§ 13. ОКОНЧАНИЕ СМУТЫ И ИЗБРАНИЕ НА ЦАРСТВО МИХАИЛА РОМАНОВА

3 июня 1611 г. после двухлетней осады пал Смоленск. Боль­шинство его защитников погибло, а руководитель обороны боя- _п рин М. Б. Шеин попал в плен.

Взяв Смоленск, Сигизмунд III отправился в Вар- шаву.

Почти одновременно со Смоленском пал и Новгород, взятый шведскими войсками Делагарди. Здесь был провозглашен госуда­рем сын шведского короля Карл Филипп, предполагалось, что рано или поздно и другие части Московского государства изберут его себе в цари. Согласно заключенному с новгородцами договору, Карл Филипп обещал не нарушать традиций православной веры и сохранять все новгородские обычаи.

В эго время Прокопий Ляпунов обратился ко всем русским го­родам с призывом встать на защиту родной земли и двинуться пря­мо к Москве, после освобождения которой всем миром избрать себе нового царя. К своему воззванию Ляпунов приложил грамоту защитников Смоленска, в которой они призывали всех русских объединиться и стать на защиту православной веры.

Из всех уездов, с помещичьих, монастырских и церковных зе­мель собирали ополчение. На сходках в городах, уездах люди при­носили клятву стоять за православную веру и Московское госу­дарство, не сносясь ни с польским королем, ни с поляками, ни с русскими сторонниками короля. В походе они обязывались не обижать русских людей и всячески защищать их от поляков и мо­сковских бояр-изменников.

Почти из всех русских городов стягивалось к Москве ополчение. С Ляпуновым вошли в соглашение сторонники убитого самозван­ца, и сам Ян Сапега обещал сражаться за русскую землю. К началу марта 1611г. Ляпунов с ополчением подошел к Москве.

В самой столице также готовились сражаться с поляками. Ми­хаил Салтыков вместе с боярами по приказу Гонсевского явился к па триарху Гермогену и потребовал от него написать ополчению, ч тобы оно не ходило на Москву.

Вскоре в Москве вспыхнуло восстание. Одновременно отряды ополчения стали входить в город. Поняв, что имеющимися силами уже невозможно удержать город, поляки решили зажечь в разных местах Белый город и Замоскворечье, а самим укрепиться в Китай- городе и Кремле. Там же находились бояре, сторонники польского короля, и большая часть бояр и дворян, которые поневоле должны были находиться вместе с ними.

Ополчению из-за пожара не удалось соединиться с восставшими москвичами. Одним из первых в Москву вошел отряд под коман­дованием князя Дмитрия Пожарского. Пройдя через горевшие улицы, его отряд укрепился на Лубянке, но вскоре был вынужден отступить перед огнем. Раненый Пожарский говорил, что ему было бы лучше умереть, чем видеть все происходящее сейчас перед ним. Ополченцам удалось вывезти Пожарского в его имение.

За три дня все деревянные строения Москвы сгорели, оставались лишь стены и башни Белого города, несколько каменных церквей да печи сожженных домов. Во время пожара поляки грабили храмы и дома Белого города и очень обогатились; по некоторым сведени­ям, они набрали столько жемчуга в купеческих домах, что исполь­зовали его в качестве пуль. Остававшиеся в Китай-городе москвичи были перебиты поляками.

Ополчение не уходило от Москвы и вело бои с интервентами. Бояре и Гонсевский пришли к патриарху и потребовали от нею на­писать послание ополченцам, чтобы они отошли от Москвы, в про­ливном случае ему грозила смерть. Но Гермоген отвечал, что пи­сать не станет и изменники не услышат более ни единого его слова.

Стоявшее под Москвой ополчение избрало предводителями своего войска и всей русской земли князя Дмитрия Трубецкого, Прокопия Ляпунова и казачьего атамана Ивана Заруцкого. Не­смотря на то что по рождению первым считался Трубецкой, глав­ным всеми признавался Ляпунов.

вавший войсками второго самозванца. Предводитель ополчения постоянно пресекал бесчинства казаков, карая смертью, отнимал поместья, полученные ими от Заруцкого.

Узнав о несогласиях в лагере ополченцев, Гонсевский отправил с пленным казаком подложное письмо, написанное якобы от име­ни Ляпунова, в котором говорилось, что казаки разорители Мо­сковского государства и их следует повсюду уничтожать. 25 июля 1611 г., прочтя письмо на своем круге, казаки вызвали к себе Ля­пунова и убили его. С этого момента главенствующее положение в ополчении стали занимать казаки, остальные ополченцы начали уходить из стана.

Сын Марины был провозглашен наследником московского пре­стола. Заруцкий и Трубецкой присягнули ему и от его имени бились с поляками. Патриарх Гермоген, узнав о решении ополчения при­знак наследником сына Марины, переслал в Нижний Новгород воззвание, где проклял его и призывал все города не признавать его царем. Поляки уморили Гермогена в темнице.

В это время выяснилось, что на русский престол имеются и дру­гие претенденты. Еще один Лжедмитрий объявился в Астрахани. В Ивангороде появился бывший московский дьякон Сидорка. ко­торый также объявил себя Дмитрием. Его поддержали псковичи, и он «сел» в этом городе. Услышав об этом новом Дми грии, казаки, находившиеся под Москвой, признали его своим царем.

В соборной церкви Нижнего Новгорода была читана грамота, присланная из Троицкого монастыря, в ней говорилось о бедствиях, Минин и переживаемых русскими людьми. Народ проли-

Пожаоский ^{вал слезь| и} говорил, что не будет ему избавления ^р и наверное впереди предстоит еще большая гибель.

Тогда же на сходке перед народом вы­ступил земский староста купец Кузьма Анкудинович Минин, призвавший лю­дей не пожалель своего имущества на освобождение православного отечества, не пощадить жизни жен и детей, но со­брать средст ва на создание новой рати.

Нижегородцы не сразу решились от­кликнуться на призыв Минина, и ему не раз пришлось обращаться к ним с таким призывом. Наконец они решили сделать его старшим в этом деле и во всем положиться на его волю.

По совету Минина в предводители ополчения был избран стольник князь Дмитрий Михайлович Пожарский. Он

ранее находился на второстепенных

ДОЛЖНОСТЯХ. НО был известен своим му- Кульма Анкудинович Минин

Дмитрий Михайлович Пожарский. Гравюра

жесгвом и ни разу не был замечен в сношениях с самозванцем или польским королем.

Пожарский находился в своем имении и лечился от ран, когда к нему прибыли выборные люди из Нижнего Новгорода, предлагая возглавить ополчение. Пожар­ский ответил согласием, но ска­зал. что необходимо избрать че­ловека, который бы ведал расхо­дом казны на жалованье ратным людям, при этом он указал на Кузьму Минина. Было решено не ограничиваться добровольными пожертвованиями, а ввести сбор «пятой деньги».

Для оценки каждой пятой час­ти всего имущества были избра­ны опытные оценщики, которые никому не давали ни льгот, ни отсрочек. В ход пошла даже церковная и монастырская казна. Если кто не давал своего имущества, у того забирали силой. Совсем бедных отдавали в кабалу тем. кто смог за них заплатить. Такие жестокие меры оправдывались чрезвычайными обстоятельствами, угрожавшими существованию Московского государства.

После прибытия в Нижний Новгород князя Пожарского во все края были посланы гонцы с грамотами, призывавшими поддержать нижегородцев. Из Нижнего Новгорода ополчение двинулось вверх по Волге. По пути Минин собирал деньги с волжских городов. К войску Пожарского присоединялись ополченцы из других го­родов. В Костроме ополчение встретило сопро тивление со сторо­ны находившегося там воеводы Ивана Шереметева, преданного Владиславу, однако жители выдали его Пожарскому, а сами при­соединились к ополчению.

К весне 1612 г. русское войско прибыло в Ярославль, где оста­новилось на отдых и пополнение. Здесь был создан Совет всей земли во главе с князем Пожарским. Из Троице-Сергиева монасты­ря Пожарскому прислали известие, побуждавшее его скорее дви­гаться к Москве. Становилось очевидно, что польский гарнизон, находившийся в Кремле, немногочислен и имеет сильную нехватку провианта. В это же время Трубецкой разорвал отношения с За- руцким и начал торопить Пожарского идти к Москве. Заруцкому пришлось бежать из-под Москвы в Коломну, где находилась Ма­рина Мнишек. Большая часть казаков осталась с Трубецким.

Пожарский не доверял Трубецкому и потому не торопился с походом на Москву, а лишь посылал к ней отдельные отряды. Но.

узнав, что к Москве идет с войском польский гетман Ходкевич, Минин настоял на ускорении похода. 20 августа 1612 г. ополчение подошло к Москве.

22 августа с западной стороны было замечено приближение войска Ходкевича. Вместе с ним направлялось в Москву большое число возов с продовольствием для кремлевского гарнизона. Пе­реправившись через Москву-реку, поляки отбросили московскую конницу, которая охраняла переправу. Одновременно была сде­лана вылазка из Кремля. Под угрозой удара оказался тыл ополче­ния. однако казаки Трубецкого не спешили ему помогать, и опол­ченцы справились своими силами. Ходкевич прекратил переправу и остановился у Донского монастыря.

Весь следующий день обе стороны готовились к решающему сражению. Ходкевич решил прорваться к Кремлю через Замоск­воречье. Ему удалось дойти до Пятницкой улицы, но здесь он встретил стойкое сопротивление казаков Трубецкого. В это же время Минин вместе с двумя сотнями ополченцев ударил в тыл Ходкевича и нанес ему страшное поражение.

К полудню казакам, сражавшимся в Замоскворечье, удалось отбить противника и захватить большую част ь возов с продоволь­ствием. Поняв, что доставить продовольствие в Кремль не удастся, Ходкевич развернул оставшиеся обозы и ушел от Москвы.

Одержав победу. Пожарский помирился с Трубецким и решил начать совместные действия по осаде Кремля и Китай-города, где пока оставался вражеский гарнизон.

15 сентября Пожарский послал полякам письмо, в котором пред­лагал капитулировать, обещая свободно отпустить их на родину. Но те, уверенные в скором возвращении Ходкевича, отвергли эго предложение. Однако проходили недели, гетмана все не было. Сре­ди гарнизона начался голод, наблюдались даже случаи людоедства.

22 октября казакам Трубецкого удалось взять Китай-город, ко­торый поляки были уже не в состоянии защищать. Теперь гарнизон находился лишь в Кремле. Минин и Пожарский обещали, что ни одному поляку не будет причинена обида. 24 октября гарнизон через Троицкие ворота стал выпускать русских людей, сидевших вместе с поляками в осаде. Несмотря на то что казаки кричали, что нужно убить их как изменников, ополченцы не допустили это­го, угрожая применить силу для их зашиты.

25 октября ополчение вошло в Кремль. Гарнизон сложил ору­жие и был отправлен в русский стан. Но казаки нарушили слово и перебили множество пленных. Уцелевших разослали по русским городам.

В ноябре Сигизмунд III с небольшим войском подошел к Воло­коламску и попытался уговорить москвичей признать царем Влади­слава. Однако теперь в Москве о нем не хотели и слышать. Королю не удалось даже взять Волоколамск, и он ушел в Польшу,

21 декабря 1612 г. грамотами, разосланными по городам, было извещено об освобождении Москвы. В них содержалось иригла-

предложение избрать царем шведского принца, а также вернуть царский венец Василию Шуйскому.

Большая часгь дворян и детей боярских, а также горожане и казаки высказывались за избрание царем Михаила Романова. Во многом эго объяснялось памятью о первой жене царя Ивана Гроз­ного, сестре деда Михаила Анастасии, о которой в народе сохрани­лись хорошие воспоминания, о преследованиях, которым подвер­гался отец Михаила Федор (Филарет) при царе Борисе Годунове и при поляках.

В январе 1613 г. выборные люди собрались на Красной площади и после ожесточенных споров избрали царем Михаила. Новому ца­рю была принесена присяга от всех сословий. От Земского собора направилось посольство в Кострому, в Ипатьевский монастырь, где находилось семейство Романовых, с приглашением на царство.

Вначале и Михаил, и его мазь, инокиня Марфа, отказывались от этой чести, говоря о малодушии, проявленном людьми в по­следние годы разорения русской земли и бедности царской казны. Наконец Марфа сказала, что отец Михаила находится в польском плену, являясь своеобразным заложником и подвергаясь постоян­ной угрозе смерти. Но послы объясняли, что избрание Михаила отличаезся оз избрания предыдущих царей прежде всего тем. что оно явилось единогласным избранием всею землею по воле Бога. И если Михаил откажется от предназначенной ему роли, то с него будет взыскано самим Богом.

Тогда Марфа благословила сына на царство, и 11 июля 1613 г. новый царь венчался шапкой Мономаха, став основателем новой династии Романовых.