<<
>>

§ 3. Формирование надправовых понятий: «правость» в государственной концепции Владимира Мономаха

Уже в X в., наряду с развитием юридических понятий для обозначения положительных и богоугодных состояний (право, закон), возникает терминологический антипод этим состояний, выраженный словом «беззаконие».
В XI в. термин «беззаконие» стал абсолютно легальным, но употреблялся значительно шире простого юридического смысла, поскольку его антипод «закон» обозначал широкую сферу моральных и духовных явлений. С древнейших времен летописи используют правовые понятия для характеристики справедливости, как особого состояния государства вообще. В Повести Временных лет под 1015 г. содержится следующее теоретическое положение: «Когда вся земля управится перед Богом, поставляет Он царя или князя правосудного, любящего суд и правду, властителя уст- рояет и судью, правящего суд».27 В комплексе перечисленных выше правовых понятий «беззаконие» сопряжено с грехом, потерей совести, жадностью, развратом. Оно объединяет всю совокупность греховных действий, 25

Россия перед вторым пришествием. Изд. 3-е. Т. 1.М. 1998, с. 63. 26

Преподобные Кирилл, Ферапонт и Мартиниан Белозерские. Спб. 1993, с. 170-171. 27

ПВЛ, с. 62.

которые в юридической сфере уголовно наказуемы, а в церковной обозначены понуждением, причем обычно это связано с коллективным состоянием жителей государства. «Грехов ради наших великих и неправды, за умножение беззаконий наших» наступают карательные последствия для всех,

28

гласит летопись.

В явлениях и действиях, сопричастных «беззаконию», мы встречаемся в летописях с определенной психологизацией ситуаций. Пожалуй, впервые подобная психологизация антитезы «законность - беззаконие» и связанных с этим правовых проявлений в завершенной форме выступает в по- литико-правовых произведениях Владимира Мономаха (кн. 1113-1125 гг.). Все беды окружающего мира Мономах сводит к первопричине - действиям творящих беззаконие грешников. Последствия беззаконий отражаются на страдающих душах людей, их эмоциональном и психическом состоянии.

Живущие же в «законе» тяготятся торжеством беззакония в тварном мире, но торжество зла недолгое. Мономах дает поразительно сильную картину скорой победы всеобщей правды. «Еще немного и не будет грешника, будет он искать место на земле и не найдет, кроткие же унаследуют землю и будут наслаждаться миром».29 Мир должен наступить не в запредельном состоянии у Бога, а именно в земном реальном бытии. Мономах оказался первым великим русским утопистом, который проповедовал скорое наступление царства Божия на земле. Силу, противостоящую «беззаконию и неправде», Мономах видел, прежде всего, в людях угодных Богу. Для характеристики этой категории людей Мономах использует исключительно производные слова от «права» - «праведники», «правые сердцем», «исправляющиеся» («от Господа стопы человеку исправятся»). Для характеристики исторической реализации своей идеи Мономаху понадобилось оперировать особыми, надправовыми категориями, и центральное место в его доктрине занимает особое состояние бытия, которое присутствует и подразумевается во всех его рассуждениях. Это - особое состояние «пра- вости», не известное в позитивистской и атеистической юриспруденции и философии. В определенной степени состояние «правости» покрывает собой то, что современное право полагает законностью и правопорядком, но оно значительно шире, включает в себя как социальную реальность, адекватную справедливости, так и духовно-эмоциональное состояние почитателей Бога и противников «беззакония», всех «правых сердцем».

Из учения Мономаха следует, что вся совокупность деятельности общества и личности позволяет достигнуть в земной жизни правил, установленных Богом. Это и есть «правость», полуутопическая будущая реальность.

Представления об этом мире «правости» наблюдались не только в официальной идеологии и правосознании, но и имелись в бытовой кресть- 28

ПВЛ, с. 93. 29

ПВЛ, с. 99.

янской среде весьма поздних веков. По наблюдениям филологов XIX-XX вв. в крестьянской среде дореволюционной России имелись воззрения, уходящие корнями в догосударственную ведическую древность.

Согласно этим представлениям, душа человека до рождения находится в особом состоянии - «вправи с Богом». И в земном состоянии имеется адекватный этому миру мир «прави», в котором может пребывать все живое на земле.30 Филолог Ю. Миролюбов полагал, что в русском крестьянском сознании издревле существует представление о трех мирах-состояниях: Яви (бытие), Нави (запредельный мир) и Прави. «Правь» имеет аналогии у других древних народов и представляет собой не просто состояние справедливости, а «некий всеобщий принцип», тесно связанный с правом и богоугодностью, включающий весь комплекс состояний справедливости, исходящих от права и правды. Это, по мнению Ю. Миролюбова, «приближается к учению

31

св. Фомы Аквинского о Едином принципе».

В концепции Мономаха вся многоплановая деятельность общества, государства и людей, направленная к достижению добра, позволяет достичь в земной жизни реализации правил (закона) Господа. Это и есть «пра- вость», отчасти реализованная на земле, отчасти - будущая богоугодная реальность.

Допустив возможность «правости» тварного мира по образцу Царства Божия, Мономах понимает уязвимость своей позиции и его противоречиями с важнейшими постулатами христианства, отвергавшего эту возможность. Последующее изложение он формулирует таким образом, что совершенно невозможно отличить, когда речь идет о тварном земном мире, а когда о Царстве Христа после конечного видоизменения сотворенного бытия. Однако способы достижения «правды» в земной жизни он перечисляет конкретно и четко и все они имеют правовую окраску: правый суд, защита обиженных, оправдание невинных, милостыня и социальная помощь.

Указывая своим потомкам пути достижения «правости», Мономах не делал различий между бытом и государственной жизнью. Бытовое соблюдение честности, уклонение от пьянства, блуда, гордыни для него не менее важно, чем мудрая государственная политика. Лишь с одной стороны - это требование православия, с другой - неотъемлемая часть «правды» и «правости», сформировавшаяся у славян в многовековой догосударственный период.

«Правость» в положении государства включает в себя несколько состояний. Прежде всего, это жесткое следование евангелическим заветам.

32

«Не грешите ни одну же ночь», - пишет князь. Второе требование - непрестанный труд на благо государства, людей, Церкви, будь то на войне, в

Миролюбов Ю. Сакральное Руси. М. 1996. Т. 1, с. 195. Ранее было указано, что данные представления могут быть лишь предположительными, в зависимости от подлинности «Влесовой книги». 31

Миролюбов Ю. Сакральное Руси. М. 1996. Т. 2, с. 340-341. 32

ПВЛ, с. 101.

судебных учреждениях, в социальной деятельности. Подробно описывая свою трудовую жизнь, «все дела добрые, славящие Господа со Святыми Его»,33 князь показывает, что трудом преодолевается состояние, противодействующее «правости». Оно названо «кривостью», плодом греховной жизни людей: «кривости ради налезох грех себе».34 Зародившаяся в древности словесная связка «правость - кривость», имела устойчивое смысловое значение, но со временем это словоупотребление менялось. Если «кривость» устойчиво употреблялось в незыблемых значениях даже в московский период, то «правость» постепенно преобразуется в «правду», что видно уже в словарном составе текстов произведений Владимира Мономаха. «Правда» покрывает собой все понятийные элементы «правости», становится вторым надправовым термином, более в дальнейшем устойчивым и употребляемым. Именно в Московской Руси «правость-правда» завершила свою эволюцию, впитав в себя все ценности христианства. В XIII— XVI вв. «правда», вытеснив «правость», стала характеризовать и то, что мы называем законностью и правопорядком. В немалой степени отмеченной тенденции содействовала неустроенность государства и субъективизм. Со второй половины XIII в. при установлении владычества Орды масштабный кризис правосознания поразил все русское общество и надежд на установление «правости» в мономаховском понимании уже не было. Каждый искал свою «правду», за которой приходилось апеллировать к центральной власти. Князья в междуусобицах надеялись не на всеобщую «правость», а на субъективную «правду». Например, в 1447 г., получал напутствие от епископа Трифона князь: «Иди государь со своей правдой на великое княжение».35 Произошла замена основного надправового понятия.

<< | >>
Источник: Рогов В.А., Рогов В.В.. Древнерусская правовая терминология в отношении к теории права. (Очерки IX - середины XVII вв.). - М.: МГИУ. - 269с.. 2006

Еще по теме § 3. Формирование надправовых понятий: «правость» в государственной концепции Владимира Мономаха:

  1. § 3. Формирование надправовых понятий: «правость» в государственной концепции Владимира Мономаха
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -