<<
>>

§ 1. Выражение особенностей предмета советского гражданского права в методе гражданско-правового регулирования

1. Советское гражданское право представляет собой о с о б у ю отрасль, отличающуюся от других отраслей социалистического права не только по своему экономическому содержанию, но и по ряду существенных юридических черт. И это вполне закономерно, так как имущественные отношения, складывающиеся на базе товарного производства, образуют самостоятельный предмет правового регулирования не потому, что они «вообще» являются особой группой имущественных отношений («вообще», в том числе только по экономическим признакам, можно было бы наметить значительное количество разнопорядковых групп), а потому, что имущественные отношения, характеризуемые распорядительной самостоятельностью его участников, о б ъ е к т и в н о т р е б у ю т с в о е о б р а з н о й ф о р м ы п р а в о в о г о р е г у л и р о в а н и я.

Весьма примечательно, что те советские ученые, которые при определении сущности гражданского права, в частности, концентрировали внимание на товарном производстве, рассматривали его именно как материальное основание юридических особенностей гражданско-правовой формы регулирования. Так, С.И. Аскназий, указывая на неразрывную связь товарного производства и гражданского права, отмечал два момента, характерных для гражданских правоотношений: «... 1) о б о с о б л е н н о с т ь интересов каждого из участников этих отношений... и

2) то, что возникновение, изменение и прекращение этих правовых от-

242

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

ношений определяются по преимуществу с в о б о д н ы м у с м о т р е н и е м самих участников этих отношений»1. Автор указывал тут же: «...по своему правовому положению участники частноправового отношения р а в н о п р а в н ы: ни одному из них не предоставлено власти в отношении другого; правоспособность всех их в отношении владения и пользования имуществом и заключения друг с другом разнообразных сделок – одинакова»2.

Сходные по ряду пунктов соображения сформулированы Д.М. Генкиным. «Независимость хозорганов друг от друга в правовых отношениях по товарообороту, – пишет автор, – выражается в их юридической самостоятельности и является одним из проявлений демократического централизма, лежащего в основе управления социалистическим хозяйством»3. И несколько дальше: «Товарное обращение и связанное с ним действие закона стоимости, выражающееся в эквивалентности (возмездности) имущественных взаимоотношений сторон, и обусловливают равноправное положение сторон правоотношения...»4

Те авторы, которые связывали гражданское право с действием закона стоимости, опять-таки шли по пути поисков экономических предпосылок ю р и д и ч е с к и х особенностей гражданско-правового регулирования. В «автономии (как и в равноправии) советских участников гражданско-правовых отношений проявляются не только принцип свободы личности советского гражданина, не только принцип демократического централизма в управлении социалистическим хозяйством, но и действие закона стоимости»5. Ту же мысль высказывает О.С. Иоффе, когда пишет, что «стоимостные отношения иначе как на началах равенства строиться не могут»6.

Даже советские ученые, прямо не указавшие на товарное производство (действие закона стоимости) как на экономическую основу гражданского права, видели в нем основу юридических особенностей соответствующих правоотношений.

1 Аскназий С.И. Очерки хозяйственного права СССР. Изд-во «Прибой», 1926.

С. 17–18.

2 Там же. С. 11.

3 Генкин Д.М. Предмет советского гражданского права // Советское государство и право. 1955. № 1. С. 105.

4 Там же. С. 106.

5 Венедиктов А.В. О системе Гражданского кодекса СССР // Советское государство и право. 1954. № 2. С. 31–32.

6 Иоффе О.С. Советское гражданское право: Курс лекций. Общая часть. Изд-во ЛГУ, 1958. С. 11.

243

Предмет советского социалистического гражданского права

Р.О. Халфина пишет, например: «Так же как на современном этапе строительства коммунизма необходимо еще сохранение товарного обращения, денег, использования таких экономических категорий, как хозрасчет, контроль рублем и т.д., необходимы и такие методы правового регулирования, как равноправие участников, их волеизъявлений как основание возникновения обязательства, имущественная ответственность за неисполнение обязательства и т.д.»1.

Лишь отдельных советских ученых анализ проблемы метода правового регулирования привел к выводу, что гражданское право не может быть обособлено от других отраслей по юридическим признакам. Однако, когда эти авторы от критического разбора оспариваемых ими воззрений переходили к положительному решению проблемы предмета гражданского права, они так или иначе принимали во внимание юридические особенности рассматриваемой формы правового регулирования.

Так, С.И. Вильнянский, оспаривая возможность при классификации отраслей использования метода регулирования (юридических черт), ограничивается при определении гражданского права указанием на признак негативного характера. «Из гражданского права, – пи-

шет автор, – исключаются те имущественные отношения, в которых участвует государственный орган, выполняющий функции власти»2. Но почему указанные отношения исключаются из гражданского права? Потому ли, что такова материальная природа этих отношений, рас-

сматриваемая независимо от их юридических особенностей? По-видимому, нет, ибо осуществление функций власти всегда связано с особым типом юридических отношений. Но в этом случае возражения автора против использования признаков метода регулирования оказываются совершенно непонятными.

Такой же упрек можно бросить и А.В. Дозорцеву, который, указывая на единство товарного производства и гражданского права, пишет вместе с тем: «...нет ни органической, ни даже формальной связи равенства сторон в гражданском правоотношении с действием закона стоимости...»3 Но почему же «нет связи»? Такой вывод был бы обоснован, если бы регулируемые гражданским правом отношения объективно не требовали применения к ним с юридической стороны начал равенства. Между тем субъекты обособленного в сфере оборота имущества – признак,

1 Халфина Р.О. О предмете советского гражданского права // Советское государство и право. 1954. № 8. С. 83.

2 Вильнянский С.И. К вопросу о системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 7. С. 107; ср. также: Его же. Лекции по советскому гражданскому пра-

ву. Изд-во Харьковск. ун-та, 1958. С. 11–13.

3 Дозорцев А.В. О предмете советского гражданского права // Советское государство и право. 1954. № 7. С. 105.

244

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

указанный А.В. Дозорцевым для характеристики предмета гражданского права, – иначе чем на началах равенства, выступить по отношению друг к другу не могут1.

Поэтому, как нам представляется, нельзя признать случайным, что А.В. Дозорцев в одной из своих ранее опубликованных работ считал необходимым использовать юридические признаки при квалификации тех или иных отношений в качестве гражданско-правовых.

Он пи-

сал: «...характерным в гражданско-правовом отношении... будет не толь-

ко имущественное содержание его, но в единстве, неразрывной связи с ним метод осуществления деятельности на основе планово-оперативной самостоятельности, имеющей юридическое выражение в инициативе сторон в правоотношении»2.

2. Если отношения, складывающиеся на основе товарного производства социалистического общества, объективно требуют своеобразной формы правового регулирования, то через какую обобщающую категорию можно выразить характерные черты этой правовой формы? Значение обобщающей категории, в единстве отражающей характерные юридические особенности той или иной отрасли права, может выполнить, как уже отмечалось, понятие м е т о д а п р а в о в о г о

р е г у л и р о в а н и я.

В разработке метода правового регулирования в юридической литературе, на наш взгляд, имеются два недостатка.

Первый из них состоит в п р о т и в о п о с т а в л е н и и м е т о д а р е г у л и р о в а н и я п р е д м е т у соответствующей отрасли права. Большинство авторов, рассматривавших вопросы системы советского права, видели в методе регулирования нечто резко отличное от его предмета. Метод квалифицировался как явление в н е ш н е е к праву. Отсюда – взгляд, согласно которому в пределах одной и той же группы общественных отношений может быть обнаружено применение нескольких методов.

