§ 1. Методологические основы познания права в контексте соотношения естественно-научной и юридической методологии

В предыдущей главе диссертационного исследования была дана общая характеристика методологии познания права в доктрине Н.М. Коркунова. Ис­ходя из основных характеристик его методологии, следует более детально рас­смотреть основные приемы, способы исследования государственно-правовых явлений Н.М.

Решая эту задачу, прежде всего, необходимо указать на эволюционность теоретико-правовой методологии Н.М. Коркунова, ее изменение и совершен­ствование в контексте уточнения предмета общей теории права и ее основных задач. При этом очевидно, что совершенствование методологии теоретика, свя­занное с привнесением новых подходов и способов анализа правовых явлений, представляет собой логическую структуру, в которой более ранние методоло­гические подходы и идеи не отрицаются последующим развитием, но выступа­ют в качестве основополагающих, базовых для формируемых впоследствии бо­лее сложных подходов и принципов. Так, по нашему мнению, которое будет обосновываться последующим изложением материала, в творчестве Н.М. Кор­кунова можно выделить три основных тематических проблемных контекста, свидетельствующих о формировании и обосновании методов познания право­вой действительности.

В пределах первого из этих контекстов решается задача выделения предметной области правовой науки и соответствующей изучаемым ее объек­там методологии. При этом, как правило, решение данной задачи происходит на основе выяснения, как соотносятся те методы, которые применяются в есте­

ственных науках и те методы, которые должны применяться в правовой науке.

В пределах второго контекста решается задача, как происходит разграни­чение интересов посредством норм морали и норм права.

В пределах третьего контекста решается задача определения основной линии эволюции методов познания права в истории правоведения.

Анализ работ Н.М. Коркунова показывает, во-первых, что наряду с про­чей проблематикой, исследованием которой занимался ученый, именно данная совокупность вопросов имеет основополагающее значение для его правовой концепции и, во-вторых, что именно в процессе решения данной совокупности проблем ученый формулирует соответствующие подходы к их решению. Как было показано в предшествующей главе, указанные проблемы попадают в ор­биту внимания ученого в связи с критикой им классических и иных типов пра- вопонимания. Соответственно, критика данных типов правопонимания означа­ет не что иное, как критику используемой в их рамках теоретико-правовой ме­тодологии, которая рассматривается в качестве теоретико-методологической предпосылки правопонимания. Поэтому диспут в отношении тех или иных ти­пов правопонимания не просто означает критику методологии, но и формули­рование альтернативной и более адекватной предмету теоретико-правовой ме­тодологии.

Таким образом, для того чтобы раскрыть принципы методологии правовой концепции Н.М. Коркунова, выяснить системные характеристики применяемых им методов, подходов, принципов, способов изучения правовой действительно­сти, необходимо, во-первых, выяснить, как он определяет базовые принципы по­знания права, отличающие методологию юриспруденции от методологии есте­ственных наук; во-вторых, определить особенности способов решения пробле­мы разграничения нравственных и юридических норм и, наконец, в-третьих, выяснить место методологии познания права в истории теоретико-правовой мысли. Эти задачи, которые предполагается решить в данной главе, соответ­

ствуют логике эволюции взглядов Н.М. Коркунова на предмет теоретико­правовой науки, которые, по нашему мнению, формируются и раскрываются в контексте соотношения юриспруденции с естествознанием, а также выделения правовой проблематики в сфере этических явлений и гуманитарного знания.

Исходя из анализа работ Н.М. Коркунова, необходимо сказать, что уче­ный отводил особую роль соотношению естественно-научной и юридической методологии. По сути дела, трудно найти работу Н.М. Коркунова, посвящен­ную вопросам общей теории права, где бы ни рассматривалась данная тема, и

137

впервые она возникает в лекциях по энциклопедии права , о которой речь пойдет ниже. В своей вступительной лекции он подробно останавливается на вопросе о разграничении естественно-научной и юридической методологии, указывая на порочность и неправомерность применения естественно-научных методов в праве, на природу юридического знания, предполагающую иную ло­гику исследования своих объектов, показывая при этом несостоятельность це­лого ряда концепций классической школы юридического позитивизма^[137][138]. Одна­ко специальное научное освещение данная проблема впервые получает через два года, в небольшой работе «О научном изучении права» (1882)^[139], в которой ученый, подвергая критике классические типы правопонимания, прежде всего, теорию естественного права, обосновывает необходимость разграничения есте­ственно-научной и юридической методологии, определяемой природой как этических явлений вообще, так и природой юридических норм. В дальнейшем данная тема освещалась в других работах и рассматривалась на лекциях в Во­енно-юридической академии (1886)^[140], а также в Императорском Александров­

ском лицее (1892)^[141].

