Приговор Ф. В. Кречетову от 18 июля 1793 года

Во исполнение высочайшего Ея Императорского Величества повеления, правящий должность генерал-прокурора генерал-поручик Самойлов о содержащемся под стражею отставном поручике Федоре Кречетове приказал учинить следующее: Кречетов, как все его деяния обнаруживают его, что он самого злого нрава и гнусная душа его наполнена прямым злом против Государя и Государства, ибо он именно открывал злое свое намерение в том, чтоб сделать в России правление таково, которое бы разрушило все благоустроенное в нынешнем положении Государство, а по сему, хотя он, яко совершенный бунтовщик и обличенный в сем зле, по законам государственным, яко изверг рода человеческого, и достоин казни, но по человеколюбию и милосердию Ея Величества и что с твердостью заключить можно, что сей его богомерзкий умысел по подлому души его расположению, никаким образом не нашелся б в состоянии поколебать верноподданных сынов отечества, по привязанности к священной Ея Величества особе и человеколюбивейшему Ея правлению ко благу верноподданных, от оной его избавить, а чтоб сей изверг о описанном им зле принес Всевышнему покаяние, а тем паче, чтоб впредь не мог своими злыми плевелами заразить малосмысленных людей, то запереть его в здешней крепости до Высочайшего указа, под крепчайшею стражею, не допуская к нему никого, так и писать ему не давая, потому паче, что иногда не откроется ль еще какого на него здесь извещения.

Российский государственный архив древних актов. Ф. 7, оп. 2, д. 2813, л. 209—210.

Приговор П. А. Словцову от 8 апреля 1794 года

Действительный тайный советник генерал-прокурор Самойлов, во исполнение высочайшего Ея Императорского Величества соизволения о присланном из Тобольска тамошней семинарии философии учителе Петре Словцове, который в день торжества о бракосочетании Их Императорских высочеств Александра Павловича и Елисаветы Алексеевны говорил в тамошнем соборе проповедь, наполненную совершенно возмущением народа противу правительства приказал: хотя оный Словцов при допросе здесь показывал, что он проповедь ту говорил без всякого злого намерения, но как из самого существа слога ее, а при том и из многих слов ясно видны мысли вольнодумства, а сверх того и сам он при чинимых ему в Тайной экспедиции уличениях признался.

Российский государственный архив древних актов. Ф. 7, оп. 2, д. 2832, л. 31—31 об.

Письмо митрополита Гавриила

генерал-прокурору А. Н. Самойлову от 9 мая 1794 года

Исполняя Ея Императорского Величества высочайшее повеление, изображенное в присланном ко мне 16 апреля от вас письме, Тобольской семинарии учителя философии Петра Словцова я в Валаамский монастырь сего мая 9 дня отправил, ибо ранее по Ладожскому озеру ехать было неможно, я игумну того монастыря предписал, чтоб оному Словцову быть в востребовании неотлучно в монастыре, приходя на литургии утрени, вечерне и правило, храня вольность христианина по установленному в том монастыре порядку. И исполнять все те учреждения, каковые относятся к прочим монашествующим и послушникам, в монастыре трудов монастырских упражняться ему в переводе книги Святого Кассиана, притом за жизнию исповедание его примечать, а что буде усмотрено каждые два месяца мне рапортовать.

Российский государственный архив древних актов. Ф. 7, оп. 2, д. 2832, л. 33—33 об.

Письмо генерал-прокурора А. Н. Самойлова

императрице Екатерине II о судьбе П. Симоновича

(октябрь 1794 года)

(Извлечение)

Прислан ко мне от графа Платона Александровича Зубова известный по делу майора Паскова губернский регистратор Симонович с сделанным ему в Кременчуге допросом о переписке им сочиненных Пасковым неистовых стихов и книги Радищева о путешествии из Петербурга в Москву, о которой он там без упорства признался и здесь подтвердил; посему за сие преступление и подлежит он по законам строгому суждению и тяжкому наказанию… Но применяясь к бесприкладному Вашего Императорского Величества великодушию и милости, каковою и имеет счастие уже пользоваться означенный майор Пасков, осмеливаюсь Вашему Величеству всеподданнейше представить, не благодушно ли будет высочайше повелеть, в преграду такового дерзновения и в соразмерность штрафа Паскову определенного, отправить его, Симоновича, как не состоящего ни в каком классе, в Сибирь или на кавказскую линию в гарнизон рядовым с тем, чтобы без отношения ко мне и без Высочайшего соизволения Вашего Величества оттуда его не выпускать.

Звягинцев А. Г., Орлов Ю. Г. Око государево. Российские прокуроры. XVIII век. М., 1994. С. 189.

Приказ сенатской роты прапорщику Нелидову

Ежели паче чаяния г-н Богданович начал бы делать ослушания в рассуждении своего путешествия, то есть жить без нужды долгое время в каком бы то ни есть месте, сбиваться с дороги, или самовольно отлучаться, то в таком случае, ежели словесного увещания от вас не приемлет, можете показать ему сей ордер, а когда бы за тем успеха не было, то обязаны вы явиться у первого начальника, и показав мой ордер требовать вспоможения от него, ибо Богданович отправлен в Полтаву по высочайшей Ея Императорского Величества воле, следовательно всякого, до кого сие дойдет, обязан по долгу своему дать вам нужное пособие, к достижению выполнения высочайшей воли, но сего однакож не делать без крайней и необходимой нужды, и без того и ордера сего Богдановичу не кажите.

Граф Самойлов.

Мая 16 дня

1796-го года.

Российский государственный архив древних актов. Ф. 7, оп. 2, д. 2894, л. 29.

В ноябре 1796 года, когда императрица Екатерина II находилась уже при смерти, наследник престола Павел Петрович доверил генерал-прокурору Самойлову вместе с графом Растопчиным запечатать ее кабинет. Именно Самойлов объявил о смерти императрицы всем собравшимся в Зимнем дворце вельможам. Он сказал: «Милостивые государи! Императрица Екатерина скончалась, а государь Павел Петрович соизволил взойти на всероссийский престол».

23 ноября 1796 года Павел 1 дал на имя генерал-прокурора следующий рескрипт:

Рескрипт императора Павла I

генерал-прокурору А. Н. Самойлову от 23 ноября 1796 года

Граф Александр Николаевич!

Всемилостивейше повелеваем находящегося в Илимске на житье Александра Радищева оттуда освободить, а жить ему в своих деревнях, предписав начальнику губернии, где он пребывание иметь будет, чтобы наблюдаемо было за его поведением и перепискою.

Вскоре после этого граф А. Н. Самойлов был отправлен в отставку.

Письмо императора Павла I А. Н. Самойлову

от 4 декабря 1796 года

Граф Александр Николаевич! По желанию вашему, для поправления здоровья вашего, позволяем вам на год от дел отлучиться и пребываем к вам благосклонны.

Звягинцев А. Г., Орлов Ю. Г. Око государево. Российские прокуроры. XVIII век. М., 1994. С. 193.

На место генерал-прокурора графа А. Н. Самойлова заступил князь А. Б. Куракин. Одновременно он стал директором ассигнационного банка и присутствующим в Правительствующем сенате. Его старший брат, Александр Борисович Куракин, получил должность вице-канцлера.