Преемственность перехода от государственного управления к самоуправлению в деятельности Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия)
А.А.Гольдман
В Российском законодательстве вплоть до законодательных актов Временного правительства 1917 г. термин «местное самоуправление» почти не употребляется. Некоторые современные исследователи, рекомендующие использование в организации российского местного самоуправления земского опыта, видят в дуализме земства уникальность его организации, рассуждая при этом о «параллельности систем управления – государственной и представительной избираемой населением».
Но в том-то и дело, что дуализм местного самоуправления, по данным доктора юридических наук, заслуженного деятеля науки Российской Федерации, профессора В.И.Васильева, сочетался с нежела- нием царского правительства выпускать их из поля своего зрения, а Положение о земских учреждениях 1890 г. усилило бюрократический надзор за выборными органами земства.«Устав об управлении инородцев» был утвержден царем 22 июля 1822 г. и вступил в силу. В Якутии были созданы 17 улусов, 195 наслегов, 5 округов, а в Якутском округе была создана одна Степная дума, которая была органом управления «инородцев» округа, учрежденным в соответствии с «Уставом об управлении инородцев», разработанным под руководством крупного реформатора Сибири, государствоведа России М.М.Сперанского. В «Уставе» было сказано, что «и многие роды, соединенные в одну общую зависимость, учреждают Степную думу». Далее говорилось, что Дума представляет собой общественное собрание «знатных и почетных инородцев». Якутская Степная дума официально была открыта и приступила к исполнению своих полномочий 11 марта 1827 года, а 22 ноября 1838 г. она перестала существовать.
Как пишет ученый В.И.Васильев, опытом организации местного самоуправления в России во второй половине XIX и начале XX вв. можно воспользоваться в весьма ограниченной степени. Но можно. Главное преимущество состояло в том, что все делалось при полном отсутствии в арсенале земств принудительных мер.
На то были две причины: энтузиазм и преданность делу земских деятелей, особенно из среды интеллигенции (духовное начало); наличие у земств особой экономической власти – власти денег.Следующий этап правового регулирования был охарактеризован выступлением Б.Н.Ельцина на заседании Конститу-ционного совещания, где он сказал: «Очевидно, что советский тип власти не поддается реформированию. Советы и демократия несовместимы». Так был снят с повестки дня лозунг: «Вся власть Советам», существовавший с 1917 г. И в тактическом, и в стратегическом смысле Советы уходили в историю. Нигде, ни в каких нормативных актах слово «Советы» не упоминалось, в том числе и в тех статьях Конституции Российской Федерации, где речь шла о местном самоуправлении. Новая модель местного самоуправления выкристаллизовывалась в ходе довольно острых споров, причем глава Конституции Российской Федерации о местном самоуправлении оказалась одной из самых дискуссионных.
По этому поводу В.И.Васильев, ведущий специалист конституционного права, крупный ученый, занимающий вопросами местного самоуправления, в частности, писал о Советах: «Столь радикальная перемена отношения к Советам вряд ли вызвана тем, что они наподдаются реформированию. Ведь совсем недавно именно на базе Советов было сформировано местное самоуправление, начала складываться муниципальная собственность, было существенно децентрализовано решение многих дел. Было другое основание – заполненность депутатского состава сторонниками Белого Дома, противниками президентского курса, которых надо было вывести из борьбы, что и было сделано путем роспуска Советов и лишения их полномочий». Видимо, поэтому положение об организационных формах осуществления местного самоуправления в Конституции решили не делать, оставив этот вопрос для регламентации Федеральным законом.
В 1994 г. народные депутаты первого созыва Государственного собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия) в Закон Республики Саха (Якутия) «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного закона) Республики Саха (Якутия)» внесли статью 85, которая установила: «В улусах, городах, наслегах и поселках для осуществления государственной власти образуется местный представительный орган – улусное, городское, наслежное, сельское и поселковое Собрание и соответствующий исполнительный орган – местная администрация».
Таким образом были восстановлены депутаты улусных и городских собраний, а также выборность глав администраций, то есть были введены в действие демократические формы управления. Последовательно были приняты конституционные вопросы местного самоуправления и в других статьях Конституции.Начиная с 1992 г. работал Закон Республики Саха (Якутия) «О родовой, родоплеменной, кочевой общине коренных малочисленных народов Севера», в 1997 г. был принят Закон Республики Саха (Якутия) «О правовом статусе коренных малочисленных народов Севера», где имеется самостоятельный раздел о самоуправлении, а в 1998 г. после долгих обсуждений был принят Закон Республики Саха (Якутия) «О Суктуле юкагир-ского народа», в преамбуле которого говорится: «Настоящий закон определяет правовые, экономические и финансовые основы местного самоуправления юкагирского народа и государственные гарантии его осуществления».
Таким образом, мы имеем право сделать вывод, что Республика Саха (Якутия) на законодательной основе постепенно наращивала опыт вхождения в новую форму местного самоуправления, обозначая и на деле апробируя это на сложившемся жизненном укладе народов Крайнего Севера.
В этом неоспоримое достоинство работы народных депутатов первого и второго созывов Государственного собрания (Ил Тумэн) в 1993–2003 гг.