<<
>>

§ 2. ПРИНЯТИЕ ПЕРВОЙ РОССИЙСКОЙ КОНСТИТУЦИИ 1905 г. КАКИСХОДНЫЙ ПУНКТ КОНСТИТУЦИОННОГО РАЗВИТИЯ

Вступивший на престол после трагической смерти своего от­ца великий князь Александр Александрович не получил даже того минимального образования, которое считалось необходимым для императора. Дело в том, что он был третьим ребенком в семье и в 1865 г.

стал наследником престола уже двадцатилетним, вполне сформировавшимся человеком.[1042] Он вырос в армейской среде и отличался грубым и надменным нравом.[1043] Велнкий князь Алек­сандр Александрович был учеником и почитателем одного вз аппаратных теоретиков самодержавия обер-прокурора Святейше­го синода К. П. Победоносцева,[1044] под влиянием которого и фор­мировались взгляды будущего российского императора. Надо сказать, что особым разнообразием они не отличались; на воору­жении была все та же «уваровская» формула: «православие, са­модержавие, народность». Более того, наследник был твердо убе­жден в том, что все несчастья отца, да и России, произошли от несвоевременности затеянных реформ и некоторого отступления власти от фундаментальных постулатов русской государственно­сти. B обществе даже высказывалась мысль о некоторой оппози­ционности наследника отцу и его политике.[1045]

Идеологом правления Александра ПІ можно смело назвать К. П. Победоносцева, который был чрезвычайно негативно на­строен к демократическим вариантам развития России по запад­ноевропейскому образцу, считая, что парламентаризм гибелен для страны. Он отрицал многие элементы современной ему куль­турной жизни: народное представительство, суд, печать, свободу совести, называя все это ложью и обманом.[1046] Однако с наиболь­шей неприязнью он относился к конституции. B связи с тем, что B 70-е гг. тема конституции была очень актуальной и обсуждаемой в обществе, он писал: «Слышу отовсюду одно натверженное и проклятое слово: “конституция”. Воюсь, что это слово уже высо­ко проникло и уже пускает корни... Повсюду в народе зреет такая мысль: лучше уже революция, русская и безобразная смута, не­жели конституция. Первую еще можно побороть вскоре и водво­рить порядок в земле; последняя есть яд для всего организма, разъедающий его постепенно ложью...»[1047] К. П. Победоносцев ис­кренне считал, что Россия — особая страна, в которой реформы, свободная печать непременно кончаются развратом и смутой, поэтому Россия нуждается вовсе не в оттепели, а в подморозке.[1048]

Перед новым царем было, по крайней мере, два пути даль­нейшего развития: он колебался между продолжением либераль­ной политики Александра II, а значит, и поддержкой программы М. Т. Лорис-Меликова, и жесткой государственной реакцией на проявление любого, правого или левого, но одинаково опасного для самодержавия радикализма. O сомнениях, которые переживал новый император, и о том давлении, которое он испытывал, гово­рят многие факты. Известно, что Александр III, не вполне уве­ренный в полноте своей власти и поддержке общества и государ­ственного аппарата,[1049] некоторое время был в нерешительности и даже склонялся к созыву Земского собора.[1050] Император рассмат­ривал очень любопытное предложение графа H. П. Игнатьева, который, будучи министром внутренних дел, был озабочен разра­боткой проекта созыва Земского собора. Проект графа

H. П. Игнатьева сводился к идее «народного царя».

Акт венчания нового императора на царство должен произойти именно на Со­боре, символизируя тем самым единение народа и царя. Наконец, некоторые наблюдатели, прежде всего славянофилы, видели в этой процедуре возрождение вечевых традиций Древней Руси и передачу власти царю как бы от земли. Более того, Александр Ш вроде бы решился и даже получил совет и поддержку своего бра­та Вильгельма I. B то же время многие исследователи считают, что царь не имел серьезных намерений и все разговоры о Соборе были не чем иным, как отвлекающим маневром, связанным с по­нятной неуверенностью императора в своих силах.[1051] Bo всяком случае, несколько помедлив с окончательным решением, Алек­сандр понял, что никто, и прежде всего либералы, хотя и желают любых конституционных подвижек, не вынуждают его этого де­лать. Еще более увеличив паузу и убедившись в правоте своих наблюдений, Александр не стал предпринимать каких-либо дей­ствий в этом направлении.

Период сомнений, однако, продолжался недолго. После соб­ранного 21 апреля совещания, на котором в очередной раз был поднят вопрос о представительстве земских людей, Александр написал К. П. Победоносцеву: «Сегодняшнее наше совещание сделало на меня грустное впечатление — Лорис, Милютин и Аба­за положительно продолжают ту же политику и хотят так или иначе довести нас до представительного правительства, но, пока я не буду убежден в том, что для счастья России это необходимо, конечно, этого не будет, я не допущу. Странно слушать умных людей, которые могут серьезно говорить о представительном на­чале в России, точно заученные фразы, вычитанные ими из нашей паршивой журналистики и бюрократического либерализма. Более и более убеждаюсь, что добра от этих министров ждать я не могу. Дай Бог, чтобы я ошибался. Неискренние их слова, неправдой дышат..,»[1052] Bce больше и больше приобретая уверенность в своей власти, царь окончательно отверг предложение графа H. П. Иг­натьева о созыве сословного Земского собора.[1053] Тогда же, в апре­ле 1881 г., в письме своему брату Владимиру Александр IU фор­мулирует свое кредо, которому останется верен всю жизнь: «Я никогда не допущу ограничения самодержавной власти, которую нахожу нужной и полезной для России».[1054] Таким образом, край­ние воззрения Александра III на постулат самодержавия и влия­ние группы сановников, во главе которой стоял К. П. По­бедоносцев, сделали свое дело. 29 апреля 1881г. изданием царского Манифеста о восшествии на престол император извес­тил, что берется за дело правления «с верою в силу и истину са­модержавной власти, которую мы призваны утверждать и охра­нять для блага народного от всяких на нее поползновений». Этот Манифест готовился К. П. Победоносцевым тайно и без участия М. Т. Лорис-Меликова и его партии. Рассказывают, что граф был так поражен услышанным, что воскликнул: «Это измена!» По- видимому, он продолжал надеяться на продвижение своих идей и не ожидал такого коварства от молодого царя. Сразу после опуб­ликования манифеста последовали отставки министра внутренних дел М. Т. Лорис-Меликова, министра финансов А. А. Абазы, во­енного министра А. А. Мимотина и других сановников[1055] Тем самым надежды политических оптимистов на продолжение либе­ральных реформ в России рухнули. Ho торжество политической реакции наступило не сразу — некоторое время еще сохранялась практика созыва земских представителей для обсуждения подго­тавливаемых правительством мероприятий, продолжалась работа по улучшению положения крестьян, разрабатывалось законода­тельство об охране рабочих. Однако именно с 1882 г. началось свертывание конституционных замыслов общества.[1056]

Главным содержанием правления Александра III стало под­держание общественного равновесия при постоянстве традицион­ных форм государственного и общественного устройства. Он из­бегал войн и, процарствовав 13 лет, не провел ни одной войны, получив прозвище «миротворец»[1057]. Этот мир поддерживала вновь вознесенная над обществом армия, которой всегда была сильна Россия.[1058] Как и Петр I, Александр считал, что примером для об­щества должна быть армия, где царствуют послушание, исполни­тельность и порядок, тем более что «Россия— государство не торговое и не земледельческое, а военное, и призвание его быть грозою света». Bo всяком случае, так было написано в учебнике для кадетских корпусов.

Существенной чертой царствования Александра III была по­следовательная политика проведения «реформ наизнанку», при­ведшая к ограничению и искажению всего того, что было достиг­нуто либеральными преобразованиями 1860 гг. Монархия предприняла решительное наступление против инакомыслия.

14 августа 1881 г. было принято «Положение о мерах к сохране­нию государственного порядка и общественного спокойствия», которое надолго определило характер политического режима России и названо В. И. Лениным «фактической российской кон­ституцией».[1059] Россия все больше и больше возвращала себе черты классического полицейского государства,[1060] в котором полномо­чия полиции и бюрократии были чрезвычайно обширны. Bce это позволило некоторым авторам считать, «что Россия оставалась самодержавной монархией лишь формально».[1061] Направлениями главных ударов правительства по свободомыслию стали просве­щение, печать и земства. Для этого были созданы новые жан­дармские учреждения— пресловутые «охранки», получившие большие полномочия репрессивного характера; росли расходы полиции на агентурную и негласную деятельность.

Надо сказать, что самоуправление российских университетов переживало при последних русских царях различные состояния. Борьба за университетскую автономию сводилась к распределе­нию полномочий между общественным Советом университета и администрацией. B периоды оттепели университеты сами выби­рали ректоров и деканов, утверждали программы, объемы и на­правления обучения, в иные времена власть переходила к назна­ченному попечителю, губернатору и ректору, который больше не избирался, а назначался свыше. Университетский устав 1863 г. значительно расширил возможности автономии, административ­ную и хозяйственную самостоятельность университетов, права студентов и преподавателей, которые теперь сами могли разре­шать научные проблемы, объединяться в кружки и ассоциации. Этот Устав, отменив вступительные экзамены, делал более стро­гими выпускные. Bce это, безусловно, создавало базу для на­стоящих и будущих успехов русской науки, но, может быть, ca- мое главное, способствовало демократизации процесса получения знаний, что объективно вело к свободомыслию, самостоятельно­сти и живой инициативе человека. Совершенно другим был Устав 1884r., практически уничтоживший университетскую автоно­мию. Ректоров назначало правительство, оно же имело право уволить любого профессора без учета рекомендации Советов университетов. Этим уставом предусматривалось чиновничье утверждение программ обучения и вводилась особая инспекция за посещаемостью занятий и поведением студентов. Наконец, в 1887 г. были приняты меры для ограничения доступа в гимназии и университеты выходцам из нижних слоев общества.

Сходные ограничения вводились и в сфере печати,[1062] земского и городского самоуправления, где надзор губернатора осуществ­лялся не только за законностью, но и за «правильностью» или целесообразностью действий органов местного самоуправления. Одновременно на местах усиливалась роль имущих слоев обще­ства, прежде всего дворянства.

Таким образом, государство атаковало любые нововведения в обществе, которые каким-то образом могли изменить так тща­тельно оберегаемое равновесие и приблизить время, когда про­цесс ограничения самодержавия и принятия конституции станет необратимым. Либералы, социалисты, террористы — все казались правительству одинаково опасными, и чем глубже наступала ре­акция, тем отчетливее осознавали реформаторы, что «катастрофа 1-го марта отбросила Россию далеко назад», что конституционное движение постиг полный разгром, а начатая с таким трудом орга­низация легально выраженного гражданского общества развали­лась. Bo всяком случае, именно так воспринимали происходящее многие представители русской либеральной интеллигенции. Дей­ствительно, реформы, проводимые сверху в условиях абсолютной монархии, могли иметь успех только в самом начале пути, когда в дело вступало неограниченное в своей власти государство, но продолжать их, эволюционировать процесс преобразований мож­но было только с помощью и при содействии общества. Кстати, все более или менее успешные реформы в России продолжались потому, что государство находило в обществе некоторую опору в лице тех или иных общественных групп, интересы и цели кото­рых совпадали с государственными. Чаще всего это были приви­легированные сословия с примыкавшим к ним аппаратом управ­ления. Преобразования же, начатые в 1860rr., требовали не столько согласия дворян и отдельных общественных слоев и групп, сколько участия всего общества и народа.

Известен случай, когда обласканный властью либерал Б. H. Чичерин, избранный московским городским головой, во время посещения Москвы Александром III в приветственной речи позволил себе высказать предположение о том, что в обществе есть здоровые силы, сочувствующие монархии и осуждающие террор, что силы эти надо задействовать, ибо одно правительство не справится с происходящим. Он говорил о том, что без инициа­тивы и общественной самодеятельности все преобразования не имеют смысла. B словах Б. H. Чичерина власти усмотрели требо­вание конституции, речь печатать запретили, а самого Б. H. Чичерина отправили в отставку." Такая политика прави­тельства приводила к отторжению от власти образованных, ум­ных и патриотически настроенных граждан. Именно в силу своих дарований и независимости они не могли в полной мере зани­маться созидательной деятельностью на ниве государственной службы и искали применение своим знаниям либо в земстве, что было модно, благородно, да и полезно для народа, либо в рево­люции.

Итак, предпринятая Александром III контрреформация огра­ничила данные ранее свободы и в вопросах правосознания верну­ла общество в дореформенное состояние. И все же власти нашли новую и объективно полезную основу укрепления государствен­ности. He обращаясь к разночинной молодежи, земским, судеб-

QQ

См.: СекиринскиВ С. C., Филлипоѳѳ Т. А. Родословная российской сво­боды. М., 1993. С. 196.

ным и городским деятелям, они дали определенный простор ка­питалистической инициативе, провоцируя огромный промыш­ленный подъем 1890 гг. B то же время, и это очень важно под­черкнуть, экономическая политика правительства ни в коей мере не подкреплялась политическими шагами, что еще больше усугу­било ситуацию, ибо предпринимательство не может стабильно развиваться вне свободы. Расширение частного сектора в эконо­мике и увеличение слоя относительно обеспеченных и экономи­чески не зависимых от государства граждан приводит их к по­требности политического самовыражения. И если раньше политических свобод преимущественно требовала либеральная интеллигенция, то теперь потребности в политической организа­ции общества испытывали не только университетские профессора и журналисты, но и предприниматели, купцы, техническая интел­лигенция, и круг этот расширялся с каждым годом. Более того, те, кто не находил для себя возможности мириться с создавшимся положением, в силу отсутствия легальной конституционной ос­новы для самоорганизации, вынуждены были организовываться в подполье или за границей. Таким образом, политическая оппози­ция кардинально изменила свое место в общественной иерархии: если раньше ее место было у трона, то теперь признаки ее появ­ления и элементы организации можно было наблюдать повсеме­стно в обществе. Следовательно, экономическая политика прави­тельства объективно способствовала распространению идеи ограничения самодержавия, установлению парламентаризма, де­мократии и прав человека. Именно эти идеи объединяли опреде­ленные круги общества и становились символами обновления.

Смерть Александра III и приход к власти его сына Николая не привели к повороту государства на путь либеральной политики. B январе 1895 г. на приеме депутации от земств молодой царь про­изнес свои знаменитые слова с осуждением «бессмысленных меч­таний»,[1063] говоря об участии представителей земства в делах го­сударственного управления. Он заявил: «Пусть все знают, что я, посвящая все свои силы благу народному, буду охранять начала самодержавия так же твердо и неуклонно, как охранял его мой покойный, незабвенный родитель».[1064]

Надо сказать, что наследник получил хорошее домашнее об­разование. Он в совершенстве владел английским, французским и немецким языками, прошел цикл занятий по особой программе, соединившей курс Академии Генерального штаба с радом гума­нитарных факультетов университета. Ho что именно усвоил из этих лекций царственный ученик, осталось неизвестным: задавать вопросы цесаревичу преподавателям запрещалось, сам же он ни о чем не спрашивал, часто мучался скукой и однажды записал в дневнике: «Сегодня я закончил свое образование — окончательно и навсегда!»[1065] За внешним лоском, воспитанностью, даже неко­торой привлекательностью, скрывался человек слабовольный и одновременно упрямый. Он с болезненным самолюбием относил­ся к своему исключительному положению И B TO же время был крайне не уверен в себе и своих способностях. Преданный отец семейства, чрезвычайно высоко признававший интересы своей семьи и эгоистически их оберегающий, Николай часто пренебре­гал интересами государства.[1066] Ha страницах старой буржуазно­либеральной публицистики Николай II представлялся правите- лем-размазней, самодержцем-непротивленцем, изредка даже кре- тином-неудачником, которому просто не повезло с рождением.[1067]

Это не совсем верно. Конечно, во время его царствования не раз складывались ситуации, когда маленький ростом и духом само­держец терялся, проявлял нерешительность, колебания. И все же он был далек от роли простого исторического статиста. Он знал, что делал, и делал то, что хотел, во всяком случае, «Начала самодержавия» Николай II отстаивал с яростным упорством. Бо­лее того, «стесняться законами Николай никогда не считал нуж­ным; его понятие самодержавия (Бог и я) делало это излиш­ним».[1068] Он не сдал ни одной существенной позиции самовластия, и то немногое, что было предоставлено народу в октябре 1905 г., весьма скоро было нивелировано. Он отчаянно боролся за едино­личную власть как в 1905, так и в 1917 гг.