«...Многие из имущественных отношений, – писал О.С. Иоффе, – таковы по своей природе, что сами по себе они могут регулироваться как в гражданско-правовом, так и в административно-правовом порядке»3. Или: «...один и тот же институт при определенных условиях

1 См.: О предмете советского гражданского права (К итогам дискуссии) // Советское государство и право. 1955. № 5. С. 58.

2 Дозорцев А.В. Имущественная ответственность военнослужащих за ущерб, при-

чиненный воинской части // Труды Военно-юридической академии. Т. IX. 1949. С. 73.

3 Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Изд-во ЛГУ, 1949. С. 37; см. также: Агарков М.М. Предмет и система советского гражданского пра-

245

Предмет советского социалистического гражданского права

оказывается включенным в сферу гражданско-правового регулирования, а при изменении этих объективных условий перемещается в сферу административного права»1.

Справедливы ли эти соображения? На наш взгляд, нет, не справедливы. Метод правового регулирования не может быть противопоставлен предмету той или иной отрасли права. Метод – это не нечто внешнее к праву, а само с о д е р ж а н и е п р а в о в о г о р е г у л и р о в а н и я, рассматриваемое под углом зрения юридических признаков. Ведь мы выделяем определенный вид общественных отношений в качестве самостоятельного предмета права именно потому, что эти отношения по своей объективной природе т р е б у ю т с п е ц и ф и ч е с к о й ф о р м ы п р а в о в о г о р е г у л и р о в а н и я. Наличие специфического метода, следовательно, является необходимым показателем того, что определенный вид общественных отношений обособился в самостоятельный предмет правового регулирования.

Положение о единстве предмета и метода регулирования отстаивал еще в 1940 г. С.Ф. Кечекьян. Он говорил в одном из своих устных выступлений: «Предмет и метод едины суть, и, в конце концов, если мы говорим о той или иной области общественных отношений, мы всегда имеем в виду особый метод правового регулирования»2. Этот же автор писал в 1946 г.:

«Предмет регулирования, т.е. те или иные общественные отношения, составляет одно целое с их правовым оформлением, следовательно, включает в себя всегда определенный метод регулирования». И дальше: «Экономические отношения не существуют без их правового опосредствования. Право само входит в ткань экономической жизни как ее составная часть...»3 Однако эти высказывания до последней дискуссии о системе права имели все же единичный характер. Поэтому едва ли оправдан обобщающий вывод А.В. Бенедиктова насчет того, что положительным итогом предвоенной дискуссии является «преодоление прежнего схематического противопоставления метода регулирования предмету регулирования»4.

ва // Советское государство и право. 1940. № 8–9. С. 53; Генкин Д.М. К вопросу о системе советского социалистического права // Советское государство и право. 1956. № 9. С. 83; Вильнянский С.И. К вопросу о системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 1. С. 104–105 и др.

1 За тесную связь науки советского гражданского права с практикой // Советское государство и право. 1954. № 6. С. 11.

2 Советское государство и право. 1940. № 8–9. С. 199.

3 Кечекьян С.Ф. О системе советского социалистического права // Советское государство и право. 1946. № 2. С. 41–42.

4 Венедиктов А.В. О системе Гражданского кодекса СССР // Советское государство и право. 1954. № 2. С. 29–30.

246

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

В последнее время в литературе высказаны новые соображения в поддержку идеи единства предмета и метода регулирования1. В частности, П.С. Элькинд справедливо пишет: «Предмет и метод регулирования – это не нечто различное: это две стороны единого целого. ...Уголовно-процессуальный метод – одно из неотъемлемых свойств данного вида общественных отношений»2.

Второй недостаток теоретической разработки метода правового регулирования в литературе состоит в том, что нередко суть этой проблемы сводится к противопоставлению двух изолированно рассматриваемых «способов» правового опосредствования общественных отношений – «метода равенства» и «метода власти – подчинения». При такой обедненной трактовке рассматриваемой категории, разумеется, невозможно обособить применение данного метода только одной областью общественных отношений (хотя попытки подобного рода в литературе и предпринимались3). Если ограничивать сущность метода упомянутыми выше чертами, то действительно окажется, что в пределах одной и той же области общественных отношений возможно применение нескольких методов, и наоборот, один и тот же метод свойствен разным видам общественных отношений.

Однако метод правового регулирования не может быть сведен к какой-либо одной изолированно рассматриваемой черте права.

«Метод автономии» и «метод гетерономии» возможно выделять в качестве способов правового воздействия на общественные отношения лишь в плане а б с т р а к т н ы х п о с т р о е н и й. В действительности же в каждом методе правового регулирования мы можем найти и элементы «равенства», и элементы «автономии», и элементы «власти – подчинения». Все дело в том, каково с о о т н о ш е н и е этих элементов в рамках органически целого, единого метода правового регулирования, каково м е с т о каждого из них по отношению к другим элементам, какова специфика ф о р м и х в ы р а ж е н и я.

Для гражданского права, как мы увидим, действительно характерно равенство в положении сторон. Но отсюда вовсе не следует,

1 Явич Л.С. Советское право – регулятор общественных отношений в СССР. Сталинабад, 1957. С. 59–67; Александров Н.Г. О месте трудового и колхозного права в системе советского социалистического права // Советское государство и право. 1958. № 5. С. 117 и след.; Элькинд П.С. К вопросу о юридической природе советского уголовного процесса // Правоведение. 1958. № 2. С. 91–93.

2 Элькинд П.С. Указ. соч. С. 93.

3 См.: Толстой Ю.К. О теоретических основах кодификации гражданского законодательства // Правоведение. 1957. № 1. С. 43 и след.

247

Предмет советского социалистического гражданского права

что в реальных отношениях существует особый «метод равенства» и что, следовательно, все отношения, которые подходят под эту абстрактно рассматриваемую мерку, включаются в область гражданского права.

Каждый метод правового регулирования – это внутренне связанная, органически единая и цельная с о в о к у п н о с т ь юридических особенностей, вытекающих из специфических черт соответствующего предмета правового регулирования1. Поэтому каждый данный метод, несмотря на различие составляющих его элементов, которые с внешней стороны могут совпадать с элементами иного метода, представляет собой своеобразное, цельное правовое образование.

По каким же группам могут быть распределены признаки метода правового регулирования? Можно ли здесь, учитывая тесную связь предмета и метода правового регулирования, ограничиться теми же классификационными подразделениями, которые были выделены при характеристике сторон (элементов) предмета, – содержание отношений, их объекты, внешние условия их движения, особенности положения сторон? Безоговорочно положительный ответ на этот вопрос не учитывал бы специфических черт правового регулирования.

Прежде всего регулирование двух самостоятельных сторон общественных отношений – содержания и объекта – в области права сливается, так как правовое значение приобретают такие явления объективного мира (объекты), которые могут отразиться на содержании прав и обязанностей субъектов. Вместе с тем в области права обособляется особая черта («сторона»), которой не соответствует особая сторона в предмете, – правовое о б е с п е ч е н и е общественных отношений (юридические санкции). Таким образом, если попытаться сгруппировать признаки метода правового регулирования, выражающиеся в конкретных правоотношениях, то можно распределить их по четырем тесно связанным звеньям: 1) правосубъектность, выражающая общее юридическое положение сторон; 2) юридические факты; 3) содержание правоотношений; 4) юридические санкции.

Аналогичный вывод следует и из анализа форм выражения признаков метода в нормах объективного права. Здесь прежде всего могут быть обнаружены три элемента, соответствующие структурным частям конкретных норм: 1) г и п о т е з а, указывающая на юридиче-

1 Ср.: Явич Я.С. Право – регулятор общественных отношений // Правоведение. 1958. № 2. С. 23.

248

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

ские факты; 2) д и с п о з и ц и я, указывающая на содержание прав и обязанностей сторон; 3) с а н к ц и я, предусматривающая меры юридического обеспечения должного поведения обязанного лица. Кроме того, в области объективного права можно встретить и четвертую сторону метода: в системе правовых норм данной отрасли всегда имеются установления, относящиеся к правосубъектности (общему юридическому положению лиц). На это обратил внимание Н.Г. Александров, когда он выделил среди правовых норм такие предписания, которые «определяют правовое положение граждан, различных органов государства и общественных организаций»1.

Вопрос о составе признаков метода был рассмотрен в литературе О.С. Иоффе и С.И. Аскназием. Справедливо указывая на то, что «свое непосредственное выражение метод гражданско-правового регулирования получает как в специфике гражданско-правовых норм, так и в структурных особенностях гражданских правоотношений»2, О.С. Иоффе затем обращается к специфическим чертам гражданских правоотношений.

Он правильно утверждает, что гражданские правоотношения отличаются от административных «всеми своими элементами»3. Какими же «всеми элементами»? Автор пишет: «Они отличаются друг от друга а) п о о б щ е м у х а р а к т е р у п о с т р о е н и я (отношения равенства; отношения власти и подчинения), б) п о с у б ъ е к т н о м у с о с т а в у (отношения с органом, осуществляющим хозяйственную функцию; отношения с органом, осуществляющим функцию организаций и управления), в) п о о б ъ е к т у (правоотношения, связанные с хозяйственной деятельностью данного органа; правоотношения, связанные с его организационно-управленческой деятельностью), г) п о о б ъ е м у п р а в о м о ч и й и о б я з а н н о с т е й (обязанность, соответствующая правомочию как притязанию; обязанность, соответствующая правомочию как велению)»4. Нетрудно заметить, что все названные О.С. Иоффе «элементы» (кроме третьего признака, относящегося к предмету регулирования5), в качестве элементов к о н к р е т н ы х гражданских правоотношений не могут быть квалифицированы: все они в конечном счете характеризуют о б щ е е юридическое положение субъектов правоотношений, их общий

гражданско-правовой статус (правоспособность).

1 Александров Н.Г. Законность и правоотношения в советском обществе. Госюриздат, 1955. С. 89.

2 Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Изд-во ЛГУ,

1949. С. 31.

3 Там же. С. 35.

4 Там же.

5 См.: Xалфина Р.О. Значение и сущность договора в советском социалистическом гражданском праве. Изд-во АН СССР, 1954. С. 129.

249

Предмет советского социалистического гражданского права

Учитывает ли О.С. Иоффе другие стороны метода гражданско-правового регулирования – стороны, выраженные в конкретных правоотношениях и в нормах гражданского права? Да, учитывает. Но он называет их

«в н е ш н и м и» признаками правоотношений. Он относит к их числу:

1) метод защиты субъективных прав; 2) основания возникновения правоотношений; 3) характер норм, их императивность и диспозитивность;

4) способы прекращения правоотношений1.

Казалось бы, автор стоит на правильном пути, хотя он, обращаясь то к элементам правоотношения, то к нормам права, использует различные классификационные основания, да и к тому же один из признаков (юридические факты) разбивает на две самостоятельные группы (основания возникновения правоотношений; способы их прекращения). Но, встав на правильный путь, автор, к сожалению, не сделал надлежащих конечных выводов: преследуя цель использовать упомянутые признаки лишь для целей межотраслевой систематики и показав, что ни один из них не является общим и специфическим для в с е х гражданских правоотношений, О.С. Иоффе воздержался от их дальнейшего анализа2.

С.И. Аскназий, характеризуя метод гражданско-правового регулирования, помимо признака «структурный тип правоотношения» выделяет признаки «основания возникновения» и «субъектный состав»3. Однако и он сводит первый и третий из перечисленных признаков к общему юридическому положению сторон, ибо, по мнению автора, с точки зрения признака субъектного состава «правоотношение должно быть таково, чтобы одна из сторон правоотношения не могла только по занимаемому ею положению предопределять поведение другой», а с точки зрения структурного типа стороны правоотношения «формально равноправны: ни одной из них по занимаемому ею положению не представлено каких-либо правомочий по отношению к другой»4. Что же касается таких сторон правового регулирования, как момент «автономии» и «специфики способа защиты», то, по мнению С.И. Аскназия, – это лишь некоторые чисто в н е ш н и е, формально-юридические признаки (а судебная охрана гражданских прав – даже не внешний признак), которые е щ е не характеризуют метод регулирования5.

3. Особенности регулируемых гражданским правом отношений выражаются во всех главных чертах метода гражданско-правового регулирования – и в общем юридическом положении сторон правоотно-

1 Иоффе О.С. Указ. соч. С. 31–32.

2 Там же. С. 32.

3 Аскназий С.И. Гражданское и административное право в социалистической системе воспроизводства // Ученые записки ЛГУ. Сер. юрид. наук. Вып. 3. 1951. С. 77–79.

4 Там же. С. 78.

5 Там же. С. 72, 75, 79.

250

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

шений, и в юридических фактах гражданского права, и в содержании правоотношений, и в правовых формах их обеспечения.

1) Общее юридическое положение субъектов советского гражданского

права. Ф. Энгельс в работе «Анти-Дюринг», опровергая антинаучные утверждения о «вечном», «естественном» характере таких категорий, как «равенство», «свобода», «справедливость», показал, что начала

«равенства» («равноправия») непосредственно возникли из требований экономики (товарного производства), и лишь затем эта категория стала наполняться политическим, социально-классовым содержанием. «Торговля в крупном масштабе... – пишет Ф. Энгельс, – требует свободных, не стесненных в своих движениях товаровладельцев, которые как таковые р а в н о п р а в н ы и ведут между собой обмен на основе этого равного для них всех права...»1 Далее: «Переход от ремесла к мануфактуре имеет своей предпосылкой существование известного числа свободных рабочих... – людей, которые могут договариваться с фабрикантом о найме их рабочей силы и, следовательно, противостоят ему как равноправная д о г о в а р и в а ю щ а я с я с т о р о н а. И наконец, р а в е н с т в о и равное значение всех видов человеческого труда... нашло свое бессознательное, но наиболее яркое выражение в з а к о н е с т о и м о с т и современной буржуазной политической экономии...»2 Такое понимание равенства как результата требований товарного производства обосновано К. Марксом. Покупатель и продавец товара, писал он, «подчиняются лишь велениям своей воли. Они вступают в договор как свободные, юридически равноправные лица»3, они «встречаются на рынке и вступают между собой в отношения как равноправные товаровладельцы, различающиеся лишь тем, что один – покупатель, а другой – продавец, следовательно, оба – юридически равные лица4. «...В основании гражданской равноправности... – пишет В.И. Ленин, – лежат отношения товаропроизводителей»5.

Таким образом, первоначально категория равенства возникает как ближайший и непосредственный результат требований товарного производства. Р а в н о п р а в и е сторон имущественных отношений – это н е и з б е ж н о е с л е д с т в и е существования товарного хозяйства. И если юридические начала равноправия закреплены имен-

1 Энгельс Ф. Анти-Дюринг. Госполитиздат, 1953. С. 98–99. (Разрядка наша. – С.А.)

2 Там же. С. 99. (Разрядка наша. – С.А.)

3 Маркс К. Капитал. Т. 1. Госполитиздат, 1955. С. 182.

4 Там же. С. 174.

5 Ленин В.И. Соч. Т. 1. С. 132.

