§1. Система гражданского права, регулирующего предпринимательскую деятельность

Систему гражданского права, регулирующего предпринимательскую деятельность, образуют гражданско-правовые нормы и их блоки, в том числе гражданско-правовые институты, суперинституты и субинституты, внешним выражением которых могут служить структурные элементы важнейшего акта гражданского законодательства - ГК, состоящего из гражданско-правовых предписаний, объединяемых в статьи и подборки статей: параграфы, главы, подразделы, разделы и части.

В настоящее время части первая, вторая и третья ГК, введенные в действие соответственно с 1 января 1995 г., 1 марта 1996 г. и 1 марта 2002 г., включают шесть разделов, несколько подразделов, шестьдесят восемь глав и ряд параграфов, охватывающих в совокупности 1224 статьи. В ГК, как и во многие другие федеральные законы последних лет, уже внесен ряд изменений и дополнений, предусмотренных, в частности, Законами от 20 февраля 1996 г. №18-ФЗ, 12 августа 1996 г. №110-ФЗ (СЗ РФ 1996 г., №9, ст. 773; №34, ст. 4026); 8 июля 1999 г. №138-ФЗ (Российская газета. - 1999 г. - 14 июля), 17 декабря 1999 г. №213-ФЗ (Российская газета. - 1999 г. - 21 декабря), 16 апреля 2001 г. №45-ФЗ (Российская газета. - 2001 г. - 28 апреля), 15 мая 2001 г. №54-ФЗ, 21 марта 2002 г. №31-ФЗ, 26 ноября 2002 г. №152-ФЗ, 23 декабря 2003 г. №182-ФЗ (Российская газета. - 2001 г. - 31 мая; 26 марта, 29 ноября 2002 г.) и 14 ноября 2002 г. №161-ФЗ (РГ, 3 декабря 2002 г., 27 декабря 2003 г.), 18 июля 2005 г. № 89-ФЗ и 21 июля № 109-ФЗ (РГ, 20, 26, июля 2005 г.). Изменения и дополнения затронули, в частности, ст. 25, 48, 49, 51, 54, 61, 62, 63, 64, 65, 87, 90, 96, 101, 104, 113, 114, 115, 130, 131, 185, 223, 292, 318, 339, 340, 358, 469. 472, 525-534, 707, 732, 737, 763-768, 778, 789, 855, 859. 1063, 1069, 1070, 1086, 1087, 1091, 1097, а также главу 17.

§2. Обычай делового оборота как источник гражданско-правового регулирования предпринимательской деятельности

Источниками гражданского права, регулирующими предпринимательскую деятельность, служат Конституция РФ, гражданское законодательство и иные акты, содержащие нормы гражданского права; обычаи делового оборота; общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ. Конституция РФ, имеющая высшую юридическую силу, прямое действие и применяемая на всей территории РФ, является фундаментом гражданского законодательства. Более того, поскольку суды РФ при разбирательстве гражданских дел все чаще ссылаются на конкретные статьи Конституции, Пленум Верховного Суда РФ 31 октября 1995 г. принял постановление №8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»14, разъясняющее порядок использования статей Конституции РФ в судебной практике. Согласно п. «0» ст. 71 Конституции РФ гражданское законодательство находится в ведении РФ и состоит из ГК и принимаемых в соответствии с ним иных федеральных законов, чьи нормы должны соответствовать ГК. Другими источниками гражданского права являются подзаконные акты: указы Президента РФ, постановления Правительства РФ, акты федеральных органов исполнительной власти (приказы, инструкции, правила и т.п.). Нормы гражданского права, содержащиеся в других (помимо ГК) законах, должны соответствовать ГК. В свою очередь аналогичные нормы подзаконных актов не должны противоречить как ГК и другим законам, так и актам вышестоящих органов исполнительной власти.

Не являются источниками гражданского права постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. В соответствии со статьями 126 и 127 Конституции РФ обе эти высшие судебные инстанции вправе лишь давать разъяснения по вопросам судебной практики. Примеры: Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 марта 2005 г. № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» («Вестник ВАС», 2005, № 5; «Хозяйство и право», 2005, № 8); Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», от 8 октября 1998 г. №13 /14 «О практике применения положений Гражданского Кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» в редакции постановления от 4 декабря 2000 г. №34/15 и от 9 декабря 1999 г. №90/14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» (РГ, 10 августа 1996 г., 27 октября 1998 г., 5 января 2001 г. и 13 января 2000 г.).

Наряду с национальными (внутренними) законами и иными правовыми актами источниками гражданского права служат общепризнанные принципы и нормы международного права, такие как, например, свобода торговли, мореплавания и др., а также международные договоры РФ, являющиеся состав- Определение ной частью правовой системы России. Международные договоры применяются к отношениям, регулируемым гражданским законодательством, непосредственно, кроме случаев, когда для их применения требуется издание внутрироссийского акта. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены гражданским законодательством, применяются правила международного договора.

