§ 3. Механизм функционирования государственно-организованного общества

В структуре государственно-организованного общества разворачивается механизм взаимодействия его элементов (организация внешней структуры государственно-организованного общества), или его политическая система.

иные общественные институты; 5) органы власти и управления (механизм государства, или властно-управленческий аппарат); 6) внешний к данному государственно-организованному обществу институт (иностранное государство, его органы власти и управления, политическая партия, международная организация и т.п.). Взаимодействие между элементами и институтами может осуществляться по разным направлениям и иметь своим содержанием: 1) формирование, 2) контроль, 3) взаимоконтроль. В различных государствах на разных стадиях их развития векторы взаимодействия могут иметь различную направленность и содержание. Поскольку государственно-организованное общество не существует изолированно, на его механизм могут оказывать воздействие и внешние по отношению к нему институты. В этом случае суверенитет государственно­организованного общества в той или иной мере ограничен. Некоторые направления взаимодействия в качестве примера можно привести на схеме.

Если все вышесказанное о России наложить на данную схему, то мы увидим, что в конце 80-х гг. доминирующий институт, каковым на тот период являлось высшее звено КПСС, сформировал механизм государства и путем разделения партии сформировал все общественные институты, оставив практически без изменений советскую институцию, основанную на всеобщем равенстве и братстве, уравниловке и в то же время избранности власть имущих, преклонении перед властью.

доминирующего института, что и было сделано. В результате механизм взаимодействия элементов государственно-организованного общества был сформирован доминирующим институтом и ныне выглядит следующим образом. Доминирующий институт, официально в лице «партии Единая Россия» (на самом деле составляет группу аффилированных во власти лиц) формирует механизм государства и иные общественные институты как самостоятельно, так и через органы власти и управления и контролирует их, а через них и общество. Этому способствует оставленная без изменений институция.

Если учесть, что институция несет в себе и криминальную составляющую, а доминирующий институт представляет государственно­криминальный сектор, то бороться в таком государстве с коррупцией не имеет смысла. Все разговоры о коррупции могут в лучшем случае привести к ужесточению контроля за низовым звеном чиновничества и полному произволу доминирующего института за счет коррупционного контроля за коррупционерами среднего звена государственного аппарата. При этом элементарная смена доминирующего института никакого реального результата не даст, ибо все они сформированы на одной институции тем же доминирующим институтом и представляют собой суть одного и того же явления.

Из этой ситуации просматривается два выхода: либо доминирующий институт самостоятельно меняет механизм взаимодействия элементов государственно-организованного общества и его институцию, либо это сделает за него общество.

Представляется, что оптимальным механизмом взаимодействия элементов государственно-организованного общества для суверенного демократического государства в наиболее обобщенном виде был бы следующий: общество на основе институции формирует общественные институты, в том числе доминирующий. Последний совместно C иными общественными институтами (пропорционально своей политической

доминанте) формирует органы власти и управления в государственно­организованном обществе. Общественные институты не могут контролировать общество, наоборот, общество должно осуществлять контроль за создаваемыми им институтами. При этом за доминирующим институтом должен осуществляться двойной общественный контроль как непосредственно обществом, так и через иные общественные институты. В свою очередь, общественные институты, в том числе доминирующий, связаны взаимоконтролем с формируемыми ими органами власти и управления. Последние, кроме того, непосредственно связаны с обществом взаимоконтролем. В этом случае из общественных институтов и органов власти и управления формируется основная политическая элита, находящаяся под двойным контролем: 1) самоконтролем, реализуемым конкурирующими общественными институтами и/или органами власти и управления, и 2) обществом. Базируясь на общественной институции, элита корректирует ее в необходимом для развития государственно­организованного общества направлении.

В то же время в саморазвивающейся системе, каковой является государственно-организованное общество, присутствует объективный механизм, позволяющий ему выживать и видоизменяться в различных, в том числе политических и социальных условиях, - закон выживания вида.

Природа заложила в человека два стремления: 1) к лидерству, 2) к выживанию^[685]. В зависимости от доминирования в каждом конкретном человеке того или иного стремления, его качественных и количественных проявлений общество можно разделить на группы:

1) анархичная - постоянно включена в политические процессы, противопоставляет себя обществу (праву, государству), что выражается в недовольстве любой политикой государства, критикует все программы по обустройству общественной жизни, не предлагая взамен реальных

(отвечающих современным условиям развития общества) альтернативных программ;

2) сверхактивная - состоит из лидеров («безусловно» активных членов общества), способных повести общество за собой, убедить часть его в верности своих взглядов, вступающих между собой в конфронтацию и союзы, имеющих четкое представление об обустройстве общественной жизни как прогрессивного, так и консервативного характера;

3) активная - состоит из активистов (лидеров), активно поддерживающих лиц, входящих во вторую группу, не скрывающих свои взгляды как прогрессивного, так и консервативного характера, постоянно открыто их высказывающих в виде агитации (это члены партий, общественных движений, возможно, сочувствующие лица);

4) пассивная - состоит из лиц, имеющих различные взгляды по обустройству общества, но привычный образ жизни - «не высовываться» - берет верх, в результате лица, в нее входящие, могут высказывать свои взгляды, но, как правило, в неофициальной обстановке, принцип ее существования - «как бы не было хуже», «лучше синица в руках, чем журавль в небе».

5) сверхпассивная - ни при каких условиях не включается в общественно-политические процессы. Характеризуется крайней консервативностью.

Само общество на разных этапах (стадиях) своей жизнедеятельности переживает одно из трех состояний: 1) обычное состояние, когда выживаемость общества в целом гарантирована; 2) когда выживанию общества угрожает какая-либо внешняя опасность; 3) когда выживанию общества угрожает власть, стоящая над ним. Эти состояния определяются внутренним восприятием большинства членов общества объективной реальности, поэтому их можно фальсифицировать^[686].

Обычно в обществе в политические процессы включены анархичная и сверхактивная группы. При возникновении внешней угрозы выживанию общества активность спадает, и сверхактивная группа выключается из политических процессов. В случае возникновения угрозы выживанию общества, исходящей от власти, в политические процессы включаются активная и пассивная группы. В этом случае возникает революционная ситуация, которая сама по себе создает угрозу выживанию общества^[687]. Для ликвидации данной угрозы потребовался механизм выборов, позволяющий избегать революций. Возможность последних стала играть в данном механизме роль гарантии соблюдения государственной властью установленного порядка ее переизбрания.

В данном ракурсе коррупция в качестве корыстного произвола является одним из элементов указанного механизма, поскольку угрожает выживанию общества^[688]. Ее пики приходятся на переходные периоды в развитии государств, на периоды политико-экономических кризисов. Например, во Франции с 1789 г. по 1962 г., в России с 90-х по гг. настоящее время.

Следует учитывать, что позитивное право не может ликвидировать объективные закономерности, но может их корректировать, что осмыслено в некоторых государствах, признающих право народа на революцию. Доминирующий ныне в Российской Федерации институт не только не признает право народа на революцию, но и стремится к ущемлению его прав на любые акции протеста, включая выражение собственного мнения относительно существующего строя^[689].

объективных закономерностей силой государственно-правовых средств может привести к социальному взрыву. Следует иметь в виду, что общество использует как законные, так и незаконные средства борьбы с действующей во вред ему государственной властью.

Вместе с тем закон выживания имеет и обратную сторону. Человек осознает себя не только в качестве члена общества^[690], но и как отдельно взятого индивида, и как члена семьи. В этом смысле он может связывать свое выживание с собственной персоной или семьей. Существенную роль в его поведении играет свобода, которая представляет собой возможность выбора одного из нескольких вариантов поведения, ни один из которых не влечет фатальных последствий для самого индивида либо для его ценностей. Последние формируются под влиянием общественной институции, групповых институций и собственного жизненного опыта. Поэтому в большинстве случаев индивид принимает жизненные ценности, мораль (нравственность), нормы и правила поведения окружающих его людей.

Любая система функционирует только тогда, когда большинство элементов, ее образующих, действуют слаженно. Поскольку человеческое общество представляет собою такую систему, то и большинство индивидов, составляющих общество, имеют общие ценности, общую культуру, мораль и т.п. Основной закон эволюции - приспособляемость. Человек приспосабливается к тем условиям, в которых существует, в том числе к социальным. Индивиды, которые не вписываются в заданные условия, отторгаются системой.

В российской действительности эволюционный отбор издавна был направлен на выживание наиболее приспособленных, каковыми оказались

коррупционеры^[691]. «Эволюция всегда выбирает более легкий путь, даже если он не самый лучший»^[692].

Советская система уравниловки в оплате труда и уровне жизни с наделением многочисленными льготами чиновников привела к коррупции во всех сферах жизнедеятельности данного общества^[693]. В последующем, в период краха политико-экономической системы советского государства, нелегальный механизм перераспределения благ занял место легального.

Одновременно происходит коммерциализация всех сфер жизнедеятельности общества, особо следует отметить сферы здравоохранения, образования, науки, культуры и искусства, которые приводят не к повышению уровня дохода лиц, непосредственно создающих нематериальные блага, а к повышению уровня дохода лиц, занятых в управлении организациями в перечисленных сферах^[694]. Сохранившиеся и вновь создаваемые предприятия одновременно работают в легальном и нелегальном секторах экономики, перекачивая ресурсы из первого во второй. Основная часть доходов всех субъектов рынка вкладывается в торговлю и недвижимость как непосредственно, так и опосредованно. C одной стороны, это повлекло за собой гипертрофированный разрыв в доходах богатой и бедной частей населения. C другой стороны, вынудило бедную часть

населения, имеющую соответствующие возможности, включиться в коррупционные сети для достижения необходимого уровня жизни (улучшения своего выживания)^[695]. Ломать эти связи - означает слом всей системы перераспределения, что неминуемо вызовет изначально экономический и социальный коллапс, а затем коллапс политический. В этих условиях административно-властное ограничение либо противодействие коррупции будет направлено в первую очередь на ухудшение материального состояния именно бедной части населения (которая охватывает в том числе большую часть военнослужащих, работников правоохранительных органов, мелких чиновников, преподавателей и т.п.)^[696]. Последствия такого шага легко предсказуемы - постепенное снижение профессионализма работников данных секторов. Особую опасность это несет в сфере образования. По этой причине бороться с коррупцией, не создавая нормального легального механизма перераспределения благ, не только невозможно, но и вредно, поскольку такая борьба угрожает самому выживанию общества.

Учитывая сказанное, можно утверждать, что адаптация российского общества в целом и отечественных чиновников, в частности, к современным условиям расцвета коррупции не имеет себе равных. В этих условиях общество связывает свое выживание с существующей коррупционной системой и не мыслит себя вне ее^[697]. Это означает, что никакой социальный взрыв не угрожает власти до тех пор, пока большинство членов общества находят себе место в коррупционной сети. Последнему способствует и доминирующий институт, и управленческий сектор, не допускающие

кардинальных реформ. По этой причине ошибаются исследователи, полагающие, что коррупция угрожает политическому и экономическому развитию России^[698]. Развитие продолжается, коррупция лишь корректирует его и направляет по иному пути.

Ситуация может измениться, если начнется реальная борьба с коррупцией на первом коррупционном уровне без изменения механизма перераспределения благ и институции. В этом случае социальный взрыв будет неизбежен. Впрочем, такое развитие событий маловероятно.

Учитывая изложенное, единственным институтом, способным качественно и безболезненно изменить ситуацию в России, является доминирующий институт, который должен ставить своей задачей не искоренение коррупции, чему он сам будет сопротивляться, а изменение механизма взаимодействия элементов государственно-организованного общества, его институции и механизма перераспределения благ.

Сама по себе институция не является чем-то застывшим. Она видоизменяется (эволюционирует) под воздействием объективных факторов: 1) объективных условий жизни общества (включая научно-технический прогресс); 2) общественной парадигмы; 3) внешних для данного общества институций. Поскольку в любом обществе существует определенный плюрализм: морали (нравственности), обычаев (традиций), религиозных взглядов, включая атеистические, представлений о должном, интересов и т.п., - следует признать, что в обществе существуют и отклонения от институции. Даже нормы права могут не включаться в институцию, а относиться к отклонению от институции. Это может быть в тех случаях,

когда они не согласуются с иными правовыми нормами, составляющими базовую общественную институцию.