K несчастью для царя и сторонников монархизма, царствова­ние Николая II совпало с начальным периодом развития капита­лизма в России, для которого характерны борьба за провозглаше­ние гражданских свобод и конституционное построение государства. Такая обстановка привела к усугублению обозна­ченного еще во времена правления Александра III конфликта ме­жду политическим застоем и все более ускорявшимся хозяйст­венным и культурным ростом общества. Складывалась парадоксальная ситуация— каждый очередной экономический успех правительства приближал страну к политической катастро­фе. Жесткая политика сдерживания политических процессов при­вела к тому, что в обществе стали распространяться идеи ради­кального изменения существующей формы правления. Мощным катализатором этого процесса явилась война с Японией, которая

изначально затевалась властью как «маленькая и победоносная». Правительство рассчитывало поднять патриотические чувства населения и заглушить тем самым как недовольство масс капита­листической эксплуатацией, так и сепаратистские движения на окраинах империи. Объективную оценку происходящих событий дал В. И. Ленин в своей работе «Разгром» еще в мае 1905 г. «Зна­чение этого краха, — писал он, — как краха всей политической системы царизма становится все яснее и для Европы, и для всего русского народа с каждым новым ударом, наносимым японцами. Bce ополчается против самодержавия— и оскорбленное нацио­нальное самолюбие крупной и мелкой буржуазии, и возмущенная гордость армии, и горечь утраты десятков и сотен тысяч молодых жизней в бессмысленной военной авантюре, и озлобление против расхищения сотен миллионов народных денег, и опасения неиз­бежного финансового краха и долгого экономического кризиса вследствие такой войны, и страх перед грозной народной рево­люцией, которой (по мнению буржуазии) царь мог бы и должен был бы избежать путем своевременных и “благоразумных” усту­пок».107

Еще в 1904 г. не без усилия над собой Николай II подписал рескрипт по поводу разработки Закона «О предначертаниях и усовершенствовании государственного порядка», который, по общему мнению, должен был стать предтечей спасительных кон­ституционных реформ. Bo исполнение этого решения в ноябре 1904 г. царь собрал совещание для выработки новой политики. Ha этом совещании было предложено реформировать Государствен­ный совет: комплектовать его за счет выборных от общества, что в определенном смысле копировало предложение 1881 r. М. Т. Лорис-Меликова и являлось первым шагом к учреждению конституции и полноценного парламента. Однако Николай, сле­дуя заветам отца, отклонил это предложение. Й все же, несмотря на это, для многих стало явным ослабление правительством жест­кой политики подавления инакомыслия.

Этот очень непродолжительный период российской истории был характерен появлением коалиции многих оппозиционных

сил, центром которой являлись земства. Именно земские конфе­ренции стали инструментом выражения непосредственных требо­ваний оппозиции: созыва представительного органа и предостав­ления народу прав и свобод. Практически в это же время в Санкт- Петербурге собрался Земский съезд, который большинством го­лосов[1069] высказался за введение конституционного строя. B даль­нейшем в защиту конституции началась инициированная земст­вами так называемая банкетно-петиционная кампания: в короткий срок в 34 городах России прошло более 120 политических банке­тов, в которых участвовало более 30 тыс. человек. На высочайшее имя посыпались сотни петиций с просьбой даровать России кон­ституцию.[1070]

Унизительное поражение в войне высветило для царя два пу­ти; Первый — провозгласить военного диктатора страны и карать любые проявления нелояльности и свободомыслия, и второй — решиться на ограничение самодержавия, провести либеральные реформы и принять конституцию, т. e. совершить то, против чего боролся отец. Именно на этом пути развития настаивал либерал С. Ю. Витте, который говорил, что Россия переросла формы су­ществующего государственного устройства, и, пока есть возмож­ность, надо даровать конституцию, иначе народ вырвет ее силой. Действительно, непрекращавшиеся забастовки рабочих, активи­зация политических партий, действовавших в подполье, события 9 января 1905 г. в Санкт-Петербурге, когда ІООтыс. человек по­требовали от царя гражданских свобод и созыва Учредительного собрания, — все говорило о том, что революция уже началась и дело шло к свержению монархии.

Под гнетом внешних обстоятельств царь обязал министра внутренних дел составить проект рескрипта на его имя, в котором давалось бы ему (А, Г. Булыгину) поручение составить проект привлечения выборных к законодательству. Однако 18 февраля, в тот момент, когда по пути в Царское Село министры, в том числе и сам А. Г. Булыгин, готовились к обсуждению рескрипта и мер, необходимых для успокоения общества, в резиденции Николая уже был подписан царский Манифест «нашим подданным» о том, что, «ослепленные гордыней, злоумышленные вожди мятежного движения», стремясь разрушить российское самодержавие, наме­рены учредить управление страной «на началах, обществу наше­му не свойственных». Самым же удивительным было то, что на совещании о принятии конституции царь вел себя таким образом, что никакого Манифеста о конституции, «не свойственной наше­му обществу», вовсе не было. Более того, в рескрипте, подготов­ленном А. Г. Булыгиным, говорилось, что государь намерен «с Божьей помощью привлекать достойнейших, доверием народа облеченных, избранных от населения людей к участию в разра­ботке и обсуждению законодательных предположений». Этот документ Николаем был также подписан, при этом царь заявил, что не видит противоречий между положениями Манифеста и указа. Таким образом, практически одновременно (оба они дати­рованы 18 февраля) были приняты государственные акты, исклю­чавшие друг друга. Bce говорит о тяжелейших внутренних пере­живаниях царя, о его растерянности и готовности слушать любого из своего окружения, кто укажет ему более аргументированный выход из сложившейся ситуации. После длительных уговоров С. Ю. Витте и великому князю Николаю Николаевичу110 удалось убедить Николая II пойти на уступки.

B августе 1905 г. издаются акты об «Учреждении Государст­венной думы» и «Положение о выборах в Государственную ду­му». При этом Дума выбиралась на принципах куриальности и имущественного ценза и создавалась как законосовещательный орган для предварительной разработки и обсуждения законода­тельных положений. Она не наделялась законодательной властью и была полностью зависима от царя, поэтому не оправдала ожи-

10 Николай Николаевич всегда был сторонником реакции, лицом, кото­рого прочили в диктаторы, однако 16 октября он пошѳл к императору и бук­вально вынудил его подписать Манифест. При этом, по свидетельству баро­на в. Б. Фредерикса, Николай Николаевич гроэил царю покончить жизнь самоубийством, если Николай Il не послушает его (см.: Мосолов А. А. При дворе последнего императора. Записки начальника канцелярии министра Двора. СПб., 1992. С. 57).

даний определенной части русского общества. B историю она вошла под названием «булыгинская» и так и не была созвана.

Настоящие уступки последовали в царском Манифесте 17 октября 1905 г.,[1071] который был составлен С. Ю. Витте и

А. Д. Оболенским и «окончательно и бесповоротно вводил Рос­сию на путь конституционный, т. e. в значительной мере ограни­чивающий власть монарха и устанавливающий соотношение вла­сти монарха и выборных от населения...»[1072] Манифест начинался словами: «Смуты и волнения в столицах и многих местностях Империи Нашей великой и тяжкой скорбью преисполняют сердце наше...» Далее следовало:

«1. Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности лично­сти, свободы совести, собраний и союзов.

2. He останавливая предназначенных выборов в Государст­венную думу, привлечь теперь же к участию в думе... те классы населения, которые ныне лишены прав

3. Установить как незыблемое правило, что никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной думы...»

Этот документ,[1073] во-первых, впервые провозглашал «незыб­лемые основы гражданской на началах действительной неприкос­новенности личности, свободы совести, слова, собраний и сою­зов» населению России. Во-вторых, устанавливал правило, в со­ответствии с которым «никакой закон не мог воспринять силу без одобрения Государственной думы, и чтобы выборным от народа обеспечена была возможность действительного участия в надзоре за закономерностью действий поставленных от нас властей».

Таким образом, без упоминания слова «конституция», по су­ществу, была провозглашена конституционная форма управле­ния. Это важно подчеркнуть, поскольку основным принципом любой конституции является положение, в соответствии с кото­рым верховная власть не может принять закона без одобрения представителей народа. Поэтому с опубликованием Манифеста 17 октября абсолютная власть в России «стала делом прошло­го»,[1074] царь ограничивал свою власть в пользу Государственной думы, которая наделялась законодательными функциями и пре­вращалась в высший законодательный орган государства, — про­цесс конституционного развития России стал необратимым.

Более конкретно конституционные положения манифеста прокомментировал статс-секретарь граф С. Ю. Витте, говорив­ший о стремлении России к построению строго правового, осно­ванного на гражданской свободе государства, о полном невмеша­тельстве правительства в дела Думы, о поддержке ее престижа и т. д.[1075] Однако манифест, означавший, что в России принята кон­ституционная форма правления, волнений и беспорядков не оста­новил, и революция продолжалась с новой силой. Николай чувст­вует себя обманутым:[1076] он дал народу конституцию, а неблаго­дарный народ не хочет успокаиваться.[1077]

Общество по-разному восприняло конституционные шаги правительства. Одни, в частности либеральная интеллигенция, откровенно ликовали, левые требовали продолжения революции до полного свержения самодержавия. Другие, более осторожные и консервативные круги, высказывали мнение о неготовности народа к конституционным преобразованиям России. Однако са­мым неприятным было то, что в обществе возникла междоусоби­ца между теми, кто торжествовал победу, и теми, кто праздновал милость царя, — в стране начались погромы, выступления «чер­ной сотни» и иные общественные противостояния. Многие же были просто в растерянности. Вот как описал будущий видный думский деятель В. В. Шульгин утро 18 октября, когда провинци­альный Киев узнал о принятом Николаем решении. Здесь не только сомнения в правильности этого шага, не только страх за будущее и осознание потери былого общественного статуса, но и решимость русского офицерства бороться: «Конституция... Вчера я знал, что мне делать... Ну, а теперь?.. Можно ли при конститу­ции стрелять? Существуют ли старые законы? Или, может быть, меня за это под суд отдадут? Я буду телеграфировать С, Ю. Витте, это Бог знает, что они делают, они сами делают ре­волюцию. Революция делается оттого, что в Петербурге трясутся. Один раз хорошо прикрикнуть, и все станут на места... Это ведь все трусы, они только потому бунтуют, что боятся... Конститу­ция! Думают этим успокоить. Сумасшедшие люди! Разве можно успокоить явным выражением страха. Кого успокоить? Мечта­тельных конституционалистов. Эти и так на рожон не пойдут, A динамитчиков этим не успокоить... Выдержит ли конституцион­ная Россия какое-нибудь грозное испытание... За веру, царя и отечество умирали, и этим создавалась Россия, но чтобы пошли умирать заГосударственную думу, — вздор!»[1078]

Революция 1905 г. самодержавия не опрокинула в результате отчаянных действий правительства, основанных вначале на ус­тупках,[1079] а затем на демонстрации силы. Bo всяком случае, во исполнение Манифеста 17 октября 1905 г., С. Ю. Витте было по­ручено, во-первых, составить первый конституционный кабинет и, во-вторых, разработать избирательный закон в Государствен­ную думу. Выполняя первое поручение, С. Ю. Витте уже через несколько недель он констатировал, что не в состоянии сформи­ровать правительство на основании принципов конституционного манифеста, так как видные общественные и государственные дея­тели, взгляды которых отвечали бы конституционному развитию России,[1080] не нашли для себя возможным войти в правительство, членом которого (министром внутренних дел), по мнению

0. Ю. Витте, обязательно должен был стать П. H. Дурново.[1081] Та­ким образом, члены высшего исполнительного органа Российской империи по своему мировоззрению совершенно не отвечали но­вым требованиям конституционной государственности.[1082] B то же время необходимо отметить, что в данном случае мы имеем дело с первым в истории России фактом переговоров власти с предста­вителями общества о создании высшего органа управления.

Как уже говорилось, еще одной важной задачей правительст­ва была разработка нового, взамен «булыгинского», Положения о выборах в Государственную думу, принятого 6 августа 1905 г.[1083] Ha рассмотрение Совета министров предложили два проекта. Первый, разработанный в Москве группой общественных деяте­лей, в числе которых наиболее значительными были Д. H. Шипов, А. И. Гучков и H. Трубецкой, отражал основные либеральные ценности и предлагал ввести всеобщее избирательное право. Вто­рой, разработанный под непосредственным руководством С. Ю. Витте, во многом повторял «булыгинский» проект от 6 ав­густа 1905 г. После некоторых колебаний Николай утвердил про­ект С. Ю. Витте, ставший основой для организации выборов в первую и вторую Государственную думу.

Указ «Об изменении Положения о выборах в Государствен­ную думу», принятый 11 декабря 1905 г., увеличивал число курий с трех (землевладельческая, городская и крестьянская) до четырех (рабочая) и расширял число избирателей городской курии. Одна­ко выборы в Думу были не всеобщими,[1084] неравными и непрямы­ми.[1085] Всего по новой системе в Государственную думу предпола­галось избрать 524 депутата, из них 488 депутатов от 53 губерний европейской части России и 36 от национальных окраин.

После этого последовали: Манифест «Об изменении учреж­дения Государственного совета и пересмотре учреждения Госу­дарственной думы», а также Указы «О переустройстве учрежде­ния Государственного совета»[1086] и «Учреждение Государственной думы» от 20 февраля 1906 г.[1087] Эти документы определяли поря­док учреждения и выборов членов Государственного совета, а также внутреннее устройство и компетенцию Государственной думы. B результате был создан российский парламент, состояв­ший из двух равноправных палат: Государственной думы и Госу­дарственного совета, преобразованного из законосовещательного органа при царе в верхнюю законодательную палату с правом вето на решения нижней палаты — Государственной думы. Госу­дарственный совет состоял из 98 членов, из которых 50 членов избирались от губернских земств, до 6 — от православной церкви и от Академии наук и университетов, 12 — от биржевых комите­тов и комитетов торговли и мануфактур.

Первый российский парламент имел характерные для такого органа права: законодательной инициативы, за исключением ос­новных законов, которые царь принимал своей единоличной вла­стью; право выработки и принятия законов, которые поступали на утверждение царя; прерогативу утверждать бюджет (с сущест­венными ограничениями); право запроса к членам правительства, ограниченное некоторыми условиями. Кроме того, члены Думы пользовались полной свободой суждений и мнений о делах, отне­сенных к ее ведению.[1088]

Немаловажным для развития гражданского общества в Рос­сии был принятый 4 марта 1906 г. Указ «О временных правилах об обществах и союзах»,[1089] который, развивая идеи Манифеста 17 октября 1905 г., явился первым в истории Российской империи законодательным актом, допускавшим деятельность различных, в том числе и оппозиционных, политических образований.

После решения этих задач явственно обозначилась проблема скорейшего принятия Основных законов Российской империи. При этом было очень важно утвердить их до начала работы Ду­мы, которая могла объявить себя Учредительным собранием по разработке конституции и спровоцировать тем самым применение к ней военной силы. Bce это могло привести к гибели нового строя.

