Информирование избирателей средствами массовой информации

Пункт 4 ст. 48 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» гласит, что «деятельность организаций, осуществляющих выпуск средств массовой информации, по информированию избирателей, участников референдума осуществляется свободно».

Проблема косвенной агитации в СМИ (т.е. публикации агитационных материалов под видом информационных) остро встала уже в конце 1990-х гг. Повсеместной практикой стала публикация под видом информационных материалов заказных статей, создающих положительный имидж одних кандидатов и отрицательный — других. Такой возможностью активно пользовались и пользуются, во-первых, кандидаты, обладающие властью, и кандидаты, поддерживаемые властью, — в средствах массовой информации, подчиненных власти или просто так или иначе от власти зависящих, во-вторых, кандидаты, обладающие большими финансовыми ресурсами[37].

Для борьбы с этим негативным явлением в 2002 г. в Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» был помещен перечень признаков предвыборной агитации. Перечень был открытым и в сочетании с определением агитации, содержащимся в ст. 2 («деятельность... имеющая целью побудить или побуждающая избирателей к голосованию за кандидата...»), позволял, при определенной пристрастности, признать агитационным практически любой материал.

В то же время перечень давал некоторые возможности для борьбы с использованием административного ресурса, хотя реализация этих возможностей в значительной степени блокировалась этим же административным ресурсом.

Чуть позднее, летом 2003 г., был принят закон, ужесточающий санкции против СМИ за нарушение избирательного законодательства[38]. В частности, Закон РФ «О средствах массовой информации» был дополнен ст. 16.1, предусматривающей возможность приостановления выпуска СМИ на срок до момента окончания голосования на выборах в случае, если главный редактор или редакция СМИ, в отношении которых вступило в силу решение суда о привлечении к административной ответственности за нарушение законодательства о выборах и референдумах, допустят повторное нарушение этого законодательства.

Все эти новеллы вызвали возмущение журналистского сообщества. Общим местом стали рассуждения о запрете аналитической журналистики на выборах и выведении журналистов из избирательной кампании.

Перед началом думской избирательной кампании 2003 г. ряд норм Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», связанных с информированием избирателей и предвыборной агитацией (в том числе перечень признаков предвыборной агитации), был оспорен в Конституционном Суде РФ тремя журналистами и группой депутатов Государственной Думы. Конституционный Суд принял решение 30 октября 2003 г., уже в ходе кампании, но до начала разрешенной законом агитации в средствах массовой информации.

Постановление Конституционного Суда № 15-П[39] признало не соответствующим Конституции РФ только один из подпунктов закона — тот, который делал перечень признаков предвыборной агитации открытым. В то же время Конституционный Суд дал собственное толкование понятия предвыборной агитации. По существу, судом была отвергнута формулировка «или побуждающая избирателей»[40] и определено, что «критерием, позволяющим различить предвыборную агитацию и информирование, может служить лишь наличие в агитационной деятельности специальной цели».

Таким образом, постановление Конституционного Суда защитило журналистов от необоснованных обвинений в ведении незаконной агитации.

другими кандидатами средств массовой информации. В постановлении отмечается, что журналисты должны действовать «на основе редакционной независимости и вырабатываемых журналистским сообществом норм саморегуляции». Очевидно, однако, что ни того, ни другого в настоящее время, по существу, нет.

Среди информационных материалов отдельное положение занимают сообщения о проведении предвыборных мероприятий, которые даются в информационных теле- и радиопрограммах[41] (а также в периодических печатных изданиях). Закон требует, чтобы такие сообщения давались «исключительно отдельным информационным блоком, без комментариев». Кроме того, «в них не должно отдаваться предпочтение какому бы то ни было кандидату, избирательному объединению... в том числе по времени освещения их предвыборной деятельности... объему печатной площади, отведенной для таких сообщений».

Как отметил Конституционный Суд в цитированном выше постановлении от 30 октября 2003 г., данное положение «не может толковаться как запрещающее представителям организаций, осуществляющих выпуск средств массовой информации, высказывать собственное мнение, давать комментарий за пределами отдельного информационного блока, поскольку только в таком блоке не должно содержаться комментариев и не должно отдаваться предпочтение кандидату, избирательному объединению, избирательному блоку по времени освещения предвыборной деятельности, объему печатной площади и соотношению ее предоставления бесплатно и за плату. Иное было бы неоправданным ограничением прав, гарантированных ст. 29 (ч. 4) Конституции Российской Федерации».

Таким образом, за пределами информационного блока не действуют строгие нормы, которые позволяли бы с очевидностью доказывать пристрастность средства массовой информации. Тем не менее остается общее требование, согласно которому содержание информационных материалов должно быть объективным, достоверным, не нарушать равенства кандидатов и избирательных объединений. Другое дело, что доказать необъективность и нарушение равенства в аналитических, авторских и иных подобных программах и публикациях невероятно сложно. Еще сложнее доказать наличие у авторов этих программ и публикаций агитационного умысла, что необходимо для квалификации материалов в качестве незаконной агитации. Следует также отметить, что средства массовой информации в период избирательной кампании часто начинают более интенсивно освещать профессиональную деятельность определенных кандидатов, особенно депутатов или должностных лиц. Если при этом не указывается, что они являются кандидатами, то доказать связь таких информационных материалов с избирательной кампанией также почти невозможно.