ДОМОВЫЕ МОНАСТЫРИ МИТРОПОЛИТОВ
Доходность митрополичьих владений была гораздо меньше, чем можно было бы предполагать, судя по их размерам. Дело в том, что весьма значительная часть огромного земельного фонда владений митрополичьего дома принадлежала так называемым домовым монастырям митрополитов и не приносила почти никакого дохода митрополичьей казне *.
Домовые монастыри, как и все церковные учреждения, должны были платить в митрополичью казну различные церковные пошлины, поскольку они не были освобождены OT них особыми жалованными грамотами, но они вели свое собственное хозяйство и пользовались всеми доходами от своих владений.
Самыми крупными монастырями были — Новинский Введенский и Саввин в Москве, Борисоглебский в Переяславле Залесском, Сновицкий и Константино-Еленский во Владимир- ком уезде, Благовещенский в Нижнем Новгороде и Воскресенский в Череповеси. Наряду с этими сравнительно крупными монастырями-землевладельцами, во всех владениях митрополитов находилось много мелких монастырьков, то имевших небольшие «села», а то так и вовсе безземельных. Среди них были самостоятельные монастырьки, а были и такие, ко- торые были приписаны к более крупнымдомовымжемонастырям и находились в их ведении. Некоторые монастырьки были столь
мелки, что в сущности не отличались от бесприходных погостов, и назывались монастырями только потому, что в них служил черный священник — иеромонах, т. e. священник, принявший монашество.
C хозяйственной точки зрения домовые монастыри для митрополитов были бременем, которое они должны были нести по своему высокому положению главы русской церкви. Насколько известно, из домовых монастырей только один был основан митрополитом: это—Новинский Введенский под Москвой, OCHO- Еанный в начале XV в. Фотием и обеспеченный землями частью им самим, частью посторонними лицами. Этот исключительный случай объясняется тем, что Фотий, живя в Москве, пожелал, по примеру князей и крупных бояр, иметь свое собственное богомолье.
Bce же остальные домовые монастыри были унаследованы митрополитами от бывших хозяев владений, достававшихся разными путями митрополичьему дому. Получив вместе с землей маленький монастырек, основанный каким-нибудь вотчинником, митрополиты должны были его поддерживать и содержать, «чтобы как тут всегдашняя богомолья была>. Для митрополитов поддерживать эти богомолья было вопросом чести и их высокого положения. [253]B своей хозяйственной деятельности домовые монастыри были самостоятельны, —митрополиты в нее не вмешивались и ограничивались только наблюдением за земельными сделками. Совершать купли, мены и другие земельные сделки домовые монастыри имели право только «с доклада» или «по слову» митрополита. Однако и в этих делах домовые монастыри действовали как самостоятельные юридические лица, которые могли совершать сделки не только с посторонними людьми, но и с митрополичьим домом.
Приведу по этому вопросу один случай. B 1514 г. дворецкий митрополита Варлаама Ф. Ф. Сурмин «по слову» митрополита купил Никольскому Волосову монастырю (во Владимире) три деревни в Селецкой волости Московского уезда. Купля
была совершена, конечно, на средства монастыря, а затем в том же году власти Волосова монастыря и Ф. Ф. Сурмин «по слову» Варлаама произвели мену — купленные дерезни были променены митрополичьему дому, к с. Хлябову, а Волосов монастырь получил к своей земле дер. Михнино, которая пе- редтем была впоместьеза митрополичьимидетьми боярскими 1.
Если надзор митрополитов не позволял властям домовых монастырей отчуждать и расхищать земли, то он нисколько не мешал им заниматься «стяжанием», т. e. приобретением новых владений. Нам известно несколько случаев проявления инициативы властей в деле стяжаний. Так, например, власти Сновицкого монастыря «стяжали» половину соляной варницы у Соли Великой и завели там промысел. Из других актоп известно, что они занимались ловлей и продажей рыбы.
Ho стяжания были, повидимому, исключением, а вообще говоря, хозяйство домовых монастырей было главным образом потребительским: власти их не были заинтересованы в привлечении в свою среду новых сочленов ив расширениихозяйст- ва, проедали то, чем располагали, и по существу были пенсионерами.
B деятельности этих монастырей совершенно нельзя заметитьпрозелитизма имиссионерства и не было никакой колонизационной экспансии.«Судом и данью» домовые монастыри тянули к митрополичьему дому, и в этой области положение их определялось особыми жалованными грамотами митрополитов. До нас дошло около дюжины грамот этого рода, за время с 1452 по !527 г., и одна грамота 1599 г. патриарха Иова.
Митрополичьи иммунитетные грамоты домовым монастырям в основных чертах воспроизводят княжеские грамоты того же рода. Само собой разумеется, что в податной и судебной частях эти грамоты имели в виду только суд и дани митрополитов.
Вграмоте 1516 г. игуменуАнтоньева Покровскогомонастыря в Переяславском уезде сказано: «ненадобе тому моему игумену моя дань, ни сборное, ни петровское, ни к старосте поповскому с тяглыми попы не тянет» ... «а дает тот игумен в мою казну оброку на год на Рождество Христово 4 гривны, а десятиннику моему дает тот игумен на тот же срок, на Рождество Христово, 4 алтына за все его пошлины и за корм на весь год». 1
B грамоте 1478 г. нижегородскому Благовещенскому монастырю о суде сказано: «А наместницы мои Володимирские и тиуни и десятильницы новгородские и их тиуни не вгьезжают, ни всылают к тому архимандриту и к его попу никольскому в Доброе село ни по что, не судят его, ни его попа, ни его чернцов, ни слуг монастырских, ни крестьян. A ведает и судит того своего никольского попаитех своих чернцов и слуг и крестьян ap- химандритсам. A кому будет дотого самого архимандрита каково слово, и яз, Геронтий, митрополит всея Руси, самего сужу»2.
Вграмоте 1490 г. Сновицкомумонастырю мы находимстатьи о сместном суде и о праве отвечать на один срок в году: «А случится тем их монастырским людям суд сместной с волостными людьми илисигуменом илиспопы илисдьяконы илисцерковным причтом, и десятинник мой тех людей судит, а игумен сновицкой или егоприкащик с нимсудит. A прав ли, виноват ливолостной человек, и он вправде и ввинесвоему судье»... ит.
д.,тоже, что в княжеских грамотах. 0 сроках ответа сказано: «Кто коли в какове деле взведет моего пристава по сновицкого игумена и по его игумена (Медушского монастырька, приписного к Сновицкому) и по попа и по его старцев и по их крестьян, л мой пристав приедет с моею грамотою приставною и дает на поруце и чинит им один срок в году перед меня — в той же день по Крещенье Христове. A опроче того срока иных сроков мои приставове перед меня сильно не наметывают, а кто на них сильно срочную накинет или зазывную мою грамоту с сроком, а не на тот срок, в той же день по Крещенье, и яз им опричь того срока к иному ездити не велел. A коли хотя на них и безсудную мою грамоту возьмет, а не на тотсрок, ита безсудная грамота не в грамоту». аИногда митрополиты давали несудимую грамоту лично тому или иному попу домового монастыря. Так, в 1506 г. митрополит Симон дал грамоту попу Нестеру, который служил в церкви Успенья в с. Славцове, «а исстарины да та церковь
стяжанье Сновицкого монастыря, а прихода де у той церкви мало». Грамота в миниатюре воспроизводит княжеские пожалования: «нещадобое ему моя дань, ни сборное, ни петровское, ни рождественское, ни к старосте поповскому с тяглыми попы нетянути. A наместницымои Володимирские и тиуни и наместничьи десятинники того попа не судят. A коли бѵдет до него каково дело, и яз, Симон, митрополит всея Руси, сам его сужу». 1 B общем иммунитетные грамоты .митрополитов домовым монастырям отчетливо определяют положение их как независимых, в известных пределах, ячеек, входивших всостав крупного феодального учреждения — митрополичьего дома. Bce владения митрополичьего дома были защищены от княжеской администрации княжескими иммунитетными грамотами, а под покровом этого иммунитета владения домовых монастырей были защищены жалованными грамотами митрополитов от митрополичьей администрации.
ДОБАВЛЕНИЕ K ГЛАВЕ O ДОМОВЫХ МОНАСТЫРЯХ Случайность и недостоверность цифровых данных в наших источниках XV—XVII вв. хорошо известны всем, кто интересовался этим вопросом.
Для суждения об относительной величине владений домовых монастырей в фонде митрополичьих владений вообще мы имеем для конца XV и начала XVI в. весьма неполные сведения. Первую сводку цифрового материала для всех владений патриархов мы имеем для 1678 г. по переписным книгам этого года. B росписи, напечатанной М. Горчаковым (приложение к указ. работе, стр. 97—99), показано количество дворов и вытей во всех владениях патриарха. Известно, что владения митрополитов московскпх и всея Руси при учреждении патриаршества были переданы целиком патриархам. C течением времени в составе владений происходили некоторые изменения, но не настолько значительные, чтобы мы не могли использовать данные росписи 1678 г. Новые владения в Тульском, Ржевском и Лебедянском уездах легко выделить. Произведя подсчет, мы находим, что во владениях старых домовых монастырей в 1678 г. числилось 2126 дворов, а вьггным письмом — 178 с половиной вытей. B новых владениях за домовыми монастырями было 524 двора и 28 вытей. Всего за домовыми монастырями было 2650 дворов, а вытями — 206 с половиной вытей. A всего по переписным книгам 1678 г. за патриархом числилось 8610дворов и 679 вытей.Таким образом, на домовые монастыри приходилось без малого 30% дворов или немного более 30°/® вытей. Мы можем принять вывод, что около трети фонда патриарших владений было за их домовыми монастырями.