Психологическая школа права
Данная теория возникает в начале XX в. Представителями её являются: Л. И. Петражицкий, М. А. Рейснер, У. Росс, Г. Тард, Ф. Уолрд идр.
Психологическая теория права строится на постулате, что сущностью и источником права являются особые правовые чувства, внутренние переживания, психика человека.
Основоположником психологической теории считается российский ученый-юрист Леон Иосифович Петражицкий (1867—1931). Он утверждает, что юридические нормы появляются вследствие существования в сознании людей таких эмоций, которые направляют человека к должному или возможному поведению.Л. И. Петражицкий отрицает, что экономические, политические, правовые отношения существую объективно. Сущность конкретных социальных явлений надо искать не в объективных отношениях, а в психике конкретных людей, т. е. тех субъектов, которые действительно «переживают в конкретную минуту» данное явление. Сущность явления лежит не в объективной, а в субъективной реальности — психике человека. Выдвинутую теоретическую модель он применяет к анализу разнообразных явлений — праву, власти, наказанию и т. п. При этом в психике на первое место Петражицкий ставит эмоции, а не мышление или волю. Эмоции — это доминирующий фактор социального поведения. «Эмоции, — считает Л. И. Петражицкий, — являются генетической основой нашей психики. Воля, чувства, интеллект — это продукты эволюции эмоций. Благодаря взаимодействию индивидов образуется новый эффект — групповая, «народная психика» с её «нормами-законами», которые и определяют мотивацию». Так Л. И. Петражицкий создаёт «эмоциональную» психологию — отправной момент своей философии — и на этой основе анализирует право, власть и другие элементы социального мира.
В психике выделяются этические эмоции, которые разделяются на право и мораль. Правовые эмоции носят двусторонний атрибутивно-императивный характер, а моральные эмоции —только односто
ронний императивный характер.
Правовое переживание строится так, что один субъект чувствует свою возможность притязать на определённое поведение другого субъекта, а второй субъект переживает свою обязанность совершить некоторые действия по отношению к первому субъекту. Например, если человек воспользовался услугами извозчика, пишет Петражицкий, то пассажир чувствует обязанность заплатить извозчику деньги за проезд. В свою очередь извозчик осознаёт свою возможность притязать на то, чтобы пассажир заплатил ему деньги. Правовая эмоция носит двусторонний атрибутивно-императивный характер в том смысле, что, с одной стороны, один субъект переживает эмоцию притязания на то, чтобы второй субъект выполнил свою обязанность. Первый субъект наделён таким атрибутом, как эмоцией правомочия, правопритязания. С другой стороны, второй субъект переживает эмоцию обязанности заплатить деньги, которая носит императивный характер. Правовая эмоция построена по предо- ставительно-обязывающей модели.Иное дело с моральной эмоцией. Человек видит нищего, который просит милостыню. Человек переживает эмоцию обязанности подать нищему деньги — это императивное побуждение человека. Однако сам нищий не переживает эмоцию притязания на подаяние, он чувствует себя не вправе требовать от прохожего подать деньги. Моральная эмоция носит односторонний императивный характер, но не двусторонний атрибутивно-императивный, как право.
Эмоции не только характеризуют чувственное состояние субъекта, но они одновременно и осознаются интеллектуально субъектом. Например, требования «не лги», «не укради», «помогай ближнему своему» могут переживаться и как моральные, и как правовые рациональные требования. Различие состоит в том, что моральное переживание осознаётся субъектом лишь как чувство обязанности и не сопровождается осознанием эмоции как притязания субъекта к другому лицу исполнять обязанность.
Хотя мораль и не управомочивает субъекта на определённую меру притязаний по отношению к другому лицу, но мораль не утрачивает своего влияния на процесс развития правовых эмоций.
Мораль выступает источником пополнения правовых норм. Мораль является основным регулятором общественных отношений в тех областях, где право неприменимо, или в тех сферах, где требования совести выше требований права.
Итак, Л. И. Петражицкий рассматривает право, прежде всего, как явление эмоциональное (переживательное). Он пишет: «Мы под правом в смысле особого класса реальных феноменов будем разуметь те этические переживания, эмоции которых имеют атрибутивный характер».
По своему происхождению и действительному существованию право распадается на позитивное и интуитивное. Позитивное право достаточно консервативно и не поддаётся гибкому совершенствованию в зависимости от ситуаций. В противоположность этому интуитивное право легко приспосабливается к различным ситуациям, что особенно важно для удовлетворения этических переживаний субъектов. Интуитивное право выступает побудительной силой для изменений позитивного права. Между ними можно выделить три отношения: интуитивное право соответствует позитивному; интуитивное право опережает позитивное; позитивное право опережает интуитивное.
Л. И. Петражицкий отмечает, что субъекты при решении конкретных дел обычно отдают предпочтение интуитивному праву, если даже оно расходится с позитивным. «Где интуитивно-правовые мнения сторон относительно их взаимных обязанностей и прав совпадают по содержанию, стороны обычно действуют согласно указанию их интуитивно-правовой совести (даже если им известно, что по позитивному праву получилось бы другое решение)», — пишет он.
В случае разногласий между субъектами дело решается путём обращения к позитивному праву. Однако и здесь интуитивное право влияет на исход дела. Интуитивно-правовая совесть правоприменителя ведёт его к определённому толкованию и применению позитивного права. Например, судья по своему усмотрению решает, применима ли в этом деле аналогия закона. Одновременно с этим интуитивное право влияет и на законотворческий процесс через правосознание законодателя.
Вместе с тем интуитивное право не является идеальным и абсолютным. Оно может отставать в развитии от позитивного права. В этом случае позитивное право играет огромную воспитательную и социализирующую роль. «Играя свой сложный психический концерт на разных струнах человеческой эмоциональной души, заставляя действовать и упражняя одни эмоциональные склонности, не допуская или подавляя действия других, например зверских, злостных, вообще антисоциальных, право неизбежно ведёт к развитию и укреплению одних социальных склонностей, к ослаблению и разрушению других
и т. д. Разумное право представляет собой сложную и могучую школу социализации народного характера, приспособления его к разумному общежитию», — утверждает Петражицкий. В связи с этим огромную воспитательную роль играет семья: «Если в семье господствует правовой хаос, самодурство, произвол, то и нет почвы для развития нормальной интуитивно-правовой психики, а получается состояние, более или менее близкое к правовому идиотизму, и в будущем преступная психика и соответственное поведение».
Петражицкий не обходит вниманием и вопрос о разграничении права на публичное и частное. В соответствии с психологической концепцией он утверждает, что право по эмоциональным основам следует делить на социально-служебное и лично-свободное. В первом случае различные субъекты переживают противоположные эмоции, выражающие психологические установки на «господство» и «подчинение», на «управление» и «готовность подчиняться управлению». Эти эмоции строятся на врожденной потребности одних людей управлять, а других — подчиняться. В этом случае субъекты осознают и признают их неравноправное положение в обществе (обратим внимание на то, что западные социологи делили общество по психологическим особенностям людей на элиту и массу, вождей и толпу, изобретателей и подражателей. . . ). Во втором случае субъекты переживают эмоции равноправного отношения между ними, где они стремятся к реализации своих частных интересов и настроены на сотрудничество путём договоров.
Достоинства психологической школы
1. Обоснована высокая роль правосознания в законотворчестве и юридической практике общества. На формирование содержания законов большую роль оказывает правосознание законодателей. При издании законов требуется глубокое и всестороннее изучение отличительных характеристик правосознания конкретного общества. При реализации законов нельзя формально применять позитивное право без учёта правовой культуры и психологических особенностей индивидов.
2. Обоснована огромная роль психологического фактора в формировании и развитии права. Подчеркнуто положение о том, что юридическая деятельность развивается не столько под влиянием мышления, сколько под воздействием эмоциональных переживаний.
Критика психологической школы
1. Абсолютизируется психологический фактор (правосознание) в формировании и развитии права и не принимаются во внимание экономические, социальные, политические факторы.
2. Интуитивное право носит чисто субъективный характер, поэтому его сложно отграничивать от иных социальных норм.
3. Интуитивное право не имеет формально определённого характера, поэтому в нём отсутствуют ясные критерии отграничения правомерного от неправомерного, законного от незаконного.
4. Праву придаётся чрезмерно широкое толкование и понимание. Правом «оказывается не только многое такое, что находится вне ведения государства, не пользуется официальным признанием и покровительством, но и многое такое, что со стороны государства встречает прямо враждебное отношение, подвергается преследованию и искоренению как нечто противоположное и противоречащее праву в официально-государственном смысле», — утверждает Петражицкий. Таким образом, в право включаются не только права добропорядочных людей, но и права преступников, права, исходящие от суеверий, и т. д.
10.8.