§ 5. Дееспособность

Следовательно, юридическое действие есть всякое проявление нормальной и зрелой душевной деятельности, влекущее за собой определенные нормой права последствия, как для него самого, так и для других. Ребенок или безумный не способны поэтому к юридическим действиям, ибо те физические действия, которые совершает безумный, когда убивает, или ребенок, когда крадет, не составляют ни убийства, ни кражи в том смысле, как их понимает норма права, когда определяет убийство как преступное лишение жизни человека или кражу как тайное похищение чужой вещи, и соответственно этому налагает за эти действия наказание. Ребенок или безумный так же не совершают преступления, как обезьяна, утащившая сахар, или молния, убившая человека.

Таким образом, правовая норма устанавливает известные последствия, вытекающие из определенных действий. Но для того чтобы эти последствия наступили, необходимо, чтобы были налицо именно эти определенного характера действия. Если же у действия нет этого необходимого характера, то нет и последствий, установленных правом. Необходимый характер действия заключается в определенном не только внешнем поведении, но и в особом психигеском состоянии, соответствующем этому внешнему поведению. Это — то психическое состояние, которое переживает нормальный и зрелый человек, совершая определенные действия. Здесь определенное внешнее поведение, по общему правилу, выражает определенную внутреннюю деятельность: определенной форме соответствует определенное содержание.

Когда, например, нормальный взрослый человек подписывает договор, в силу которого он нанимается на год работы, то этому внешнему его поведению (подписи договора) соответствует определенное его внутреннее состояние (решимость в течение года исполнять определенную работу). Но если такой договор подпишет безумный или ребенок, то внешнему физическому акту подписания листа бумаги не соответствует внутренний акт принятия на себя обязательства в обмен на известные права. Поэтому внешние действия ребенка или ненормального не имеют того соответствия в их внутренней жизни, какое мы наблюдаем в действиях взрослого и нормального человека, ибо у такого человека мы по его внешним, физическим действиям устанавливаем ту внутреннюю, психическую деятельность, которая породила эти внешние действия, — как в мире естественных явлений от следствия умозаключаем к его пригине.

В силу этого, когда право с известными внешними действиями соединяет, по общему для всех правилу, определенные последствия, то право имеет в виду установить следствие не для этого внешнего физического действия, а для некоторого сложного соединения из внешнего фи- зигеского акта и породившей его психигеской деятельности.

В силу изложенного право делит все действия, вызывающие определенные правом последствия, на акты юридигески годные и негодные. Юридически годные акты — это акты нормальной и зрелой психики; они называются юридическими действиями. Юридически дефектные акты — это акты ненормальной, незрелой или ущербной психики: они могут быть только внешними действиями, т. е. событиями, но не юридическими действиями, т. е. юридическими годными психофизическими актами, а потому, хотя их совершают люди, — дети, безумные и т. д., но право рассматривает их как простые события внешнего мира, ибо за ними нет того психического состава, который обычно вызывает подобные действия у нормальных и взрослых людей.

Итак, нормы права обращаются только к взрослым и нормальным людям, ибо только они, а не дети, безумные и пр. могут понимать их и им следовать. Поэтому только их действия нормирует право и только их действия являются юридигескими, т. е. влекут за собой одинаковые, общие для всех последствия, установленные правом, как для самого действующего, так и для других. Действия же ненормальных и не достигших зрелости людей являются действиями физигескими, но не юридическими, т. е. являются фактигескими обстоятельствами, событиями, а не действиями в юридическом смысле.

Хотя события, предусмотренные правом, называются также юридическими и влекут за собой определенные юридигеские последствия, но это совсем не те последствия, которые влекут за собой юридические действия, а особого порядка специальные последствия, основанные на отсутствии у лица, создавшего данное событие, той самой нормальной душевной деятельности, на налигности которой основаны нормальные, общие для всех последствия, предусмотренные данной системой права. Например, общие для всех последствия кражи, предусмотренные законом, наступают только при наличности у данного взрослого человека нормальной психики, а особые, специальные последствия для ребенка или ненормального (помещение его в учреждение для умственно или морально дефективных либо принудительное лечение) наступают только при отсутствии у нарушителя зрелой или нормальной душевной деятельности, которое исклюгает применение к нему общего для всех последствия, т.

Если же последствием вреда, причиненного ребенком или ненормальным, является по закону ответственность родителей или опеку- нов, то основанием этой ответственности, общей для всех, т. е. как для родителей и опекунов, так и для нормальных взрослых людей, является определенный вид действия опекуна или родителей, неправомерное упущение, повлекшее за собой данный вред: ответственность за упущение есть общая, установленная для всех лиц и всех видов упущения, все равно, замечается ли она в неосторожном обращении с огнем, или в допущении вреда другому от своего ребенка или домашнего животного.

Поэтому, например, УК РСФСР, устанавливая систему наказаний, карает за всякое преступление, т. е. «общественно опасное действие или бездействие, угрожающее основам Советского строя и правопорядку, установленному рабоче-крестьянской властью на переходный к коммунистическому строю период времени». Но наказанию «не подлежат лица, совершившие преступление в состоянии хронигеской душевной болезни или временного расстройства душевной деятельности, или вообще в таком состоянии, когда совершившие его не могли давать себе отгета в своих действиях», и т. д. (ст. 6 и 17 УК).

Таким образом, право, связывая с определенными действиями одинаковые для всех последствия, своеобразно переводит на язык права принцип пригинности. Если причинность заключается в том, что одинаковые причины влекут за собой одинаковые следствия, то начало справедливости заключается, в том, что одинаковые действия должны повлечь за собой одинаковые последствия, причем само право определяет, как должны угитываться органами власти индивидуальные и классовые особенности данного отношения и данного дела. Но так как действия нормального и зрелого человека заключают в себе совсем иной внутренний состав, чем действия ребенка и безумного, хотя бы внешний состав их и был один и тот же, то и следствия этих действий должны быть совсем иные. Чтобы розлигать эти следствия, чтобы разлигные по составу действия не имели одних и тех же последствий, необходимо резко различать свойства людей, их совершающих, ибо от этого зависит внутренняя природа действия, т.

Необходимо поэтому установить, кто именно способен совершать те одинаковые по внутреннему и внешнему составу действия, которые влекут одинаковые для всех последствия, т. е. кто именно способен совершать юридигеские действия. Лицо, способное совершать юридигеские действия, т. е. действия, влекущие за собой одинаковые для всех последствия, — есть лицо дееспособное; на лиц недееспособных эти общие для всех последствия не распространяются. Например, «все лица, нарушающие установленные правила уличной торговли и учиняющие беспорядок и озорство в публичных местах (драка, сквернословие, заскакивание на буфера и ступеньки трамвайных вагонов и т. п.), подлежат ответственности в административном порядке». Но «когда виновными являются малолетние в возрасте до 14 лет, к ответственности привлекаются лица, обязанные следить за их поведением, т. е. родители и опекуны».14

Этой безответственности малолетних как в административном, так и в уголовном праве (ст. 18 УК) соответствует их безответственность в праве гражданском: отвечают только несовершеннолетние, достигшие 14 лет, за вред, причиненный их действиями (ст. 9 ГК). Но за этим исключением «лицо недееспособное... не отвегает за причиненный им вред. За него отвечает лицо, обязанное иметь за ним надзор». Поэтому по «делам лиц, объявленных недееспособными или ограниченными в силу закона в своей дееспособности (ст. 7, 8 и 9 ГК), иски предъявляются их законными представителями или к их законным представителям» (ст. 13 ГПК, а также ст. 15 и 20 ГПК).

Что же касается действий лиц дееспособных, то, как мы видели, последствия этих действий могут быть двоякого рода. Во-первых, эти действия способны вызвать изменения в правах и обязанностях как самого действующего лица, так и других лиц, т. е. повлечь за собой изменения в субъективно-правовой сфере. Во-вторых, эти действия способны вызвать j применение нормы права, т. е. повлечь за собой реализацию объективного і права. Это — две стороны одного и того же действия, свойственные вся- j кому юридическому факту (глава V, § 1).

В самом деле, правоизменяющая сила юридического действия выступает перед нами, когда мы мыслим те изменения в субъективном праве, которые влечет за собой юридическое действие (например, дарение как юридическое действие создает у одаренного право на вещь, а у дарителя отнимает это право). Правореализующая сила того же юридического действия заключается в том осуществлении объектив- і ного права, которое влечет за собой юридическое действие (например, дарение как юридическое действие совершается согласно требовани- j ям объективной нормы в пределах 10 ООО рублей, в нотариальной форме — свыше 1000 рублей с согласия одаренного и т. д.: ст. 138 ГК), и таким образом реализуется в действительности норма объективного права. Правоизменяющая и правореализующая сила всякого дан-

ного юридического действия всегда одна и та же (в пределах учтенных правом социальных группировок), если одинаковы не только внешний, но и внутренний состав действия, т. е. если оно выражает нормальную душевную деятельность взрослого человека: это происходит тогда, когда действие совершено лицом дееспособным.

Таким образом, дееспособность есть способность совершать юридические действия; эти действия имеют одинаковую для них всех пра- воизменяющую и правореализующую силу. Особенно важное значение имеет правоизменяющая сила действий лица дееспособного. С этой точки зрения дееспособность лица есть способность самостоятельно распоряжаться правами и обязанностями, т. е. своими собственными юридическими действиями изменять свою субъективную правовую сферу. Это значит, что дееспособность дает лицу право самому совершать различные юридические действия, влекущие за собой все установленные правом и для всех одинаковые последствия, т. е. выдавать обязательства и вступать в договоры, приобретать права и обременяться обязанностями и т. п.

По действующему праву Союза ССР полная дееспособность наступает в 18 лет. Лишены дееспособности дети до 14 лет и душевнобольные. Огранигены в дееспособности несовершеннолетние (14—18 лет) и расточители. Недееспособные не могут ни сами совершать сделки, ни выбирать себе представителей для их совершения, а лица «дееспособные могут совершать сделки и через избранных ими представителей, за исключением тех случаев, когда законом это воспрещено» (ст. 38 ГК).15

Дееспособность есть понятие по преимуществу гастного права; оно применяется в сфере гражданского права, в правах имущественных, т. е. обязательственных и вещных, а также семейных и наследственных. Например, договорная дееспособность есть способность вступать в договоры и т. п.

Кроме гражданской дееспособности существует понятие международно-правовой дееспособности, которая признается за всеми суверенными, т. е. независимыми, государствами; например, союзное государство дееспособно (Германия), а союз государств — нет (старая Австро-Венгрия до 1918 г.). Международно-правовая дееспособность государства заключается в особенности его вступать в договоры, соглашения и обязательства, поддерживать дипломатические сношения, вести войну, заключать мир, а также совершать международные деликты.

По Конституции Союза ССР — и в этом его характерная особенность — дееспособным субъектом международного права является весь Союз как целое, хотя он и состоит из суверенных республик: ведению Союза подлежит «представительство Союза в международных отношениях, ведение всех дипломатических сношений, заключение политических и иных договоров с другими государствами», «ратификация международных договоров» и т. д. (п. «а»—«е» ст. 1 Конституции СССР). Это потому, что Союз ССР не является обычным «Союзом государств», т. е. конфедерацией, а объединением государств, обладающих лишь «потенциальным суверенитетом», проявляющимся в их «праве свободного выхода из Союза»; поэтому Союз ССР в декларации, предшествующей Конституции, называется «союзным государством», чтобы подчеркнуть его спаянность в одно целое: «Все эти обстоятельства повелительно требуют объединения советских республик в одно союзное государство, способное обеспечить и внешнюю безопасность, и внутренние хозяйственные преуспеяния, и свободу национального развития народов».16

В сфере уголовного права дееспособность называется вменяемостью или деликтоспособностью, что означает способность сознательно совершать действия, запрещенные под страхом наказания, т. е. преступления и проступки, — следовательно, и нести за них ответственность. Вменяемость в отличие от гражданской дееспособности есть отрицательная дееспособность, т. е. способность к уголовно-административной ответственности за свои действия. Положительная дееспособность (гражданская) есть способность к правомерным юридическим действиям, влекущим за собой также изменения в правах и обязанностях, которых желал совершивший эти действия; отрицательная же дееспособность (вменяемость) есть способность к неправомерным юридическим действиям, влекущим за собой для нарушителя наказания, т. е. такое вторжение государства в его блага, которого он не желал и надеялся избегнуть.

В области государственного и административного права дееспособность органов власти называется компетенцией органа, что означает способность совершать определенные законом акты публичного права (глава VI, § 3). Акт некомпетентного органа, «преступление» невменяемого и юридическое действие недееспособного не создают последствий, одинаково установленных нормой права для действий дееспособных лиц. Таким образом, единое понятие дееспособности имеет три вида: граждан- ско-правовая {гражданская дееспособность), уголовно-правовая {вменяемость) и публично-правовая {компетенция).

Понятие дееспособности, несмотря на его видимую простоту, в высшей степени спорно, сложно и многогранно. Дальнейшие моменты понятия дееспособности раскрываются в связи с понятием правоспособности (глава VIII, § 1-4). 1

См. главу III, § 1 настоящей работы, а также: Петражицкий Л. И. Теория права и государства в связи с теорией нравственности. Т. И. СПб., 1907. С. 533. 2

Тарановский Ф. В. Учебник энциклопедии права. Юрьев, 1917. С. 164 (ср.: Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права. 6-е изд. СПб., 1904. С. 161,164). 3

Wenzel М. Juristische Grundprobleme. Berlin, 1920 (цит. в ст. о Венце- ле: Fr.Giese. Arch. d. off. Rechts. 1922. S. 360-381). 4

См. также: Исаев M. M. Декларативные статьи Уголовного кодекса: Статьи 5,6,7,8,9,26,27 УК // Советское право. 1924. № 6. С. 24-46; Жи- жиленко А. А. Очерки по общему учению о наказании. Пб., 1924; Пионт- ковский А. А. Меры социальной защиты и Уголовный кодекс РСФСР // Советское право. 1923. № 3. С. 12-52. 5

Постановление ЦИК'СССР от 16 октября 1924 г. «Положение об уездных съездах Советов и уездных исполнительных комитетах» // СУ РСФСР. 1924. Отд. I. № 82. Ст. 825. 6

См. главу III, § 3 настоящей работы. — См, также: Таль Л. С. Концессионные договоры городских общественных управлений // Вестник гражданского права. 1915. № 7. С. 13-51; № 8. С. 57-85; Шретер В. Н. Система промышленного права СССР. М.; Л., 1924. С. 78—82; Венедиктов А. В. Концессии и смешанные общества // Правовые условия торгово-промышленной деятельности в СССР: Сб. статей / Под ред. Н. А. Топорова и Е. В. Меркеля. Л., 1924. С. 39-51. 7

Декрет СНК РСФСР от 23 ноября 1920 г. «Общие экономические и юридические условия концессий» // СУ РСФСР. 1920. № 91. Ст. 481. 8

Triepel Н. Volkerrecht und Landesrecht. Leipzig, 1899. 9

См., напр.: Дернбург Г. Пандекты. Т. I. Общая часть. М., 1906. С. 254 (§ 92 «Главные виды юридических сделок»); Oertmann. I. § 22; ГК РСФСР. Ст. 139. 10

О порядке опубликования декретов и постановлений Союзной власти см.: Постановление ЦИК СССР от 22 авіуста 1924 г. «О порядке опубликования законов и распоряжений правительства Союза ССР» // СЗ СССР. 1924. Отд. I. № 7. Ст. 71; см. также главу Ш (§ 2,1) настоящей работы. 11

Обязательственное право. 1911. § 19—31. 12

Некоторые законодательства по соображениям целесообразности признают оспоримость, а не ничтожность сделок, совершенных недееспособными: Гражданское Уложение: Проект Высочайше учрежденной Редакционной комиссии по составлению Гражданского Уложения. [Первая редакция]: В 5 кн. Кн. I. Положения общие. СПб., 1903. С. 15 (ст. 91); Кн. II. Семейственное право. СПб., 1902. С. 71 (ст. 399). 13

Елистратов А. И. Очерк административного права. М., 1922. С. 93; Duguit L. Manuel de Droit constitutional: Theorie g?n6rale de l'Etat. Organisation politique. Vol. 1. Paris, 1907. P. 249-261 (§ 46 «De la juridiction objective»), 438-448 (§ 66 «De la situation des agents. La competence»). 14

Обязательное постановление Петроградского Губисполкома от 23 июня 1923 г. «О мерах охраны порядка в местах общего пользования, на улицах Петрограда» // Вестник Петросовета. 1923.30 июня. 15

Дальнейшие более подробные постановления советского законодательства о дееспособности — в главе VIII, § 1,2 и 4. 16

Декларация об образовании Союза Советских Социалистических Республик (Раздел первый Основного Закона (Конституции) СССР в редакции от 6 июля 1923 г. - Ред.) // СУ РСФСР. 1923. Отд. I. № 81. Ст. 782; Магеровский Д. А. Союз Советских Социалистических Республик (Обзор и материалы) / Предисл. Д. И. Курского. М., 1923. С. 34; Крылов С. Б. Исторический процесс развития советского федерализма j j Советское право. 1924. № 5. С. 36-66.