Вполне зрелое и оформившееся изложение проблемы соотношения юрис­пруденции с естествознанием получили в таких фундаментальных работах Н.М. Коркунова, как «Лекции по общей теории права» (1892)^[142] и «История философии права» (1896)^[143], которые выдержали многократное переиздание. Важно подчеркнуть то обстоятельство, что данная проблема поднимается тео­ретиком не только в работах, посвященных методологическим проблемам об­щей теории права, но и в других работах более частного характера. Это говорит о том, что для него было важно разъяснить те общетеоретические позиции, с которых он анализирует данную проблематику.

Несмотря на то, что в других фундаментальных произведениях ученого, таких как «Русское государственное право» (1892)^[144], «Указ и закон»^[145](1996) соотношение естественно-научной и юридической методологии не освещается специально, что объясняется частным характером исследований, но оно явно присутствует в подходе теоретика к исследованию правовой действительности. Учитывая, что ко времени написания данных работ теоретико-правовое миро­воззрение Н.М. Коркунова уже окончательно сформировалось, можно сказать, что общетеоретические исследования, в которых в качестве одной из фунда­ментальных проблем рассматривалось соотношение естественно-научной и

юридической методологии, выступили в качестве методологической основы изучения права и государства.

Несмотря на актуальность данной проблематики в контексте раскрытия сущности и содержания правового учения Н.М. Коркунова, следует констати­ровать, что в современных исследованиях данный методологический аспект не получил достаточного исследования. В большинстве случаев исследователи ограничиваются указанием на освещение данной методологической проблема­тики. Так, например, О.В. Шаповал, исследуя учение Н.М. Коркунова о праве, лишь упоминает в своей диссертации о том, что у ученого есть некоторые рабо­ты («Наука право и естествознание», «О научном изучении права»), в которых рассматриваются проблемы использования методологии естествознания в пра­вовых исследованиях представителей школы юридического позитивизма^[146]. Ав­тор тщательно анализирует пределы такого рода аналогий, их пользу для юрис­пруденции, при этом упускается из виду как сам характер особенности методо­логии теоретика, так и значение для ее формирования и реализации в исследо­ваниях разграничения естественно-научной и юридической методологии.

Чаще всего, при освещении методологического аспекта исследований Н.М. Коркунова ученые ссылаются либо на его психологический, либо на его социологический подход к праву, что не может быть достаточно объективной основой для анализа теоретико-методологической концепции, понимания ее сущности в связи с пониманием права. В диссертационном исследовании Л.С. Золотаревой в контексте весьма интересного анализа соотношения психологи­ческого правопонимания Н.М. Коркунова и Л.И. Петражицкого, которое, если судить по сформулированному предмету диссертационного исследования, по­священо также и методологии данных концепций, к сожалению, полностью иг­норируется анализ методологических основ изучения права, что по-нашему мнению, обедняет выводы исследования, делая их менее убедительными. Так,

например, о психологическом правопонимании Н.М. Коркунова, по нашему мнению, можно вести речь лишь с достаточной степенью условности, а тот психологический аспект его правовой теории, который принят за правопонима- ние, выступает лишь в качестве общей методологической установки, в качестве «субъективного реализма»^[147].

С методологических позиций оценивается правовая теория Н.М. Корку­нова А.В. Поляковым. Однако, несмотря на достаточно объективный и глубо­кий анализ теоретико-правовой концепции Н.М. Коркунова, предпринятый в целом ряде его работ, нельзя сказать, что в них дана объективная оценка мето­дологии этого теоретика права. Коммуникативное правопонимание, которое предлагается А.В. Поляковым в качестве современного способа решения про­блемы интеграции правового знания, по сути дела, поглощает концепцию Н.М. Коркунова, в том смысле, что она рассматривается сквозь призму предлагаемо­го подхода. В результате вполне закономерна оценка методологии Н.М. Корку­нова как слаборазвитой и бедной^[148][149].

Представляет интерес и другой подход, согласно которому содержание ме­тодологии Н.М. Коркунова определяет его позитивистская ориентация, а ее осо­бенности и форму - социологический способ интерпретации правовых явлений,

149 который впервые был высказан еще в советской теории государства и права .

Коркунова, не углубляясь в основы его методологии. Поэтому многие нюансы его концепции долгое время остаются неизученными. В то же время следует констатировать, что именно такой подход возобладал в трактовке правового и методологического учения Н.М. Коркунова в российской юриспруденции.

Тем не менее следует признать, что существуют и иные оценки методологи­ческой проблематики в правовой концепции Н.М. Коркунова, ее значения для обоснования как предмета общей теории права, так и методологии юридической науки в целом. В таком ракурсе рассматривается учение Н.М. Коркунова в рабо­тах А. А. Воротникова^[150], Р. Х. Макуева^[151], В. И. Бочкаревой^[152] и некоторых дру­гих исследователей. Так, примечательна связь, которая проводится этими теоре­тиками между предметом и методологией правового учения Н.М. Коркунова, также как и указание на то, что решение проблемы соотношения естественно­научной и юридической методологии имеет решающее значение для формирова­ния его методологии познания права. Чрезвычайно важно и указание на систем­ность методологии ученого, его апелляцию к объективной эмпирической основе изучения правовых явлений.

Возможно, невысокий интерес современных исследователей к проблеме эволюции теоретико-методологических взглядов мыслителя, также как и к эво­люции его общетеоретических представлений, объясняется ограниченностью архивных материалов, анализ которых позволил бы более глубоко понять внут­реннюю динамику его творческой эволюции, объяснить многие нюансы науч­ного мировоззрения. Сохранились лишь некоторые документы, касающиеся жизни Н.М. Коркунова. Сам же его архив, который, безусловно, существовал, к сожалению, не сохранен. Можно предположить, что это объясняется крахом Российской империи, который вместе с разрушением правовой и политической

систем, безусловно, означал упадок духовно-нравственных ценностей. На это указывает А.Н. Верещагин: «Документы тех деятелей, которым не довелось увидеть собственными глазами крах "старого порядка"», уцелели не полностью. Так, отсутствует личный архив выдающегося юриста конца XIX века Н.М. Коркунова (1853-1904 гг.). Не разобран и не доступен исследователям храня­щийся в ИРЛИ личный фонд его учителя А.Д. Градовского (ф. 84); в составе других фондов сохранился лишь небольшой массив его переписки, чем, воз­можно, и объясняется недооценка в историографии роли этого незаурядного общественного деятеля и ученого-публициста»^[153].

Как было указано выше, впервые проблема соотношения естественно­научной и юридической методологии была освещена в 1878 году в его вводной лекции в курс энциклопедии права, который он читал Санкт-Петербургском уни­верситете. Предваряя анализ этой работы, уместно отметить, что Н.М. Коркунов закончил Санкт-Петербургский университет в 1874 году с золотой медалью^[154]. В 1876 г. он уже преподавал в Александровском лицее энциклопедию права, а в 1878 году получает допуск на чтение лекций по энциклопедии юридических и по­литических наук в должности преподавателя^[155]. Именно в связи с этой новой должностью и появляется его первое произведение, имеющее прямое отношение к методологии юридического знания.

В данной работе Н.М. Коркунов делает акцент на той роли, которую сыг­рала русская энциклопедия права в развитии юридической науки. Указывая на то, что энциклопедия права как учебная дисциплина была заимствована у немцев, ученый выделяет целый ряд особенностей русской энциклопедии пра­ва. Главной особенностью является то обстоятельство, что в русской энцикло­

педии права существенно расширена общая часть по сравнению с тем, как она была представлена в немецкой традиции. В те времена энциклопедия права представляла собой некий конгломерат отраслевых юридических дисциплин, изложенных в сжатом виде, включая также и историю их развития. Этот курс был необходим в качестве вводного учебного курса для юристов, предваряю­щего изучение отраслевых дисциплин.

В этой связи ученый задается вопросом о том, почему именно в России общая часть получила столь большое развитие, порой, превышая по объему ос­новную часть курса. Ответ на этот вопрос, по его мнению, кроется в особенно­стях русского и немецкого права. Если в Г ермании большее развитие получило гражданское право, то и энциклопедия права как учебная дисциплина большее внимание уделяла изложению гражданского или немецкого права, при этом ча­сто общая часть сводилась либо к изложению истории гражданского права, ли­бо играла роль вводной части к гражданскому праву.

В отличие от Германии в России какая-либо из отраслей права не получи­ла большего развития. Именно этим ученый объясняет то, что в русской энцик­лопедии права не делается акцента на какой-либо одной из отраслей. В этих условиях задачи общей части курса приобретали свои особенности, ко­торые заключались в том, что необходимо было предварительно изложить ос­новы права как такового, а не какой-либо отдельной отрасли. Отсюда общая часть сосредотачивалась на задачах выяснения общих правовых закономерно­стей, характерных для всех отраслей права. Поэтому задачи, которые стоят пе­ред русскими преподавателями энциклопедии права, существенно отличаются от задач немецких преподавателей. Прежде всего, русские преподаватели не могут как сосредотачиваться на изложении гражданского права, так и на крат­ком изложении других отраслей права. Такой курс энциклопедии права не имел бы большой ценности для будущих русских юристов, поскольку сам по себе представлял бы некий конгломерат юридических дисциплин, которые в даль­нейшем будут изучаться более подробно. Из этого вытекает важный вывод о

том, что «условия нашего университетского преподавания требуют от энцик-

лопедиста действительно общего учения о праве в полном значении этого сло-

ва»

156

В этой связи Н.М. Коркунов отмечает, что развитие русской энциклопе­дии права заключается в том, что она получила совершенно иную форму и со­держание, определяясь новыми задачами изложения материала, да и новым предметом. Это развитие русской энциклопедии права состояло в том, что оно стало рассматриваться как «общее учение о праве»^[156][157]. Теперь энциклопедия права перестает быть совокупностью «беглых очерков» об отраслях права, она имеет свою самостоятельную задачу. Однако не только задачей и, соответ­ственно, предметом определяется особенность русской энциклопедии права. Дело в том, что, как полагает ученый, она обладает и своей особой методологи­ей познания правовых явлений, существенно отличной от тех способов обще­теоретических обобщений, которые существовали раньше в истории правовой науки. Задача ученого состоит в том, что ему необходимо «...выяснить соот­ношение главнейших положений специальных юридических наук, проверить их одно другим, согласить, свести к более общим положениям. Он должен указать общую постановку и дать общее освещение всем частным вопросам»^[158].

Особо необходимо обратить внимание на существенную роль, которую играет данное положение во всей теоретико-методологической концепции Н.М. Коркунова. Для этого теоретика важно выделить объективную основу теорети­ко-правовых исследований, которая и является необходимой предпосылкой научности правовой теории и, соответственно, сформулировать тот метод, ко­торый бы стал столь же необходимой предпосылкой объективности знаний, по­лучаемых посредством данной науки. Такой объективной основой общей тео­рии права у Н.М. Коркунова являются отраслевые юридические исследования,

соединяющие в себе всю совокупность правовых явлений, а той методологической основой, гарантирующей объективность познания пра­вовых явлений, выступает индукция.

Таким образом, анализ реально складывающихся правоотношений, пра­вовых норм, закрепленных законодательством, и правотворчества является ос­нованием для такой науки, как общая теория права, которая наполняется кон­кретным правовым содержанием, формулируя на основе обобщения, говоря со­временным языком юридической практики, общеправовые закономерности.

Здесь необходимо отметить, что данные выводы, хотя и присутствуют в контексте рассматриваемой работы «Наука права и естествознание», но еще не обоснованы достаточной совокупностью теоретических доводов, которые Н.М. Коркунов выдвигает позднее в своей работе «Лекции по общей теории права». Однако такая постановка вопроса об общей теории права является уже вполне сознательной, свидетельствующей о сформировавшемся теоретико­методологическом мировоззрении ученого. Более того, необходимо сказать и о том, что в указанной работе Н.М. Коркунов высказанные положения в отноше­нии общей теории права формулирует в контексте необходимости решения ди­дактических задач, которые стояли перед преподавателями юридических вузов, причем, вопрос состоял, скорее, не в науке общей теории права, а в учебной дисциплине, о том как преподавать энциклопедию права в российских универ­ситетах.

Тем не менее, рассматривая проблему таким образом, Н.М. Коркунов хо­тя и не говоря об этом прямо, все же подразумевает идею о том, что задачи общей теории права гораздо шире энциклопедии права и, что они не ограни­чиваются сугубо методическим уровнем преподавания одной из юридиче­ских дисциплин. Поэтому ученый не случайно сосредотачивает свое внима­ние на кризисном состоянии, в котором пребывала теория права того време­ни. Этот кризис, по его мнению, заключался в том, что она существенно от­

стала в своей методологии от естествознания. С другой стороны, существен­ное развитие естествознания создавало впечатление не просто эффективно­сти методологии, которая использовалась естествознанием, но ее универ­сальности, что объясняло позицию многих теоретиков права, полагавших возможным и необходимым ее использование в юриспруденции.