное назначение, понятие и элементы компетенции органов государственного аппарата. В кн.: СССР- ГДР: компетенция органов государственного управления. М., ИГП АН СССР., 1984, С. 15.

См.: Лазарев Б. М. Компетенция органов управления. М, Юрид. лит., 1972, С.

46

См. Лазарев Б. М. Указ. соч., С. 91; См.: Органы Советского общенародного государства. М., Наука, 1979, С. 52 документы, удостоверяющие личность, если имеются достаточные основания подозревать их в совершении преступления или административного правонарушения Имеются ли "достаточные основания" подозревать гражданина в совершении преступления или административного правонарушения- сотрудники милиции решают самостоятельно и четкие предписания на этот счет отсутствуют. С учетом ст. 10 Закона РФ "О милиции", устанавливающей обязанность милиции предотвращать и пресекать преступления и административные правонарушения, это право одновременно можно рассматривать и как обязанность органов внутренних дел. В связи с изложенным, не совсем верным с позиций действующего законодательства представляется мнение, что непременным условием всякой компетенциоиной нормы, предусматривающей обязанность органа, должна быть гипотеза, в которой закреплялись бы точные условия выполнения возлагаемой на орган обязанности, как утверждает, например, И. Н. Кузнецов .

Однако можно отметить, что чем серьезнее последствия реализации государственным органом своих властных полномочий, чем сильнее при этом могут быть затронуты права граждан и организаций, тем четче прописывается порядок действий государственного органа и условия реализации этих полномочий. В качестве примера приведем ст. 46 и 47 НК РФ, регулирующие процедуру взыскания налога за счет имущества налогоплательщика в принудительном порядке.

Наделение компетенцией происходит либо одновременно с формированием государственного органа, либо в результате перераспределения задач государственного руководства между различными органами. Как уже отмечалось выше, она закрепляется в нормативном правовом акте, устанавливающем правовой статус органа, и находится в динамике, поскольку функции, права и обязанности одного государственного органа могут переходить к другому государственному органу посредством изменения соответствующих нормативных правовых актов. Как справедливо отмечает А. В. Мицкевич, "все характерные признаки органа государства - круг его задач, полномочий и обязанностей, юридические формы деятельности....необходимо обусловливать тем, какое место занимает данный орган в механизме государства, какая часть общих задач государства на него возлагается"

Функции государственного органа являются составной частью его компетенции, и находят конкретизацию в его правах и обязанностях. Подтверждение этому можно найти и в действующем российском законодательстве. В нормативных актах, закрепляющих правовой статус тех или иных государственных органов, как правило, в первую очередь перечисляются задачи государственного органа, затем его функции, а уже после этого- права и обязанности. В частности, Министерству имущественных отношений РФ предоставляется право - обязанность контролировать с участием заинтересованных федеральных органов исполнительной власти обоснованность списания основных фондов федеральными государственными унитарными предприятиями и учреждениями. Приведенное полномочие законодатель отнес в раздел "функций" Министерства, хотя по содержанию это ни что иное, как право (обязанность) Министерства, осуществляемое им в процессе решения стоящей перед ним задачи обеспечения эффективного управления, распоряжения, а также рационального использования федерального имущества. Аналогичные примеры можно найти и в других нормативных актах.

Согласимся с мнением Ю. А. Тихомирова, что компетенция - это комплекс легально установленных способов осуществления публичных функций. Составной частью компетенции являются властные полномочия государственного органа, как "гарантированная законом мера принятия решений" \ Посредством осуществления компетенции осуществляется цель деятельности государственного органа - непрерывное решение возникающих задач осуществления государственной власти, а в закреплении за государственными органами определенной компетенции в известной мере проявляется своеобразное "разделение труда" по управлению государством. Разграничение компетенции обеспечивает четкое функционирование государственных органов, а также их ответственность перед народом как единственным носителем власти.

Поскольку компетенция является существенным элементом правового статуса именно государственного органа, выполняющего специфические публичные функции, представляется необходимым внести изменения в нормативно- правовые акты, устанавливающие статус юридических лиц и иных организаций, действующих в сфере частного права. Следует исключить из соответствующих статей ГК РФ и принятых в соответствии с ним федеральных законов слово "компетенция", употребляемое применительно к органам управления юридического лица, заменив его словом "полномочия". В противном случае будет продолжаться некоторое "смешение" терминов, употребляемых для обозначения прав и обязанностей государственных органов и иных организаций, ведущее свою историю еще со времен функционирования государственных предприятий СССР, которые рассматривались правовой наукой и как юридические лица, и как государственные органы, осуществляющие властно- распорядительную деятельность.

<< | >>
Источник: Ромашко Елена Алсксандровна. Государственные органы со статусом юридического лица как особые субъекты конституционно- правовых отношений. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Архангельск- 2006. 2006

Еще по теме 2.1. Правоспособность и дееспособность государственного органа.:

  1. 2. Конструкция юридического лица в законодательстве, теории и правоприменительной практике дореволюционной России: понятие и признаки юридического лица, правоспособность и дееспособность, возникновение и прекращение, классификация.
  2. Правоспособность и дееспособность юридического лица.
  3. 1.1. Понятие государственного органа и его место среди субъектов права.
  4. 1.2. Развитие идей о сущности государственного органа и юридического лица.
  5. ГЛАВА 2. СОЗДАНИЕ И ПРЕКРАЩЕНИЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОРГАНА СО СТАТУСОМ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА
  6. 2.1. Правоспособность и дееспособность государственного органа.
  7. 2.2 Формальное закрепление создания, реорганизации и ликвидации государственного органа со статусом юридического лица.
  8. ГЛАВА 3. ИМУЩЕСТВЕННАЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ КАК ОДИН ИЗ ОСНОВНЫХ ПРИЗНАКОВ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОРГАНА СО СТАТУСОМ ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА
  9. 3.1. Имущественные права государственного органа со статусомюридического лица.
  10. 3.2. Имущественная ответственность государственного органа со статусом юридического лица.
  11. Глава 10 ПРАВОСПОСОБНОСТЬ И ДЕЕСПОСОБНОСТЬ В СЕМЕЙНОМ ПРАВЕ
  12. Гражданская правоспособность и дееспособность
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -