Регулирование по праву Франции, Швеции, Новой Зеландии
Положения статей 1442-1449 Гражданского-процессуального кодекса Франции распространяются на внутренний арбитраж, в частности, ст. 1443 предусматривает письменную форму арбитражной оговорки[545], а именно: она должна быть зафиксирована в письменной форме в виде обмена письмами либо в виде ссылки в основном соглашении на иной документ.
В то время как положения раздела о международном арбитраже в ст. 1507[546] [547] вовсе не упоминают ни одного требования в отношении требуемой формы арбитражного соглашения . Однако Апелляционный суд Парижа, по-видимому, убежден, что Нью-Йоркская конвенция налагает минимальные требования в отношении формы, которые национальные законы не могут расширять[548] [549] [550]. Однако такую точку зрения можно справедливо критиковать, поскольку она уменьшает практическую важность очень либерального французского подхода к требованиям относительно формы международных арбитражных соглашений.В Законе «Об арбитраже» Швеции в § 1 законодатель в явной форме отказался от требований письменной формы арбитражного соглашения . В основу такого решения положена уже рассмотренная в данном исследовании логика: максимальные требования Нью-Йоркской конвенции могут быть нивелированы более лояльными национальными предписаниями, что и сделал шведский законодатель, не отступив от принципа автономии воли сторон и оставив вопрос определения формы арбитражного соглашения на их самостоятельное рассмотрение. Кроме того, нельзя не согласиться с точкой зрения Р.О. Зыкова, что «существование и действительность арбитражного соглашения - это всегда вопрос доказывания, в какой бы форме оно ни заключалось» . Закон Новой Зеландии об арбитраже 1996 года в ст.7(1)
Приложения I в явной форме закрепляет, что «арбитражное соглашение может
574
быть заключено в устной или письменной форме» .
Что касается устных арбитражных соглашений, то они как минимум гипотетически действительны и обеспечены правовой защитой в некоторых национальных правовых системах. Например, § 81 (1) Английского закона об арбитраже 1996 года в явной форме сохраняет силу за устными арбитражными соглашениями в общем праве (даже если такие соглашения не соответствуют требованию о письменной форме, предусмотренному §5 (1) Закона и,
следовательно, не подпадают под действие части I Закона) . В деле Julie Jenkins v. Percival суд штата Юта (США) постановил, что «отказ в признании действительным устного арбитражного соглашения после того, как было доказано существенными действиями сторон на основании и с целью исполнения соглашения в будущем, будет противоречить публичному порядку штата Юта и что необходимо поддержать стремление сторон решить спор в арбитражном порядке, поскольку стороны не хотят обращаться в государственный суд»[551] [552] [553]. Из-за отсутствия единообразия в решениях национальных судов и широко распространенного мнения, что строгие требования к письменной форме арбитражного соглашения и проставлении подписи не служат целям Конвенции, было выдвинуто несколько предложений о законодательном изменении этого требования. Например, Федеральный суд Швейцарии заявил, что, возможно, стоит рекомендовать изменить требование о проставлении подписей, предусмотренное ст. II (2): «с развитием современных средств связи неподписанные документы в письменной форме имеют все большую важность и распространение, [в результате] потребность в проставлении подписи неизбежно снижается, особенно в сфере международной торговли, и различное отношение к 577 подписанным и неподписанным документам вызывает споры» . Как говорилось ранее, несколько юрисдикций законодательно упразднили любые требования об изложении в письменной форме для международных соглашений (Франция, Швеция, Новая Зеландия, Бельгия), а некоторые просто приняли весьма свободные требования в отношении формы (Соединенные Штаты Америки, Англия). Стоит заметить, что критический взгляд на требования к письменной форме арбитражного соглашения и необходимости наличия подписи вполне приемлем. Положения Нью-Йоркской конвенции и редакция Типового закона 1985 года, очевидно, устарели (с их упоминаниями «телеграмм» и «писем») и, можно сказать, имеют несовершенства (с неопределёнными упоминаниями «контрактов», «обмена письмами» и требований о «подписи»). Однако даже помимо этих вопросов есть более существенные, возникающие в процессе правоприменения, к примеру: (a) почему для арбитражного соглашения недостаточно молчаливого или устного акцепта письменного предложения; и (b) почему полностью устные арбитражные соглашения недействительны, хотя они и имеют ссылку на письменный документ или подтверждаются письменным документом. В соответствии с подходом, который применяет более прогрессивное национальное законодательство, и с важнейшими изменениями Типового закона 2006 года представляется неразумным сохранять какие-либо ограничительные требования к форме для арбитражных соглашений и вместо этого следует рассматривать только вопрос, согласилась ли сторона в действительности на заключение арбитражного соглашения. В самом деле в результате изменений Типового закона и небольшого, но растущего числа развитых национальных законов решающим является вопрос о том, договорились ли стороны об [554] арбитражном разбирательстве (в устной или письменной, явной или неявной форме), при этом требование об изложении в письменной форме переформулируется по принципу доказуемости, а не служит для определения действительной формы. Позитивным шагом было бы восприятие подхода о письменной форме, когда требуется лишь какое-либо письменное доказательство заключения арбитражного соглашения. В любом случае необходимо отметить, что существующие требования к форме, предусмотренные Нью-Йоркской конвенцией и Типовым законом ЮНСИТРАЛ 1985 года, не являются необходимыми и препятствуют реализации законных ожиданий и прав сторон в современных реалиях коммерческого оборота. 10.11.17). 407 Motor Vehicle Contract Arbitration Fairness Act, 15 U.S.C §11028(a) (2). Доступно на www.lexisnexis.com 408 3 5 U.S.C. §135 (d), 294. URL: https://www.law.cornell.edu/uscode/text/35/294 (дата обращения: 10.11.17). 409 EU Council Directive 93/13/EEC of 5 April 1993 on unfair terms in consumer contracts, Annex 1(q). URL: http://ec.europa.eu/consumers/archive/policy/developments/unfa cont term/uct01 en.pdf (дата обращения: 10.11.17).