Компетенция дьячьей группы

Кем принимались решения по выплате той или иной суммы? Исходя из за­писей в книге, можно предположить следующую схему. C пометой судьи Разрядного приказа о решении дела документ отдавали в тот стол, в чьей компетенции дело находилось.

Вместе с тем, эта схема, как обычно, не была жесткой. Были случаи, когда указ государя о выплате денег из Разряда на то или иное дело стано­вился прямым распоряжением Денежному столу, не будучи сопровожден специальным письмом какого-либо из разрядных столов. Так, непосредст­венно по указу великого государя и помете на нем В.Г. Семенова Денеж­ным столом Разряда было выплачены деньги “для пожарного разоренья” шести государевым певчим дьякам149. Также по помете думного дьяка В.Г. Семенова на указе государя без сопроводительного документа были переданы в руки стольника А. Карандеева золотые и серебряные монеты, которые он должен был отвезти в полки боярина и воеводы кн. Г.Г. Ромо­дановского на жалованье ратным людям150.

Содержание писем из столов записи расходной книги, за редким исклю­чением, передавали в кратком пересказе.

Помета начальника Разрядного приказа думного дьяка В.Г. Семенова не встречается на письмах из столов. Единственное исключение составляет запись о выплате жалованья выезжему из Польской земли иноземцу - оно выдано по помете В.Г. Семенова на письме Приказного стола153. В.Г. Семе­нов записывал свои решения непосредственно на представленных ему доку­ментах - челобитных или разрядных выписках по этим челобитным о вы­плате жалованья служилым людям по разным поводам - “для пожарного разоренья”, за выполненное поручение, в том числе подьячим за приказную работу, “для бедности”, по случаю пребывания в Москве с коллективной челобитной, о возврате неправильно взятых пеней, по челобитным монас­тырей из “разрядных” городов о выплате им годовой руги или о снабжении их церковной утварью, вином, воском, ладаном и проч.

Подписные челобитные чаще помечены другими думными дьяками - Г.К. Богдановым (в 185 г. думный дьяк приказов Большой Казны и Боль­шого Прихода), А.С.

Пометы В.Г. Семенова стоят на всех документах, связанных с отпуском денег из Разряда в другие приказы - в Каменный приказ на строение ново­го здания приказов (пометы на выписках), в приказ Большой казны в связи с передачей в него 18 “тарелей”, присланных из Брянска воеводой (помета на отписке брянского воеводы, сопровождавшей посылку), в Новгородский приказ на покупку в Архангельске бумаги для нужд Разряда (помета на вы­писке); в Мастерскую палату в связи с передачей в нее крупной суммы де­нег (помета на указе, очевидно, из Мастерской палаты); в Посольский при­каз на выкуп стольника А.П. Скуратова и “для верхового дела” (пометы на памятях из Посольского приказа); в приказ Большого Дворца в связи с пе­редачей в него разрядного воска (помета на выписке).

Таким образом, начальник Разряда лично отдавал распоряжения о вы­плате средств из разрядной казны только в двух случаях: по финансовым расчетам Разряда с другими приказами и по внеочередным единовремен­ным выплатам различным категориям людей, служилых и не служилых, по их просьбам - в тех случаях, когда эти люди или их дела были связаны с компетенцией Разряда. Очевидно, что эти расходы считались наиболее важными, ответственными из всех расходов Разряда, почему и находились в ведении начальника приказа.

Если за входящим документом, помеченным В.Г. Семеновым, следова­ло письмо одного из столов Разряда с предъявлением к оплате, то это пись­мо помечал уже не В.Г. Семенов, а один из трех его заместителей. В общем, из отмеченных в расходной книге Денежного стола таких случаев трудно выявить преимущество в этом отношении кого-либо из дьяков, поскольку записи ссылаются на пометы Ф.Л. Шакловитого один раз, П.И. Ковелина - дважды, Л.А. Домнина - трижды, причем нет какой-либо системы и в отно­шении формы и содержания дел: это и челобитные, и докладные выписки, и памяти, помеченные В.Г. Семеновым; дела относятся как к быту Разряда, так и к его военным и административным функциям. Очевидно, в данном случае дело решал тот из дьяков, который принимал к рассмотрению пись­мо из разрядного стола.

Большая часть финансовых вопросов Разряда в расходной их части в 185 г. решалась первым товарищем руководителя Разряда, П.И. Ковели­ным. Его пометы составляют абсолютное большинство из помет трех дья­ков приказа - за год их было 276 (помет В.Г. Семенова - 43). Третий и чет­вертый дьяки приказа, Ф.Л. Шакловитый и Л.А. Домнин, занимались денеж­ными делами в значительно меньшей степени, почти в одинаковом объеме: 140 помет Ф.Л. Шакловитого и 134 пометы Л.А. Домнина за тот же год.

Каждый из дьяков решал финансовые дела всех столов, не курируя ка­кой-либо специально. По частоте упоминаний в расходной книге дела, ре­шенные товарищами думного дьяка, можно разделить на несколько групп (связанных с размерами денежных затрат).

Чаще всего руководителям приказа приходилось сталкиваться с теку­щими расходами Разряда как учреждения, собственно канцелярии. Это по­купка письменных принадлежностей для дьяков и подьячих, предметов об­становки - как мы бы сейчас сказали, офисного оборудования и офисной мебели, переплет разрядных документов, ремонт внутренних помещений Разряда, покупка материалов, необходимых для функционирования поме­щений - дров, свечей и т.п.

Следующую группу составляют дела о выдаче денег на прогоны раз­личным лицам, посланным по служебным делам из Разряда в разные горо­да и области страны. По большей части это были подведомственные Разря­ду украинные города, а также замосковные города и уезды. В этой части различий между тремя дьяками нет, все они в равной степени и с равной ин­тенсивностью вели подобные дела, независимо от чина служилого, полу­чавшего прогоны: от боярина до городовых чинов - пушкарей, солдат, при­ставов и казаков. В эту статью расходов входили также деньги, выплачиваемые Разрядом в возмещение личных средств, которые затратил на проезд по казенной надобности тот или иной служилый (например, сот­ник московских стрельцов).

Третья группа финансовых дел, решавшихся дьяками Разряда, относи­лась к выдаче служилым людям денег “в приказ” в связи с каким-либо об­стоятельством (чаще всего - с прибытием по своим личным или государе­вым делам в Разряд) - челобитчикам, чугуевским садовникам, привезшим арбузы и виноград, служилым, приехавшим с сеунчем, с отписками. Служи­лым людям выплачивались также деньги “за полонное терпенье”, за смерть и раны родственников и их собственные раны и службы. Еще одной стать­ей таких выплат были единовременные суммы, вручавшиеся служилым лю­дям, в том числе подьячим, которые отправлялись из Москвы по служеб­ным делам в другие города.

В этой группе финансовых дел также есть некоторые различия между дьяками. Первый и второй дьяки решали такие дела практически на рав­ных, гораздо меньше их у Л.А. Домнина. Кроме того, только вторым дья­ком, Ф.Л. Шакловитым, “выписаны” средства на “премирование” разряд­ных приказных служащих, подьячих и сторожей, по случаю больших церковных праздников, что соответствует представлению о нем как глав­ном “кадровике” Разряда.

Четвертая группа дел примыкает к предыдущей и включает дела о вы­даче средств “на корм” различным категориям служилых людей. Отличие от предыдущей группы дел состоит только в том, что денежные средства, отпускаемые из приказа, были целевыми и предназначались именно на при­обретение продуктов питания. Такие средства отпускались выезжим служи­лыми иноземцам, стрельцам, провожавшим казну из Москвы в полки, а так­же другим служилым чинам (детям боярским, рейтарам, солдатам, ямщикам), отправленным по разрядным делам в другие города или приехав­шим в Разряд из провинции, разрядным тюремным сидельцам. Деньги “на корм” получали и другие категории служилых людей по разным конкрет­ным случаям: приехавшие в Москву упоминавшиеся выше черкасские воин­ские чины со свитой, выходцы из плена. Все дьяки решали такие дела в рав­ной мере; в том числе по помете Ф.Л. Шакловитого были выданы деньги “на корм” разрядным сторожам для праздника.

К двум вышеописанным группам дел близка еще одна, связанная с вы­дачей различным категориям служилых жалованья, по их окладам, но не регулярного, в положенный срок выплаты, а по конкретным случаям - ино­земцам за украинную службу, челобитчикам, подьячим, как разрядным, так и из других приказов, для их “посылок” по служебным делам в города и пол­ки. Эта категория дел решалась тремя дьяками одинаково.

Наконец, все три дьяка “выписывали” средства священникам, прихо­дившим в Разряд по праздникам и проводившим там службу.

Деньги на похороны пленных татар, скончавшихся в разрядной тюрь­ме, выдавались по разрешению первого и второго дьяков, Л.А. Домнин в их выдаче не участвовал.

Было также несколько дел, которые решал каждый из дьяков персо­нально. Так, П.И. Ковелин распорядился выдать торопецкому стрельцу деньги на погребение его товарища. По решению Ф.Л. Шакловитого были отправлены в Печатный приказ пошлины с грамот Разряда в украинные го­рода. Л.А. Домнин указал передать в Стрелецкий приказ деньги за получен­ные Разрядом из этого приказа оружие и барабаны для полка Г.Г. Ромода­новского. Он же распоряжался выдачей разрядным сторожам воска для печати грамот и др.

В книге отмечен также один случай, свидетельствующий о том, что иногда решить финансовый вопрос (о выплате казенных средств) могло и руководство Денежного стола, причем даже не начальник стола, а его за­меститель - подьячий М. Алексеев. По его распоряжению торговому чело­веку было заплачено за ящик для денег, приобретенный в Денежный стол, то есть решен вопрос о снабжении разрядной канцелярии.

Таким образом, большая часть финансовых вопросов решалась всеми дьяками приказа в равной мере. Вместе с тем существовали и различия, ко­торые определялись как положением дьяка на чиновной лестнице, так и из­вестной специализацией. Третий заместитель начальника приказа, Л.А. Домнин, в целом принимал меньшее участие в решении финансовых вопросов. Во-первых, им решалось меньше дел в количественном отноше­нии, в частности, в вопросах выдачи денег “в приказ”. Во-вторых, расходы на некоторые дела вообще не были включены в круг его полномочий (ре­монт и уборка помещений Разряда, похороны пленных татар). Последнее не предусматривало больших трат и не имело особо важного значения для дея­тельности Разряда, однако обращает на себя внимание, что эти вопросы бы­ли связаны с управлением внутренними делами канцелярии, которых в ком­петенции Л.А. Домнина меньше, чем у первого и второго дьяков. C другой стороны, прослеживается и некоторая специализация дьяков в характере приказных расходов. Так, Ф.Л. Шакловитым решались дела по управлению служащими Разряда, в том числе, по их премированию, а на Л.А. Домнине, очевидно, лежала обязанность снабжать разрядных сторожей воском для за­печатывания грамот ипр., приобретать товары для награждения военных чинов союзных черкас и для снабжения “украинных” монастырей.

Учитывая интенсивность работы дьяков в этой области, можно сделать следующие выводы об их финансовой деятельности. Входящие документы Разряда, связанные с финансовыми вопросами, были помечены в основном думным дьяком В.Г. Семеновым, а, значит, принципиальные решения по денежным делам принимал руководитель приказа, конкретная же реализа­ция этих решений осуществлялась заместителями начальника Разряда. От­метим те случаи, когда решения на входящих документах были записаны разрядными дьяками.

Пометы П.И. Ковелина на входящих документах Разряда без предвари­тельной санкции В.Г. Семенова есть только на челобитной смоленского рейтара с просьбой выдать ему деньги на дорогу к месту службы до Белго­рода “для его бедности”155 и на докладной выписке с пометой думного дья­ка Лариона Иванова о выдаче трети годового оклада генерал-майору

А. Трауэрнихту “для чигиринские службы”156

Пометы Ф.Л. Шакловитого, как и П.И. Ковелина, в основном стоят на внутренних документах Разряда - письмах столов. Из входящих документов им помечена челобитная двух донских казаков о пожаловании деньгами к празднику Пасхи 14 апреля (Ф.Л. Шакловитый указал выдать им деньги “в приказ”)157. В конце года, 12 августа, мы встречаем помету второго това­рища В.Г. Семенова уже на памяти из Пушкарского приказа о выплате из казны Разряда жалованья, денег за хлеб и “на подмогу” двум гранатчикам, которым “велено быть в полку” Г.Г. Ромодановского “у гранатного дела”. В памяти из Пушкарского приказа установлена сумма выплат для каждого гранатчика, а пометой Ф.Л. Шакловитого в Разряде определен порядок этой выплаты - половину дать в Москве, а другую - по прибытии в полк. Дело относилось к компетенции Московского стола, поэтому документ с пометой Ф.Л. Шакловитого поступил в этот стол. Соответственно, по ус­тановленному порядку, по этой помете из Московского стола в судейскую коллегию Разряда было направлено письмо с просьбой выплатить гранат- чикам половину указанной в памяти суммы. Решение о выплате этих денег записал на письме дьяк П.И. Ковелин. Таким образом, в этом случае перед нами необычная картина: решение принимает младший по чину дьяк, а про­водит в жизнь его старший по чину коллега.

Решения Л.А. Домнина по финансовым вопросам также записаны на внутренних документах приказа, но и в его практике имеется исключение. Его помета находится на челобитной донских казаков о выдаче им денег “на корж” (8 апреля)158.

Таким образом, в отдельных случаях (весьма редких: П.И. Ковелин и Ф.Л. Шакловитый дважды, Л.А. Домнин один раз за год) заместители В.Г. Семенова могли самостоятельно принимать решения по финансовым делам, изложенным во входящих документах - обычно это являлось преро­гативой начальника приказа. Все эти дела входили в компетенцию Разряда и были связаны с оказанием финансовой поддержки служилым, выполняв­шим поручения Разряда, как подведомственным ему, так и находящимся в ведении другого приказа.

Текущими финансовыми делами приказа его начальник почти не зани­мался, они находились практически целиком в ведении его заместителей. Думный дьяк решал лишь небольшую их часть - финансовые расчеты Раз­ряда с другими приказами, разовые выплаты служилым людям по их про­шениям. В содержательном отношении дела между дьяками поделены не были - никто из них не ведал каким-то определенным кругом вопросов. Од­нако подавляющее большинство дел решалось первым заместителем

В.Г. Семенова, почти вдвое меньше - двумя другими дьяками, приблизи­тельно в равном отношении. Меньше всего дел находилось в ведении Л.А. Домнина. Финансы Разряда находились под контролем руководства приказа - начальника и его первого заместителя. Между дьяками существо­вало некоторое разделение дел и обязанностей в зависимости от положения на служебной лестнице и, отчасти, от естественным путем сложившегося распределения между ними некоторых групп дел.