Основные государственные законы были введены высочай­шим указом от 23 апреля 1906 г.[1090] и обнародованы за три дня до открытия первой Государственной думы. Первый раздел, «Ос­новные государственные законы», в значительной степени ком­пилировал большинство из принятых в последние два года норм конституционного свойства, в этом состоит его своеобразие, и, по-видимому, именно этим объясняется его противоречивость. Несмотря на произошедшие в политической жизни России изме­нения, в Основных законах продолжает фиксироваться положе­ние о том, что «императору всероссийскому» и «государыне им­ператрице» принадлежит верховная самодержавная власть» (пп. 4, 59, 60).[1091] При этом царю также принадлежит «власть управления во всем объеме», а «судебная власть осуществляется от имени государя императора» (пп. 10, 22). Одновременно п. 7 Основных законов говорит о том, что «государь император осуществляет законодательную власть в единении с Государст­венным советом и Государственной думой», п. 86 указывает, что «никакой новый закон не может последовать без одобрения Госу­дарственным советом и Государственной думой», и, наконец: «закон не может быть отменен иначе, как только силою закона» (п. 94). Следовательно, теперь закон принимался только в случае согласия всех перечисленных выше государственных органов, т. e. Дума без воли царя и царь без воли Думы не могли реализо­вать свое законодательное право. И хотя император имел полно­мочие издавать указы, однако здесь его права также были ограни­чены временем между сессиями Государственной думы, условиями чрезвычайных обстоятельств и обязательным после­дующим внесением этих указов в Думу в течение двух месяцев. Этот порядок не распространялся на изменение Основных госу­дарственных законов и учреждение Государственного совета и Государственной думы. Кроме того, царь не мог изменять изби­рательные законы.[1092] Иными словами, император формально пе­рестал обладать полнотой законодательной власти. При этом, хотя и смутно, все же просматривается стремление утвердить определенные черты разделения властей: царю принадлежит «власть управления», «судебная власть осуществляется от его имени», а законодательную власть император осуществляет «в единении с Государственным советом и Государственной думой». Ho право законодательной инициативы принадлежало императо­ру. Таким образом, очередная попытка[1093] разделить государствен­ную власть в России на три ветви, в соответствии с идеями Ш, Монтескье, не была доведена до конца. И хотя в Основных зако­нах речь идет о законодательной, судебной властях и власти управления, что уже было определенным продвижением идей разделения властей, однако царь полностью контролировал ис­полнительную и судебную ветви, в то время каіс законодательную власть делил с Государственным советом и Государственной ду­мой. Наконец, царь имел право роспуска Государственной думы, что также говорит о его преимуществах по отношению к парла­менту.

Если же еще более детализировать компетенцию царя н Ду­мы, то надо сказать, что большим завоеванием сторонников пре­образований было отнесение компетенции бюджета к ведению Государственной думы, что в определенном смысле ослабляло позиции монархии, которую, кстати, многие, и не без основания, рассматривали с позиций вотчинного государства.

Наконец, о предположении, что в России все же выстраивает­ся система разделения властей, говорит и тот факт, что образова­ние Государственной думы требовало создания правительства по западноевропейскому образцу, которое не только должно было взаимодействовать (а вернее, противодействовать) с Думой, но и в перспективе быть ответственным перед ней. Именно с этим свя­зано высочайшее повеление царя председателю комитета минист­ров С. Ю. Витте от 18 октября 1905 г. B этом документе Нико­лай II просил принять меры к объединению министров и указывал на необходимость утверждения законопроекта о Совете министров.[1094] Этот подход говорит о создании новой управленче­ской коллегии, наделенной иным, чем ранее, статусом и компе­тенцией.[1095] Кстати сказать, создание несущего ответственность органа управления объективно было на руку монархии, которая не принимала бы на себя мощный поток критики за последствия своей политики или, по крайней мере, делила бы ее с правитель­ством, Тем самым реализовывался бы еще один критерий консти­туционной монархии — безответственность монарха за проводи­мую его правительством политику.

Отдельные положения Основных законов говорят о том, что Россия восприняла и декларировала некоторые идеи правового государства. Например: «Империя Российская управляется на твердых основаниях законов, изданных в установленном поряд­ке» (п. 84), «Сила закона равно обязательна для всех без изъятия российских подданных и для иностранцев» (п. 85), «Каждый за-

кон имеет силу только на будущее время» (п. 89), «Законы обна- родуются во всеобщее сведение Правительствующим Сенатом в установленном порядке и прежде обнародования в действие не производятся» (п. 91).

Новые права и свободы получили подданные России: свободу веры («свобода веры присвояется не токмо христианам иностран­ных исповеданий, но и евреям, магометанам и язычникам; да все народы, в России пребывающие, славят Бога всемогущего разны­ми языками по закону и исповеданию праотцев своих»); личные гражданские права («Никто не может подлежать преследованию за преступные деяния иначе как в порядке, законом определен­ном», «никто не может быть задержан лод стражей иначе как в случаях, законом определенных», «никто не может быть судим и наказан иначе как за преступные деяния, предусмотренные дейст­вовавшими во время совершения сих деяний уголовными закона­ми»). Одновременно декларировалась неприкосновенность жи­лища (п. 75), собственности (п, 77), свобода передвижения, выбор места жительства и занятия (п. 76), свобода мирных и без оружия собраний (п. 78), свобода мысли, слова и печати (п. 79), право образовывать общества и союзы (п. 80). По существу, основные гражданские права и свободы включали в себя тот необходимый минимум прав подданных, который исторически соответствовал начальному этапу развития конституционной монархии. Bce это говорит о том, что Российская империя стала конституционной монархией, а перечисленные законодательные акты не только составляли первую конституцию России, но и формулировали первый в истории России конституционный строй.

Таким образом, с формально-юридической точки зрения, са­модержавие в России можно считать ограниченным с 27 апреля 1906 г., когда собралась I Государственная дума. Тогда же из уст первого председателя Думы С. А. Муромцева впервые прозвуча­ло, что Россия стала конституционной монархией.19

Российский конституционализм: история и современность

Поведем итоги. Анализ общественно-политического состояния Древней Руси до варягов, принятия христианства и татарского на­шествия говорит о том, что в механизмах, приемах и структурах осуществления властных полномочий наблюдалось господство ве­чевого начала, что создавало условия для своеобразного и во многом уникального распределения власти. Представляется, что верховная власть принадлежала земле, и это было ее правом. Князю власть давалась землей и зависела от нее, при этом земля должна была иметь князя, без этого ее существование оказывалось невозможным. Земля была власть над собою, вече — выражением власти земли, а князь —■ ее органом правления. Князь был призван держать власть, править, защищать, но земля не была его вотчинной, он был для нее не государем, а господином, что далеко не одно и то же.

Развитие этой схемы в Киевской Руси привело к формированию триединой структуры власти, при которой монархический элемент олицетворял князь, аристократический — Боярская дума, а демокра­тическим элементом было вече. При этом все три элемента органн- защш власти были определенным образом уравновешены относи­тельно друг друга. Таким образом, в дотатарский период не выработалось достаточных условий для появления единодержавия. Более того, развитие институтов автономии, самоуправления и кня­жения в рамках исторических народных традиций могло привестй Русь как к федерации, так и к единому унитарному государству, как к республике, так и к монархии, ограниченной или абсолютной.

C установлением самодержавия Россия представляла собой го­сударство, для которого не был характерен западный путь развития монархии. Устранив существовавшую ранее организацию власти, русские цари построили такую систему власти, которая в своем по-

литико-управленческом образе представляла смесь нравов и поли­тических традиций, с одной стороны, заимствованных у христианст­ва, а с другой — продиктованных связью с варягами, монголами и Византией. Понятно, что установки государства на самодержавие, централизм и подавление личности не предполагали какого-либо варианта конституционного развития. B свою очередь, положения, обеспечивавшие системное понимание обществом основных прин­ципов конституционализма (доктрины естественного права и обще­ственного договора, идеи свободы, равенства, справедливости, плю­ралистического понимания общежития и т. д.), как правило, заимствовались извне и поэтому были доступны чрезвычайно узко­му числу людей. Наконец, вплоть до революции 1905 г. всякое про­явление идеологического, политического и экономического инако­мыслия в обществе было объектом гонений, запретов и практически постоянного подавления государственной машиной, церковью и сформированными в обществе моральными цензами.

Попытки ограничить самодержавную власть в России начались сразу после формирования ее российской модели. Их субъектами сначала были духовенство и боярство. Однако, получив власть из рук татарских ханов, русские цари, в отличие от западных монархов, не имели экономически сильных соперников, с которыми могли бы конкурировать. Наконец, борьба с церковью за приоритет светской или духовной власти велась в режиме традиционной для Византии «симфонии», которая если и предполагала борьбу, то скрытую, эпи­зодическую и персонифицированную. B результате боярство и цер­ковь были полностью подчинены абсолютной власти царя, а активи­зация противоположных ограничительных попыток была связана исключительно с периодами междувластия. При эгом практика до­кументально-нормативного оформления распределения власти меж­ду царем и аристократией не сложилась. Более того, достаточно кратковременные периоды, когда государственная власть, в силу субъективных причин, формально принадлежала не царю, а боярст­ву, не были использованы для принятия ограничительных актов, а остались в истории как времена боярской вольницы, внутренней борьбы и необоснованного обогащения отдельных боярских семей, находившихся вблизи трона.

Сложившееся в дальнейшем полное государственное и религи­озное подавление инакомыслия и отсутствие гражданского общест­ва привели к тому, что общественное правосознание не содержало в себе каких-либо представлений о конституционном развитии. Носи­телями соответствующих идей вплоть до второй половины XLX в. было только дворянство. Как общественно-политическая сила, про­тивостоявшая развитию абсолютной власти в России с ХѴШ в., оно сформировалось со значительным опозданием. При этом на процесс развития присущего дворянству правосознания большое влияние оказывал западный опыт организации взаимоотношений между го­сударством и обществом, который не только принципиально отли­чался от сложившегося в России, но и воспринимался большинством населения как крамола и посягательство на традиционную, освя­щенную церковью организацию власти. Вследствие этого дворян­ский конституционализм носил исключительно «верхушечный» характер.

Важно и то, что государство в России в итоге сформировалось как бюрократическое, в котором интересы высшей бюрократии и императоров смыкались, что значительно усложняло борьбу и ос­лабляло позиции дворян-конституционалистов. Наконец, среди субъектов попыток конституционных преобразований были и либе­рально мыслившие российские императоры: Александр I и Алек­сандр H, — однако результатом их политики стал не переход России к конституционному пути развития, а лишь подготовка к этому пе­реходу. B дальнейшем идеи конституционализма стали развиваться в среде разночинцев, однако формы борьбы, ими предложенные, имели столь радикальный хараісгер, что привели к обратному^ усилению самодержавия и ожесточению борьбы с проявлениями любой общественной свободы.

Программные документы субъектов попыток ограничения са­модержавия в России в абсолютном своем большинстве заимствова­ны у Запада. Аналогами такого заимствования были феодальная и буржуазная модели конституционализма. Образцами же служили нормативные и организационные модели английского, французско­го, польского и шведского ограничения единодержавия, а также конституции США и Франции.

Совершено естественно, что разработанные таким образом про­граммы не содержали традиционных для России форм и были чуж­дыми культуре и общественно-политическому опыту страны. Дело в том, что для единой европейской политической культуры, проявив­шейся в эпоху феодализма, характерны, с одной стороны, эволюция определенных мировоззренческих идей, возникших на базе тех или иных достижений отдельных территориально или национально обо­собленных общностей прошлого, а с другой ■— переплетение много­образных и противоположных по своей культурной и политической ориентации структурных моделей. Такой подход основан на разно­образии культурных традиций, которые и сформировали общую европейскую политическую культуру. Именно она оказала домини­рующее влияние на развитие конституционализма в условиях Сред­невековья. K сожалению, все то, что составляло большинство эле­ментов древнерусской политической культуры, было ликвидировано в ходе становления российского самодержавия.

Итак, говоря о феодальной модели конституционализма, кото­рая сформировалась на примере государственного развития Англии, Франции, Швеции, Польши и других государств, следует подчерк­нуть, что в России отсутствовали почти все необходимые предпо­сылки для ее появления. B частности, не было экономически и по­литически свободных людей, самоуправлявшихся торговых городов, порабощенных в период становления самодержавия; длительное время отсутствовала устойчивая система распространения знаний и светское образование; отечественная история не знала института договорного вассалитета, приведшего к появлению судов как сред­ства разрешения тяжб между правителем и вассалом. Реформацион- ные процессы, которые так же, как на Западе, имели место в России, не закончились веротерпимостью и признанием идеологического многообразия, Россия не знала учреждений конституционного тол­ка: суда, парламента или генеральных штатов, не подпадавших под полную власть монарха и тем самым создававших в обществе уве­ренность в возможности ограничения абсолютной власти.

Наконец, при создании парламентских порядков и внедрении конституционных идей в практику общество сталкивалось с необхо­димостью решения крестьянского вопроса. Ha Западе эта проблема была решена загодя. B России же освободить крестьян или даже облегчить их участь значило задеть интересы дворян, составлявших не только военную силу, но и администрацию государства. Именно ЗДесь истоки двойственного состояния российского дворянства, часть которого, являясь носителем идеи ограничения самодержавия, одновременно оставалась крепостниками, и робости коронованных конституционалистов.

Что касается буржуазной модели конституционализма, то она явилась результатом промышленной революции, для нее характерно появление новых классов, которые на основе либерализма форми­руют абсолютно новые понятия и интересы. Свобода, равенство, братство, веротерпимость, демократия, гуманизм — вот лозунги и цели буржуазных конституционалистов Запада.

Эш и другие признаки буржуазности в России также отсутство­вали. Когда же появились предпосылки для развития капитализма, то вслед за ними возникла общественная борьба за достижение бур­жуазных идеалов, которая и привела к ограничению самодержавия и принятию ряда актов, имевших конституционное значение.

Борьба за ограничение самодержавия и принятое монархиче­ской конституции наиболее интенсивно протекала в XLX в., однако конституционные реформы явились следствием развития капита­лизма и революции 1905 г. И хотя революция не вылилась в разру­шение социального порядка и не привела к полной реализации тре­бований конституционалистов, тем не менее она дала начало новому, уже конституционному периоду русской истории. Вместе с тем революция 1905 г. проходила по совершенно иному, чем в Анг­лии, США и Франции, сценарию. Поэтому российская конституци­онная модель, декретированная сверху, не обладает тем радикализ­мом и крайностью определений, как, скажем, французская. Отсюда, по одним признакам ее можно отнести к феодальной модели кон­ституционализма, а по другим — к буржуазной.

Российская империя после принятия Основных законов и созы­ва Государственной думы стала конституционной монархией, не кодифицированную конституцию которой составляла совокупность целого ряда законодательных актов. Среди них можно назвать Вы­сочайший манифест «Об усовершенствовании государственного порядка» от 17 октября 1905 r., Указ «Об изменении Положения о выборах в Государственную думу» от 11 декабря 1905 г., Манифест «Об изменении учреждения Государственного совета и пересмотре учреждения Государственной думы», Указы «О переустройстве уч­реждения Государственного совета» и «Учреждение Государствен­ной думы» от 20 февраля 1906 г., Свод Основных государственных законов в новой редакции от 23 апреля 1906 г. и др. Политический порядок, установленный в России после конституционной реформы, можно определить как конституционный режим, поскольку царь, сохранив свое влияние на государство, перестал быть абсолютным монархом. B то же время Думу, в силу характера представительства и ограничений полномочий, нельзя было назвать парламентом в строгом смысле этого понятия, а соответствующую форму правле­ния — парламентарной.

Прежде чем говорить о зависимости современной российской государственности от идей, приемов и методов управления россий­ского самодержавия, необходимо кратко охарактеризовать совет­скую модель конституционализма, получившую развитие после Ок­тябрьской революции 1917 г., когда были приняты первые акгы советской власти, многие из которьгх имели конституционное зна­чение.

Конституция РСФСР 1918 г., став первой кодифицированной Конституцией России, в дальнейшем использовалась в качестве эта­лона и образца для подражания, по которому выстраивалось консти­туционное строительство сначала автономий, а затем CCCP и союз­ных республик Союза ССР. Таким образом, она явилась нормативным фундаментом для развития советской модели консти­туционализма. Каждая последующая Конституция России закрепля­ла устои общественной и государственной организации и те измене­ния, которые происходили в общественном развитии ко времени ее принятия. При этом все они несла в себе те или иные новации, под­тверждающие определенное эволюционное движение.

C принятием в 1978 г. Конституции РСФСР, по существу, за­вершилось огосударствление общественной жизни. Существовав­шая организация политической системы не предполагала возможно­сти возникновения гражданского общества, для развития которого, как известно, требуется признание идеологического, политического и экономического плюрализма. Именно государству была отведена ведущая роль в осуществлении принадлежащей народу власти. Что же касается положения самого государства в структуре власти, то необходимо помнить, что оно выступало не единственным каналом ее осуществления. Наряду с государством в политическую систему входили такие субъекты, как КПСС, общественные организации и трудовые коллективы. При этом роль КПСС была, без сомнения, главенствующей, а ее значение в принятии государственных реше- ний — первичным. B то же время сложившаяся система управления, несмотря на свою бюрократическую сложность и многоступенча­тость, позволяла относительно быстро и эффективно проводить те или иные управленческие решения. Дело в том, что контроль осу­ществлялся по военной, политической, административной, судебной и, главное, по партийной линии. Созданная в годы сталинизма, ад­министративная система на долгие годы явилась одним из опорных, базовых, цементирующих элементов страны. Таким образом, совет­ская модель конституционализма выполняла в определенном смыс­ле роль ширмы для реально осуществлявшейся партийной власти. Именно с такой конституционной базой Россия подошла к очеред­ному этапу конституционного строительства.

Здесь умесгно сказать о ключевом наследии самодержавия, про­являвшемся как в деятельности Временного правительства, так и во времена советской власти. Речь идет о реформаторских революциях сверху, которые были и до сих пор являются одним из главных ме­тодов развития российского государства. При этом практика госу­дарственного управления такова, что решения принимались и при­нимаются без учета мнения народа, который в настоящее время декларируется как источник власти.

C принятием Конституции Российской Федерации 1993 г. страна диаметрально изменила свои нормативно-конституционные ценности. Необходимо уточнить, что к тому времени в теории конституциона­лизма сформировались два достаточно противоположных взгляда на сущность и социальное назначение Конституции. Во-первых, Консти­туция воспринимается с точки зрения социально-классовой борьбы, происходящей в обществе, как нормативный результат победа одних слоев общества над другими. Другая позиция указывает на то, что кон­ституция есть акт, нивелирующий эту борьбу до цивилизованных пра­вил-норм, которые должны не только смягчать существующие в обще­стве противоречия, но и устанавливать возможные границы взаимодействия различных социально-политических сил, нормативно обеспечив эволюционное развитие общества.

По существу, первый взгляд— явное наследие прошлого, OH доминировал во времена классовых битв, второй — знак будуОДег0 развития общественных отношений,

He игнорируя эти подходы, но и не абсолютизируя ни один ИЗ них, можно констатировать, что анализ современного состояния общественного правосознания в России свидетельствует о том, что народ, включая представителей органов власти и управления, по- видимому, тяготеет к первому, классовому, взгляду на анализируе­мую проблему.

Как и в далеком 1905 г., он воспринимает политическую борьбу как требование уступок со стороны оторванной от жизни общества и во многом оппозиционной ему власти. При этом Конституция, яв­ляющаяся, по сути, договором власти и общества, зачастую воспри­нимается гражданами и властью как документ, нормы которого но­сят скоре моральный, чем обязательный характер. Поэтому Конституцию можно не знать, нормы ее выполнять не обязательно, а часто и, увы, просто невозможно. A это значит, что общественное правосознание не содержит морального и фактического требования выполнять нормативные предписания вообще. B результате власть не выполняет своих обязательств перед народом, а народ — перед властью.

Далее. Так же, как и ранее, скажем во времена Петра I, право­сознание носителей государственной власти во многом основываете ся на идее, что одно лишь провозглашение того или иного положе­ния в нормативном акте равнозначно реализации сути этого положения в жизни. Это традиционное поведение самодержавной власти. Сделав ту или иную уступку, власть уверена, что выполнила свою задачу, и не предпринимает дальнейших шагов к развитию обозначенных отношений. Однако реальная власть, как в самодер­жавном, так и в современном государстве принадлежит бюрократии, поэтому после провозглашения некоей нормы, улучшающей жизнь общества, в будущем можно ожидать только возврат в исходное состояние, с той лишь разницей, что уступка властью провозглаше­на, а реализовать свое право человек как не мог, так и не может. Примеров соответствующих ситуаций множество: это и практика «управляемой демократии», и прямое действие конституции, и не­возможность реализации многих провозглашенных прав и свобод.

Еще одно наследие самодержавия — неумение и невозможность длительного эволюционирования в политическом, социальном и экономическом развитии. Действительно, достижение абсолютной власти— это достижение тупика в развитии, за которым только борьба за выживание. B этих условиях любая уступка под нажимом общества на какое^го время приводит к ослаблению государствен­ного контроля, а череда уступок ведет к ситуации, когда испуганная бюрократия оказывается дезориентированной. Наступает относи­тельно короткий период абсолютной свободы, когда абсолютной власти наверху противостоит абсолютная анархия внизу. B резуль­тате устойчивого развития не наблюдается, а успехи чередуются с провалами.

Здесь уместно затронут один аспект этой проблемы — о готов­ности общества воспринять крайние проявления уступок самодер­жавной и современной государственной власти, какого: заимство­ванные за рубежами образцы, или «клоны» конституционных документов, стандарты демократии, прав и свобод, режимы органи­зации взаимоотношений между обществом и государством и т. д.

При этом возникает вопрос: какое государство можно считать конституционным, демократическим и правовым? Если принять за норму, что правовое государство — это такая форма организации и деятельности государственных органов, при которой взаимоотно­шения между властью и человеком строятся на основе правовых норм, принятых в защиту интересов последнего; если демократиче­ским называть такое государство, в котором не на словах, а на деле государственная политика адекватна воле источника власти —■ на­рода, и это соответствие обеспечено конституционными возможно­стями источника власти заменять ключевые инстшуты этой власти и тем самым корректировать политику всего государства, тогда как конституционное государство может рассматривать такую модель государственной организации, для которой характерным является набор черт как правового, так и демократического государства.

Ответ на вопрос, насколько нынешнее российское государство отвечает этим параметрам, очевиден. Российская Федерация, про­декларировавшая свою принадлежность к числу демократических, правовых, социальных и светских государств, по существу, таковым не является. B данном случае, как и в начале XX в., провозглашена лишь декларация о намерении. Таким образом, речь идет только о движении в сторону заявленной формы государственности. Однако мало кто рассуждает о том, насколько достижения государства на этом пути соответствуют достижениям общества в его готовности воспринять те или иные самобытные или заимствованные идеи пра­ва и демократии. Думаю, что без длительной и целенаправленной совместной организационной и воспитательной работа органов го­сударства и институтов гражданского общества не обойтись. Только положительные результаты этой работы смогут указать как на ис­тинность намерений власти, так и на готовность самого общества к позитивному совершенствованию.

Кстати, в Конституции Российской Федерации нет упоминания о гражданском обществе, что также свидетельствует о нежелании власти иметь жесткого и хорошо организованного соперника в лице гражданского общества. Действительно, демократия предполагает, что гражданин, реализуя свое избирательное право, должен голосо­вать на основе собственных политических взглядов. Эти взгляды — продукт эволюционного развития. Однако вместо создания условий для такого развития нам предлагают поразмышлять о проблемах «управляемой демократии», о необходимости сокращения числа политических партий и т. д.

Говоря об организации экономических отношений с точки зрения влияния на них приемов и методов управления, свойственных само­державию, можно говорить о возвращении к естественному ходу раз­вития, который был прерван революцией 1917 г. Однако следует пом­нить, что в результате революции была создана так называемая народная собственность, со временем превратившаяся в собственность аппарата управления, которой тот безраздельно распоряжался. И это никак не противоречит модели вотчинного монархического государст­ва, в котором все в границах государства-вотчины принадлежит монар­ху, с той лишь разницей, что управление этой собственностью осуще­ствляет бюрократия. Когда же в Российской Федерации начался процесс разгосударствления и приватизации, целью которых стало появление класса собственников, то государственная (общенародная) собственность была перераспределена в пользу представителей все того же аппарата управления.

Наконец, влияние самодержавной власти сказывается и на ходе реализации принципов социальной государственности. Государство, основанное на принципах самодержавия, не заинтересовано в по­вышении социальной активности населения. K сожалению, политика современной России в значительной степени основана на перерас­пределении социально-экономических благ не просто в пользу по­жилых, инвалидов или временно не работающих граждан, а в пользу социально неактивной части населения, что противоречит деклари­руемому Конституцией Российской Федерации принципу формаль­ного равенства. Ha практике это означает, что все общество делится на три группы. Первая группа — та его часть, за счет которой созда­ется национальное богатство. Вторая — часть населения, имеющая моральное право на справедливое перераспределение национально­го дохода в свою пользу (пенсионеры, которые ранее работали в народном хозяйстве, инвалиды и временно не работающие гражда­не). Наконец, третья— группа лиц, паразитирующих на усилиях общества жить лучше.

При всем этом социальное государство есть не что иное, как го­сударство постиндустриальное, имеющее возможность не только обеспечить высокий уровень потребления для большинства своих граждан, но и сохранить высокую степень прибыли для собственни­ков средств производства. Следовательно, перераспределение мате­риальных благ в пользу социально обездоленных в обход деклари­руемого социального компонента имеет цель оплатить лояльность бедных и поэтому, по определению, самых агрессивных, в отноше­нии существующих в государстве порядков, слоев общества. Поэто­му многие социальные права, предоставляемые гражданам социаль­ным государством, можно назвать не правами, а привилегиями экономически неактивных слоев населения.

И последнее. Одним из самых ярких наследий самодержавия можно считать принятую схему разделения властей, в которой глава государства занимает надстроечное, абсолютное и доминирующее положение в системе организации и исполнения государственной власти. Кстати говоря, это положение чрезвычайно напоминает то, которое занимал русский монарх после проведения конституцион­ных реформ начала XX в. Здесь же уместно напомнить о таких чер­тах самодержавия, как фаворитизм и клановость, при наличии кото­рых демократические приемы и методы управления не работают, а ложно толкуемая демократия используется для камуфлирования подлинной власти.

Таким образом, остается признать, что по уровню общественно­го сознания, которое влияет и на политику правительства, и на по­ведение граждан, наша страна находится в самом начале пути к под­линной демократии, республиканской форме правления и конститу­ционализму,

Грамота Василия Шуйского о своем избрании (1606)1

«Божиею милостию мы, великий государь, царь и великий князь Василий Иванович всея Руси, шедротами и человеколюбием слави­мого Бога и за молением всего освященного собора, по челобитью и прошению всего православного христианства учинились на отчине прародителей наших, на Российском государстве царем и великим князем. Государство это даровал Бог прародителю нашему Рюрику, бывшему от римского кесаря, и потом, в продолжение многих лет, до самого прародителя нашего великого князя Александра Яросла- вича Невского, на сем Российском государстве были прародители мои, а потом удалились на суздальский удел, не отнятием или нево­лею, но по родству, как обыкли большие братья на больших местах садиться. И ныне мы, великий государь, будучи на престоле Россий­ского царства, хотим того, чтобы православное христианство было нашим доброопасным правительством в тишине, и в покое, и в бла- годенстве, и поволил я, царь и великий князь всея Руси, целовать крест на том: что мне, великому государю, всякого человека, не ocy- Дя истинным судом с боярами своими, смерти не предать, вотчин, дворов и животов у братьи его, у жен и детей не отнимать, если они с ним в мысли не были; также у гостей и торговых людей, хотя ко­торый по суду И ПО CHCIQr дойдет и до смертной вины, и после их у жен и детей дворов, лавок и животов не отнимать, если они с ними в этой вине невинны. Да и доводов ложных мне, великому государю, не слушать, а сыскивать всякими сысками накрепко и ставить с очей на очи, чтобы в том православное христианство невинно не гибло; а кто на кого солжет, то, сыскав, казнить его, смотря по вине, которую взвел напрасно. Ha том на всем, что в сей записи писано, я, царь и великий князь Василии Иванович всея Руси, целую крест всем пра­вославным христианам, что мне, их жалуя, судить истинным, пра­ведным судом и без вины ни на кого опалы своей не класть, и не­другам никого в неправде не подавать, и от всякого насильства оберегать».

Условия избрания на Московский престол Владислава (1610)2

1) Владислав должен был венчаться на царство в Москве ог рус­ского патриарха, по старому обычаю.

2) Чтобы святая вера греческого закона оставалась неприкосно­венною, чтоб учители римские, люторские и других вер раскола церковного не чинили. Если люди римской веры захотят приходить в церкви греческие, то должны приходить со страхом, как прилично православным христианам, а не с гордостию, не в шапках, псов с собою в церковь не водили бы и не сидели бы в церкви не в поло­женное время.

3) Король и сын его обязались чтить гробы и тела святых, чтить русское духовенство наравне с католическим и не вмешиваться в дела и суды церковные.

4) Обязались не только не трогать имений и прав духовенства, но и распространять их.

5) B том же самом обязались относительно бояр, окольничих, всяких думных, ближних и приказных людей.

6) Служилым людям, дворянам и детям боярским жалованье бу­дет выдаваемо, как при прежних законных государях.

7) Так же точно будет поступаемо с ружниками и оброчниками.

8) Судам быте по старине, перемена законов зависит от бояр и всей земли.

9) Между Московским государством, Короною Польскою и Ве­ликим княжеством Литовским быть оборонительному и наступа­тельному союзу против всех неприятелей.

10) Ha татарских украйнах держать обоим государствам людей сообща, о чем должно переговорить думным боярам с панами рад- ными.

11) Никого не казнить, не осудя прежде с боярами и думными людьми; имение казненных отдается наследникам, король не дол­жен никого вызывать насильно в Литву и Польшу. Великих чинов людей невинно не понижать, а меньших людей возвышать по заслу­гам. Для науки вольно каждому из народа московского ездить в дру­гие государства христианские, кроме бусурманских поганских, и господарь отчин, имений и дворов у них за то отнимать не будет.

12) Русских пленников, отведенных в Польшу, возвратить.

13) Польским и литовским панам не давать правительственных мест в Московском государстве: тех панов, которые должны будут остаться при Владиславе, награждать денежным жалованьем, поме­стьями и отчинами, но с общего совета обоих государств.

14) Подати будут сбираться по старине; король не может при­бавлять никакой новой подати без согласия думных людей; податям должны подлежать только места заселенные.

15) Между обоими государствами вольная торговля: русские могут ездить н в чужие страны через Польщу и Литву, тамги оста­ются старые.

16) Крестьянский переход запрещается в московских областях, также между московскими областями и Литвою.

17) Холопей, невольников господских оставить в прежнем по­ложении, чтобы служили господам своим по-прежнему, а вольности им король давать не будет.

18) O козаках волжских, донских, яидких и терских король дол­жен будет держать совет с боярами и думными людьми: будут ли эти козаки надобны или нет.

K договору было приписано: «Чего в этих артикулах не доложе­но, и даст Бог его королевская милость будет под Москвою и на Москве, и будут ему бить челом патриарх и весь освященный собор, и бояре, и дворяне, и всех станов люди: тогда об этих артикулах его господарская милость станет говорить и уряжать, по обычаю Мос­ковского государства, с патриархом, со всем освященным собором, с боярами и со всею землею».

М. М. Спераиский ПРОЕКТ УЛОЖЕНИЯ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ЗАКОНОВ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ (1809)[1096]

Глава первая O ДЕРЖАВНОЙ ВЛАСТИ

Российская империя есть государство нераздельное, монархиче­ское, управляемое державною властию по законам государствен­ным.

Державная власть соединяет в себе силу законодательную, суд­ную и исполнительную и приводит их в действие посредством госу­дарственных сословий, для сего установленных.

Сословия сии суть: в общем соединении всех государственных сил — Государственный совет; в порядке законодательном — Госу­дарственная дума; в порядке судном — Сенат; в порядке управле­ния — Министерство.

Каждое из сих сословий имеет свои органические законы, ниже сего изображенные.

B порядке законодательном никакой закон не может имегь си­лы, если не будет он утвержден державною властию.

B порадке исполнительном все уставы и учреждения восприем- лют силу и действие от утверждения державной власти. u

B порядке судном охранение правосудия и утверждение судеи, избранием предназначенных, принадлежит державной власти. ДеР' жавная власть во всем ее пространстве заключается в особе императора.

Глава вторая O ВЛАСТИ И ПРЕИМУЩЕСТВАХ ИМПЕРАТОРА

Особа императора есть священна. Император, вместе с восшест­вием на престол, восприемлет державную власть во всем ее про­странстве. Bce подданные обязаны ему верностию и повиновением, и дают ему в том по установленному порядку присягу.

По праву державной власти и в порядке, для нее установленном, император есть верховный законодатель, без коего никакой закон совершиться не может.

Он есть верховный охранитель правосудия, и в сем уважении суд производится его именем.

Он есть верховное начало силы исполнительной.

От него проистекают все почести и награды в воздаяние заслуг, законом определенные.

Державная власть в особе императора есть наследственна. Она переходит от родителя к старшему сыну по прямой нисходящей линии и продолжается в мужеском поколении по праву первородст- вадо ее пресечения.

По пресечении мужеского поколения прежней линии наследст­во переходит во вторую линию до ее пресечения и так далее.

Ближайшая линия исключает дальнейшую и в той же линии ближайший степень родства исключает дальнейший.

По совершенном пресечении всех линий мужеского поколения, наследство престола переходит в поколение женское.

Линия старшей дщери последне-царственного императора в сем случае предпочитается всем другим линиям.

Старшая дщерь последне-дарствовавшего императора вступает первая в наследство; за нею ее дети также по близости линии и сте­пеней и по праву первородства, с предпочтением мужеского пола женскому.

По пресечении всех линий мужеского и женского поколения, OT старшей дщери происходящих, наследство переходит в линию вто­рой дщери последне-царствовавшего и так далее, обращаясь всегда в том же порядке.

По совершенном пресечении всех линий, от рода последне- царствовавшего императора происходящих, наследство переходит в линию женского поколения, ближайшую к последне-царство- вавшему роду и обращается таковым же порядком.

Bo всех линиях и степенях сохраняется право представления или заступления.

Наследство престола принадлежит единственно детям закон­ным. B случае совершенного пресечения всех линий как мужеского, так и женского поколения последне-царствующий император имеет власть избрать и назначить себе наследника.

Назначение сие производится торжественно в присутствии всех государственных сословий.

Наследник, таким образом предназначенный, торжественно во всей империи провозглашается и вступает во все права, старшему сыну императора принадлежащие. Дети, после его родившиеся, счи­таются младшими его братьями. Если при жизни последне­царствующего императора не сделано такового усыновления, то он имеет власть наименовать себе преемника завещанием.

Завещание должно быть изображено письменно, утверждено подписанием императора и приложением большой государственной печати, засвидетельствовано подписанием председателей Государ­ственного совета, Государственной думы и Сената и первенствую­щего члена Святейшего Синода и предано торжественно хранению государственных архивов.

Завещание открывается в первый день кончины императора в присутствии всех членов государственных сословий председатель­ствующим Государственной думы.

По открытии завещания, наименованный в нем преемник непо­средственно вступает во все права державной власти.

Если не будет ни усыновления при жизни, ни завещания по кон­чине, избрание императора принадлежит по праву Государственной думе.

Империя между тем управляется Государственным советом по порядку, в Государственном уложении постановленному.

Большинство голосов в Государственном совете составляет державную власть.

Избрание производится представлением Государственному со­вету трех кандидатов, в течение одного месяца.

Избрание одного из трех в Государственном совете производит­ся в течение одного дня жребием. Жребий решит, кто из трех всту­пает на престол.

B наследстве престола по праву рода полагаются следующие необходимые принадлежности:

1) вера греко-российская,

2) отречение от всякого другого престола.

Недостаток одного или обоих сих принадлежностей уничтожает наследство и ближайший в линии и степени заступает место призы­ваемого.

При усыновлении, завещании и избрании следующие сущест­венные свойства в особе призываемого к наследству престола пола­гаются необходимыми:

1) пол мужеский,

2) племя российское,

3) вера греко-российская,

4) лета 21 год от рождения.

Недостаток всех или одного из сих свойств уничтожает усынов­ление, завещание и избрание. Другое избрание производится в сем случае порядком вышеизображенным.

Император, по праву рода, усыновления, завещания или избра­ния вступивший на престол, есть глава церкви.

B первые шесть месяцев по вступлении на престол, если обстоя­тельства войны или моровой язвы не принудят продолжить сей срок, он восприемлет корону с обрядами, для сего установленными в Мо­сковской столице.

При восприятии короны император дает соборной церкви над евангелием следующую присягу:

«Клянусь вверенным мне от Бога народом управлять по законам государственным».

М. М. Сперанский КРАТКОЕ НАЧЕРТАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАНИЯ (1809)4

Министерства

Сенат

Государственный совет Государственная дума

Главные принадлежности, Bce силы государственные; законода­тельная, судная и исполнительная представляются в трех сословиях.

B Совете действия их соединяются и через него восходят к го­сударю.

Государственной думе вверяется закон.

Сенату — суд.

Министерству — управление.

Образование Совета

Департаменты Совета I, Законов

П. Военных дел

III. Государственной Экономии

IV. Гражданских и духов­ных дел

Установления, к Совету принадлежащие

Государственная Канцеля­рия

Предметы

Рассмотрение законов, уставов и уч­реждений, OT комиссий и от минист­ров представляемых.

Дела Министерств военного и мор­ского.

Внутренних дел, сухопутных и вод­ных сообщений. Финансов и Казна­чейство. Министерство просвещения.

Полиция, юстиция и Духовный депар­тамент.

Общее центральное производство всех дел, в Государственный совет входящих.

Комиссия составления зако- Проекты законов, нов

Комиссия прошений Рассмотрение прошений, входящих

на Высочайшее Имя.

Главные принадлежности. Совет составляется из членов по Об­разование Сената Высочайшему назначению. Министры — Образо­вание Сената, члены Совета по званию. Каждый департамент имеет председателя, назначаемого по полугоду. Дела в департаменты по­ступают через министров. Из департаментов дела важнейшие идут в общее собрание. B общем собрании назначается председатель еже­годно. Ничто не выходит из Совета без Высочайшего утверждения.

Образование Государственной думы

Состав

Государственная дума составля­ется из депутатов от всех сво­бодных состояний по избранию дум губернских.

Главные принадлежности. Никакой новый закон не может быть издан без уважения Думы. Установление новых податей, налогов и повинностей уважаются в Думе.

Закон, уваженный в Думе, вносится на Высочайшее утвержде­ние. Закон, признанный большинством голосов неудобным, остав­ляется без действия.

Предсеяательееопределяется из трех кандидатов по ее выбору. Дума имеет канцлера, хранителя ее обрядов, архива и производст­во дел ее.

Предметы

Законы предлагаются правитель­ством, уважаются в Думе, утвер­ждаются государем.

Думе представляются отчеты министров; в случаях явного нарушения Государственного уложения Думе предоставляется право взыскивать ответа от ми­нистров, представляя отчет го­сударю.

Для подробного рассмотрения проекта законов Дума избирает из членов своих частные комиссии.

Образование Сената

Состав

Сенат составляется из сенаторов по выбору, по мере постепенного увольнения членов настоящих.

Делится на департаменты. B Сенате учреждается Высший уголовный суд, в коем присутст­вуют члены Совета, Думы и Се­ната.

B Сенате установляется звание канцлера юстиции. Министр юстиции.

Предметы

Bce дела судные вверяются Се­нату.

Высшему суду подлежат мини­стры, члены Совета, сенаторы, генерал-губернаторы. Он есть хранитель печати и актов Сената. Он занимает место министраюс- тиции в высшем суде уголовном.

Он есгь хранитель судебных форм и обрядов производства дел как в Сенате, так и во всех мес­тах судебного порядка.

Образование Министерства

Состав

Министерства

Иностранных Дел

Военное

Морское Внутренних Дел

Министры

Министр иностран- ныхдел

Министр военный

Министр морской

Министр внутренних дел

Главный директор путей сообщения

Министр или главный директор училищ

Предметы

Внешние сношения. Военно-сухопутных

сил.

Морских сил.

Земледелие, фабрики, внутренняя торговля, почты.

Пути сообщения.

Главное управление училищных заведе­ний.

Финансов Министр финансов Источники доходов: сбор податей и нало­гов; управлеиие гор­ное, лесное, таможен­ное и проч.
Министр казначейства Движение капиталов и кредита. Управление монетное, банки и проч.
Юстиции Министр или глав­ный директор отчетов Ревизия всех отчетов.
Духовных дел Министр юстиции Надзор и охранение судебных мест.
Полиции Обер-прокурор Сино­ Ведомство духовных
да дел.
Министр полиции Охранение внутрен­ней безопасности. Государственная по­лиция.

Главные принадлежности. Каждое Министерство имеет столько департаментов, сколько есть главных частей. Каждый департамент имеет директора. Из директоров составляется Совет Министерства.

Bce министры имеют общий наказ, определяющий образ произ­водственных дел, отношения их по Совету, степени власти и ответ­ственности.

Дела, требующие общего министров собрания, вносятся в Ко­митет министров.

Образование законодательного порядка в губерниях

Состав Предметы

Думы волостные составляются по Выбор депутатов в думу окруж- волостям из всех владельцев не- ную. Выбор судей в суды волост- Движимой собственности и из ные. Выбор известного числа OT-

старейшин казенных волостей.

Думы окружные составляются из извесгаого числа депутатов, от волостных дум избираемых.

Думы губернские личнейших обывателей для со­ставления волостного списка. От­чет в волостных издержках и но­вая их раскладка. Представление о волостных нуждах.

Выбор депутатов в думу губерн­скую, в суд окружной, в совет при окружном правлении, выбор из­вестного числа отличнейших обы­вателей из списков волостных,

отчет в окружных издержках,

раскладка их и представление о вуждах.

Выборы депутатов в Думу госу­дарственную, в суды губернские, в совет при губернском управлении ипроч.

Главные принадлежности. Волостные думы представляют пер­вую, так сказать, стихию законодательного порядка, который, воз­никая в волостях, постепенно восходит трехгодичными выборами депутатов и образует Государственную думу. Bce думы имеют председателей.

Списки всех губернских дум поступают к канцлеру Думы и из них составляется общий государственный список, из коего заимст­вуются виновники, мнением общим одобренные для определения их в порядке управления.

Образование порядка исполнительного в губерниях

Состав

Управление губернское

Главный начальник хубернатор (где нет генерал-губернатора). Части управления разделяются на экспедиции: каждая имеет своего начальника. Начальники частей под председательством губернато-

Прсдметы

Bce предметы позиции, казенных сборов и податей и общего губер­нии благоустройства входаг в гу­бернское правление.

pa составляют губернское правле­ние. Дела важные решаются в об­щем собрании, текущие— в экс­педициях. Губернатор имеет наказ, определяющий степень его власти и ответственности. При губерн­ском правлении находится Совегг депутатов губернской думы для раскладки ежегодных повинно­стей, для отчетов в них и для пред­ставления о нуждах, Он собирается в одно время года.

Управление окружное

Начальник вице-губернатор; части управления делятся на экспедиции в том же порядке, как и в губерн­ском правлении. Начальники экс­педиций под председательством вице-губернатора составляют ок­ружное правление. При нем нахо­дится окружной совет, составляе­мый из депутатов окружной думы, K правлению окружному принад­лежат местные уездные полицей­ские начальства, городничие и исправники, посредством коих они действуют на уезды.

Управление волостное

Составляется по образу окружного в уменьшенном размере. При нем находится волостной совет.

Te же предметы, как и в правле­нии губернском в меньшем разме­ре.

Предметы те же в меньшем разме­ре-

М. М. Сперанский ОБЩЕЕ ОБОЗРЕНИЕ BCEX ПРЕОБРАЗОВАНИЙ И РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ИХ ПО ВРЕМЕНАМ (1809)[1097]

Сила всех преобразований состоит в том, чтоб постановить об­раз правления империи на непременяемом законе, дать внутреннее политическое бытие России.

Для сего надлежало прежде всего определить разум коренных государственных законов, т. e. начертать план Констшуции.

B разуме коренных законов определяются следующие сущест­венные предметы:

I. Права державной власти.

П, Права престола и его наследства.

Ш. Образ составления законов, их сила и действие.

ГѴ. Права подданных. Разделение состояний. Означение прав политических каждого состояния и общих прав гражданских, из них проистекающих.

V. Законы органические, т. e. устройство тех установлений, | коими закон составляется и исполняется. По троякому порядку сил государственных устройство сие относится к трем установлениям:

1) в порядке законодательном, установление законодательного со­словия под именем Государственной думы, и ее постепенностей, т. e. думы губернской, окружной и целостной; 2) в порядке судном, установление высшей власти судной под именем Сената и его по­степенностей, еуда губернского, окружного и волостного; 3) в по­рядке исполнительном, устройство министерства и частей управле­ния, от него зависящих, управления губернского, окружного и волостного. K сим трем установлениям присоединяется четвертое, B коем все они соединяются, и чрез которое державная власть на них действует и приемлет их действия — установление Государственно­го совета. Каждое из сих четырех установлений имеет свои корен­ные законы и свои обряды.

Коренные законы всех сих установлений, соединенные с тако­выми же законами: 1) о правах верховной власти, 2) о правах пре­стола, 3) о составе закона и 4) о правах подданных составляют Госу­дарственное уложение.

Начертание обрядов, каждому постановлению свойственных, заключать будут их уставы.

Разум Государственного уложения и уставов, к нему принадле­жащих, определен, остается сделать им окончательное изложение.

Между тем как изложение сие изготовляется, должно опреде­лить порядок, коим все сии установления должны быть приводимы B действие.

Существенные правила сего порядка состоять могут в следую­щем:

1) не терять времени, но избегать всякой торопливости;

2) каждое установление открывать не прежде, как все образова­ние его будет изготовлено;

3) переход от настоящих установлений к новым так учредить, чтоб он казался самым простым и естественным, чтоб новые уста­новления казались возникающими из прежних, чтоб ничего не отва­живать и иметь всегда способы остановиться и удержать прежний порядок во всей его силе, есть ли бы, паче чаяния, встретились к новому какие-либо непреоборимые препятствия.

Соображаясь с сими правилами, должно всем частям преобразо­вания назначить следующий порядок.

1. Из четырех государственных установлений, к действию Госу­дарственного уложения необходимых, прежде всего устроить и от­крыть Государственный совет. Причины сему следующие,

1) Совет есть место средоточия, чрез которое власть державная действует на другие установления. Следовательно, прежде всего должно устроить и утвердить сие средоточие.

2) Открытие Совета в новом его устройстве не предполагает ни­каких трудных приугопгавлений,

3) Естъ ли бы устройство Совета и не входило в план общего преобразования, то необходимо нужно бы было его расширить и дать ему публичные формы по двум следующим, ие терпящим вре­мени, обстоятельствам.

а) Положение наших финансов требует непременно новых нало­гов и весьма нарочитых. Без сего никак и ни к чему приступить не­возможно. Налоги тягостны бывают особенно потому, что кажутся произвольными. Нельзя каждому с очевидностью и подробно дока­зать их необходимость. Следовательно, очевидность сию должно заменить убеждением в том, что не действием одного произвола, но необходимостью, признанною и представленною от Совета, полага- кггся налоги. Таким образом, власть державная сохранит к себе всю целость народной любви, нужной ей для счастия самого народа; она оградит себя от всех неправых нареканий, заградит уста злонаме­ренности и злословию, и самые налоги не будут казаться тягостны­ми с той минуты, как признаны будут необходимыми.

б) Смешение дел управления и суда в Сенате дошло уже до та­кого беспорядка, что, независимо от общего преобразования, нельзя более отлагать нужные меры и исправления; а меры сии во всех предположениях не могут быть приняты иначе, как отделением час­ти управления и назначением ей особенного порядка.

Итак, все уважения заставляют положить начало преобразова­нию открытием Совета.

Два предлога, весьма естественные, можно взять к сему преоб­разованию: первое, рассмотрение гражданского закона. Предмет сей сам по себе весьма уважителен. Co времен Петра Первого непре­станно думали о гражданских законах. Bo всех царствованиях они были начинаемы. Теперь настало время их совершения, и сие уже одно во всех государствах может составить эпоху важных установ­лений. Нет ничего справедливее, как расширить существующий ныне Совет, чтобы доставить гражданскому закону всю зрелость уважения. Второй предлог — финансы. Сбывать затруднения фи­нансов естъ верный способ умножать запутанность и питать беспо­койство; к тому же ежедневное падение бумаг преграждает всякую возможность скрыть настоящее их положение. Первый шаг исправ­ления естъ признать публично сии затруднения, но вместе с тем по­казать средства и пути исправления. Кто чувствует свою силу, т°т не боится угроз и нареканий. Россия в отношении к ее финансам точно стоит в сем отношении.

Время открытия Совета можно назначить на 1-е генваря нового года.

Органические законы сего установления в том самом порядке, как они в свое время войдут в состав Государственного уложения, должны быть к 15-му декабря не только изготовлены, но совершен­но рассмотрены и решены. Вместе с сим должны быть готовы обря­ды сего места и образ его открытия.

Последние две недели определятся на окончательное избрание разных чинов, к устройству сему принадлежащих.

При открытии Совета внесутся в оный два важные предмета:

1) Гражданское уложение.