В юридической литературе подробно анализируются такие международно- правовые обычаи как общепризнанные принципы и общепризнанные нормы международного права. В частности существует мнение, что общепризнанные принципы международного права могут получить наиболее широкое применение лишь в практике Конституционного Суда Российской Федерации. В литературе распространено мнение об особой роли государственных конституционных судов в применении общепризнанных международно-правовых принципов. Судебная практика иностранных государств также свидетельствует, что суды общей юрисдикции и специальные суды в вопросах применения общепризнанных принципов международного права ориентируются на постановления своих конституционных судов.

Например, Конституционный Суд ФРГ принял постановление с перечнем тех общепризнанных принципов международного права, которые признаются Федеративной Республикой Германией. Соответственно в судебных решениях Федерального Верховного Суда неоднократно делалась ссылка на интерпретацию общепризнанных международно-правовых принципов Конституционным Судом ФРГ15. Можно предположить, что приоритет толкования норм jus cogens, т.е. норм- принципов, со стороны Конституционного Суда Российской Федерации является возможным подходом к этому вопросу и для российской судебной практики в целом. Сложнее дело обстоит с иными международно-правовыми нормами обычного происхождения.

Ст. 15 Конституции РФ и затем ст. 7 ГК РФ включили нормы этого типа (общепризнанные нормы международного права) в правовую систему России. Но их место в системе определено менее четко, чем это сделано в отношении договоров.

В правовой системе ФРГ общие нормы международного права обычного происхождения включены в правовую систему страны, и суды подходят к этим нормам как приоритетным по сравнению с законом и международным договором. По этому пути идут также суды Нидерландов и многих других европейских государств. В противовес этой практике суды США обычную норму ставят после международного договора, закона, акта исполнительной власти.

По какому пути пойдет российская судебная практика, пока сказать достаточно сложно. В то же время при рассмотрении экономических споров в арбитражных судах ссылки участников спора на общеизвестные международные нормы обычного характера уже встречаются.

В первую очередь это касается норм, содержащихся в широко известных международных конвенциях, не имеющих обязательного характера для Российской Федерации. Международные конвенции, выработанные в рамках Организации Объединенных Наций и включающие общеизвестные международные правила (обычаи), нередко применяются государствами в качестве международно-правовой обычной нормы. В этом случае официальные процедуры присоединения к конвенциям оказываются не задействованы, но норма тем не менее работает как общеизвестное правило обычного происхождения. Подтверждением действия таких норм в ряде случаев служит практика государственных судов16.

В последние годы в литературе находит подтверждение идея о том, что трансформация обычно-правовых норм в договорные и наоборот - процесс естественный. Целесообразность такого подхода подтверждается и практикой арбитражных судов Российской Федерации.

Так, в арбитражный суд обратилась иностранная торговая фирма с иском к российскому коммерческому банку о взыскании крупной суммы по банковской гарантии, выданной в обеспечение внешнеторгового контракта в России.

Ответчик - российский банк - предъявил встречный иск о признании банковской гарантии недействительной со ссылкой на то обстоятельство, что истец злоупотребил доверием банка.

В срок, установленный в гарантии, бенефициар предъявил гаранту требование о платеже, сославшись на то, что принципал не поставил товар по внешнеторговому контракту. Гарант отказался от выплаты суммы по гарантии, указав, что, по имеющимся у него данным, основное обязательство было исполнено удовлетворительным для бенефициара образом. Повторное требование бенефициара о выплате гарантом также не было удовлетворено.

В судебном заседании выяснилось, что международный контракт купли-продажи товара предусматривал в качестве обеспечения сделки залог имущества продавца. Из документов, представленных в суд, следовало, что российская фирма-продавец передала покупателю в залог имущество в виде двух морских судов. Согласно условиям внешнеторгового контракта, в случае невыполнения обязательств продавца по поставке товара покупатель получал право удовлетворить свои требования за счет заложенного имущества, переходящего в его собственность в порядке, предусмотренном законодательством иностранного государства. После поступления имущества в залог покупатель заблаговременно оплатил товар по цене, предусмотренной внешнеторговым контрактом.

Одновременно с поступлением залога на иностранную территорию стороны внешнеторговой сделки обратились в российский банк с просьбой выдать гарантию в качестве обеспечения надлежащего исполнения российской фирмой основного обязательства, связанного с поставкой товара за рубеж. При этом ни бенефициар, ни принципал не поставили банк в известность о том, что внешнеторговый контракт содержит развернутые условия о залоге имущества продавца и что передача имущества в залог на территорию иностранного государства состоялась.

Банк гарантию выдал. Предусмотренная внешнеторговым контрактом поставка товара не состоялась. Иностранная фирма обратилась с требованием о платеже к гаранту.

Бенефициар, обосновывая свои требования к банку, ссылался на положение п. 2 ст. 376 ГК РФ, подчеркивая, что по договору гарантии применимым правом является российское законодательство, предусматривающее следующее: если гаранту до удовлетворения требования бенефициара стало известно, что основное обязательство, обеспеченное банковской гарантией, полностью или в соответствующей части уже исполнено, гарант должен немедленно сообщить об этом бенефициару; полученное гарантом после такого уведомления повторное требование бенефициара подлежит удовлетворению гарантом.

Банк-гарант утверждал, что бенефициар ввел его в заблуждение, не сообщив, что обязательства российской стороны по внешнеторговому контракту уже выполнены обращением взыскания на имущество, находящееся в залоге. Последнее обстоятельство гарант расценивал как злоупотребление правом на получение гарантии по российскому законодательству, ссылаясь на ст. 10 ГК РФ и ст. 19, 20 Конвенции ООН о независимых гарантиях и резервных аккредитивах, рекомендованной Генеральной Ассамблеей ООН к принятию государствами-членами 26 января 1996 г.

Злоупотребления, направленные на многократное превышение в обеспечении обязательств по сравнению со стоимостью самого обязательства, международному коммерческому обороту были известны давно и имеют весьма разнообразные формы. На предотвращение таких злоупотреблений и направлены ст. 19, 20 Конвенции ООН о независимых гарантиях и резервных аккредитивах, к сожалению до настоящего времени еще не вступившей в силу.

При выработке указанных статей учитывалась практика многих государственных судов, рассматривавших коммерческие споры и признававших в своих решениях, что недобросовестное требование бенефициара о платеже по международному гарантийному обязательству в случае, когда основное обязательство, бесспорно, было исполнено удовлетворительным для бенефициара образом, может быть формой злоупотребления правом и служить для добросовестного гаранта основанием к приостановлению платежа до принятия судебных мер. При разработке Конвенции ООН от 26 января 1996 г. неоднократно подчеркивалось, что процедуру приостановки платежа по гарантии в такого рода случаях следует считать общепризнанным правилом международного коммерческого оборота. В рассмотренной выше ситуации, при установлении, что бенефициар, будучи кредитором в основном обязательстве, фактически уже получил возмещение за невыполнение условий внешнеторгового контракта из заложенного имущества на территории иностран- ного государства, у арбитражного суда были основания расценить требования бенефициара о выплате гарантийных сумм как злоупотребление правом в смысле ст. 10 ГК РФ, учитывая, что такой подход сформулирован в общепризнанной международно-правовой норме обычного происхождения.

После вступления Конвенции ООН от 26 января 1996 г. в силу названное правило перейдет из разряда обычно-правовых норм в норму договорно-правовую, что является распространенным способом существования норм международного права в целом и международного торгового права в частности17.

Рассмотренные два вида источников регулируют любые, том числе предпринимательские гражданские правоотношения. Что касается третьего вида - обычаев делового оборота - то он применяется лишь в области предпринимательской деятельности.

Обычаем делового оборота признается сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не предусмотренное законодательством, независимо от того, зафиксировано ли оно в каком-либо документе (п. 1 ст. 5 ГК). Примерами подобных обычаев могут служить нередко применяемые в морских портах нормы времени на погрузку и разгрузку судов, учитывающие тонкости, связанные с тоннажем, типом груза и судна, погодными и т.п. условиями морских перевозок. Не подлежат применению лишь такие обычаи делового оборота, которые противоречат обязательным для предпринимателей положениям законодательства или договору.

Обычаи всегда принимались во внимание в правовом регулировании гражданских отношений. В частности, в ст. 168 Гражданского Кодекса РСФСР 1964 г. предусматривалось, что «обязательства должны исполняться надлежащим образом и в установленный срок в соответствии с условиями договора и требованиями законодательства, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычно предъявляемыми требованиями».

Действующий ГК РФ сохранил указанный выше принцип, но ввел в регулирование вопроса об обычаях ряд новелл. Прежде всего, он выделил в самом Кодексе из всех обычаев («обычно предъявляемых требований») «обычаи делового оборота», рассчитанные исключительно на предпринимательские отношения. В ст. 5 ГК РФ приводится определение, содержащее основные признаки обычая делового оборота.

Из сопоставления ст. 5 и 6 ГК РФ следует, что суд или другой правоприменительный орган не только может, но и обязан при обнаружении в правовом акте пробела, который не восполняется договором, применить обычай делового оборота. Пленум Верховного Суда РФ и Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ, обобщив соответствующую практику, в своем совместном постановлении от 1 июля 1996 г. №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ» дали на этот счет следующее разъяснение: под обычаем делового оборота, который в силу ст. 5 ГК РФ может быть применен судом при разрешении спора, вытекающего из предпринимательской деятельности, следует понимать не предусмотренное законодательством или договором, но сложившееся, то есть достаточно определенное в своем содержании, широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, например, традиции исполнения тех или иных обязательств и т.п. Обычай делового оборота может быть применен независимо от того, зафиксирован ли он в каком-либо документе (опубликован в печати, изложен во вступившем в законную силу решении суда по конкретному делу, содержащему сходные обстоятельства и т.п.).

Правовое значение обычаев делового оборота состоит в том, что они по очередности применения находятся после нормативных актов и договора. В этой связи ст. 5 ГК РФ предусматривает, что обычаи делового оборота, которые противоречат обязательным для участников соответствующего отношения положениям законодательства или договора, не применяются.

Один из видов обычаев делового оборота выделен в самом ГК РФ. Имеется в виду ст. 427 ГК РФ, которая допускает возможность использования примерных условий, разработанных одним из контрагентов. Она предусматривает, что примерные условия рассматриваются как договорные условия в случаях, когда в самом договоре содержится отсылка к ним.

Если же такая отсылка отсутствует, примерные условия применяются к отношениям сторон в качестве обычаев делового оборота. Для этого необходимо, чтобы такие условия отвечали требованиям, которые предъявляются в ст. 5 ГК РФ (имеется в виду, прежде всего, то, что они не противоречат обязательным для сторон положениям законодательства или заключенному сторонами договору), а также в п. 5 ст. 421 ГК РФ (они не противоречат любым применяемым к таким отношениям сторон нормам законодательства, включая диспозитивные).

Следует подчеркнуть, что роль обычая делового оборота как источника регулирования предпринимательской деятельности возросла в прямой связи с формированием свободного рынка товаров, работ и услуг. Однако данный обычай следует отличать от обыкновений и практики взаимоотношений сторон в договорных обязательствах («заведенного порядка»). Обыкновения - это также общепризнанные обычаи. Они могут быть даже систематизированными и опубликованными. Типичные примеры: Правила толкования международных торговых терминов «Инкотермс» и Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов. Однако они становятся обязательными для контрагентов только в случае прямой ссылки на них в договоре.

Сходным образом и практика взаимоотношений сторон служит лишь подразумеваемым сторонами условием конкретного договора18. Возможность использования в предпринимательской деятельности как обычаев делового оборота, так и обыкновений и практики взаимоотношений сторон допускается, наряду со ст. 5 ГК, статьями 6, 221, 309, 421 и 431 ГК, а также ст. 9 Венской Конвенции о договорах международной купли- продажи товаров 1980 г., действующей для России с 1 сентября 1991 г.

ВАЖНО

Обычаи (обычаи делового оборота) широко применяются во внешнеторговом обороте. Это объясняется в значительной мере тем, что прямые отсылки к ним содержатся в актах, регулирующих порядок разрешения внешнеторговых споров, а также в некоторых международных актах.

Так, ст. 9 Конвенции ООН (Венской Конвенции) о договорах международной купли-продажи товаров предусматривает, что стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договорились, и установленной практикой отношений. Не ограничиваясь этим, Конвенция устанавливает: «При отсутствии договоренности об ином считается, что стороны подразумевали применение к договору или его заключению обычая, о котором они знали или должны были знать и который в международной торговле широко известен и постоянно соблюдается сторонами в договорах данного рода в соответствующей области торговли».

Нетрудно заметить различие между этой международной нормой и ст. 5 ГК РФ. Имеется в виду как понимание самой сути обычая, так и возможность его применения при отсутствии прямой отсылки к нему в договоре. Основное различие состоит в том, что обычаем делового оборота руководствуются независимо от того, применялся ли он сторонами в их практике и был ли вообще известен сторонам. Указанное обстоятельство позволяет отметить близость обычаев делового оборота к диспозитивным нормам, с тем, однако, что диспозитивные нормы все же пользуются приоритетом (п. 5 ст. 421 ГК РФ). В этой связи с точки зрения приоритетов источники законодательства и договоры могут быть расположены в следующей очередности: 1.

Императивные нормы закона. 2.

Указы Президента РФ. 3.

Постановления Правительства РФ. 4.

Акты министерств и иных федеральных органов исполнительной власти.

5.

Договорные условия. 6.

Диспозитивные нормы нормативных актов. 7.

Обычаи делового оборота. 8.

Иные обычаи.

Можно привести примеры применения обычаев в практике разрешения внешнеторговых споров. Так, в свое время арбитраж в одном из дел обосновал решение ссылкой на обычай, смысл которого состоял в том, что отказ покупателя от принятия и оплаты доставленного ему товара влечет за собой не только потерю всех выгод, которые покупатель приобрел бы, исполнив договор, но и наступление ответственности перед продавцом за убытки, которые по этой причине могут произойти. В другом деле, связанном с морской перевозкой грузов, арбитраж использовал соответствующий обычай для установления размера расходов по хранению груза в порту.

Особого внимания в практическом аспекте заслуживают документы Международной торговой палаты. Наиболее широко в практике применяются разработанные Международной торговой палатой (МТП) Международные правила толкования торговых терминов («Инкотермс»)19.

«Инкотермс» являются плодом многолетнего обобщения международной коммерческой практики толкования условий контракта по поставке товаров. Первая их редакция была принята в 1936 г. В нее вносились изменения и дополнения в 1953, 1967, 1976, 1980 и 1990 гг. В настоящее время действуют «Инкотермс» в редакции 2003 г. Обычно их положения применяются, если сделана прямая ссылка в контракте и в самих его условиях не предусмотрено иное. Однако необходимо помнить, что в ряде стран, например в Чехии, отдельные правила толкования торговых терминов, содержащиеся в «Инкотермс», признаются действующими и при отсутствии ссылки на них в контракте.20.

«Инкотермс» охватывает широкий круг вопросов, возникающих преимущественно при международной купле-продаже, включая распределение транспортных расходов между сторонами, определение момента перехода риска случайной гибели предмета договора с продавца на покупателя, расшифровку различных терминов, применяемых в международной практике.

Правила «Инкотермс» не следует отождествлять с обычаем делового оборота в том понимании, в каком он обозначен в ст. 5 ГК РФ. Как отмечалось, существенное различие состоит в том, что в отличие от обычаев делового оборота правила «Инкотермс» применяются только при условии, если стороны включили отсылку к «Инко- термс» в заключаемый ими договор. В остальных случаях соответствующие положения могут применяться, если они удовлетворяют требованиям, предъявляемым ГК к обычаям делового оборота.

Положения «Инкотермс» имеют важное практическое значение в связи с широкой стандартизацией условий договоров купли-продажи во внутренней и Овнешней торговле. Данная стандартизация привела к выработке стандартизированных обозначений условий погрузки и вообще продажи товаров: ФОБ, СИФ, ФАС и КАФ. Существуют также типизированные сделки на условиях: по прибытии, франко-граница, франко-вагон. В настоящее время данные формы сделок обычно применяются во внешней (или «заморской») торговле, однако в некоторых странах их используют и во внутренних торговых операциях в соответствии с национальным законодательством (например, ст. 2-319 - 2-322 Единообразного торгового кодекса (ЕТК) США).

Разумеется, процессы стандартизации торговых, в том числе внешнеторговых сделок невозможно глубоко оценить без всестороннего анализа всего спектра международно-правового регулирования купли-продажи. В рамках этого регулирования осуществляется перевозка товаров морским, воздушным и наземным транспортом21, вырабатываются договорные гарантии прав торговых партнеров2, происходит передача ТНК прибылей из развивающихся стран3 и борьба последних за экономическую независимость22 и новый мировой экономический порядок23.

В нашей стране постоянно возрастает интерес к правовому регулированию экспорта и импорта товаров24, прежде всего к договору внешнеторговой купли-продажи25. Все большее значение приобретают в нашей внешнеторговой практике международные соглашения, в первую очередь Венская конвенция 1980 г. о договорах международной купли-продажи товаров26. Однако все эти вопросы выходят далеко за рамки данного пособия. Его задача - дать общее представление о наиболее распространенных стандартизированных формах международного торгового оборота с использованием положений «Инкотермс».

ФОБ (FOB) - это аббревиатура от английских слов «free on board», в русском переводе означающих «свободно на борту». По договору купли-продажи на условиях ФОБ продавец за свой счет доставляет товар в порт и осуществляет его погрузку на борт судна. Кроме того, он несет расходы по упаковке товара, его проверке, необходимой для транспортировки и поставки, по его измерению, взвешиванию либо подсчету. Продавец получает также экспортную лицензию и несет все риски, которым подвергается товар до его фактического перехода через поручни судна.

Со своей стороны покупатель обязан: за свой счет застраховать судно или его часть, сообщить продавцу о прибытии судна, оплатить товар и все расходы вплоть до момента его погрузки на борт судна. Например, если сделка оформлена на условиях «100000 франков ФОБ Марсель», то 100000 франков включают как плату за товар, так и все расходы, понесенные продавцом до момента погрузки товара на борт судна в порту г. Марселя. Формулу «свободно на борту» нельзя трактовать буквально: погрузка может осуществляться не только на борт судна, но и на другое транспортное средство. Поэтому ст. 2-319 ЕТК США употребляет более широкие формулы: «ФОБ место отгрузки», «ФОБ место назначения» и «ФОБ судно, вагон или другое средство транспорта».

ФАС - это разновидность договора типа ФОБ. Согласно п. 2 ст. 2-319 ЕТК, «поскольку иное не установлено соглашением, условие «ФАС судно (что означает «свободно вдоль борта») определенный порт», даже если эта формулировка употребляется лишь в связи с указываемой ценой, означает условие сдачи, по которому продавец обязан:

а) за свой счет и риск расположить товары вдоль борта судна способом, принятым в порту или на пристани, указанной и обеспеченной покупателем;

б) получить и передать расписку на товары, в обмен на которую перевозчик обязан выдать коносамент».

В последнее время по договорам ФОБ на продавца все чаще стали возлагать также обязанность фрахтовать судно и страховать товар. Этот вид стандартизированной сделки получил название СИФ (CIF) - сокращенное от слов: cost (стоимость или цена товара), insurance (страхование) и freight (фрахт, т.е. провозная плата). В соответствии со ст. 2-320 (1) ЕТК «условие СИФ означает, что в цену включается стоимость товара, а также страхование и фрахт до обусловленного места назначения». Разновидностью СИФ является КАФ, означающее, что в «цену включается стоимость товара и фрахт до обусловленного места назначения» (п. 1 ст. 2-320 ЕТК).

По мере применения сделок на условиях СИФ в судебной практике постепенно сформировались устойчивые правила об обязанностях продавца по обеспечению перевозки товаров и их страхованию от возможных рисков. В 1928 г. Ассоциацией международного права были опубликованы так называемые Варшавские международные правила СИФ. После их пересмотра в 1932 г. в Оксфорде они стали именоваться Варшав- ско-Оксфордскими правилами СИФ 1928-1932 гг. Данные правила, не будучи официальным международным соглашением, применяются при условии их упоминания в конкретном торговом контракте.

Главное назначение Варшавско-Оксфордских правил состоит в определении основных обязанностей продавца и покупателя через структуру покупной цены. В соответствии с последней продавец обязан: перенести на покупателя право собственности на товар условленного качества и в установленном количестве; отправить товар в место, указанное покупателем; за свой счет застраховать товар на весь период его перевозки; оплатить за свой счет вывозные пошлины и все портовые сборы, связанные с отправкой товара; послать и предложить покупателю все надлежаще оформленные документы на погруженный или в соответствующих случаях переданный перевозчику для погрузки товар. Со своей стороны, покупатель обязан: уплатить продавцу указанную в счете-фактуре цену; принять товар и уплатить часть фрахта, не выплаченную продавцом в порту отгрузки; оплатить ввозные пошлины и все расходы, связанные с разгрузкой прибывшего товара. В случае необходимости покупатель должен получить импортную лицензию и другие документы, необходимые для ввоза товара.

Положения «Инкотермс», включая правила о сделках ФОБ, СИФ и др., все чаще применяются в практике российских предпринимателей. Примером тому может служить опубликованное в литературе дело по иску российского акционерного общества к английской компании.

Российское предприятие поставляло медицинскую продукцию через иностранную компанию в третьи государства. Во внешнеторговом контракте было указано, что любой спор будет разрешаться в российском арбитраже, но при этом не оговаривалось применимое право. В то же время во внешнеторговом контракте были определены базисные условия поставки.

Стороны при заключении сделки договорились, что поставка продукции будет осуществляться на условиях СИФ (морская перевозка) в редакции «ИНКОТЕРМС-90». Между тем истец в иске указал, что товар был упакован, как того требуют условия ФОБ (железная дорога). Продукцию в действительности везли морем, и она прибыла в пункт назначения в негодном состоянии.

В ходе судебного разбирательства стороны не использовали в полной мере принцип состязательности и не ссылались на правила «ИНКОТЕРМС-90», не ставили вопрос о применимом праве.

Арбитражный суд во взыскании ущерба истцу отказал, сославшись на то, что товар доставлялся лучшим образом. При этом арбитражный суд не рассматривал вопрос о применимом праве и не оценивал условий договора о международной доставке товаров.

В данном случае стороны при заключении договора условились использовать обычаи в сфере международной торговли о базисных условиях поставки, широко применяемые во внешнеторговом обороте. Это объясняется тем, что прямые отсылки к ним содержатся в некоторых международных соглашениях с участием Российской Федерации и в гражданском законодательстве Российской Федерации.

Так, ст. 9 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров предусматривает, что стороны связаны любым обычаем, относительно которого они договорились, и установленным практикой отношений. Не ограничиваясь этим, Конвенция устанавливает: «При отсутствии договоренности об ином считается, что стороны подразумевали применение к договору или его заключению обычая, о котором они знали или должны были знать и который в международной торговле широко известен и постоянно соблюдается сторонами в договорах данного рода в соответствующей области торговли».

ВАЖНО

Обычаи делового оборота в сфере внешнеэкономических связей в ряде случаев толкуются международными неправительственными организациями. Правила «ИНКОТЕРМС» охватывают широкий круг вопросов, в том числе и различие условий поставок при оговорке СИФ и оговорке ФОБ. Стороны при заключении договора могут распространить действие этих правил на свои отношения в обязательном порядке.

При разрешении спора, возникшего в связи с внешнеторговым контрактом, арбитражный суд был вправе при вынесении решения опираться на условия СИФ как определенные в качестве обязательных в соглашении сторон.

В другом случае арбитражный суд рассматривал спор о том, правомерно ли были изменены условия СИФ на условия ФОБ (в редакции «ИНКОТЕРМС») одной из сторон внешнеторгового контракта.

Иностранная фирма (продавец) обратилась в арбитражный суд Российской Федерации с иском о взыскании долга с российской компании (покупателя), отказавшейся оплачивать испорченный во время морской перевозки товар.

Покупатель утверждал, что порча связана с тем, что продавец односторонне изменил базисные условия внешнеэкономической сделки: контракт предусматривал поставку на условиях СИФ, товар был поставлен на условиях ФОБ. Продавец утверждал, что изменение условий произошло по согласованию сторон.

Данная сделка относилась к категории международной купли-продажи товаров. ГК РФ 1994 г. (п. 3 ст. 162) предусматривает, что внешнеэкономическая сделка заключается в простой письменной форме.

Предприятия участников сделки находились в разных государствах. Это обстоятельство свидетельствует о том, что к сделке должна применяться Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. (Венская Конвенция) (далее - Конвенция). Конвенция содержит норму императивного характера о форме сделки - ст. 12. В ней сформулировано специальное правило об обязательной письменной форме сделки. Оно распространятся как на договор международной купли-продажи, так и на его изменение (ст. 29 Конвенции). Письменная форма касается как оферты, так и акцепта. В полной мере это требование следует распространить и на базисные условия поставки, сформулированные на основе обычая торгового оборота.

Ст. 12 Конвенции применяется, когда хотя бы одна из сторон в договоре имеет коммерческое предприятие в государстве - участнике Конвенции, законодательство которого требует, чтобы договоры купли-продажи заключались в письменной форме, о чем соответствующее государство сделало заявление на основании ст. 96 Конвенции.

СССР при присоединении к Конвенции заявил об обязательности требований ст. 12. Это заявление действует в отношении Российской Федерации, к которой перешли обязательства СССР по Конвенции. Ст. 13 Конвенции к письменной форме относит также сообщения «по телеграфу или телетайпу».

Таким образом, заключение договора купли-продажи и его изменение в случае участия в нем фирмы из Российской Федерации должно происходить в письменной форме. Письменная форма может подтверждаться документами, полученными по электронной связи: «по телеграфу или телетайпу».

В рассматриваемом случае договор между спорящими сторонами был заключен в письменной форме на условиях СИФ. Это условие договора означало, что правила международного торгового обычая в отношении базиса поставки стороны признавали юридически обязательными. Базис СИФ означал более широкий спектр обязательств продавца, в том числе и обязательство по страхованию товара.

Иностранный продавец отправил телеграмму с предложением о том, что поставка товара осуществится на условиях ФОБ, т.е. предложил изменить договор. Условия ФОБ содержат меньший круг обязанностей продавца, в частности не содержат обязанности продавца страховать товар.

Покупатель никаким письменным документом не подтвердил своего согласия изменить договор в части отказа от условий СИФ и перехода на условия ФОБ. Но продавец посчитал, что согласие на изменение договора было дано.

Иностранная фирма в качестве доказательства письменной формы изменения договора ссылалась на телефонные переговоры с бухгалтером покупателя. Покупатель утверждал, что данные переговоры не свидетельствовали о его воле на изменение договора в части базиса поставки, а бухгалтер не был полномочен принимать решения.

Арбитражный суд в своем решении констатировал отсутствие письменного согласия покупателя на изменение условий СИФ на ФОБ в первую очередь по обязанности страхования внешнеторговой сделки. Иными словами, двустороннего изменения внешнеторговой сделки в части изменения условий СИФ на условия ФОБ не произошло. Фактически продавец в письменной форме предложил изменить контракт - отправил телеграфом оферту на условиях ФОБ, но покупатель в письменном виде эту оферту не акцептовал. В письменной форме существовал лишь внешнеторговый контракт, заключенный на условиях СИФ. Следовательно, поставка товара должна была осуществляться от продавца к покупателю на условиях СИФ.

Таким образом, можно сделать вывод, что арбитражный суд при решении спора применяет обычаи делового оборота в сфере международной торговли, используя правила «ИНКОТЕРМС», при условии, если стороны внешнеэкономического контракта договорились о применении этих обычаев, равно как и об их изменении, в письменной форме. Письменная форма сделки определяется на основе требований, сформулированных в соответствующих статьях Конвенции ООН о договорах международной купли- продажи товаров 1980 г. с учетом оговорки, сделанной нашим государством при ратификации этой Конвенции27.

Традиционно обычай делового оборота, иначе называемый «международным обыкновением», рассматривается не как сформировавшаяся норма обычно-правового характера, но скорее как стадия в формировании международно-правового обычая. Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем информационном письме №10 от 25 декабря 1996 г. подчеркнул, что, если во внешнеторговом договоре, заключенном сторонами, содержались ссылки на нормы, подлежащие применению, в решении арбитражного суда по спору следует сделать ссылку на обычай делового оборота как на норму, применяемую к урегулированию правоотношения по воле сторон, что находится в соответствии со ст. 6 ГК РФ28.

Таким образом, применение международно-правовых норм постепенно входит в компетенцию юридических органов, в том числе и арбитражных судов. Последнее относится к нормам как договорного, так и обычного происхождения. При этом расширение такой практики зависит не только и не столько от доброй воли судей, сколько от грамотного и уместного обращения к этим источникам спорящих сторон - иностранных и российских предпринимателей29.

Наряду с «Инкотермс» важное значение в качестве источников «обычного права» имеют такие документы Международной торговой палаты как Унифицированные правила и обычаи для документарных аккредитивов (UCP) и Унифицированные правила по инкассо.

ВА*ИО

С 1 января 1994 г. МТП рекомендовала к применению редакции UCP (брошюра МТП №500). Редакция UCP 1983 г. действовала с 1 октября 1984 г. (брошюра МТП №400). UCP широко применяются в международной торговле при аккредитивной форме расчетов, имеют факультативный характер, т.е. применяются, если на них сделана ссылка в аккредитиве. В отечественной банковской практике ссылка на UCP признается обязательной как для банковских учреждений, так и для российских клиентов, применяющих аккредитивную форму расчетов. Унифицированные правила регулируют не только традиционный документарный аккредитив, который открывается для оплаты товаров и услуг, но и «резервный», который выполняет функции банковской гарантии30.

Унифицированные правила по инкассо действуют в редакции 1995 г.31 По юридическому характеру и порядку применения они аналогичны UCP. Следует иметь в виду, что согласно п. 3 ст. 28 Закона о международном коммерческом арбитраже и Регламенту Международного коммерческого арбитражного суда при торгово-промышленной палате (МКАС) РФ применимые к сделке торговые обычаи должны учитываться при разрешении споров. Применение торговых обычаев при разрешении споров предусмотрено и в Европейской конвенции о внешнеторговом арбитраже (ст. VII), в которой участвует Российская Федерация, и в Арбитражном регламенте ЮНСИТРАЛ (п. 3 ст. 33), который Генеральная Ассамблея ООН одобрила в 1976 г., и в Арбитражном регламенте ЕЭК (ст. 38)32.

В заключение следует обратить внимание на стремление российских предпринимателей и их объединений к собирательству и оценке вырабатываемых практикой правил, отбору и своего рода кодификации тех из них, которые обладают качествами рациональных и справедливых. Например, участники Второго Конгресса российских предпринимателей, представляющие деловые круги их всех субъектов Российской Федерации и 120 профессиональных общественных объединений национального предпринимательства, еще 1 ноября 1995 г. приняли «Хартию бизнеса России». С момента принятия она постоянно открыта для подписания всеми желающими. Подписавшие Хартию добровольно принимают на себя бессрочные обязательства, касающиеся этических основ делового поведения и взаимодействия предпринимателей, а именно: отказываются от применения или угрозы применения насилия как способа ведения бизнеса, обязуются не прибегать к недобросовестным формам ведения бизнеса, обману и умышленному нанесению ущерба своему контрагенту, фальсификации качества товара или предоставляемой услуги, а также к сообщению ложных сведений о себе, своей организации или своих партнерах; считают должным не участвовать в легализации доходов, имеющих незаконное или сомнительное с точки зрения этики бизнеса происхождение. Участники Хартии, допустившие нарушение ее положений, согласны с теми общественными санкциями, вплоть до бойкота, которые будут приняты в их отношении другими участниками Хартии.

Разумеется подобное «общественное право» нуждается во внимательном обращении. Оперирование им, кем бы оно ни производилось и какие бы благородные цели ни преследовало, неизбежно будет иметь оттенок личного усмотрения, субъективизма.

<< | >>
Источник: Зенин И.А.. ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОЕ ПРАВО: Учебно-методический комплекс. - М.: Изд. центр ЕАОИ. - 476 с.. 2008

Еще по теме §1. Система гражданского права, регулирующего предпринимательскую деятельность:

  1. § 3* Истоки и развитие категории предпринимательская деятельность
  2. § 2. Юридические лица в торговой (предпринимательской) деятельности во второй половине XIX в. - начале XX в.
  3. § 1. Становление и развитие договора поставки как института гражданского права
  4. 2.1. Понятие предпринимательской деятельности и предпринимательских отношений
  5. 1.1. Туристская деятельность как вид предпринимательской деятельности
  6. § 3. «Корпоративные отношения» в современной науке гражданского права•
  7. § 1. Социальная сущность ограничений предпринимательской деятельности иностранных лиц.
  8. § 1. Объекты ограничений предпринимательской деятельности иностранных лиц.
  9. § 2. Субъекты ограничений предпринимательской деятельности иностранных лиц.
  10. § 2. Прямые ограничении предпринимательской деятельности иностранных лиц.
  11. Источники права, регулирующие предпринимательскую деятельность в Российской Федерации
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -