Гражданское право.

В ходе первых мероприятий Советской власти в собственность государства последовательно перешли земля и ее недра, банки, предприятия промышленности, железные дороги и флот т.д. Сфера частной собственности граждан на орудия труда и средства производства, служащая для извлечения дохода, резко сократилась.

Многие акты были прямо направлены на подрыв частной собственности и особенно на пресечение нарастающего вала сделок, направленных на распродажу и разделение крупной собственности с целью вывести ее из-под угрозы национализации.

Сокращались договорные отношения. Вместе с тем еще в декабре 1917 г. СНК подтвердил, что все обязательства, возникающие из договоров по поставкам и заготовкам продовольствия для армии, сохранялись в силе. Отношения между предприятиями, перешедшими в собственность государства, строились в основном уже на административном, а не гражданском праве.

Декрет ВЦИК "Об отмене наследования" (27 апреля 1918 г.) отменил наследование как по закону, так и по завещанию. После смерти владельца как движимое, так и недвижимое имущество становилось государственным достоянием. Супругу или ближайшим родственникам переходила лишь часть имущества, стоимостью не более 10 тысяч рублей (в инструкциях НКЮ разъяснялось, что главное - не установленный предел, а источник приобретения наследуемого имущества). Впрочем, имущество умершего могли получить его нуждавшиеся и нетрудоспособные родственники. Реально, декрет отменил наследование буржуазной частной собственности, но не трудовой. Особым декретом были запрещены дарение и всякое иное безвозмездное предоставление, передача, переуступка и т.п. имущества на сумму свыше десяти тысяч рублей. В сфере интеллектуальной собственности государству было дано право на национализацию авторских произведений и изобретений. Авторские права было нельзя передавать по наследству.

Уголовное право.

Первым актом нового государства в области уголовного права было постановление II Всероссийского съезда Советов "Об отмене смертной казни".

К апрелю 1918 г. было принято 17 уголовно-правовых декретов и 15 актов об отдельных преступлениях, к концу июля 1918 г., соответственно, 40 и 69. К правовым актам относятся руководства и инструкции НКЮ для ревтрибуналов. Они создавали нормы особенной части уголовного права в отношении дел, подсудных трибуналам. 6 октября 1918 г. Кассационный отдел при ВЦИК систематизировал эти нормы. Была сделана попытка сформулировать составы преступлений, отнесенных законодательством к компетенции трибуналов, раскрыть содержание понятия контрреволюционной деятельности. Перечень деяний, подпадающих под эту категорию, был очень широк и неравнозначен (от контрреволюционных выступлений, ставящих своей целью свержение Советского правительства, до угроз по отношению к деятелям советских или хозяйственных органов) (17).

Особенностью правовых актов этого периода была возможность привлечь к суду ревтрибунала провокаторов, осведомителей или иных служащих старого режима, деятельность которых до установления Советской власти признавалась вредной для революции. Однако для этого всякий раз требовалось специальное постановление местного Совета или исполкома. Формально, в этой части закону придавалась обратная сила - недопустимая по меркам современного правового государства вещь. По сути это была скорее превентивная мера с целью обезвредить потенциального противника.

В 1919 году НКЮ, обобщив законодательство и судебную практику общих судов и ревтрибуналов, издал документ по общей части уголовного права: "Руководящие начала по уголовному праву РСФСР".

В целом, если отвлечься от идеологической ("классовой") окраски, основные принципы "Руководящих начал..." вполне соответствуют тем представлениям о преступлении и наказании, которые сложились в Новое время в гражданском обществе, а не в традиционном праве. Преступление определялось как нарушение общественных отношений, а наказание как мера, посредством которой власть защищает данный порядок общественных отношений. То есть, цель наказания определялась как охрана общества от будущих возможных преступлений как данного лица, так и других лиц, т.е. как задача общего предупреждения - а не как месть, "ликвидирующая" преступление.

При определении меры наказания суд должен был оценивать опасность для общества преступника, а не только совершенного им деяния. Таким образом, с самого начала советского уголовного права допускалась возможность превентивных наказаний - до совершения преступлений. Признаки, по которым можно было прогнозировать вероятность опасных для общества деяний, были классовыми. Тем самым все уголовное право неявно делилось на два совершенно различных раздела. Существовали "обычные" преступления, в отношении которых можно было применять гуманные методы воспитания и исправления, и "контрреволюционные" преступления, которые следовало карать и подавлять самыми крайними мерами. Так с самых первых шагов стала выделяться категория "государственных преступлений", оформленная позже.

При этом возникла и "классовая" дискриминация преступников. Считалось, что общие преступления может совершить даже пролетарий и крестьянин, а государственные - "классовый враг", хотя бы и замаскировавшийся под рабочего.

В известной мере тем самым воспроизводилась, но в перевернутом виде, уголовная система гражданского общества на ранних стадиях его формирования. Там уголовное право и система наказаний была открыто и жестко направлена против бедных ради защиты "республики собственников" (так, статистика показывает, что тюрьма как современный способ наказания была создана почти исключительно для бедных, а для имущих классов созданы особые меры наказания) (18).

Уголовная ответственность наступала с 14 лет. В специальном разделе давались примерные виды наказаний: внушение, общественное порицание, бойкот, возмещение причиненного ущерба, отрешение от должности, воспрещение занимать ту или другую должность, конфискация имущества или его части, лишение политических прав, объявление врагом революции или народа, принудительные работы без помещения в места лишения свободы, лишение свободы на определенный срок или на неопределенный срок до наступления известного события, объявление вне закона, расстрел (по приговору лишь ревтрибунала). Предусматривалось условное осуждение совершивших преступление впервые при тяжелом стечении обстоятельств его жизни, когда безопасность общества не требует его изоляции.

Отметим, что советское уголовное право с самого начала включило принудительные работы в число важнейших видов наказания. Декрет Наркомюста от 23 июля 1918 г. установил, что лишение свободы всегда предполагает принудительные работы. Тем же декретом учреждались "изоляторы специального назначения" - для заключенных, виновных в дисциплинарных нарушениях, "неисправимых" (потенциально, все классовые враги на время чрезвычайного периода считались "неисправимыми").

Уголовное право РСФСР действовало как в отношении ее граждан, так и иностранцев, совершивших преступления на ее территории, а также в отношении тех, кто совершил преступления на территории другого государства, но уклонился от суда в месте совершения преступления и находился в пределах РСФСР.

Современные исследователи отмечают, что "Руководящие начала..." сыграли большую роль в улучшении деятельности судебных органов, в развитии уголовного права, были важным этапом на пути создания уголовного кодекса.