2) План финансов.

3) Совет, следуя установленному порядку, передает их в свои отделения.

Таким образом, два Департамента его: законов и экономии вос­примут свое действие, а Департаменты военный н внутренних дел, так же и общие собрания отсрочатся на две недели, дабы дать время переместить дела без торопливости.

Чрез две недели общие собрания Совета должны воспринять свое действие.

Из Департамента законов внесутся к нему первые рассмотрен­ные главы Гражданского уложения с мнением Департамента.

Из Департамента экономии — рассмотренный план финансов.

План сей должен быть решен к концу генваря месяца и окончен манифестом. Дальнейшие упражнения Совета состоять будут:

1) в продолжении рассмотрения Гражданского уложения;

2) в постепенном образовании одного из трех государственных установлений, и именно порядка исполнительного. Сюда принадле­жать будет рассмотрение общего плана министерств и общего ми­нистерского наказа и учреждения о управлении губерний. Мини­стерства в подробностях их должны быть образуемы одно за другим, начиная с полиции;

3) в разрешении дед, кои поступать будут из департаментов Со­вета.

Устройство исполнительной часта должно быть кончено к 1-му

мая.

C 1-го мая начать в Совете устройство судной части и предста­вить ее к 1-му сентября, но не обращать к исполнению.

П. Вместе с открытием Совета наименовать министров финансов и казначейства, кои с 1-го генваря и должны вступить в свое звание. До­коле в Совете рассматриваем будет план финансов, что продолжится месяц, они будут иметь время сделать все главные распорядки по пла­ну, который им за восемь недель будет уже известен.

Ш. B то же время открыть и Министерство полиции, и присое­динить коммерцию к Делам внутренним сию часть в течение генва- ря месяца также легко перенести могут, тем более, что для первона­чального образования Министерства полиции есть готовые уже экспедиции, а Министерство коммерции по делам его столь мало­важно, что и перемещать нечего.

Вместе с открытием Совета откроется и Государственная кан­целярия, которая в течение того же месяца может быть устроена.

ГѴ. Вместе с сим и в течение того же времени дела первого де­партамента Сената разместят по министерствам и из них уже при­мут установленный им ход в департаменты Совета. Второй депар­тамент Сената примет наименование первого и так далее. Из всех дел первого департамента есть два только предмета, кои ни к одно­му министерству особенно принадлежать не могут:

1) дела герольдмейсгерские, кои, впрочем, весьма маловажны.

2) обнародование указов. B течение первого месяца, доколе не образуется Государственная канцелярия, дела сии останутся под особенным ведомством министра юстиции.

V. Вместе с сим наименовать канцлера юстиции, поручив ему на первый раз в общих выражениях главный надзор над судебного час- тию.

VL Можно бы даже было и учебную часть поручить главному директору, а министру сделать некоторое вознаграждение.

Утвердясь таким образом в средоточии, можно уже с надежно­стью поступить далее.

Образование исполнительной части к маю месяцу как в мини­стерствах, так и во всех его разрядах должно быть совершенно кон­чено.

K сему же времени Гражданское уложение в Совете будет рас­смотрено.

Государственное уложение в течение четырех месяцев не только будет составлено, но и во всех частях как здесь, так и вне России, если будет признано сие нужным, успеет быть рассмотрено.

Следовательно, с 1-го мая можно положить первые начала его введения.

Для сего манифестом, сообразным тому, какой издан был в 1767-м году, назначить выбор депутатов из всех состояний. Срок собрания определить 15-го августа.

Предлогом сего собрания взять введение Гражданского уложе­ния.

Собрание депутатов наименовать Государственною думою, не назначив сроку ее продолжения. Для рассмотрения депутатских наказов, как то и прежде было, наименовать здесь канцлера Госу­дарственной думы, к коему и предъявят депутаты свои полномочия. Ha рассмотрение полномочий определить две недели. 1-й день сен­тября, в новый год по старому русскому стилю, открыть Государст­венную думу со всеми приличными обрядами. Действие ее начнется гражданским законом. Между тем расположения депутатов будут надлежащим образом испытуемы и приуготовляемы. Есть ли не встретится каких-либо непреоборимых препятствий, то, с Божиею помощию, предложится Государственное уложение. Принятие его утверждено будет общею присягою. C сего времени Государствен­ная дума воспримет предназначенное ей в порядке государственных установлений место.

За сим образуется и судная часть, и Сенат станет в порядке го­сударственных сословий.

Если Бог благословит все сии начинания, то к 1811-му году, к концу десятилетия настоящего царствования, Россия воспримет новое бытие и совершенно во всех частях преобразуется.

М. М. Сперанский

ПРОЕКТ УЧРЕЖДЕНИЯ ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩЕГО СЕНАТА (1811)[1098]

КОРЕННЫЕ ЗАКОНЫ ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩЕГО СЕНАТА

I. Правительствующий Сенат есть верховное сословие управле­ния в империи.

II. Правительствующий Сенат именем Державной Власти дейст­вует посредством министерств и главных начальств на все части управления и охраняет силу его и порядок.

Щ. Указы Правительствующего Сената исполняются во всех правительственных местах империи во всем пространстве их и силе.

ГѴ. Правительствующему Сенату вверяется хранение Государ­ственной печати, обнародование всех законов, уставов и учрежде­ний.

V. Все, что в порядке управления превышает пределы власти, вверенной в особенности каждому министру, представляется на разрешение Правительствующего Сената.

VI. Правительствующий Сенат разрешает и управляет по зако­нам, уставам и учреждениям.

VII. Где законы, уставы и учреждения к разрешению дел недос­таточны, или когда по силе самых сил узаконений предмет требует непосредственного Высочайшего разрешения или утверждения, там Правительствующий Сенат испрашивает оного порядком, для сего установленным.

ѴШ. B Правительствующем Сенате председательствует император.

DC. B отсутствиеимператора, государственный канцлер, по са­мому его званию, занимает место председателя в Правительствую­щем Сенате.

X. B отсутствие государственного канцлера, председатель Пра­вительствующего Сената назначается на время по Высочайшему усмотрению.

XI. Правительствующий Сенат составляется из государствен­ных министров, главных начальников разных частей управления и из товарищей министров.

ХП. Под именем государственных министров разумеются как те лица, коим вверено управление определенной какой-либо части, так равно и те, кои исполняют сие звание без точного назначения осо­бенной части.

ХІП. Правительствующий Сенат имеет два рода собраний:

B одном предлагаются общие дела исполнительные, коих реше­ние, по свойству их и степени власти, принадлежат Правительст­вующему Сенату.

B другом предлагаются особенные дела исполнительные, зави­сящие непосредственно от Высочайшего разрешения.

XIV. Подробное образование каждого собрания, предмета его и порядок производства дел определяются его учреждением, которое на точном основании настоящих коренных законов может быть, по усмотрению нужд и обстоятельств, дополняемо порядком, для зако­нодательной части установленным.

Часть первая

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩЕГО СЕНАТА B ПОРЯДКЕ ОБЩИХДЕЛ ИСПОЛНИТЕЛЬНЫХ

Глава первая 0 предметах общих дел исполнительных

§1

Предметы общих дел исполнительных определяются не особен­ным свойством их, но степенью власти, потребной к разрешению или исполнению.

§2

Bce вообще дела, производимые в разных министерствах, пред­ставляются на уважение Правительствующего Сената:

1. Когда в образе исполнения встретятся недоумения или за­труднения, коих разрешение,, не предполагая нового закона или от­мены прежнего, зависит не от одного министерства, но от общего соображения и содействия других.

2. Когда между разными частями управления как в министерст­вах, так и губернских начальсгвах произойдет сомнение о точной принадлежности самого предмета исполнения.

3. Когда действие принятой какой-либо меры или, точнее, ис­полнение данных предписаний по одной части будет преграждаемо в другой предписаниями или мерами противными, или же бездейст­вием и недоразумением начальств подчиненных.

4. Когда мера, приемлемая в одном министерстве, по существу своему зависит от соображения или требует содействия других, или когда по течению дел в одном министерстве признано будет нуж­ным усилить принятые им меры содействием других,

5. Когда признано будет нужным усилить исполнение принятых мер понуждением, пенями и взысканиями.

6. Когда предстанет нужда сделать общее (циркулярное) пред­писание в пояснение или подтверждение существующих правил и учреждений.

7. Когда признано будет нужным собрать общие сведения, коих составление и предметы относятся не к одному министерству, HO предполагают содействие других.

8. Когда в какой-либо части управления предстанет нужда дать повсеместные торги и заключить с частными людьми контракты на знатную сумму, превышающую полномочие, присвоение уставами и учреждениями разным местам и лицам.

9. Когда пользы государственные или настоятельность дел в по­ставках и заготовлениях на знатные суммы, в предыдущей статье означенные, требовать будут сократить торги или сроки вызовов, сделать временную перемену или какое-либо ограничение в общем их обряде, или же в существующих уже подрядах учинить ЛучШИЙ распорядок в движении их и сроках, или, наконец, по неявке же­лающих и по другим уважительным обстоятельствам, представится нужным заменить подряд учреждением комиссии или комиссию превратить в подряд.

10. Когда по подрядам, поставкам, комиссиям и вообще по обя­зательствам частных людей с Правительством возникнут недоразу­мения, споры, неисполнения и взыскания, и когда в случаях сих места и лица, Правительствующему Сенату подчиненные, найдутся в затруднении решить дело силою закона по неясности контрактов или по другим уважительным причинам, или когда на решения их принесены будут в Правительствующий Сенат жалобы.

Примечание. Само собою разумеется, что сюда не входят иски на казну по имуществам движимым и недвижимым, по контрактам и обязательствам, судебным порядком (формою суда) производимые. Иски сего рода, по апелляциям их, восхо- Дятв Судебный Сенат и решатся в оном установленным порядком.

§3

Сверх сих дел и других сему подобных, от всех министерств B Правительствующий Сенат представляемых, особенному его дейст­вию принадлежат следующие предметы:

I. Обнародование законов

§4

Bce законы, уставы, учреждения и указы, к порядку управления принадлежащие, для обнародования их вносятся в Правительст­вующий Сенат и ог оного доставляются для исполнения к тем мес­там и лицам, к коим сие принадлежит. B нужных случаях Прави­тельствующий Сенат чинит распорядок, установляет в подробности меры исполнения их, надзирает за точностию оного и разрешает силою законов встречающиеся в том затруднения или недоумения.

§5

Bce указы, на имя частных начальств или лиц управляющих из­даваемые, нсюпочая дела, подлежащие тайне, вносятся в Правитель­ствующий Сенат для сведения и общего соображения.

Поелику хранение Государственной печати принадлежит Пра­вительствующему Сенату, то и приложение оной к государственным постановлениям, грамотам, дипломам и трактатам, по установлен­ному порядку, совершается в Правительствующем Сенате.

П. Охранение и удостоверение прав и преимуществ, присвоенных разным состояниям

§7

Сюда принадлежат:

1. Рассмотрение дел о доказательстве прав на дворянское со­стояние.

2. Таковое же рассмотрение и решение дел о переходе в среднее состояние.

3. Рассмотрение и решение дел в нарушении прав дворянских и среднего состояния людей при выборах и вообще охранение поряд­ка выборов.

4. Состав и продолжение родословной книги дворянских родов.

5. Состав и продолжение книги родов именитых среднего со­стояния.

6. Состав и отправление всякого рода грамот, дипломов и па­тентов, к внутреннему гражданскому управлению принадлежащих.

7. Дела по причислению в подданство империи и распорядок принятия на оное присяги.

III. Состав и управление разных исполнительньпс мест и должностей

§8

Сюда принадлежат:

1. Определения и увольнения от службы чиновников, коих уте верждение по существующим узаконениям принадлежит Прави­тельствующему Сенату.

2. Производство в гражданские чины до 6-го класса, по силе существующих законов.

3. Отрешение от мест и предание суду чиновников, определяе­мых Правительствующим Сенатом.

4. Общий надзор за действием разных мест управления, проис­ходящие от сего меры взыскания, понуждения и поощрения, зако­ном установленные, и разрешение возникающих между местами управления и суда споров и пререканий власти.

Глава вторая

Образ производства дел в Правительствующем Сенате

§9

Для производства дел в Правительствующем Сенате полагаются статсчжкретари, их помощники и канцелярия.

§10

Для общей связи дел, надзор над производством их поручается одному из министров по Высочайшему назначению.

§11

Назначение сие возобновляется ежегодно.

§12

Образ производства дел заключает в себе: 1) порядок вступле­ния их, 2) движение или собственно так называемое производство и

3) отправление дел.

Отделение первое.

Порядок вступления дел

§13

Дела в Правительствующий Сенат вступают: 1, B виде именных Высочайших манифестов, указов и Высочайших повелений. 2. B виде представлений от министров. 3. B виде представлений от ге­рольдии ло особенным предметам, к производству ее принадлежа­щим, 4. По прошениям частных людей, содержащим жалобы их на места и лица. Правительствующему Сенату подчиненные, по раз­ным предметам управления.

§14

Места и лица, министерствам подчиненные, относятся к Прави­тельствующему Сенату непосредственно в тех только делах и слу­чаях, кои не принадлежат особенно ни к какому министерству, или в коих, по общему министерств учреждению, именно право сие им предоставлено; во всех же других они вносят представления к на­чальствам их, по установленному порядку. Bce вообще бумаги, в

Правительствующий Сенат входящие, надписываются на его имя, вступают к министру, управляющему письмоводством, распределя­ются по своим отделениям и записываются в журналы, по установ­ленному порядку.

§16

Для удобнейшего и скорейшего хода дел, представления всту­пают от министров в виде кратких записок, по установленной для сего форме, и присылаются в двух списках (экземплярах) каждый за подписанием министров.

§17

Есть ли предмет представления, по обширности его, требует подробного объяснения, то к краткой записке прилагается другая, объясняющая дело со всеми существенными его обстоятельствами.

§18

Всякое представление о предмете, подлежащем к разрешению Правительствующего Сената, должно содержать в себе мнение ми­нистра представляющего.

§19

Министр, управляющий письмоводством, наблюдает, чтоб представления имели определенную форму. B случае отступления, он сносится предварительно с министром, от коего вошло представ­ление, и не может предложить оного Правительствующему Сенату, доколе не будет исправлено.

§20

K представлениям, входящим от герольдии об определениях, уволь­нениях и производства в чины, всегда прилагаются и читаются послуж­ные списки лишь представляемых, за скрепою герольдмейстера.

§21

Прошения от частных лиц представляются по форме, вообще усШ' новленной, но не предлагаются Правительствующему Сенату иначе, как по собрании всех сведений, по содержанию их нужных, посредством сношении тех сгатосекретарей, к коим принадлежит дело.

Отделение второе.

Порядок производства дел

§22

Bce представления, в Правительствующий Сенат входящие, предлагаются в подлиннике. Бумаги к сведению докладываются кратко, по одной надписи их содержания.

§23

Доклад чинится статсюекретарем или его помощником, по при­надлежности.

§24

Дела предлагаются не по очереди их вступления, но по степени их настоятельности и важности.

§25

Степень настоятельности определяет председатель Правитель­ствующего Сената по списку, который пред каждым заседанием представляет министр, управляющий письмоводством.

§26

При назначении дел к слушанию наблюдается:

1. Чтоб Правительствующий Сенат не был затрудняем делами, к решению его не принадлежащими, зависящими от собственного распорядка министров или же не приведенными в надлежащую яс­ность справками и нужными сведениями.

2. Чтоб не были вносимы предметы, принадлежащие к части за­конодательной и следующие к уважению Государственного Совета.

3. Чтоб не были вносимы дела, к судебному порядку принадле­жащие.

4. Чтоб в собраниях Правительствующего Сената для исполни­тельных дел не были предлагаемы предметы, требующие особенно­го Высочайшего решения.

§27

Bce таковые представления возвращаются чрез министра, управляющего письмоводством, не быв докладываемы Правитель­ствующему Сенату.

§28

По выслушании дела, председатель предлагает вопросы, к раз­решению или уважению предлежащие.

§29

Министр, представляющий дело, первый открывает рассужде­ние. По нем следуег другие члены.

§30

Рассуждения всегда обращаются к лицу председателя.

§ 31

Рассуждения одного не прерываются другими.

§ 32

Председатель охраняет порядок рассуждений, единство и силу вопроса, и, в случае отступления, прекращает рассуждения.