251

Предмет советского социалистического гражданского права

но как прямое, ближайшее следствие требований товарного хозяйства, эти начала, распространяемые здесь лишь на сферу имущественных отношений, имеют то с п е ц и а л ь н о е ю р и д и ч е с к о е значение, которое придает ему цивилистическая наука при характеристике гражданского права. Юридическое равенство участников имущественных отношений, регулируемых советским гражданским правом, выражает лишь специфику их положения как субъектов, наделенных имущественно-распорядительной самостоятельностью. Для того чтобы эта самостоятельность была проведена на деле, участники имущественных отношений д о л ж н ы б ы т ь юридически равны. Юридическое равенство – это средство, обеспечивающее имущественно-распорядительную самостоятельность субъектов отношений, возникающих на базе товарного производства.

Состояние юридического равенства субъектов гражданского права имеет более широкое значение, чем особенности сочетания прав и обязанностей в пределах данного конкретного правоотношения1 или сочетание «воли» его участников2. Равенство субъектов гражданского права характеризуется «с точки зрения их о б щ е г о гражданско-правового статуса...»3. Как правильно пишет С.И. Аскназий, если в сфере гражданского права стороны занимают одинаковые юридические позиции и «ни одна из старой не наделена в отношении другой функциями власти...»4, то такого рода функции имеет одна из сторон в сфере административного права, причем имеет не по конкретному отношению, а «по с а м о м у с в о е м у п о л о ж е н и ю в системе государственных органов...»5.

Но что значит «общий статус», «общее положение», «функции»? Можно ли здесь использовать категории к о н к р е т н ы х правоотношений? По-видимому, нет, ибо мы имеем дело с «о б щ и м с т а т у с о м», с «о б щ и м п о л о ж е н и е м» и т.д.

Но если это верно, то, следовательно, иную категорию, кроме правоспособности (в административном праве – компетенции), при характеристике общего правового статуса субъектов права вряд ли воз-

1 См.: Петров Г.И. Место административного права в системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 1. С. 97.

2 Карпушин М.П. Социалистическое трудовое правоотношение. Госюриздат, 1958.

С. 64.

3 Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Изд-во ЛГУ, 1949. С. 33. (Разрядка наша. – С.А.)

4 Аскназий С.И. Гражданское и административное право в социалистической системе воспроизводства // Ученые записки ЛГУ. Сер. юрид. наук. Вып. 3. 1951. С. 72.

5 Там же.

252

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

можно найти. Поэтому вполне закономерно, что С.И. Аскназий в одной из своих работ расшифровывает начала «равноправия» в области гражданско-правового регулирования следующим образом: «...ни одному из них (субъектов гражданского права. – С.А.) не предоставлено власти в отношении другого; п р а в о с п о с о б н о с т ь всех их в отношении владения и пользования имуществом и заключения друг с другом разнообразных сделок о д и н а к о в а»1.

При этом в социалистическом обществе равенство субъектов гражданского права не означает во всех случаях равенства объема и фактического содержания правоспособности: в плановом социалистическом хозяйстве правоспособность субъектов по своему объему и фактическому содержанию имеет специальный характер. Равенство участников отношений, строящихся на началах имущественно-распорядительной самостоятельности субъектов, представляет собой равенство ю р и д и ч е с к и х с в о й с т в правоспособности. Это значит, что: а) по линии правоспособности субъекты не зависят друг от друга; положительная юридическая связь между ними осуществляется лишь по линии конкретных правоотношений; б) содержание правоспособности лиц, могущих вступить друг с другом в правовые отношения, является однопорядковой, качественно однородной, в) правоспособность для каждого данного лица является постоянной, не изменяющейся в зависимости от тех правоотношений, в которых лицо участвует.

Взгляд на природу советского гражданского права как на отрасль, регулирующую имущественные отношения, участники которых занимают юридически равное положение, является господствующим воззрением в советской цивилистической литературе. Большинство авторов, исследовавших сущность гражданского права, при квалификации гражданских правоотношений так или иначе использовали признак «равенства»2. Одна-

1 Аскназий С.И. Очерки хозяйственного права СССР. Изд-во «Прибой», 1926. С. 11. (Разрядка наша. – С.А.)

2 См.: Венедиктов А.В. О системе Гражданского кодекса СССР // Советское государство и право. 1954. № 2. С. 30–33; Генкин Д.М. Предмет советского гражданского права // Советское государство и право. 1955. № 1. С. 105–108; Его же. К вопросу о системе советского социалистического права // Советское государство и право. 1956.

№ 9. С. 83, 90; О предмете советского гражданского права (К итогам дискуссии) // Советское государство и право. 1955. № 5. С. 57–59; Шаргородский Д.М., Иоффе О.С. О системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 6. С. 108; Бару М.И. Возмездность и безвозмездность в советском гражданском праве: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 1957. С. 4; Толстой Ю.К. О теоретических основах кодификации гражданского законодательства // Правоведение. 1957. № 1. С. 42– 43 и др.

253

Предмет советского социалистического гражданского права

ко отдельными авторами был сделан по рассматриваемому вопросу и ряд критических замечаний.

Так, по мнению А.В. Дозорцева, категория равенства имеет социаль-

но-классовое содержание и «не может быть отделена от сущности явления, им определяемого»1. Автор, однако, не учитывает того, что категории равенства в цивилистической науке придается с п е ц и а л ь н ы й смысл: равенство понимается здесь как непосредственный результат требований товарного производства. Равенство же в политическом и классовом смысле – это категории иного социального содержания2.

Другое возражение сводится к утверждению, что в плановом социалистическом хозяйстве гражданские правоотношения не укладываются в рамки равенства3. Верно, конечно, что регулируемые гражданским правом отношения выражают требования закона планомерного, пропорционального развития народного хозяйства. Однако только в том случае, если не видеть своеобразия имущественных отношений в социалистическом обществе, а, опираясь на представления догматической юриспруденции, рассматривать «равенство» и «план» в качестве антиподов, можно считать, что

«равенство» участников гражданских правоотношений противопоставляется плановому началу, что начала равенства не могут быть использованы в целях планового руководства. Как справедливо подчеркнуто в редакционной статье журнала «Советское государство и право», «при социализме равенство сторон гражданского правоотношения не только не противостоит плановому руководству хозяйством, а, напротив, является действенным орудием проведения в жизнь такого руководства»4. Что же касается фактической стороны проблемы, то лишь правоотношения «смешанного типа» – правоотношения, сочетающие элементы гражданско-правовой и административно-правовой форм правового регулирования, «не укладываются» в рамки равенства5.

И наконец, еще об одном доводе против использования признака «равенства» при квалификации гражданских правоотношений. Ряд авторов утверждают, что указанные начала могут быть обнаружены и в других отраслях права6. Верно, конечно, что элементы равенства можно най-

1 Дозорцев А.В. О предмете советского гражданского права // Советское государство и право. 1954. № 7. С. 105.

2 См.: Энгельс Ф. Анти-Дюринг. Госполитиздат, 1953. С. 99–101.

3 См.: Дозорцев А.В. Указ. соч. С. 105–107; Мревлишвили И.Г. Предмет и система советского социалистического гражданского права // Советское государство и право. 1954. № 7. С. 109.

4 О предмете советского гражданского права (К итогам дискуссии) // Советское государство и право. 1955. № 5. С. 58.

5 См.: Алексеев С.С. О предмете советского гражданского права и методе гражданско-правового регулирования // Советское государство и право. 1955. № 2. С. 117–118.

6 См.: Вышинский А.Я. XVIII съезд ВКП(б) и задачи науки социалистического права // Советское государство и право. 1939. № 3. С. 22; Дозорцев А.В. О предмете совет-

254

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

ти во многих, а, пожалуй, и во всех, отраслях советского права. Но лишь в том случае, если сводить метод гражданско-правового регулирования т о л ь к о к «равенству», указанное обстоятельство может поколебать прочность отстаиваемого нами воззрения. Если правильно, что элементы равенства можно найти во всех отраслях права, то вместе с тем следует учитывать, что в каждом из методов правового регулирования начала равноправия играют специфическую роль, занимают особое место среди правовых черт, в своей совокупности образующих данный метод. В гражданском праве начала равноправия – это в е д у щ а я специфическая черта метода: такого сочетания элементов метода ни в одной иной отрасли права нет, ни в одной иной отрасли права п р а в о с п о с о б н о с т ь субъектов не имеет таких юридических свойств, которые специфичны для гражданской правоспособности (необходимо, разумеется, учитывать, что в таких родственных к гражданскому праву отраслях, как трудовое, колхозное и семейное право, сохранились отдельные особенности, свойствен-

ные гражданской правоспособности).

В литературе предприняты попытки квалифицировать «равенство» не как ведущую черту метода гражданско-правового регулирования,

а в первую очередь как особенность п р е д м е т а советского гражданского права1. Едва ли это правильно. Состояние равноправия субъектов гражданского права является выражением имущественно-распорядительной самостоятельности участников отношений, складывающихся на ос-

нове товарного производства. «Если в равенстве действительно заключается нечто специфическое для гражданского права, – пишет О.С. Иоффе, – то лишь в смысле юридического равенства субъектов гражданских правоотношений. Но и в этом случае речь идет о равенстве только в плане его противопоставления подчинению, ибо в более широком значении этого слова равенство в смысле подлинного равноправия является одним из ведущих принципов всего советского права...»2

2) Специфика юридических фактов в советском гражданском праве. При систематизации юридических фактов в пределах любой отрасли советского права могут быть использованы общие классификацион-

ского гражданского права // Советское государство и право. 1954. № 7. С. 106; Вильнянский С.И. К вопросу о системе советского права // Советское государство и право. 1957.

№ 1. С. 105; Петров Г.И. Место административного права в системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 1. С. 98–99; Его же. Задачи кодификации советского административного права // Советское государство и право. 1958. № 6. С. 24–25.

1 См.: О предмете советского гражданского права (К итогам дискуссии) // Советское государство и право. 1955. № 5. С. 47–59; ср. также: Толстой Ю.К. О теоретических основах кодификации гражданского законодательства // Правоведение. 1957. № 1. С. 42–43.

2 Иоффе О.С. Советское гражданское право: Курс лекций: Общая часть. Изд-во ЛГУ, 1958. С. 14.

255

Предмет советского социалистического гражданского права

ные подразделения, выработанные на основе поочередного применения таких признаков, как значение воли субъектов в формировании данного жизненного обстоятельства, правомерность действий, направленность воли и т.д. Но отсюда вовсе не следует, что отрасли советского права не отличаются друг от друга по характеру и составу юридических фактов. В юридических фактах, так же как и в специфических чертах правоспособности, выражаются особенности соответствующего метода правового регулирования. Поэтому для каждой отрасли права могут быть найдены в качестве т и п и ч е с к и х свои особые юридические факты. Какие же юридические факты характерны для советского гражданского права?

В силу объективных требований, предопределенных существенными чертами товарного производства, законодатель юридически закрепляет имущественную обособленность, распорядительную самостоятельность участников соответствующих имущественных отношений. Для лиц лишь постольку открыт доступ к участию в товарных отношениях, поскольку они с в о е й в о л е й м о г у т р а с п о р я ж а т ь с я и м у щ е с т в о м (т о в а р о м).

«...Таким образом, один товаровладелец л и ш ь п о в о л е д р у г о г о, следовательно, каждый из них лишь при посредстве о д н о г о о б щ е г о и м о б о и м в о л е в о г о а к т а может присвоить себе чужой товар, о т ч у ж д а я с в о й с о б с т в е н н ы й»1.

Отсюда неизбежен вывод: для сферы гражданско-правового регулирования характерны такие имущественные отношения, которые возникают и существуют на основе р а с п о р я д и т е л ь н ы х в о л е в ы х а к т о в их участников. П р и н ц и п и а л ь н о имущественные отношения, участники которых выступают в качестве хозяйственно самостоятельных субъектов, иначе строиться не могут. Для отношений, регулируемых гражданским правом, т и п и ч н о, чтобы субъекты вступали в правоотношения с а м и, с в о е й в о л е й (преимущественно путем встречных актов, договорных соглашений, а также односторонних сделок).

«В товарном производстве, – пишет К. Маркс, – противостоят друг другу лишь взаимно независимые продавец и покупатель. Все отношения между ними обрываются, когда истекает срок заключенного ими договора»2.

256

1 Маркс К. Капитал. Т. 1. Госполитиздат, 1955. С. 91. (Разрядка наша. – С.А.)

2 Там же. С. 591.

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

Решающее значение волевых актов (и прежде всего договорных соглашений) как типических оснований возникновения, изменения и прекращения гражданских правоотношений в условиях советского социалистического общества обусловлено не тем, что договор – единственно возможный способ налаживания хозяйственных связей между участниками товарного оборота. Специфика товарного производства при социализме, когда товарные процессы предполагают целенаправленное регулирование, а сами товарные отношения в основной своей массе складываются между субъектами, наделенными лишь функциями оперативного управления частью государственных имуществ, требует первоочередного использования иных методов завязки хозяйственных отношений между субъектами гражданского права – методов, непосредственно выражающих действие закона планомерного, пропорционального развития народного хозяйства. Договорное опосредствование имущественных отношений в области социалистического хозяйства – не главная и единственная, но закономерная и в большинстве случаев наиболее э к о н о м и ч е с к и и п о л и т и ч е с к и ц е л е с о о б р а з н а я д о п о л н и т е л ь н а я форма организации хозяйственных связей между имущественно обособленными, самостоятельными (по оперативно-хозяйственной линии) субъектами. Товарное производство дает в о з м о ж н о с т ь такой организации хозяйственных отношений: она превращается в д е й с т в и т е л ь н о с т ь в результате хозяйственно-организаторской деятельности органов социалистического государства, что находит свое выражение в придании гражданско-правового действия индивидуальным административно-правовым актам.

Именно потому, что типический способ вступления лиц в гражданские правоотношения характеризуется через встречные волевые акты участников правоотношения, возникающие при этом субъективные права справедливо квалифицируются в литературе как права

«п р и о б р е т е н н ы е»1.

Признаки метода гражданско-правового регулирования, выраженные в юридических фактах, имеют менее отчетливый характер, нежели признаки, выраженные в общем юридическом положении сторон правоот-

1 См.: Братусь С.Н. О предмете советского гражданского права // Советское государство и право. 1940. № 1. С. 46; Аскназий С.И. Гражданское и административное право в социалистической системе воспроизводства // Ученые записки ЛГУ. Сер. юрид. наук. Вып. 3. 1951. С. 72.

257

Предмет советского социалистического гражданского права

ношения. Поэтому попытки придать этим признакам значение классификационного критерия при размежевании отраслей права едва ли могут быть успешными.

Известно, что такую попытку предпринял М.А. Аржанов. Утвер-

ждая, что советское гражданское право регулирует не все имущественные отношения, а «отношения известного порядка, известного рода, как складывающиеся известным способом»1, автор, однако, не выяснил экономические причины такого порядка, а также другие признаки регулируемых гражданским правом отношений. Это дало основание не только упрекнуть М.А. Аржанова в непоследовательности, но и отвергнуть как недостаточное предложенное им классификационное основание2.

Вопрос о юридических фактах гражданского права с точки зрения сущности этой отрасли был затронут О.С. Иоффе. Рассматривая внешние признаки, отличающие гражданские правоотношения от других видов правовых связей, автор указывает, что к числу таких признаков должны быть, в частности, отнесены «основания возникновения гражданских правоотношений» и «особые способы их прекращения»3, т.е., иными словами, правообразующие и правопрекращающие юридические факты. По первому из указанных признаков, как пишет О.С. Иоффе, гражданские правоотношения характеризуются тем, что они «как правило, имеют своим основанием свободное волеизъявление их участников»4. Что же касается правопрекращающих фактов, то «такие способы прекращения правоотношений как новация, зачет, сложение долга, одностороннее волеизъявление и другие, известны только гражданскому праву, и их не знают другие отрасли права, за исключением, может быть, одностороннего волеизъявления органа власти в административном правоотношении»5. Однако, наметив верные исходные позиции для характеристики юридических фактов гражданского права с точки зрения сущности этой отрасли, О.С. Иоффе не только остановился на полпути, но неожиданно повернул вспять. Он оставляет в стороне рассматриваемый признак (равно как и признаки способа защиты и особенностей гражданско-правовых норм) по той причине, что все они не являются общими и специфическими для в с е х гражданских правоотношений. О.С. Иоффе пишет при этом, что гражданские правоотношения могут возникнуть и при отсутствии волеизъявления сторон, а также из административного акта, т.е. юридического факта,

1 Аржанов М. Предмет и метод правового регулирования в связи с вопросом о системе права // Советское государство и право. 1940. № 8–9. С. 16.

2 См.: Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Изд-во ЛГУ,

1949. С. 29.

3 Там же. С. 31–32.

4 Там же. С. 31.

5 Там же. С. 32.

258

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

специфичного для административно-правовой формы регулирования1. Не всегда возможно использование и тех способов прекращения гражданско-правовых связей, которые установлены гражданским законодательством. И автор заключает: «Таким образом ни один из перечисленных нами признаков не является специфическим для всех гражданских правоотношений или только для них одних»2. Сам по себе этот вывод справедлив. Но он не может служить основанием для того, чтобы игнорировать юридические факты (а также метод защиты и характер нормы) при исследовании особенностей гражданско-правовой формы регулирования. Узость задачи, определяемой целями межотраслевой систематики, увела автора в сторону от тех направлений исследования, которые дают возможность увидеть в специфике юридических фактов данной отраслевой группы непосредственное выражение особенностей метода гражданско-правового регулирования.

3) Специфические черты содержания гражданских правоотношений. Правоотношения различной отраслевой принадлежности отличаются друг от друга по своему содержанию, точнее – п о о с о б е н н о с т я м ф о р м и р о в а н и я содержания прав и обязанностей сторон правоотношения. Если материальное содержание правовых отношений, в сферу какой бы отрасли права они ни входили, однотипно (положительные действия или воздержания от действий), то с юридической стороны – со стороны способов формирования содержания прав и обязанностей субъектов – в правоотношении выражаются особенности данного метода правового регулирования.

Конечно, решающее значение в формировании содержания правоотношения, в сферу какой бы отрасли права оно ни входило, имеют предписания норм объективного права – нормативное регулирование. Однако в зависимости от особенностей метода правового регулирования роль особых («поднормативных») способов формирования содержания правоотношения могут играть и иные факторы.

Как пишет К. Маркс «один товаровладелец лишь по воле другого, следовательно, каждый из них лишь при посредстве одного общего им обоим волевого акта, может присвоить себе чужой товар, отчуждая свой собственный»3.

Товаровладельцы, в том числе и владельцы своей рабочей силы, продолжает К. Маркс в другом месте, «подчиняются лишь велениям своей свободной воли. Они вступают в договор как свободные,

1 Иоффе О.С. Указ. соч. С. 31.

2 Там же. С. 32.

3 Маркс К. Капитал. Т. 1. Госполитиздат, 1955. С. 91.

259

Предмет советского социалистического гражданского права

юридически равноправные лица. Договор есть тот конечный результат, в котором их воля находит свое общее юридическое выражение»1. Так как товаровладельцы «подчиняются лишь велениям своей свободной воли», их воля может иметь .значение при установлении содержания правоотношения. Таким образом, договор является не только юридическим фактом – посредствующим звеном между нормой права и конкретным правоотношением, – но и поднормативным способом регулирования поведения сторон2.

Закономерным (хотя и не главным) следствием имущественно-распорядительной самостоятельности сторон явилась возможность автономного (на основе и в пределах предписаний норм объективного права) урегулирования самими сторонами содержания правоотношения. Под углом зрения специфических черт гражданских правоотношений «автономия» сторон находит свое выражение в началах д и с п о з и т и в н о с т и – в возможности распоряжения лицом своими гражданскими субъективными правами. Под углом зрения специфических черт норм объективного права «автономия» сторон выражается в существовании различного вида д и с п о з и т и в -

н ы х н о р м.

В социалистическом гражданском праве «автономия» не может рассматриваться в качестве главной (универсальной) черты метода гражданско-правового регулирования. Для социалистического гражданского права, регулирующего имущественные отношения организованного, управляемого товарного производства, характерно не только увеличение удельного веса императивных норм, но и широкое применение такого специфического способа регламентации содержания правоотношений, как плановое регулирование.

С другой стороны, в условиях социализма в соответствии с дальнейшим развитием социалистической демократии «начала диспозитивности» все более и более проникают в другие отрасли права. И хотя в других отраслях права «начала диспозитивности» находят иное юридическое выражение, чем в гражданском праве, указанный процесс сближения различных форм правового регулирования в социалистическом обществе нельзя не принять во внимание при определении признаков метода гражданско-правового регулирования.

Приведенные соображения объясняют то обстоятельство, почему попытки придать признаку «автономии» («свободе выбора цели и рас-

1 Маркс К. Капитал. Т. 1. Госполитиздат, 1955. С. 182.

2 См.: Xалфина Р.О. Значение и сущность договора в советском социалистическом гражданском праве. Изд-во АН СССР, 1954. С. 105–114.

260

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

поряжения субъективным правом»1) значение наиболее характерной отличительной черты советского гражданского права не привели к желаемым результатам2.

«Общим и основным, наиболее характерным признаком для имущественных отношений, регулируемых гражданским правом, – пишет А.В. Венедиктов, – является равноправие их участников, а не так называемая автономия»3. Однако, продолжает автор, «это не значит, что автономия должна быть вообще исключена из числа признаков гражданско-правового отношения»4.

4) Особенности юридических форм обеспечения гражданских право-

отношений. Признаки метода правового регулирования данной группы выражают характер мер обеспечения, основания соответствующей формы ответственности, порядок осуществления соответствующих принудительных мер.

Специфический х а р а к т е р юридических мер обеспечения, свойственных советскому гражданскому праву, выражается в их в о с с т а н о в и т е л ь н о й функции. Поскольку имущественные отношения, регулируемые гражданским правом, складываются между имущественно обособленными, хозяйственно самостоятельными субъектами, нарушение гражданских субъективных прав, в том числе и невыполнение пассивной стороной обязанности по обязательственному отношению, влечет за собой нарушение конкретного имущественного положения (состояния) носителя субъективного права. Поэтому закономерным следствием нарушения субъективного гражданского права является применение к нарушителю правовых мер, направленных в п е р в у ю о ч е р е д ь на восстановление нарушенного имущественного состояния. Правда, в социалистическом обществе, где имущественные отношения складываются на основе организованного, управляемого товарного производства, применяемые к нарушителям гражданско-правовых обязанностей меры обеспечения все в большей степени выполняют ш т р а ф н ы е функции. Но это не должно приводить к игнорированию того специфического, что характерно для мер защиты

1 См.: Братусь С.Н. О предмете советского гражданского права // Советское государство и право. 1940. № 1. С. 45.

2 См.: Агарков М.М. Основные принципы советского гражданского права // Совет-

ское государство и право. 1947. № 11. С. 38–40.

3 Венедиктов А.В. О системе Гражданского кодекса СССР // Советское государство и право. 1954. № 2. С. 30.

4 Там же. С. 31.

261

Предмет советского социалистического гражданского права

гражданских прав с точки зрения особенностей метода гражданскоправового регулирования1.

Специфический характер мер обеспечения гражданских правоотношений накладывает свою печать и на особенности оснований г р а ж д а н с к о п р а в о в о й о т в е т с т в е н н о с т и.

Так как задачей юридического обеспечения гражданских прав является прежде всего защита последних (восстановительная функция), категория гражданско-правовой ответственности имеет своеобразное содержание, которое не может быть отождествлено с содержанием аналогичной категории в других отраслях права, в частности, в уголовном праве. Ответственность в гражданском праве, специфической задачей которой является восстановление нарушенного имущественного состояния носителя субъективного права, наступает уже при наличии объективных моментов, характеризующих состав гражданского правонарушения, – объективированного вредоносного результата, про-

тивоправности, причинной связи.

Правда, законодатель учитывает и субъективный момент, что особо важно для проведения воспитательной роли советского гражданского права. Однако учет этот производится в рамках особой правовой категории, приобретающей в гражданском праве специальное значение, – в рамках оснований о с в о б о ж д е н и я от ответственности.

Особенности метода гражданско-правового регулирования предопределяют и черты своеобразия п о р я д к а осуществления принудительных мер обеспечения гражданских правоотношений. Участники имущественных связей, регулируемых гражданским правом, занимают по отношению друг к другу юридически равное, одинаковое положение. Ни одна из сторон (поскольку данный субъект не наделен одновременно гражданской и административной правоспособностью) не имеет властных функций по принудительному осуществлению своих субъективных прав. Отсюда – осуществляемый через особые юрисдикционные органы (суд и арбитраж) и с к о в о й п о р я д о к – порядок, при помощи которого обеспечивается защита права (иски о присуждении, установительные иски), а в отдельных случаях – конкретизация содержания правоотношения.

Признаки метода гражданско-правового регулирования, выражающиеся в юридических формах обеспечения правоотношений, освеще-

1 См.: Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Изд-во ЛГУ, 1955. С. 14–19.

262

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

ны в литературе рядом авторов1. «Специфика мер ответственности, применяемых на основе той или иной отрасли советского права, – пишет О.С. Иоффе, – является одним из выражений характерного и специфичного для нее метода правового регулирования, который в свою очередь предопределяется природой предмета, регулируемого данной отраслью права»2.

Однако не следует придавать признакам метода гражданско-правового регулирования в области охраны гражданских прав не свойственное им универсальное значение. «Тот факт, что метод исковой защиты не является единственным методом охраны гражданских прав и что гражданское право в некоторых случаях охраняется и в административном порядке, – отмечает С.Н. Братусь, – не ломает нашего основного вывода о связи гражданского иска с гражданским правоотношением. Было бы напрасной задачей отыскивать в сфере прав, как, впрочем, и в других явлениях общественной жизни, абсолютные логические принципы, которые позволили бы с математической точностью разложить и классифицировать материал по соответствующим группам»3. Этот вывод тем более справедлив, что каждый случай применения в области гражданского права иных мер юридического обеспечения может быть охарактеризован как известное «о т к л о н е н и е» от типического порядка – отклонение, которое может получить соответствующее теоретическое объяснение. Что же касается использования искового метода защиты субъективных прав в других отраслях права (трудовом, колхозном, семейном, а также административном), то нельзя не учитывать, что исковая защита в указанных отраслях получает с п е ц и ф и ч е с к о е в ы р а ж е н и е. И.А. Жеруолис справедливо пишет:

«Как отдельные группы общественных отношений, объединенных специфическими особенностями, получают в силу государственной воли господствующего класса соответствующие этим специфическим особенностям (характеру) методы правового регулирования (образуются отрасли материального права), так отрасли материального права имеют свои, соответствующие им процессуальные формы их применения. Процессуальные формы, устанавливаемые процессуальным правом,

1 Братусь С.Н. О предмете советского гражданского права // Советское государство и право. 1940. № 1. С. 43, 47; Черепахин Б.Б. Виндикационные иски в советском праве // Ученые записки СЮИ. Т. 1. Свердоблгосиздательство, 1945. С. 34–35; Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. Изд-во ЛГУ, 1949. С. 31–32; Его же. Об основных вопросах советского гражданского права // Ученые записки ЛГУ. Сер. юрид. наук. Вып. 4. 1953. С. 24; Венедиктов А.В. Гражданско-правовая охрана социалистической собственности в СССР. Изд-во АН СССР, 1954. С. 90 и др.

2 Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Изд-во ЛГУ, 1955. С. 19; ср. также: Его же. Гражданско-правовая охрана интересов личности в СССР // Советское государство и право. 1956. № 2. С. 56.

3 Братусь С.Н. Указ. соч. С. 47.

263

Предмет советского социалистического гражданского права

служат средством применения материального права, и поэтому они должны соответствовать характеру материального права»1.

В итоге общей характеристики отдельных сторон (признаков) метода гражданско-правового регулирования необходимо отметить следующее. Признаки метода в конечном счете являются выражением единого – «п р а в о в о й с а м о с т о я т е л ь н о с т и» субъектов имущественных отношений, складывающихся на основе товарного производства. Противопоставить эти признаки (например, признак «автономии» и «равноправия»2) столь же неправильно, как неправильно противопоставление признаков предмета регулирования3. Это единство признаков метода гражданско-правового регулирования с достаточной определенностью следует из слов Ф. Энгельса, когда он пишет, что «заключать договоры могут люди, которые в состоянии свободно располагать своей личностью, поступками и иму-

ществом и равноправны по отношению друг к другу»4.

Другой вопрос, что один из приведенных признаков – признак общего юридического положения субъектов – может быть выделен в качестве ведущего. Однако такая квалификация одной из черт метода гражданско-правового регулирования возможна именно потому, что все черты метода рассматриваются нами в н е р а з р ы в н о м е д и н с т в е.

4. Признаки метода правового регулирования имеют неодинаковое значение при отраслевой квалификации тех или иных общественных отношений. Те признаки, которые выражаются в сторонах и элементах конкретных правоотношений (юридических фактах, содержании прав и обязанностей сторон, мерах правового обеспечения), не всегда дают о себе знать с необходимой четкостью. Определенные обстоятельства могут послужить основанием для «отклонения» отдельных признаков от типических черт данного метода правового регулирования. Но все это не должно служить препятствием к тому, чтобы использовать метод правового регулирования в целях межотраслевой систематики. И дело здесь не только в том, что, если рассматривать призна-

1 Жеруолис И.А. Некоторые вопросы особого производства // Советское государство и право. 1958. № 8. С. 67.

2 См.: Василев Л. Гражданское право Народной Республики Болгарии. Общая часть.

Госюриздат, 1958. С. 35–36.

3 Ср. по этому вопросу: Миколенко Я. Учебно-методическое пособие по курсу «Советское гражданское право». М., 1955. С. 10–11.

4 Маркс К., Энгельс Ф. Избранные произведения. В 2 т. Т. II. Госполитиздат, 1955. С. 224.

264

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

ки метода не изолированно, а в с о в о к у п н о с т и, мы в каждом случае можем получить безошибочно точный ответ при отраслевой квалификации тех или иных отношений. Чрезвычайно важно, кроме того, иметь в виду, что «отклонения» от типических черт данного метода правового регулирования могут касаться лишь отдельных сторон (элементов) к о н к р е т н ы х правоотношений. Но они не могут затронуть ведущей черты метода гражданско-правового регулирования – общего юридического положения сторон, юридических свойств их правоспособности. Поэтому как бы ни «отклонялись» отдельные признаки от типических черт метода, тем не менее, если прежде всего ориентироваться на ведущий признак – общее юридическое положение сторон, то метод гражданско-правового регулирования может быть использован при отграничении гражданских правоотношений от отношений иных отраслей права.

Использование метода правового регулирования при отраслевой квалификации тех или иных отношений не может быть противопоставлено использованию в этих целях предметных признаков. Наличие особого метода является лишь отражением в правовой сфере существования таких свойств предмета правового регулирования, которые необходимы и достаточны для формирования особой отрасли права. Поэтому признаки метода являются средством, используя который удается достигнуть точной характеристики данных отношений с точки зрения п р е д м е т а правового регулирования.

Вместе с тем метод представляет собой совокупность юридических признаков. И это очень важно, ибо при классификации правовых явлений нельзя игнорировать специфически правовое: по соображениям п р а к т и ч е с к о г о удобства использование при классификации критерия, однопорядкового с классифицируемыми явлениями, в значительной мере облегчает нахождение граней между отраслями права.

В ходе последней дискуссии о системе советского права (1956–1958 гг.) ряд советских ученых привели новые аргументы в защиту точки зрения, учитывающей признаки метода правового регулирования при классификации отраслей1. Вполне естественно поэтому, что авторы – противники

1 См.: Шаргородский М.Д., Иоффе О.С. О системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 6. С. 104–105; Явич Л.С. Советское право – регулятор общественных отношений в СССР. Сталинабад, 1957. С. 59–67; Александров Н.Г. О месте трудового и колхозного права в системе советского социалистического права // Советское государство и право. 1958. № 5. С. 117; Павлов И.В. О системе советского социалистического права // Советское государство и право. 1958. № 11. С. 7 и др.

265

Предмет советского социалистического гражданского права

таких воззрений на систему права – в настоящее время не ограничиваются одним лишь «голым» отрицанием классификационного значения метода правового регулирования, а считают необходимым аргументировать свои теоретические позиции1.

Состояние научной разработки проблем метода правового регулирования оказалось, однако, вне поля зрения В.В. Лаптева. Стремясь доказать существование «хозяйственного права», автор решает проблему метода регулирования так, как это делали до последней дискуссии, – одной безусловно категорической, бездоказательной фразой. Он пишет:

«Нельзя согласиться с мнением, что метод регулирования должен служить дополнительным критерием при разграничении правовых отраслей. Тем более неправильно считать метод регулирования даже как бы предметной характеристикой отрасли права...»2 Но почему «нельзя», почему «неправильно»? Все это, очевидно, должно остаться тайной автора – тайной, имеющей довольно призрачный характер, если учесть приведенное выше соображение.

Итак, метод правового регулирования имеет определенное значение при решении вопросов межотраслевой систематики. Но не это главное, что требует особого внимания правовой науки к вопросам метода регулирования. Вопросы метода регулирования – это вопросы первостепенного т е о р е т и ч е с к о г о значения, ибо метод собирает в единый фокус правовые особенности данной отрасли, выражает ее п р а в о в у ю с у щ н о с т ь.

Поэтому ни проблема служебной роли той или иной отрасли права, ни проблема свойственных ей принципов, ни проблема специфических для нее закономерностей и целый ряд других теоретических проблем не могут быть решены без учета особенностей данного метода правового регулирования.

Более того, именно потому, что для известной совокупности норм характерен специфический метод регулирования, оказывается возможным формирование в соответствующей научной дисциплине общей части.

Отсутствие такой возможности свидетельствует о том, что данная совокупность норм не может быть выделена по методу регулирования, и, следовательно, ее анализ как самостоятельной совокупности пра-

1 См., например: Петров Г.И. Место административного права в системе советского права // Советское государство и право. 1957. № 1. С. 97–98; Его же. Задачи кодификации советского административного права // Советское государство и право. 1958.

№ 6. С. 24–25.

2 Лаптев В.В. О советском хозяйственном праве // Советское государство и право. 1959. № 4. С. 80.

266

Глава шестая. Предмет советского гражданского права

вовых норм не имеет достаточных теоретических оснований по той причине, что здесь нет качественно своеобразного вида общественных отношений – самостоятельного предмета правового регулирования. Не случайно поэтому в науке права уже давно признано, что важнейшим показателем, свидетельствующим о допустимости квалификации той или иной совокупности правовых норм в качестве самостоятельной отрасли, является возможность выделения в соответствующей отраслевой юридической дисциплине о б щ е й ч а с т и1 .

Понятно, что в рамках настоящей работы, посвященной предмету советского гражданского права, мы лишены возможности дать развернутую характеристику отдельных сторон (признаков) метода гражданско-правового регулирования. Это – тема самостоятельного исследования. Мы ставим перед собой более узкую задачу – осветить органическую с в я з ь между предметом и методом гражданско-правового регулирования, для чего необходимо помимо приведенных соображений (§ 1) охарактеризовать своеобразие признаков метода в отдельных видах гражданских правоотношений (§ 2) и остановиться на основаниях «отклонения» признаков метода гражданско-правового регулирования от его типических черт (§ 3).

<< | >>
Источник: Алексеев С.С.. Собрание сочинений. В 10 т. [+ Справоч. том]. Том 1: Гражданское право: Сочинения 1958–1970 годов. – М.,2010. – 495 с.. 2010

Еще по теме § 1. Выражение особенностей предмета советского гражданского права в методе гражданско-правового регулирования:

  1. § 1. Место корпоративных отношений в предмете гражданско-правового регулирования
  2. § 2. Общие особенности гражданско-правового регулирования корпоративных отношений
  3. § 3. Метод гражданско-правового регулирования общественных отношений. Функции и принципы гражданского нрава
  4. 1. Понятие предмета науки гражданского права
  5. § 7. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО В СИСТЕМЕ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОГО ПРАВА, ЕГО ОТЛИЧИЯ ОТ ДРУГИХ ОТРАСЛЕЙ
  6. § 1. ЕДИНСТВО ГРАЖДАНСКОПРАВОВОГО МЕТОДА И ОБЪЕКТИВНЫЕ ОСНОВАНИЯ ЕГО ДИФФЕРЕНЦИАЦИИ
  7. ГЛАВА I Теоретические предпосылки исследования механизма уголовно-правового регулирования
  8. 2. Основные подразделения структуры советского права. Виды структур
  9. § 2. Советское гражданское право как отрасль права, регулирующая имущественные отношения товарного производства (методологические предпосылки, литература)
  10. § 1. Состав признаков имущественных отношений, регулируемых советским гражданским правом
  11. § 2. Главная специфическая черта имущественных отношений, регулируемых советским гражданским правом
  12. § 2. Гражданско-правовое регулирование личных неимущественных отношений. Некоторые выводы
  13. § 1. Функции гражданско-правового регулирования в социалистическом обществе
  14. § 2. Дифференциация гражданско-правового регулирования в социалистическом обществе
  15. § 3. Основные тенденции развития гражданско-правового регулирования в социалистическом обществе
  16. § 1. Выражение особенностей предмета советского гражданского права в методе гражданско-правового регулирования
  17. § 2. Виды гражданских правоотношений и метод гражданско-правового регулирования
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Арбитражный процесс - Банковское право - Вещное право - Государство и право - Гражданский процесс - Гражданское право - Дипломатическое право - Договорное право - Жилищное право - Зарубежное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Медицинское право - Международное право. Европейское право - Морское право - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Политология - Права человека - Право зарубежных стран - Право собственности - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предотвращение COVID-19 - Семейное право - Судебная психиатрия - Судопроизводство - Таможенное право - Теория и история права и государства - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Ювенальное право - Юридическая техника - Юридические лица -