Незаконность владения

Согласно определению, приведенному законодателем в ст 301 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного вла­дения В соответствии с данной нормой закона можно достаточно четко ус­тановить правовое положение ответчика по виндикационному иску как лица, владеющего имуществом незаконно

Действующее гражданское законодательство не закрепляет определе­ния понятия «незаконное владение» Для того, чтобы юридически правильно осмыслить понятие незаконности владения, необходимо определить, что представляет собой незаконное владение с точки зрения норм законодатель­ства и юридической науки Какие признаки характеризуют это явление*? Кто может быть субъектом незаконного владения*? Каковы правовые условия си­туаций, приводящих к незаконному владению имуществом*?

Еще римские юристы указывали, что владельцем вещи является ее соб­ственник, так как вещи находятся в обладании тех, кому они принадлежат Собственник имеет и право владеть вещью (ius possidendi) В этом смысле он является законным владельцем Владельцы, фактически обладающие вещью с намерением относиться к ней как к собственной, но не имеющие ius possi­dendi (права владеть), признаются незаконными владельцами^[123]

Составители Проекта Гражданского уложения полагали, что будет « вполне справедливо лишить собственника, слишком доверчивого или не­брежного, иска против третьих лиц, положившихся на гласный признак вла­дения, которое досталось незаконному владельцу по воле или вине самого собственника »³

Известный русский исследователь Д И Мейер для смягчения термина «незаконное владение» предлагал называть его незаконным, но юридиче­ским¹ В текущей отечественной юридической практике чаще всего имеется ввиду владение, полученное в сделке от собственника, то есть законное И, по мнению К И Скловского, « найти общую почву законному и незакон­ному владению почти невозможно, а применительно к дискуссии о сути вла­дения отождествлять их просто бессмысленно»^{[124] [125]}

Другой видный цивилист ДМ Генкин указывал, что « владение, не вытекающее из какого-либо права или обязанности, является по советскому гражданскому праву незаконным владением »^[126] Одной из посылок данного представления о незаконности владения служило понимание автором владе­ния как составного элемента права собственности согласно которому, право­мочие владения может быть (как и другие два правомочия собственника - пользование и распоряжение) отделено от права собственности и предостав­лено собственником в силу того или иного правового основания несобствен­нику (арендатору, залогодержателю, хранителю и др )^[127]

Характеризующими признаками незаконного владения, при этом, от­мечались добросовестность и недобросовестность владельца, так как « закон традиционно различает два вида незаконного владения чужой ве­щью, порождающего различные гражданско-правовые последствия »⁵ По­следствия заключались в том, что добросовестность владельца (отвегчика по виндикационному иску) служила своего рода «защитой от виндикации», по­тому как недобросовестное незаконное владение правовой защите не подле­жало Как известно, «добросовестность» является субъективной категорией,

которая в раде случаев влияет на ответственность приобретателя вещи перед собственником, а через это и на сохранение или же утрату собственником своего права и представляет собой психическое отношение владельца к пра­вомерности или неправомерности приобретения имущества Следовательно, р можно предположить, что незаконность владения есть объективно сложив­шееся отношение по поводу принадлежности имущества, независимо от того

добросовестен или недобросовестен приобретатель

Однако значение добросовестности и недобросовестности приобрета­теля по виндикационному иску будет являться предметом отдельного рас­смотрения в данной работе

Г Ф Шершеневич, в свою очередь, применял разграничение владения > на добросовестное и недобросовестное только к законному владению¹

Известный цивилист и «приверженец духовных начал в юриспруден­ции»^{[128] [129] И А Покровский указывал, что во владении охраняется личность вла­дельца, и на этом основании пришел к выводу о необходимости защиты и не­законного владения[130]}

Данный вопрос приобретает еще больший интерес в связи с тем, что в судебной практике мы часто сталкиваемся с такими формулировками, как «право владения» и «право законного владения»^[131]

Поскольку эти два понятия нередко составляют предмет судебного спора, их едва ли можно считать не имеющими юридического значения Впрочем, как указывает К И Скловский, «во многих случаях употребления такого термина объясняется нежеланием суда предрешать вопрос о титуле, поскольку споры разворачиваются на почве незавершенной или оспоренной

приватизации (таким образом, мы неожиданно получаем известную из ин­тердиктов защиту временного состояния)»¹

Например, был заявлен иск о признании права на владение зданием Суд в иске отказал, указав, что истцы занимали помещения на основании до­говора аренды, заключенных с жилищно-коммунальной конторой, причем арендные отношения прекращены Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ решение отменил в связи с тем, что передача здания на баланс ЖКК не является основанием для признания балансодержателя единственным «за­конным владельцем помещений», которые ранее были предоставлены другим предприятиям в установленном порядке^{[132] [133]}

Очевидно, однако, что сформулированное истцом, таким образом, тре­бование не означает, что и суд допускает существование владения как права, тем более что судом употреблен термин «законный владелец», подразуме­вающий наличие титула Но видно и то, что сами титулы, упоминаемые в де­ле (хозяйственное ведение, аренда, собственность), не являются предметом спора, хотя им и «должна быть дана оценка» Интерес этого дела состоит в том, что подразумевая то или иное вещное право, обсуждают только владе­ние зданием

Аналогичный подход можно обнаружить и в деле по иску АО «Запсиб- трубопроводстройсервис», созданного путем приватизации государственного объединения (ГПСМО «Запсибтрубопроводстрой») Надзорная инстанция признала за истцом «право законного владения» частью спорного здания учитывая, что оно было выстроено для правопредшественника - госпред­приятия за счет централизованного финансирования В данном случае, если учесть, что ранее на спорную недвижимость существовало право хозяйствен­ного ведения, а акционерное общество, являясь только собственником, тако­го права иметь не может, употребление термина «право законного владения»

становится, пожалуй, и неизбежным, поскольку затем оно позволяет завер­шить доводы суда таким образом.

Такого нельзя сказать о праве хозяйственного ведения, но, кажется, t можно о «законном владении» Как считает К И Скловский, «некоторым об­разом эта логика следует классическому приему изменения основания владе­ния без передачи вещи, но эта историческая параллель не имеет прямых за­конодательных соответствий, что и не позволяет считать термин «право (за­конного) владения» техническим, а само отмеченное явление не дает основа­ний усматривать возникновение владения как права из судебной практики Ведь достаточно установить, что истец не имеет никакого нрава (титула), и f его иск сразу же утратит основания При этом суд не вправе отказаться обсу­ждать сделанное любой стороной заявление о таком праве (титуле) или о его отсутствии Значит, даже если иск сформулирован и принят судом как иск о «признании права владения», процесс не становится посессорным, а владе­

ние не отделяется оттого права, стороной которого оно является»^{[134] [135].}

Анализируя современное законодательство о виндикации (ст 301 ГК РФ), можно сделать вывод о существовании в гражданских правоотношениях

¹ законного владения Таковым, конечно же, является владение собственника, которому принадлежит право владения (ст 209 ГК РФ) Однако официаль­ное, однозначное определение понятия «законное владение», в современном гражданском законодательстве отсутствует

Вместе е тем, если мы обратимся к ст 305 ГК РФ, проанализируем ее содержание и сопоставим с иными нормами ГК РФ, регламентирующими вещно-правовые и обязательственные отношения, мы можем сделать вывод, что законодатель все-таки дает определение законного владения Кроме того,

помимо владения собственника, законным признается владение, осуществ­ляемое на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного веде­ния, оперативного управления или же по иному основанию, предусмотрен­ному законом или договором

Официальная характеристика законного владения показывает, что о за­конности владения свидетельствует наличие у владельца надлежащего пра­вового основания на владение Такими основаниями являются владение в си­лу закона или по договору Отсюда следует, что при отсутствии указанных правовых оснований либо их порочности (виду договора) будет иметь место незаконное владение

В цивилистике, по нашему мнению, понятие законного владельца (ви­димо под влиянием нормы статьи 305 ГК РФ) иногда толкуются чрезвычайно широко. Так, Чубаров В В относит к титульным (законным) владельцам не только обладателей вещных прав, но и лиц, владеющих имуществом на осно­вании договора (арендаторы, хранители, и т п.)^! АП Сергеев относит к ним и комиссионеров^{[136] [137] ЕА Суханов причисляет и перевозчиков[138]}

Означает ли это, что указанные лица могут защищать свое владение против любого лица, нарушающего их владение, включая собственника имущества, как утверждает В В Чубаров¹? Представляется, что такое толко­вание термина «законный владелец» противоречит как логике, так и юриди­ческой практике Может ли хранитель предъявить иск к собственнику о воз­врате вещи¹? А если собственник ранее срока окончания договора изымет вещь у ссудополучателя, может ли быть дан иск о восстановлении владения¹? Как представить перевозчика, требующего владения над имуществом собст-

венника? Из всех названных лиц только арендатору законом дано право предъявить иск к собственнику о передаче вещи во владение (ч 3 ст 611 ГК РФ) Специальная оговорка законодателя в отношении аренды подчеркивает в данном случае неприменимость нормы ст 305 ГК РФ, ибо тогда не было бы

I необходимости повторять уже существующую норму Кроме того, в ст 611 дана специальная отсылка к ст 398 ГК, подчеркивающей исключительный характер данного нрава

Анализируя современное гражданское право России, можно выделить две категории владельцев, чье владение основано на договоре первые вла­деют имуществом для себя как своим собственным, причем это сопряжено с возмездным пользованием этим имуществом, вторые - либо владеют для дру-

* того, либо безвозмездно пользуются чужим имуществом

Следовательно, к законным владельцам можно отнести

- обладателей вещных прав, предусмотренных ГК РФ,

- лиц, уполномоченные на владение в силу закона (опекуны, попечи­тели, доверительный управляющий),

лиц, заключившие договор с собственником (лицом, полномочным действовать от имени собственника) на передачу имущества во владение и возмездное пользование

Подводя предварительный итог в исследовании данного вопроса, мож­но сказать, что в действующем гражданском законодательстве незаконность владения означает нахождение имущества у лица без законных на то основа­ний Следовательно, необходимо определить в каких случаях фактическое владение имуществом будет признано незаконным,

Так, в суд Белгородского района обратились гражданин Скитов и граж­данин Погорелов с иском об истребования имущества (строительных инст­рументов) к гражданину Зиновьеву, в строящемся доме которого истцы про­водили столярные работы с использованием истребуемых инструментов на общую сумму 10 тыс руб, В октябре 1999 г ответчик выгнал их с работы, но

принадлежащие им инструменты не вернул и в настоящее время отказывает­ся это сделать

В суде ответчик пояснил, что в сентябре 1999 г у него в строящемся доме произошла кража В совершении данного преступления он подозревает

( истцов и поэтому выгнал их с работы и выбросил их веши Часть инструмен­тов пропала при краже, а оставшуюся часть ответчик удерживает у себя, так как считает, что вправе это делать до расследования РОВД г Белгорода уго­ловного дела

Суд вынес решение об удовлетворении иска в части имеющегося у истца истребуемого имущества, так как подобное удержание чужого имуще­ства является незаконным В остальной части иска отказано^[139]

Если исходить из того, что законное владение противопоставляется не­законному владению и учитывать, что имущественный оборот это правоот­ношения собственников, участвукицих в обороте по своей волей и в своем интересе следует, что незаконное владение будет иметь место в случае при­обретения имущества в нарушение установленного законом порядка

Причем эти ситуации различаются по признакам добросовестности приобретателя и возможности незаконного владельца отвечать по виндика­ционному иску

Гражданский кодекс РФ четко регламентировал правовой режим бес­хозяйных вещей, находки и безнадзорных животных (ст ст.

Незаконное владение будет на стороне контрагента, не возвратившего имущество собственнику в установленный договором срок, когда условие о

возврате предусмотрено договором или законом Это владение также являет­ся недобросовестным Однако предъявлению виндикационного иска собст­веннику препятствует наличие обязательственных отношений с незаконным владельцем по поводу спорного имущества, которые и подлежат защите no­

li средством обязательственного иска¹

Выяснение обстоятельств законности или незаконности владения от­ветчика по виндикационному иску входит в предмет доказывания и по делам, рассматриваемым Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации^{[140] [141]}

Наиболее часто в судебно-арбитражной практике встречается незакон­ное владение в результате приобретения имущества у несобственника По­скольку между собственником, утратившим владение, и приобретателем от- ї¹ сутствуют обязательственные отношения по поводу спорного имущества, то

последний может отвечать по виндикационному иску

Как указал пленум ВАС РФ, при применении статьи 301 ГК РФ следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого имущество фактически находится в незаконном владении Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении ко­торого это имущество находилось, но у которого оно к моменту раесмотре-

' ния дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен

В соответствии со ет 302 ГК РФ иск собственника об истребовании имущества у добросовестного приобретателя, который приобрел имущество по возмездной сделке у лица, не имевшего права его отчуждать, может быть удовлетворен лишь в случаях, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому было передано собственником во владение, либо похищено

у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их БО­ЛИ^[142]

Иск собственника о возврате имущества лицом, с которым собственник находится в обязательственном правоотношении по поводу спорного имуще- ства, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регули­рующим данное правоотношение

Как справедливо отметил С В Моргунов, приведенные нормы и 1 ст 302 ГК РФ представляют интерес в связи с исследуемым вопросом об об­стоятельствах выбытия имущества В самом деле, в чем же различие и схо­жесть правовых ситуаций, обозначенных в этой статье закона

Если имущество утеряно либо похищено у собственника или лица, ко- * торому имущество было передано во владение собственником, то законода­тель признает эту ситуацию, как случай выбытия имущества из владения

собственника вопреки его воле

Если лицо, которому имущество было передано во владение собствен­ником, произвело отчуждение имущества без согласия собственника добро­совестному приобретателю, то в этой ситуации законодатель считает, что имущество выбыло из владения собственника по его воле

¹ Юридическая нелогичность вывода во втором случае привлекала вни­

мание исследователей гражданского права, однако достаточно четкой право­вой позиции по этому вопросу теории выработать не удавалось²

В период действия советского гражданского права, в юридической ли­тературе, отстаивалась аналогичная, по сути, точка зрения, согласно которой передача имущества в наем, в ссуду, на хранение рассматривалась как выбы­тие имущества по воле собственника, а потому истребование имущества у

добросовестного приобретателя не допускалось Аргументируя данную по­зицию, Б Б Черепахин указывал следующее' « В этих случаях собственник должен был проявить большую осмотрительность в выборе лица, которому он вверяет свою вещь К тому же собственник в этих случаях, как правило,

I^[143] знает, кому он вверил свое имущество, и с кого, следовательно, ему следует истребовать свою вещь или (за ее отсутствием у ответчика) ее стоимость»¹

Поэтому, по мнению Б Б Черепахина, « при установлении различной трактовки вещей, вышедших из владения собственника по его воле, и вещей, вышедших из его владения помимо его воли, следует избрать вариант наи­меньшего зла при отрицательном для собственника решении по виндикаци­онному иску»^[144]

Являясь приверженцем вышеуказанного положения Р О Халфина ука­зывала, что допущения истребования собственником имущества у добро­совестного приобретателя во всех случаях, когда это имущество выбыло из владения собственника помимо его воли, имеет большое воспитательное зна­чение, стимулируя осторожное, внимательное отношение к совершению сде­лок между гражданами»^[145]

Однако в литературе высказывалось и иное мнение по данному вопро­су Например, В А Рясенцев относил к ситуациям выбытия имущества по­мимо воли собственника случаи, когда последний « передал другому лицу вещь во владение (для пользования, ремонта, хранения), а это лицо утратило, против своей воли и воли собственника, владение этой вещью или неправо-

мерію распорядилось ею»^[146]. Но четких аргументаций в пользу своей точки зрения автор не приводил

Как видно, содержащиеся в литературе мнения объясняли юридиче­скую нелогичность данной нормы закона весьма абстрактными рассужде- г ниями о воспитательной роли права либо доводами о неосмотрительности собственника, которые не могли не привести к противопоставлению неос­мотрительности собственника и добросовестного приобретателя в выборе своих контрагентов В свою очередь, такое противопоставление могло слу­жить лишь источником всеобщей подозрительности участников имущест­

венного оборота друг к другу при совершении сделок

Представляется необходимым предложить иную аргументацию этой, > казалось бы, нелогичной нормы закона

Действующее законодательство (п 1 ст 302 ГК РФ) ограничивает вин­дикацию в ситуации, когда добросовестный приобретатель приобрел имуще­ство у лица, которое не имело право его отчуждать, но у которого имущество находилось по воле собственника (в аренде, на хранении и т п) Необходимо четко определить, что в данном случае имущество выбыло именно против воли собственника, так как передача имущества в аренду, на хранение или т п не является доказательством волеизъявления собственника на отчужде­ние вещи Собственник не наделял арендатора, хранителя полномочиями на отчуждение имущества Следовательно, законодатель неосновательно рас­сматривает данную ситуацию, как выбытие имущества по воле собственника

На протяжении многих лет правовая наука объясняла такое ограниче­ние виндикации более тесной взаимосвязью собственника е неунравомочен- ным отчуждателем вещи по сравнению с правоотношением последнего и добросовестного приобретателя Однако вывод о меньшей осведомленности

добросовестного приобретателя о своем контрагенте скорее ослабляет при­знак добросовестности, чем его укрепляет

По мнению С В Моргунова, объяснение может быть найдено исходя из понимания виндикации, как порождения имущественного оборота собствен- ников Причем в правилах о виндикации достаточно остро проявляется столкновение общественных и частных интересов Разрешить эти противоре­чия без взаимного учета названных интересов невозможно Вот почему в приведенном примере виндикационные притязания собственника отклоня­ются Хотя в ситуации, аналогичной по обстоятельствам выбытия имущества и добросовестности приобретения, при одной лишь его безвозмездности, ин­тересы собственника получают предпочтение^[147]

I^і В указанной ситуации добросовестность приобретения поставлена вы­

ше обстоятельств выбытия имущества Этим законодатель «поступился» ин­тересами собственника в пользу публичных интересов имущественного обо­рота Однако не следует забывать, что имущественный оборот представляет собой гражданские правоотношения собственников, а значит эта «уступка» одновременно и в пользу собственника Поскольку это все же «уступка», за­конодатель закрепил ее в специальной норме

Обоснование отказа в возврате собственнику имущества по виндикаци­онному иску при условии его выбытия от лица, которому собственник пере­дал имущество во владение, через критерий о распределении гражданско- правовых рисков в имущественных отношениях (не хочешь потерять вещь - ие пускай ее в оборот), как видно, недостаточно для цельного представления о соотношении имущественных интересов сторон виндикационного иска

Исследование понятия «незаконность владения» при виндикации не­разрывно связано с рассмотрением вопроса о существовании презумпции правомерности или неправомерности владения в гражданском законодатель-

ствс, который, в свою очередь, затрагивает проблему распределения бремени доказывания в виндикационном процессе

Долгое время в юридической литературе доминирующее положение занимала позиция о презумпции государственной собственности на любое j, имущество на территории РСФСР, полное отрицание презумпции права соб­ственности владельца (В А Рясенцев, М В Зимелева, Ю К Толстой, А В Венедиктов, Р О Халфина и др') Сторонники этой точки зрения, помимо по­литических аргументов, в обоснование приведенных выводов ссылались па положения ст 68 ГК РСФСР 1922 г и Постановление Пленума Верховного

суда РСФСР от 29 06 25 г

Позднее ситуация, касающаяся данного вопроса, стала меняться После - кодификации гражданского законодательства начала 60-х годов распростра­нение получила теория презумпции правомерности владения, когда « владелец предполагается законным, пока не будет доказано образное »’ В гражданском процессе основополагающей стала теория о том, что « в виндикационном процессе собственник должен доказать основания своего иска, то есть принадлежность ему права собственности и незаконность вла­

дения ответчика»²

Современный Гражданский кодекс не внес коренных изменений в пра­вила о виндикации Направленность норм ст 305 ГК РФ на охрану титульно­го владения посредством виндикационного иска свидетельствует, по нашему мнению, об отсутствии в законодательстве владельческой защиты как тако­вой Нормальное функционирование имущественного оборо га допускает по­ступление имущества во владение лица без перехода права собственности Все это дает основания для утверждения о существовании в действующем гражданском законодательстве презумпции «титульности» владения

¹ Советское гражданское право / Под ред Проф О.А Красавчикова Т 1 - М, 1972 С.

² Маслов В.Ф Основные проблемы права личной собственности в период строительства коммунизма в СССР - Харьков 1968. С 299

На основании п. 2 ст. 234 ГК РФ владение имуществом давностного владельца незаконно по отношению к собственнику или титульному вла­дельцу В то же время, данная норма является едва ли не единственной в гражданском праве, предусматривающей защиту фактического владения, хо- ji тя, только против лиц, имеющих еще меньше прав на это имущество Ука­занная норма закона защищает лишь давностное владение, тогда как осталь­ные случаи фактического владения находятся за пределами гражданско- правовой охраны Но и эта норма не может защитить от самоуправных дей­

ствий того же собственника или титульного владельца

Вместе с тем нельзя не согласиться с С В Моргуновым, что одно лишь указание на защиту давностного владения от еще более «бесправных» субъ-

¹ ектов в отношении данного имущества, не дает оснований считать такое вла­дение законным с точки зрения позитивного права¹

Для утверждения о существовании в гражданском праве презумпции неправомерности владения не имеется оснований, поскольку в правилах о виндикации (ст ст 302, 303 ГК РФ) неправомерность владения приобретате­ля свидетельствует о противоправности его действий в процессе приобрете­ния имущества А в соответствии с общими положениями Гражданского ко­декса об осуществлении и защите гражданских прав (главы 1 и 2 ГК РФ), противоправность поведения находится за пределами осуществления граж­данских прав

Очевидно, что ст 305 ГК содержит нормы о защите законного облада­теля вещи, который имеет право защищать свое владение и против собствен­ника, и против третьих лиц Но такие исковые средства предоставляются владельцу только в том случае, если его владение законно Таким образом, чтобы доказать суду, что истец обладает материальным правом на иск, по-

’Моргунов С В. Виндикационный иск Автореф дисс канд юрид наук - М , 2001 С 96

следний должен обосновать свое притязание конкретным правовым титулом, основанным либо на законе, либо на договоре.

Однако в одном из наиболее авторитетных комментариев к части пер­вой ГК РФ автор комментария к ст, 305 кодекса (А А, Рубанов) называет вла- jt дельческими иски, при помощи которых законный (титульный) владелец

имеет право защищать свое владение.¹

Другой, не менее авторитетный комментарий к Гражданскому кодексу, содержит суждение о том, что лицо, владеющее по давности, может защи­щаться против третьих лиц при помощи средств ст 305 ГК^{[148] [149]}

Защита давностного владения - это другое правовое средство, имеющее иное основание и иной конечный результат, а главное - иную природу Для

I использования вещно-правовых исковых средств владелец должен доказать свой титул, ибо именно он является основанием для предоставления защи ты

2,2.