§ 33

B разномыслии, голоса собираются по порядку, начиная с младших.

§34

При равенстве голосов мнение председателя имеет перевес.

§35

Председатель объявляет мнение, большинством голосов принятое.

§36

Как скоро мнение, большинством голосов принятое, объявлено, все рассуждения пресекаются, и дело считается окончательно Pe' шенным. Одно сие мнение составляет существо решения и приво­дится в исполнение.

§37

Отсутствие министра не прерывает течения и решения дел, по частн его предлагаемых.

§38

B отсутствие министра и товарища его, может быть, по усмот­рению председателя, приглашен директор департамента для объяс­нения дела, есть ли существо его и сложность обстоятельств того требует.

Отделение третье.

Порядок исполнения

§39

B самом присутствии Правительствующего Сената, по мере Предложения дел, держится журнал его решений.

§40

B журнал сей вносится кратко содержание всех бумаг, к слуша­нию предлагаемых, и на каждую из них отмечается назначенное по ней исполнение и решение.

§41

При каждом решении означается именно, какому министерству принадлежит исполнение, или же Правительствующий Сенат пре­доставляет оное своей канцелярии или герольдии в особенности.

§42

Правительствующий Сенат предоставляет исполнение сим двум установлениям по следующим единственно предметам: 1. По обна­родованию указов и общих постановлений. 2. По делам, не принад­лежащим в особенности ни к одному министерству и выше сего подробно означенным.

§43

Bo всех других решениях исполнение предоставляется тому ми­нистру, к коему принадлежит дело.

§44

Когда в существе дела встретятся обстоятельства, из коих часть может быть разрешена непосредственно Правительствующим Сена­том, а другая будет требовать Высочайшего разрешения, тогда Пра­вительствующий Сенат, учредив меры, от него зависящие, предос­тавляет министру о других внести доклад на Высочайшее усмотрение порядком, дяя сего установленным.

§45

Есть ли решение, по пространству предметов, в него входящих, не может быть означено подробно в журнале при самом суждении дела, то на первый раз изъясняется только вкратце существо оного. Министр, управляющий письмоводством, представит в следующее собрание подробную журнальную записку, которая, по рассмотре­нии и утверждении ее, и внесется в журнал того заседания, в коем она будет слушана.

§46

B случаях особенной настоятельности журнальная записка со­ставляется и предлагается в то же самое заседание.

§47

По окончании всех предметов заседания читается журнал дел и решений, в течение оного последовавших, и подписывается в том же самом заседании председателем, министром, управляющим письмо­водством, и статоюекретарями. Сим закрывается собрание.

§48

Журнал, таким образом составленный, прочитанный и подпи­санный, служит единственным основанием всех последующих ис­полнений, а именно:

1. Для исполнения по имени Высочайшим указам, следующим к обнародованию, доставляется за скрепою статс-секретаря из журна­ла выписка в то отделение канцелярии, к коему дела сего рода при­надлежат.

2. Для исполнения по представлениям министров выписка из журнала означается на обоих экземплярах записок, от них внесен- пых. Один из сих экземпляров отсылается к министру, другой в свое отделение, оба за скрепою статсюекретаря той части, к коей принад- лежитдело.

3. По делам герольдии, так как и вообще по всем делам, от Пра­вительствующего Сената непосредственно зависящим, выписка из журнала означается также на самом представлении, скрепляется и отсылается для дальнейшего исполнения по принадлежности в свое отделение.

4. По прошениям частных людей, содержащим жалобы их на начальства, Правительствующему Сенату подчиненные, выписка из журнала означается на самом прошении в конце его или прилагается к оному за скрепою и передается для дальнейшего исполнения в свое отделение.

§49

Bce сии отправления и сообщения выписок чинятся в самый день заседания или, по крайней мере, на другой день, что и возлага­ется на ответственность статс-секретарей и на точное наблюдение министра, управляющего письмоводством.

§50

Когда исполнение по решению предоставлено непосредственно канцелярии Правительствующего Сената или герольдии, тогда по точному содержанию выписки из журнала составляется указ в своем отделении или в герольдии, сверяется статс-секретарем или ге­рольдмейстером, рассматривается министром, уцравляющим пись­моводством, предается в потребных случаях тиснению и отправля­ется по принадлежности.

§31

Когда исполнение предоставляется министерству, тогда в пред­писаниях, от него исходящих, изображается:

1. Содержание дела, представленного Правительствующему Се­нату.

2, Решение Сената точно теми словами, как оно в выписке жур­нала означено.

3. K сему присоединяются, до усмотрению министра, подроб­ные меры исполнения, какие признает он нужными. Меры сии ос­таются совершенно на его ответственности.

§52

Bce прочие подробности производства дел в Правительствую­щем Сенате учреждаются по ближайшему соображению министра, управляющего письмоводством, с утверждением председателя, со­образно правилам вышеизложенным и применяясь к порядку, доселе существовавшему, без всякой однако же отмены настоящих поло­жений и особенно без расширения письмоводства.

Часть вторая

ОБРАЗОВАНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВУЮЩЕГО СЕНАТА B ПОРЯДКЕ ОСОБЕННЫХ ДЕЛ ИСПОЛНИТЕЛЬНЫХ

Глава первая

Предметы особенных собраний Правительствующего Сената

§53

B особенных собраниях Правительствующего Сената предлага­ются дела исполнительные, требующие Высочайшего разрешения.

§54

K делам сего рода принадлежат все предметы управления, пред­полагающие новый распорядок или дополнение правил, ограниче­ние, распространение или отмену мер, прежде правительством при­нятых и Высочайше утвержденных.

§55

K сему же роду дел в особенности принадлежат:

1. Определение и увольнение от службы тех чиновников, кои зависят от непосредственного Высочайшего утверждения.

2. Производство в гражданские чины, начиная от 6-го класса,

3. Награда орденами и пенсионами.

4. Отрешение от мест и предание суду чиновников, опредеи^6' мых Высочайшими повелениями.

5. Грамоты, дипломы, патенты на чины и дворянские достоин­ства.

6. Дела о сопричтении к сословию дворянства по доказательст­вам, в своем месте представленным и рассмотренным в Правитель­ствующем Сенате.

7. Случаи, подлежащие Высочайшему разрешению в порядке дворянских и купеческих выборов и по охранению прав, сословиям сим присвоенных.

8. По делам Государственного Казначейства, сравнительное по­ложение кредитов и предварительная смета сумм, кои в течение каждого месяца министры, по расписанию их, потребовать могут.

§56

Деда, тайне подлежащие и чрезвычайные, хотя и принадлежат к общему составу управления, но образ доклада и порядок решения их установляется на особенных правилах и составляет предмет особен­ного учреждения.

Глава вторая

Порядок производства дел в особенных собраниях Правительствующего Сената

§57

Порядок производства дел в особенных собраниях Правительст­вующего Сената учреждается в двух различных видах:

1) в присутствии Ero Императорского Величества, и

2) в отсутствии.

Отделение первое.

Порядок производства дел в присутствии Ero Императорского Величества

I. Порядок вступления дел

§58

Дела в особенное собрание Правительствующего Сената всту­пают по представлениям министров или вносятся по непосредствен­ным Высочайшим повелениям.

§59

Bce вообще дела, в особенные собрания Правительствующего Сената вносимые, доставляются к министру, управляющему пись­моводством.

§60

Для удобнейшего и скорейшего хода дела все представления вступают в виде кратких записок по установленной для сего форме и присылаются к министру, управляющему письмоводством, в двух экземплярах, каждый за подписанием министра.

§61

Есть ли предмет представления по обширности его требует под­робного объяснения, то к краткой записке прилагается другая, пред­ставляющая дело со всеми существенными его обстоятельствами.

§62

Есть ли предмет, по важности его и многосложности обстоя­тельств, требует пространного изложения, тогда представления из­лагаются в докладе по особенной форме, для сего установленной.

§63

Всякое представление о предмете, подлежащем к рассуждению, должно содержать в себе мнение министра представляющего.

§64

Есть ли дело по существу своему требует подробного постанов­ления и указа, то к мнению прилагается предварительно и проект оного.

§65

Министр, управляющий письмоводством, наблюдает, чтоб представление имело определенную форму. B случае отступления, он сносится предварительно с министром, от коего вошло представ­ление, и не может предложить оного, доколе не будет исправлено.

§66

Вообще при представлениях наблюдается: 1. Чтоб не были предлагаемы в них дела, не приведенные в надлежащую ясность и не пополненные всеми нужными к решению их сведениями. 2. Чтоб не были предлагаемы дела, по свойству их принадлежащие к Госу­дарственному Совету, к Судебному Сенату, к общим делам испол­нительным Правительствующего Сената или же зависящие от соб­ственного распорядка министров.

§67

При представлениях об определении, увольнении и производст­ве в чины прилагаются послужные списки, истребованные или све­ренные в герольдии, без чего и представления сии не предлагаются.

H. Порядок производства дел

§68

Bce представления предлагаются в подлиннике. Предметы, под­лежащие к сведению, докладываются кратко по одной надписи их содержания или по перечневым их табелям.

§69

Доклад производится одним из статсюекретарей по принадлеж­ности.

§70

Дела к докладу назначаются председателем по степени их на­стоятельности и важности.

§71

По прочтении дела министр представляющий присовокупляет к оному словесные изъяснения, когда признает то нужным.

§72

После сего доклада каждый член может предлагать свои приме­чания.

§73

Речь всегда обращается к председателю.

§74

По выслушании мнений и примечаний изъявление Высочайшей воли решить дело окончательно,

Щ. Порядок исполнения

§75

B самом собрании Правительствующего Сената, по мере пред­ложения дел, держится журнал их решений.

§76

B журнал сей вносится кратко содержание всех дел предлагае­мых и на каждое из них означается последовавшее Высочайшее ре­шение.

§77

Если решение, по пространству его, не может бытъ означено подробно в журнале, то на первый раз излагается только кратко су­щество его, а в следующее заседание министр, управляющий пись­моводством, представляет подробную записку, которая и вносится в журнал того дня.

§78

По окончании всех предметов заседания читается журнал его и утверждается подписанием государственного канцлера, а в отсутст­вие его одним из старших министров, и сверх того подписывается министром, управляющим письмоводством, и скрепляется статс- секретарями. Сим закрывается собрание.

§79

Журнал, таким образом составленный, прочитанный и подпи­санный, служит единственным основанием всех последующих ис­полнений.

§80

Первая степень исполнения состоит в том, что решение, в жур­нале записанное, означается со всею точностию на самом представ­лении, коего один экземпляр за скрепою статс-секретаря отсылается тогда же к министру, а другой оставляется в канцелярии Правитель­ствующего Сената.

§81

Вторая степень исполнения есть составление указов и предпи­саний. Te и другие имеют следующие главные правила:

I. O составлении и форме указов

§82

Bce вообще указы по делам, решенным в особенных собраниях Правительствующего Сената, окончательно составляются в канце­лярии его.

§83

Указы сии разделяются на три рода: 1) указы Правительствую­щему Сенату; 2) указы на имя министров и других лиц, и 3) указы объявляемые. Bce указы сии имеют определенную форму.

§84

Высочайшие решения изъявляются указами Правительствую­щему Сенату за Высочайшим подписанием: 1) об определении, увольнении и отрешении чиновников, зависящих от Высочайшего утверждения, о производстае в высшие чины, о сопричтении к дво­рянству, о назначении пенсий и других доходов; 2) о мерах прави­тельства, коими отменяются, ограничиваются или дополняются прежние положения, Высочайшими подписными указами ко всеоб­щему известию и исполнению изданные; 3) о всех делах, по важно­сти их и по связи с общественным порядком, для повсеместного сведения и исполнения нужных.

§85

Ho когда предмет решения принадлежит не ко всем частям Управления, а к некоторым из них в особенности, и когда к исполне­нию его надлежит только уполномочить одно или некоторые мини­стерства или лица, тогда Высочайшие решения изъявляются указами на имя тех лиц, к коим принадлежит дело.

Примечание. K сему же роду указов принадлежат грамоты и указы о пожало­вании орденов; они имеютсвою особую форму.

§86

Bce прочие решения, кои по существу своему не принадлежат к предметам, учреждаемым именными указами за Высочайшим под­писанием, приводятся в действие Высочайшими указами объявляе­мыми.

§87

Объявляемые указы издаются в Правительствующем Сенате во всех тех случаях, в коих Высочайшие решения принадлежат к об­щему сведению и исполнению.

Указы сии составляются выпискою из самого журнала, за под­писанием министра, управляющего письмоводством.

§89

Указы, следующие к Высочайшему подписанию, представляют­ся в самом собрании Правительствующего Сената министром, управляющим письмоводством. Они записываются, по утверждении их, в журнал того заседания и отправляются по принадлежности.

§90

По настоятельности дел, указы представляются министром, управляющим письмоводством, к Высочайшему утверждению и вне собраний, но при первом заседании, они предъявляются в оном для сведения.

§91

Bce вообще указы, исходящие в собрании Правительствующего Сената за Высочайшим подписанием, скрепляются (контрасигниру- ются) теми министрами, к коим принадлежат их предметы.

§92

Указы, исходящие по делам государственным общим, скрепля­ются государственным канцлером и отсылаются в свои места по принадлежности.

II. O составлении и форме предписаний

§93

Когда Высочайшее решение, принадлежа к исполнению одного какого-либо лица или места, не относится к общему сведению и не предполагает само по себе ни отмены, ни дополнения в существую­щих узаконениях, но служит им в пояснение или подтверждение, тогда оно объявляется, кому следует, предписанием.

§94

Предписания, с объявлением Высочайших решений, чинятся от министров по принадлежности каждого.

§95

По делам, в собрании Правительствующего Сената решенным, министры уполномочиваются к таковым предписаниям выписками из журнала, кои означаются на самых представлениях с изъяснени­ем, что исполнение решений им предоставляется.

§96

B предписаниях министров по делам, решенным в собрании Правительствующего Сената, означается:

1. Содержание представления.

2. Высочайшее решение точными словами, в выписке журнала изображенными.

3. K сему, по ближайшему усмотрению министра, присовокуп­ляются от имени его подробные меры и распоряжения, как к испол­нению решения или к пояснению признает он нужными. Меры сии и изъяснения предоставляются усмотрению его и ответственности.

Отделение второе.

Порядок производства дел в особенных собраниях Правительствующего Сената во время отсутствия Ero Императорского Величества

I. Предметы собраний

§97

Предметы особенных собраний, во время отсутствия Ero Импе­раторского Величества, суть те же самые, как и в присутствии.

§98

B случае долговременного отсутствия Ero Императорского Ве­личества предметы особенных Правительствующего Сената собра­ний и пределы власти его определяются особенным наказом, кото­рый вручается каждый раз председателю Правительствующего Сената и предъявляется им для общего всех министров исполнения.

П. Состав собраний

§99

B делах обыкновенных состав особенных собраний Правитель­ствующего Сената остается непременным.

§100

Ho когда, по силе особенного наказа, действующего во время долговременного Высочайшего отсутствия, предстанут дела высшей важности, тогда председатель Правительствующего Сената назнача­ет чрезвычайное собрание.

§101

B чрезвычайном собрании, сверх членов Правительствующего Сената, присутствуют все председатели Государственного Совета.

Ш. Порядок вступления дел

§102

Вступление дел, во время отсутствия Ero Императорского Ве­личества, производится по правилам, вообще для сего установлен­ным.

ПЛ Порядок производства дел

§103

При сохранении общего порядка в производстве дел, выше сего установленного, во время отсутствия Ero Императорского Величе­ства наблюдаются следующие особенные правила.

§104

По прочтении дела и по выслушивании словесных изъяснений министра представляющего, если окажутся разные мнения, то пред­седатель Правительствующего Сената прежде всего старается при­вести их к единству, а потом предлагает существенные вопросы к разрешению.

§105

B случае разномыслия голоса собираются, начиная с младших.

§106

При равенстве мнений голос председателя имеет перевес.

§107

Мнение, большинством голосов принятое, вносится одно в жур­нал. Причем в журнале означаются имена членов, с оным несоглас­ных.

§108

Члены несогласные, в течение двух дней, могут представить председателю особенные свои мнения, кои прилагаются к журналу: по истечении сего срока отзывы их уже не приемлются.

V. Порядок исполнения

§109

Журнал особенных собраний Правительствующего Сената в от­сутствие Ero Императорского Величества, составляется и подписы­вается тем же порадком, как и в присутствии.

§ 110

K журналу прилагаются подлинные представления министров, так как и мнение членов, с общим положением несогласных, и все вместе препровождаются на Высочайшее усмотрение.

§111

Есть ли по содержанию журнала предполагаются указы к Высо­чайшему подписанию, то проекты их, для ускорения времени, при­лагаются к тому же отправлению.

§112

Высочайшие решения, кои на журнал сей последуют, по полу­чении их, предъявляются Правительствующему Сенату, означаются на самых представлениях, скрепляются и приводятся в исполнение порядком, выше сего установленным.

§113

Сей порядок исполнения наблюдается в обыкновенных делах управления.

§114

Ho когда предстанут дела высшей важности, в особенном наказе определенные, и когда по свойству сих составляется в Правительст­вующем Сенате для решения их чрезвычайное собрание, тогда образ исполнения располагается на следующих главных правилах.

§115

B чрезвычайных собраниях дела решаются большинством голосов.

§116

По объявлении решения, председатель Правительствующего Сената предлагает вопрос о настоятельности исполнения.

§117

Есть ли большинством голосов исполнение признано будет на­стоятельным и не терпящим того расстояния времени, какое потреб­но бы было для испрошения Высочайшего утверждения, то Прави­тельствующий Сенат обязуется привести принятое им решение в полную его силу и действие.

§118

Для сего составляется особенный журнал, в коем:

1. Излагаются обстоятельства во всей их ясности.

2. Изображаются причины, уваженные Правительствующим Се­натом.

3. Излагается решение и образ его исполнения.

§119

Журнал сей подписывается всеми членами в двух списках, из коих один препровождается к Ero Императорскому Величеству с обыкновенным нарочным чиновником, если для лучшего объясне­ния обстоятельств признано будет сие нужным, а по другому списку журнала производится исполнение или в Правительствующем Сена­те, если мера приемлемая принадлежит к общему сведению и ис­полнению, или в министерстве, есть ли исполнение особенно до каких-либо частей принадлежать будет.

§120

По журналам сим в Правительствующем Сенате и в министер­Стве чинится точное и немедленное исполнение, и посылаются от Сената куда следует указы, а от министерств предписания по осо­бенной форме.

§121

Указы сии и предписания во всех местах исполняются точно так же, как указы, изданные за высочайшим подписанием.

§122

Если дело, составляющее предмет чрезвычайного собрания Правительствующего Сената, по существу своему принадлежит к Го­сударственному Совету, тогда, по сношению председателей, учрежда­ется для его чрезвычайное общее собрание Государственного Совета на точном основании его учреждений (§ 29), и мнение, в Совете приня­тое и председателем его подписанное, передается в Правительствую­щий Сенат и приводится в надлежащую силу и действие.

§ 123

B сих случаях в журнале Правительствующего Сената так, как и в указах его и в предписаниях министров, именно означается изъявленное Государственным советом мнение.

Часть третья ПОЛОЖЕНИЯ ОБЩИЕ §124

Часть сия содержит в себе положения, принадлежащие к обра­зованию Правительствующего Сената вообще, как в обыкновенных его собраниях, так и в особенных.

Глава первая Порядок определения и обряды присутствия в Правительствующем Сенате

§125

Государственный канцлер, в отсутствие Ero Императорского Величесгва, вступает в звание председателя Правительствующего Сената вместе с определением его в звании канцлера.

§126

Государственные министры, главные начальники разных частей управления и товарищи министров вступают в присутствие Прави­тельствующего Сената вместе с определением их в сии звания.

§127

Государственный канцлер и все члены Правительствующего Сената определяются в звании их именными указами за собственно­ручным высочайшим подписанием.

§128

По определении государственный канцлер дает присягу в при­сутствии Ero Императорского Величества, прочие члены в присут­ствии Правительствующего Сената.

§129

Bce члены Правительствующего Сената, по увольнении их от званий, ими носимых, увольняются тем самым и от присутствия в Правительствующем Сенате.

§130

Члены Правительствующего Сената заседают в оном по стар­шинству их чинов.

§131

Дни присутствия в Правительствующем Сенате учреждаются особенным расписанием.

§132

Сверх обыкновенных дней присутствия, собрания Правительст­вующего Сената составляются, по востребованию дед, особенным высочайшим повелением или назначением государственного канц­лера.

Глава вторая Пространство власти Правительствующего Сената

§133

Власть, вверяемая Правительствующему Сенату, принадлежит единственно к порядку управления. Никакой новый закон, устав и учреждение не могут быть изданы Правительствующим Сенатом, не быв рассмотрены и утверждены в порядке, для законодательной части установленном.

І7Ч к 7707

§134

Правительствующий Сенат, действуя вверенною ему власгию, может понуждать все подчиненные ему места и лица к исполнению законов и учреждений.

§135

Последствия, от сей власти происходящие, суть:

1) Определение и увольнение чиновников по тем местам и должностям, коих утверждение присвоено непосредственно Прави­тельствующему Сенату, по надлежащем представлении и по прави­лам, для сего установленным.

2) Надзор над действием всех подчиненных мест и лиц, взыска­ние от них ответов в случае бездействия или неправильного испол­нения, удаление от должностей и предание суду тех чиновников, кои определяются Правительствующим Сенатом.

3) Разрешение силою законов или представлением на высочай­шее усмотрение разных затруднений, встречающихся при исполне­нии, когда превышают они власть каждого министерства в особен­ности.

4) Производство в чины до 6 класса.

§136

Власть Правительствующего Сената в чрезвычайных случаях учреждается силою особенного наказа на правилах, выше, в §§ 114­123, установленных.

§137

Правительствующий Сенат, охраняя пределы вверенной ему власти, не входит в рассмотрение и решение дел, другим государст­венным установлением принадлежащих, в особенности наблюдая, чтоб дела, к Судебному Сенату принадлежащие, не были сливаемы с предметами управления.

Глава третья Порядок сношений Правительствующего Сената с другими государственными установлениями

§138

Сношения Правительствующего Сената с Государственным со­ветом производится посредством переписки министра, управляюще­го письмоводством, с государственною канцеляриею.

§139

Сношения Правительствующего Сената с Судебным Сенатом производятся посредством министра юстиции.

§140

Сношения Правительствующего Сената с Святейшим Синодом производятся посредством главноуправляющего духовными делами.

§141

Bce прочие места и лица, к порядку государственного управле­ния принадлежащие, подчиняются Правительствующему Сенату, получают и исполняют его указы.

Примечание. Места и управления, на особенном положении состоящие, как- то: банки, кабинет и тому подобные, в порядке их сношений сохраняют правила, Досепе установленные.

Глава четвертая Установления, при Правительствующем Сенате состоящие

§142

При Правительствующем Сенате состоят следующие установ­ления:

1. Герольдия.

2. Канцелярия.

Отделение первое.

Устройство герольдии

§143

B устройстве герольдии определяются: 1) предметы ее, 2) со­став, 3) порядок производства дел.

I. Предметы герольдии

§144

B герольдии производятся:

I. Bce дела, к хранению великой государственной печати при­надлежащие. Сюда относятся:

1. Составление и изготовление грамот и дипломов на дворян­ское, княжеское, графское и баронское достоинство, на разные при­вилегии, городам, обществам и сословиям даруемые; грамоты на недвижимые имущества, в собственность пожалованные; патенты на чины.

2. Приложение государственной печати как к сим, так и вообще ко всем государственным актам. .

П. Bce дела по охранению и удостоверению прав и преиму­ществ, разным состоянием присвоенных. Сюда принадлежат:

1. Рассмотрение дел о доказательстве прав на дворянское со­стояние.

2. Таковое же рассмотрение дел о переходе в среднее состояние.

3. Рассмотрение дел в нарушении прав дворянского и среднего состояния при выборах на службу и вообще о порядке выборов.

4. Состав и продолжение родословной книги дворянских родов (дворянский гербовник).

5. Выдача свидетельств, удостоверяющих права дворянства при определении на службу и других случаях.

6. Дело по причислению в подданство России и принятие на оное присяги.

7. Сведения о всех вообще дворянах, в империи состоящих, по сношениям с губернскими дворянскими собраниями.

Щ. Bce дела по составу и замещению чиновниками разных мест и должностей. Сюда принадлежат:

1. Дела по определению и увольнению чиновников, коих утвер- вдение по существующим законам принадлежит Правительствую­щему Сенату.

2. Составление и издание общего списка состоящих в службе чиновников.

3. Собрание послужных списков всех чинов, служащих по гу­берниям.

4. Паспорты чиновников, причисленных к герольдии, и дела то­му подобные.

ГѴ. Дела по производству в гражданские чины. Сюда принадле­жат: 1. Bce представления о производствах, от министерств и разных частей управления всыпающие. 2. Представления об удостоении к ордену св. Владимира.

V. Часть экономическая. Сюда принадлежит собрание пошлин за приложение печати, за выдачу гербов, за изготовление грамот и тому подобного.

П. Состав герольдии

§145

Герольдия составляется из одного герольдмейсгера и опреде­ленного числа советников.

§146

По общей связи дел сего установления с производством чинов­ников, в судебном порядке служащих, двое из советников опреде­ляются по представлению министра юстиции.

§147

Герольдия разделяется на отделения и столы по различию и пространству ее предметов.

§148

Советники управляют каждый своим отделением, а в соедине­нии их составляют, под председательством герольдмейстера, общее присутствие.

§149

Герольдия, как особенный департамент, установленный при Правительствующем Сенате для дел, с хранением государственной печати сопряженных, состоит под главным управлением государст­венного канцлера.

§150

Подробное ее образование, на основании правил общего мини­стерского учреждения, определяется государственным канцлером по Высочайшему утверждению.

Ш. Порядок производства дел в герольдии

§151

Следующие роды дел рассматриваются в общем присутствии герольдии и представляются с мнением ее Правительствующему Сенату:

1. Дела о правах на дворянсгво.

2. O переходе в среднее состояние.

3. O порядке дворянских и купеческих выборов.

4. O причислении в подданство,

5. Об определении и увольнении от службы,

6. O производстве B чины.

7. 06 удостоении к ордену св. Владимира.

§152

Прочие дела исполнительные производятся и решаются внут­ренним распорядком герольдии. Порядок производства их установ- ляется сообразно правилам, в общем министерском учреждении изображенным. Подробное приложение сего порядка и нужные из оного изъятия, по роду и свойству дел, учреждаются герольдмеЙсте­ром по утверждению государственного канцлера.

§153

Дела, следующие к разрешению Правительствующего Сената в обыкновенных его собраниях, по назначению государственного канцлера, докладываются герольдмейстером и по разрешении их

возвращаются для исполнения в герольдию установленным поряд­ком.

§154

Дела, кои будут следовать к Высочайшему разрешению, достав­ляются от государственного канцлера к министру, управляющему письмоводством, и предлагаются в особенных собраниях Прави­тельствующего Сената установленным порядком.

Отделение второе.

Устройство канцелярий Правительствующего Сената

§155

B устройстве канцелярии Правительствующего Сената опреде­ляется: 1) состав ее и разделение дел; 2) образ производства их;

3) ревизия и отчеты; 4) установления, при канцелярии состоящие,

I. Состав канцелярии

§156

Канцелярия Правительствующего Сената делится на три отде­ления.

§157

B первом отделении ведаются:

1. Дела, непосредственно принадлежащие к действии> Прави­тельствующего Сената и не относящиеся в особенности ни к одному министерству. 2, Дела, от обоих военных министерств вступающие,

§158

Bo втором отделении ведаются дела;

1. Министерства иностранных дел по публичным сношениям.

2. Министерства юстиции по сношениям судебной части с по­рядком управления.

3. Министерства полиции.

4. Главного управления духовйых дел иностранных исповеда­ний.

§159

B третьем отделении ведаются дела:

1. Министерства просвещения.

2. Главного управления путей сообщения.

3. Министерства внутренних дел.

4. Министерства финансов, государственного казначейства и го­сударственного контролера.

§160

Bce представления от министров и главных начальников об оп­ределении и увольнении от должностей, зависящих от разрешения Правительствующего Сената в обыкновенных его собраниях, так как и о производстве в чины до 6 класса, поступают в Правительст­вующий Сенат чрез герольдию и докладываются герольдмейстером.

§161

Для удобности и уравнительного расположения по всем мини­стерствам представления о производстве в чины, так как и представ­ления к ордену св. Владимира, вносятся в сроки, кои Правительст­вующий Сенат не оставит учредить в первых своих собраниях.

Представления об увольнении и определении к должностям, за­висящим от Высочайшего разрешения, так каіс и о производстве в чины, начиная от 6 класса, и удостоении к орденам вносятся в осо­бенные Правительствующего Сената собрания от каждого министра установленным порядком. Ho при представлениях сих должны быть прилагаемы послужные списки, предварительно сверенные в ге­рольдии и подписанные герольдмейстером.

Примечание 1, Дела, принадлежащие к герольдии, не входят а отделения, но производятся и отправляются в оной.

Примечание 2. Уравнение дел по отделениям в тех случаях, когда одно из них, по количеству их, будет недостаточно к скорому их отправлению, представляется усмотреіпао министра, управляющего письмоводством.

§163

Bce отделения канцелярии состоят в главном управлении мини­стра, управляющего письмоводством.

§164

Каждое отделение в особенности управляется статс-секретарем.

§165

B пособие статс-секретарям полагаются их помощники.

§166

Число помощников так, как и число канцелярских чинов и про­чие подробности, к составу канцелярии принадлежащие, определя­ются особенным штатом, который от министра, управляющего письмоводством, имеет быть внесен на рассмотрение Правительст­вующего Сената и представлен на Высочайшее утверждение.

П, Образ производства дел

§167

Порядок производства дел в канцелярии Правительствующего Сената установляется сообразно правилам, в §§ 28-38 и 52 сего уч­реждения изображенным, применяясь в подробностях оного к поло­жениям, в общем министерском учреждении постановленным.

Ш. Ревизия дел и отчеты

§168

Главный надзор за успешным течением дел в канцелярии возла­гается на министра, управляющего письмоводством.

§169

Каждый месяц статс-секретари производят ревизию дел, решен­ных и нерешенных, и представляют министру, управляющему пись­моводством, ведомости по формам, кои от него даны будут.

§170

Ежегодные отчеты о количестве решенных в Правительствую­щем Сенате дел представляются Ero Императорскому Величеству министром, управляющим письмоводством, в одном из особенных собраний Правительствующего Сената. Формы сих отчетов опреде­лены будут особенным положением.

ГѴ. Установления при канцелярии Правительствующего Сената

§171

Под главным надзором министра, управляющего письмоводст­вом, состоят два особенные установления: архив и типография.

§172

Архив Правительствующего Сената составляется из самых точ­ных и верных сведений и подлинных постановлений по всем пуб­личным частям управления. Министр, управляющий письмоводст­вом, не оставит составить для него особенное положение и штат и представить его на рассмотрение и утверждение Правительствую­щего Сената.

§173

B типографии Правительствующего Сената предаются тисне­нию все публичные постановления как из Правительствующего Се­ната, так и по министерствам исходящие. Она должна быть общим для всех министерств заведением.

§174

Под главным надзором министра, управляющего письмоводст­вом, типография Правительствующего Сената имеет собирать и издавать в еженедельных листах все постановления правительства, к общему сведению и исполнению нужных.

§175

Министр, управляющий письмоводством, неукоснительно пред­ставит на рассмотрение и утверждение Правительствующего Сената способы к устройству сего заведения, штат его управления и поря­док состава и издания еженедельных листов, и других ее (типогра­фии) обязанностей.

H. H. Новосильцев

<< | >>
Источник: Пуздрач Ю. В.. История российского конституционализма IX-XX веков. — СПб.,2004. — 561 с.. 2004

Еще по теме § 2. ПРИНЯТИЕ ПЕРВОЙ РОССИЙСКОЙ КОНСТИТУЦИИ 1905 г. КАКИСХОДНЫЙ ПУНКТ КОНСТИТУЦИОННОГО РАЗВИТИЯ:

  1. § 2. ПРИНЯТИЕ ПЕРВОЙ РОССИЙСКОЙ КОНСТИТУЦИИ 1905 г. КАКИСХОДНЫЙ ПУНКТ КОНСТИТУЦИОННОГО РАЗВИТИЯ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -