ПРАВОВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ДВОРЯНСТВА

Начиная со второй половины XVII в. в России начался про­цесс правового единения класса феодалов, складывания единого класса-сословия — дворянства. Сословие — категория правовая, определяющая правовое положение определенной социальной группы, ее права и преимущества (или отсутствие тех или иных прав и преимуществ); переход из одного сословия в другое зат­руднен (а иногда и невозможен).

Формирование классово-сословного строя произошло в ре­зультате распада некогда единого сословия служилых людей. Вер­хушка служилого сословия — служилые по отечеству, то есть по происхождению, превратились в дворян, ставших владельцами земель и крепостных (основной производительной силы фео­дального общества), главной социальной опорой царизма, а низы сословия служилых по отечеству — в так называемых однодво- риев. Образование сословия дворян, пользовавшихся исключи­тельными правами, было следствием не только протекавшего процесса дифференциации служилого сословия, углубления раз­личий между его верхами и низами, но и результатом сознатель­ной деятельности властей.

Отмена местничества в 1682 г. явилась лишь началом преоб­разования государственной службы в России. Необходимо было упорядочить новую систему назначений, отрегулировать произ­водство в чины таким образом, чтобы государственная служба не разобщала складывающуюся бюрократию — опору развиваю­щегося абсолютизма.

Служебно-родовое местничество имело глубокие корни. Оно складывалось в период централизации Русского государства, когда на службу к московскому великому князю шли князья присоеди­ненных к Москве княжеств вместе со своими боярами и дворяна­ми. Чтобы не оскорбить достоинство вновь прибывших (а среди них были Рюриковичи и Гедиминовичи — потомки великого кня­зя литовского Гедимина, княжеская ветвь которого на Руси была второй по знатности после Рюриковичей), при московском дворе складывается порядок, при котором при назначении на службу, даче поручений учитывалась знатность рода. Местничество регули­ровало служебные отношения между членами служилых фамилий. Обычаем определялась сложная система местнического счета. Мес­то зависело от чести, происхождения служилого человека и его карьеры. Служилый человек, занимавший более высокое место, не мог служить под началом менее честного. Поэтому отмена местни­чества, разобщающего господствующий класс, в котором все больше и больше заявляло о себе дворянство, явилась важным шагом на пути реформ государственного управления, необходимость кото­рых диктовалась складыванием в России абсолютной монархии.

Правовую базу для нового класса-сословия — дворянства (шляхетства) создала Табель о рангах от 24 января 1722 г., кото­рой принадлежит ведущее место в процессе юридического офор­мления дворянского сословия в России [5].

В начале XVIII в. господствующий класс, разделенный на различные сословные группы (боярство, дворянство, дворянство московское и городовое, дети боярские), был сплочен в единый класс-сословие. Тогда же вырабатывается и единый термин, обо­значающий это сословие. Вначале было использовано польско- немецкое слово «шляхетство», но уже к 20-м годам оно заменя­ется старинным русским словом — «дворянство».

Табель о рангах явилась нормативным актом, который под­вел итог преобразованиям государственного аппарата и законо­дательно закрепил новый порядок прохождения государствен­ной службы. В основу нового порядка был введен принцип про­движения по службе не за имеющиеся в прошлом звания, а за подлинные заслуги в настоящем: не по отечеству чин, а за заслу­ги. Разделенная на военно-морскую, штатскую (гражданскую) и придворную, государственная служба вменялась в обязательность дворянскому сословию.

На государственную службу дворянин Петровского време­ни зачислялся с пятнадцатилетнего возраста и должен был начи­нать ее рядовым солдатом в армии или матросом во флоте, с самых низших должностей в гражданских учреждениях. Учиться дворянину полагалось по закону только до пятнадцати лет, а дальше следовало служить.

Чтобы шляхетство не уклонялось от государственной служ­бы, Петр I систематически устраивал смотры всех взрослых дво­рян, состоявших и несостоявших на службе, и дворянских недо­рослей, как именовались не достигшие узаконенного для служ­бы возраста дворянские дети. На этих смотрах, производившихся в Москве и Петербурге, царь лично распределял дворян и недо­рослей по полкам и школам, подчеркивая в списках фамилии тех, которые годились к службе.

Сознавая отсутствие добровольного тяготения шляхетства к государственной службе, Петр I не предоставлял дворянству права выбирать службу по собственному усмотрению. На смотрах дво­рян назначали на службу по способностям и по состоятельности каждого, причем была установлена известная пропорция службы в военном и гражданском ведомствах: из каждой фамилии на гражданских должностях могли состоять лишь треть наличных ее членов, записанных на службу[6].

Общее руководство сложным устройством дворянской служ­бы было возложено на Герольдмейстерскую контору — особый орган по надзору за дворянством при Сенате. Ее обязанностью было, коротко говоря, очищение дворянского сословия от само­званцев, оформление пожалования в дворянство и привлечение дворян на государственную службу.

В январе 1722 г., почти одновременно с введением Табели о рангах, была учреждена должность герольдмейстера. Ему предпи­сывалось иметь списки всех дворян, проживающих в Российс­кой империи, которые (списки) должны быть снабжены данны­ми о чинах, о готовности привлечения их (дворян) к военной и гражданской государственной службе, о возрастном цензе, о на­личии в семье лиц мужского пола. Так как дворянское звание давало право на получение родового герба, предписывалось ос­воить и геральдическое дело.

Кроме того, герольдмейстер обязан был всегда иметь ре­зерв в случае чрезвычайной надобности при назначении на госу­дарственные должности. Он обязан был также организовывать и контролировать обучение экономическим наукам и управленчес­ким делам представителей знатных и средних дворянских фами­лий. Наконец, герольдмейстеру вменялось следить за возможным укрывательством дворян в процессе привлечения их на государ­ственную службу [7].

Согласно Табели о рангах, все должности в армии, на флоте, гражданской и придворной службе делились на 14 ран­гов. Высшим рангом на гражданской службе был чин канцлера, а низшим — чин коллежского регистратора, в армии соответ­ственно — генерал-фельдмаршал и фендрик, несколько поз­же — прапорщик. Табель о рангах давала возможность отдель­ным выходцам из других сословий поступать на военную или гражданскую службу и по мере продвижения получать дворян­ское звание, сначала личное, а затем потомственное. Личное дворянство на гражданской службе получал чиновник, которо­му присваивался 14-й класс. Получившие личное дворянство были освобождены от телесных наказаний, от рекрутской по­винности, от податей, но не имели права передавать дворян­ство своим детям, не могли иметь крепостных крестьян и уча­ствовать в корпоративной жизни дворянства, то есть получив­шие личное дворянство обладали только частью льгот и пре­имуществ потомственного дворянства.

Чиновники, дослужившиеся по гражданской службе до 8-го ранга, и обер-офицеры получали потомственное или, как его называли в быту, столбовое дворянство (пункт 15). Осо­бую группу среди потомственных дворян составляли титуло­ванные дворяне: князья, графы и бароны. Титулы графов и баронов, ранее в России не употреблявшиеся, были заимство­ваны Петром I из Западной Европы. Во многом они должны были подчеркнуть могущество русского императора, способ- ного любого человека сделать знатнейшим дворянином Рос­сийской империи.

Помимо уже упоминавшегося старинного русского титу­ла князя, Петр I ввел также титул светлейшего князя (пункт 8). В итоге Табель о рангах полностью устранила прежнюю со­словную группировку внутри класса феодалов и заменила ее новым делением господствующего класса, трансформирующе­гося в класс-сословие — дворянство. Консолидация дворянства в класс-сословие сопровождалась существенным усилением зам­кнутости этой социальной группы. Приобретение статуса дво­рянина стало делом весьма сложным. Однако господствующий класс не мог существовать без пополнения. Не случайно уже Табель о рангах позволяла получить дворянство по выслуге — на военной или штатской службе. Позже дворянство стало да­ваться лицам, получившим образование, а также вложившим капитал в промышленное либо сельскохозяйственное произ­водство. Возможности перехода в дворянство то расширялись, то уменьшались, но существовали во все времена, вплоть до полного их упразднения Великой Октябрьской социалисти­ческой революцией [8].

Законодательное оформление класса-сословия утвержда­ло всевластие дворянства, главной обязанностью которого счи­талась государственная служба. Однако дворянство всячески добивалось освобождения от этой повинности, к которой их особенно принуждал Петр I. Но сразу же после его смерти вопрос об освобождении дворянства от службы широко об­суждался под предлогом экономии государственных средств, расходуемых на армию и чиновничество. В полной мере эти требования были удовлетворены при Петре III (1761—1762) — племяннике Елизаветы Петровны (1741—1761), сыне герцога Голштинского Карле Петре Ульрихе, одновременно внука Карла XII по отцовской линии и Петра I — по материнской.

До 1762 г. дворянство являлось тяглым сословием в том смысле, что, подобно прочим сословиям, оно было обреме­нено обязанностями. Правда, тягло дворянина отличалось от тягла крестьянина или посадского: тягло последних состояло в уплате подати и поставке рекрутов. Тягло дворянина вклю­чало службу и обучение, от рекрутчины и уплаты налогов он был освобожден. Но Манифест дал возможность дворянам служить и учиться без принуждения, обратив обе обязаннос­ти в привилегии. К важнейшим сословным привилегиям дво­рянства относилось восстановление монополии на право вла­дения крепостными крестьянами: Манифест о вольности дво­рянства лишил мануфактуристов права покупать крепостных. Основные положения Манифеста о даровании вольности и свободы всему российскому дворянству в значительной сте­пени приумножила Грамота на права, вольности и преиму­щества благородного российского дворянства [10] — Жалованная грамота дворянству от 21 апреля 1785 года. Принятие грамоты было вызвано необходимостью консолидации дворянства и укрепления диктатуры помещиков-крепостников в условиях назревающего кризиса феодальных отношений. Все более об­наруживающаяся несостоятельность крепостнических форм эксплуатации, угроза новых крестьянских восстаний после войны (1773—1775) под руководством Е.И. Пугачева, попыт­ки помещиков личным руководством поднять хозяйственный уровень имений требовали дальнейшего укрепления диктату­ры помещиков на местах, предельного расширения их прав на крестьян. Жалованная грамота дворянству включала в со­став российского дворянства прибалтийских баронов, польскую шляхту, казацкую старшину Украины, Дона, ук­раинских и белорусских помещиков и т. д. Это означало окон­чательное оформление и консолидацию господствующего со­словия — прочной опоры самодержавия. Законодательное офор­мление средневекового сословного строя происходило в то время, когда в Западной Европе под ударами буржуазных революций сословия рушились.

Жалованная грамота дворянству законодательно закрепила и оформила все сословные права и привилегии, полученные дво­рянами к этому времени: монопольное право собственности на крестьян и землю, ее недра, свободу от подушной подати, теле­сных наказаний, рекрутской повинности, право торговли и за­ведения мануфактур, право уходить в любое время в отставку, право владеть домами в городах.

К новшествам Жалованной грамоты дворянству относилось наименование первого сословия. Отныне оно стало называться не дворянством, а благородным дворянством. Новой привилегией явилось запрещение производить конфискацию имений дворян за уголовные преступления. В этом случае имения переходили к законным наследникам. По сравнению с предыдущим законода­тельством Жалованная грамота дворянству повысила роль дво­рянских корпораций. Грамота распространила создание сослов­ных дворянских собраний на губернию и обеспечила их влияние не только на уездные, но и на губернские органы власти, управ­ления и суда.

Дворяне каждой губернии составляли дворянское общество, органом которого являлось дворянское собрание, созываемое раз в три года. Помимо выборов предводителя и прочих должност­ных лиц, собранию разрешалось докладывать наместнику или губернатору о своих нуждах, а в случае необходимости доносить о них Сенату и императрице.

Определив личные права и преимущества дворянства, Жа­лованная грамота дворянству даровала ему права самоуправления и участия в органах государственного управления на выборных началах. Губернское и уездное дворянские общества избирали из своей среды ряд должностных лиц уезда и губернии (например, уездного судью, земского исправника). Создание дворянских со­словных судебных органов явилось результатом провозглашения Жалованной грамотой дворянству права дворян судиться судом равных. В целом Жалованная грамота дворянству предоставляла дворянину обширные личные права, право сословного самоуп­равления и возможность влиять на местную правительственную администрацию. Жалованная грамота дворянству расширила при­вилегии этого сословия. Если Учреждения для управления губер­ний от 7 ноября 1775 г.[11] создавали корпорации дворян в пределах уезда, то теперь — в масштабах губернии.

Вышедшее победителем из бурных событий начала XVII в. дворянство на протяжении всего рассматриваемого времени (ко­нец XVII — XVIII в.) переживало процесс консолидации своих рядов и осознания классовых интересов. Экономически дворян­ство все более становилось монополистом феодальной собствен­ности на землю. Социально-экономическая консолидация дво­рянства имела своим следствием изменение и развитие правово­го режима феодального землевладения, когда в 70—80-х гг. XVII в. происходила массовая раздача обширных новых земель в помест­ное владение. 10 марта 1676 г. Новоуказные статьи о поместьях[12] предоставили дворянам права наследовать поместья по закону, что обозначило четкую тенденцию в решении важного для того времени вопроса — возвышения поместного землевладения до уровня вотчинного, а следовательно, возвышения помещиков (дворян) до уровня вотчинников и консолидации этих двух групп светских феодалов.

Указом от 23 марта 1714 г. «О порядке наследования в дви­жимых и недвижимых имуществах» — Указом о единонасле­дии [13] Петр I не делал никакого различия между этими двумя старинными формами служилого землевладения, говоря только о недвижимом имении и понимая под этим выражением и по­местные и вотчинные земли. Содержание Указа о единонасле­дии заключалось в следующем: землевладелец, имеющий сыно­вей, мог завещать все свое недвижимое имущество одному из них, которому хотел, но непременно только одному. Если зем­левладелец умирал без завещания, то все недвижимое имуще­ство переходило по закону к одному старшему сыну; если зем­левладелец не имел сыновей, то мог завещать свое имение кому- нибудь из своих ближних или дальних родственников, кому хотел, но непременно кому-нибудь одному; в случае, если он умирал без завещания, имение переходило к ближайшему род­ственнику; когда умерший оказывался последним в роду, он мог завещать недвижимое имущество одной из дочерей-девиц, замужней, вдове, кому хотел, но непременно одной; если он умирал без завещания, недвижимое имущество переходило к старшей из замужних.

Ограничение права наследства в связи с предписанием пе­редачи недвижимого имущества (имения) только одному сыну незамедлительно привело к появлению беспоместного дворян­ства, которое объективно не могло стоять в одном ряду с эко­номически более сильными наследниками недвижимого иму­щества. Поэтому, согласно Жалованной грамоте дворянству, дво­рянскому обществу предоставлялась дисциплинарная власть над своими членами. Дворянское общество могло исключить из сво­ей среды лиц, опороченных судом или дискредитировавших себя в личной жизни. Грамота вводила ценз, цель которого состояла в том, чтобы лишить права занимать выборные должности дво­рянскую мелкоту (беспоместное дворянство): избранным мог быть только дворянин, чей доход с имения превышал 100 руб­лей в год. Дворянин, не имевший офицерского чина, лишался избирательных прав.

1.