В теории права присутствует мнение, что к социальным нормам относятся в том числе нормы культуры, искусства, политики, экономики и т.п.^[699]. Не рассматривая в рамках данной работы этот вопрос более детально, поскольку, во-первых, это неоправданно отвлечет нас от темы исследования, во-вторых, не является принципиальным для последующих рассуждений и выводов, обратим внимание, что в этом случае институцию можно представить в виде совокупности институциональных норм. Поскольку государственно-организованное общество является открытой саморегулируемой системой и включает в себя в качестве элемента институцию, значит, должен существовать механизм воспроизводства институциональных норм.

Элементами такого механизма выступают: во-первых, сама институция, поскольку именно она является базой для всех иных элементов государственно-организованного общества. Во-вторых, отклонения от институции, которые развиваются в секторах и институтах государственно­организованного общества. В-третьих, объективные условия жизнедеятельности общества, включающие в себя общественные отношения. В-четвертых, разноплановые и разносторонние интересы лиц, способных повлиять на формирование и утверждение институциональной нормы. B- пятых, внешняя для данного государственно-организованного общества институция.

В данном механизме институциональная норма формируется под воздействием интересов и представлений, обусловленных объективными условиями жизни общества, складывающимися под воздействием институции и отклонений от нее, а также внешних институций. Вновь

сформулированная институциональная норма, если она в целом соответствует институции, укрепляет ее либо в некоторой мере способствует ее эволюции. Если же норма не соответствует институции, она укрепляет отклонение от институции. При существенном усилении отклонения от институции происходит смена доминирующего положения - институция и отклонение от нее меняются местами: отклонение становится институцией, в то время как бывшая институция становится отклонением.

Такое изменение институции в России произошло в 90-х гг., когда в нее попала криминальная составляющая, а также под влиянием внешней институции укоренились представления о правах человека. Это говорит о том, что и сегодня можно изменить институцию. Необходимые изменения можно вызвать путем: 1) изменения непосредственно интересов как общества в целом, так и лиц, влияющих на формирование и утверждение институциональных норм (в первую очередь норм права как системообразующих в современном обществе); 2) изменения объективных условий жизнедеятельности общества, что связано с изменением механизма перераспределения благ; 3) внедрения внешней институции (например, институции наиболее развитых демократических государств). Оптимальным вариантом представляется работа по всем трем направлениям. Однако ключом к изменению всего механизма является изменение механизма перераспределения благ. Эти изменения объективно вызовут изменение условий жизнедеятельности общества, что повлечет за собой изменение интересов политических элит и государственно-властного аппарата.

Представленная задача усложняется инерцией доминирующего института и управленческого сектора. Как было установлено ранее, основная правовая проблема России заключается в неисполнении предписаний законодательства. Разрешить эту проблему без контроля, о котором мы писали выше, невозможно, но ее также невозможно решить и без ответственности. При этом установление ответственности представляется наиболее простой задачей как для законодателя, если речь идет о

юридической ответственности, так и для общества, если речь идет о моральной или политической ответственности. Гораздо сложнее выстроить механизм реализации права таким образом, чтобы право работало. Данный механизм должен исключать возможность должностного лица чинить произвол.

Механизм реализации права был разработан еще в советский период и в этой связи имеет целый ряд недостатков, вытекающих из доминировавших на тот период политико-правовых взглядов⁷⁰⁰, что вызывает необходимость не просто адаптации его к современным условиям, но необходимость глубокой методологической проработки. Чуть лучше дело обстоит C механизмом правового регулирования, включающим в себя механизм реализации права⁷⁰¹. К сожалению, и этот механизм значительно устарел и не охватывает собой современных представлений о государстве⁷⁰². В данной работе мы коснемся лишь непосредственно механизма реализации права, обратив внимание на некоторые его особенности, поскольку детальная разработка и механизма реализации права, и, тем более, современного механизма правового регулирования требует отдельных исследований.

К формам реализации права относят: соблюдение, исполнение, использование, применение. Предполагается, что соблюдение, исполнение, использование осуществляются субъектами самостоятельно, без вмешательства органов государственной (муниципальной) власти и управления, так называемая нормальная реализация. Вместе с тем, если проанализировать текущее законодательство Российской Федерации, то нетрудно заметить, что субъекты могут самостоятельно соблюдать право,

⁷""См.: Завадская Л.Н. Механизм реализации права. Рос. АН, Ин-т государства и права. - M.: Наука, 1992; Решетов Ю.С. Механизм реализации советского права: автореф. дисс. ... докт. юрид. наук. - Москва, 1991; Сапуй В.А. Теория правовых средств и механизм реализации права: дисс. ... докт. юрид. наук. - Нижний Новгород, 2002; Павлухин А.Н., Эрисиивили Н.Д., Сулейманов Т.А. Механизм и формы реализации норм уголовного права: монография. - Издательство: Юнити- Дана; Закон и право, 2007.

⁷"¹См.: Александров Н.Г., Калиничев Ф.И. Правовые отношения в социалистическом обществе. - В кн.: Теория государства и права. - M.: Юрид. лит., 1974. С.577-608; Алексеев С.С. Механизм правового регулирования в социалистическом государстве. - M.: Юрид. лит., 1966.

⁷¹¹² См., наир.: Антипенко В.Ф. Механизм международно-правового регулирования борьбы с терроризмом: дисс. ... докт. юрид. наук. - Москва, 2004.

исполнение права по большей части связано с обращениями к компетентным органам, а использование права без обращения к компетентным органам почти невозможно^[700]. Это связано с укоренившейся в России формализованной юридической практикой, вытекающей из отнесения ее к романо-германской правовой семье, что не позволяет гражданину самостоятельно реализовывать права без обращения к компетентным органам государственной или муниципальной власти и управления. Даже для реализации гражданских прав необходимо как минимум получить документ, подтверждающий гражданство (паспорт). В результате для нормальной реализации права, за редким исключением, субъект должен обратиться в соответствующие компетентные органы, что создает широчайший простор для их произвола, а значит, и коррупции чиновников. Следовательно, нормальная реализация бывает: во-первых, самореализацией права, когда субъект самостоятельно, без обращения к компетентным государственным или муниципальным органам своими действиями реализует право. Во- вторых, реализацией права в административном порядке (административная реализация), когда субъекту для реализации права необходимо обратиться к компетентным государственным или муниципальным органам власти и управления. В-третьих, в судебном порядке, если иначе реализовать право невозможно. Исходя из этого, для уменьшения коррупции необходимо предоставить субъектам как можно больше возможности самостоятельно реализовывать правовые предписания путем самореализации права.

Как известно, субъекты могут не соблюдать, не исполнять и не использовать право. Использование предусматривает реализацию управомочивающих норм, наделяющих субъекта возможностью поступить так или иначе по своему усмотрению, то есть возможность субъекта реализовать предоставленное ему субъективное право. В первых двух случаях фактически происходит нарушение права, поскольку соблюдение связано с реализацией запрещающих норм и выражается в виде воздержания

субъектов от деяний, которые запрещены законом. Исполнение должно быть реализовано в виде совершения деяний, предписанных правом. Таким образом, в случае несоблюдения или неисполнения права субъект совершает правонарушение, и формой реализации права является его применение. Именно этой форме исследователи уделяют повышенное внимание, понимая под ней властную деятельность компетентных государственных органов по разрешению конкретного юридического дела, в результате которой выносится соответствующий индивидуальный акт (акт применения права). Из данного определения следует, что акт применения права является следствием правоприменительной деятельности, которая определяется до сих пор как система «разнородных действий основного и вспомогательного характера, имеющих творческое, организующее содержание. По своей сути правоприменительная деятельность состоит в разработке и фактическом осуществлении организационных мер, направленных на то, чтобы обеспечить претворение предписаний правовых норм в жизнь. Правоприменительный орган, распространяя юридические нормы на тот или другой конкретный жизненный случай, решает юридическое дело, принимает необходимые организационные меры по практической реализации норм права»^[701]. В результате в отечественной государственно-правовой парадигме укоренились представления о том, что любой государственный или муниципальный орган, любое должностное лицо вправе применять право. На практике это привело к наделению всех государственных и муниципальных управленческих органов властными полномочиями, то есть фактически правом творить произвол. В этой связи и к актам применения права относят любые индивидуальные акты, выносимые органами государственной или муниципальной власти и управления, например, приказ о повышении по службе^[702].

Указанное свидетельствует об искажении восприятия юристами даже разработанных в сфере реализации права категорий. Следует напомнить, что

применение права как особая форма его реализации осуществляется только в случаях, когда нарушается его нормальная реализация, то есть совершается правонарушение, и вытекает из необходимости реализации санкций и принудительной реализации диспозиций. Это означает, что применение права возможно в трех формах: 1) восстановление нарушенного права, 2) присуждение компенсации за нарушенное право, 3) наказание правонарушителя. Таким образом, применение права никак не может относиться к деятельности по управлению.

В теории права детально разработан процесс его применения, в который в наиболее общем виде включают следующие стадии: 1) установление фактической и юридической основы дела, 2) принятие решения по существу, 3) исполнение решения. Из этого следует, что орган, применяющий право, должен установить по делу объективную истину и принять справедливое решение, ибо право подразумевает справедливость. Таким органом может быть только суд. Вывод: применение права должно быть в исключительной компетенции суда.

Все иные государственные и муниципальные органы власти и управления, в том числе правоохранительные органы, не должны применять право, для их деятельности вполне достаточно иных форм реализации. Они обязаны исполнять право, то есть совершать поступки, предписанные правом. Например: выдача разрешений, лицензий, сертификатов и т.п. документов при соблюдении заявителем предписанных законом формальностей; направление предписаний об устранении нарушений законодательства; сбор и анализ информации и документов; издание распоряжений в случаях, предписанных законом; осуществлять задержание подозреваемых в совершении преступлений и т.п. Они могут использовать право. Например, право проводить проверки, право законодательной инициативы, право издания нормативных правовых актов, право обращения в судебные органы и т.п. В то же время все должностные лица и органы государственной и муниципальной власти и управления обязаны соблюдать

право. Поэтому за случаями неисполнения права, нереализации предоставленного права, неправомерного его использования должностными лицами и государственно-властными органами должно следовать применение права для восстановления ущемленных прав и наказания виновных в их нарушении. В данном ракурсе должностные лица могут совершать правонарушения путем: несоблюдения, неисполнения права, неправомерного (с нарушением предписанного законом порядка) его использования (выходом за рамки полномочий, предписанных правом, злоупотреблением полномочиями) либо неиспользования предоставленных им прав. Последнее обусловлено тем, что они не должны иметь собственного интереса в своей деятельности, а должны проводить в жизнь интересы общественные. В этом ракурсе неиспользование предоставленных прав для защиты общественных интересов является правонарушением.

Вместе с тем орган, применяющий право, должен соблюдать правовые запреты, исполнять правовые предписания и использовать предоставленные ему права. Это означает, что применение права как форма его реализации включает в себя соблюдение, исполнение и использование права. Практика отечественного судопроизводства показала, что судьи достаточно часто не исполняют право, неправомерно его используют и не применяют. В этих случаях должно следовать применение права в судебном же порядке органами, стоящими над судом. Исполнять же решение суда - задача органов исполнительной власти. Учитывая изложенное, следует выделять три этапа реализации права: нормальная реализация, включает в себя: следование праву, исполнение права, использование права всеми субъектами; правоприменительная реализация, включает в себя: следование, исполнение, использование, применение права судом; правоохранительная реализация, включает в себя: следование, исполнение, использование, применение права надсудебными органами.

В этом случае можно классифицировать акты реализации в зависимости от субъектов, их издающих на следующие группы: акты

самореализации права, совершаемые субъектами самостоятельно, без обращения к компетентным государственным (муниципальным) органам; акты реализации права, издаваемые компетентными государственными (муниципальными) органами в рамках предоставленных им полномочий (акты соблюдения права, акты исполнения права, акты использования права); акты применения права, издаваемые судом и над судебным органом.

Таким образом, можно описать механизм реализации права. Субъект своими правомерными действиями осуществляет нормальную реализацию права, выражающуюся в самореализации или в административной реализации, в трех формах: соблюдение, исполнение, использование права, совершая акты самореализации права.

Компетентные органы и их должностные лица самостоятельно и по обращению субъектов в пределах своей компетенции осуществляют реализацию права в форме: соблюдения, исполнения и использования, - издавая соответствующие акты реализации права.

Суд по обращениям субъектов, компетентных органов и их должностных лиц применяет право, издавая акты применения права, которые компетентные органы и их должностные лица исполняют, осуществляя принудительную реализацию права.

Несоблюдение, неисполнение права всеми субъектами, включая компетентные органы и их должностных лиц, неприменение права компетентными органами, их должностными лицами является правонарушением, за которым следует применение права судом в виде: восстановления нарушенного права, присуждения компенсации за нарушенное право, наказания правонарушителя.

Несоблюдение, неисполнение, неприменение права судом также образует правонарушение и требует применения права надсудебными органами, которые должны применять право по обращениям субъектов, компетентных органов и их должностных лиц, судов.

Надсудебными органами применения права могут быть любые органы контроля судов. Это может быть согласно отечественной традиции высшее звено судебной системы: Конституционный Суд, Верховный Суд, Высший Арбитражный Суд или впервые созданное Судебное присутствие. Можно позаимствовать зарубежный опыт, например США, где органом контроля за Верховным Судом является Конгресс, или Великобритании, где высшей судебной инстанцией и одновременно органом контроля за всей судебной системой является Палата лордов (российский аналог - Совет Федерации ФС РФ).

Учитывая достаточно обширный положительный опыт работы Конституционного Суда Российской Федерации, представляется, что оптимальным вариантом было бы возложение данной функции на него, но с некоторыми особенностями, предусматривающими участие народных заседателей, коими могли бы выступать члены Совета Федерации или депутаты Государственной Думы ФС РФ.

Совокупность вышеперечисленных механизмов: механизма

перераспределения благ, самоорганизации структуры государственно­организованного общества, механизма взаимодействия элементов государственно-организованного общества, механизма выживания государственно-организованного общества, механизма воспроизводства социальных норм, механизма реализации права, - образует механизм функционирования государственно-организованного общества. Данный механизм имеет два входа, или инструмента его настройки: институциональный вход, или инструмент тонкой настройки, и силовой вход, или инструмент грубой настройки. Тонкая настройка механизма функционирования государственно-организованного общества возможна путем изменения институции через формирование соответствующих определенной политической идее необходимых институциональных норм, C использованием институтов государственной власти и управления, либо политической системы общества в целом. Грубая настройка указанного

механизма осуществляется через механизм выживания государственно­организованного общества путем формирования в нем различных состояний, от внешней до внутренней угрозы выживанию общества, основанных на тех или иных факторах (политических, экономических и т.п.). Формулировать такие факторы и формировать с их помощью «состояния общества» могут любые институты государственно-организованного общества.

Таким образом, выживание современного российского общества прочно связано с коррумпированностью государственно-общественного аппарата, что обусловлено естественным ходом эволюционных изменений, тех ошибок, которые были допущены доминирующим в государственно­организованном обществе институтом. В этой ситуации реальное снижение коррумпированности государственно-организованного общества невозможно без изменения существующих в настоящее время механизмов: перераспределения благ, взаимодействия элементов государственно­организованного общества, реализации права.

Механизм взаимодействия элементов государственно-организованного общества должен позволять обществу формировать все общественно­государственные институты и связывать их с обществом взаимоконтролем. Для этого необходима смена общественно-государственной институции, которая до настоящего времени состоит из институциональных норм советского периода и криминальных норм, существенно наполнивших ее в 90-е гг. Такая смена возможна через изменение механизма перераспределения благ, то есть условий жизнедеятельности общества, и невозможна без изменения механизма реализации права, поскольку в современном мире нормы права являются системообразующими для всех иных институциональных норм. Механизм реализации права должен исключить практику применения права всеми государственными (муниципальными) органами власти и управления, оставив данную функцию в исключительной компетенции суда.

Таким образом, в российской действительности коррупция поразила все общественно-государственные институты, что опосредовано: 1) смешением легального и нелегального секторов экономики; 2) несовершенством легального рыночного механизма перераспределения благ; 3) наличием единой общественно-государственной системы при отрицании альтернативных легальных подсистем; 4) устаревшей институцией, частично состоящей из криминальных институциональных норм; 5) криминализацией государственно-организованного общества. В результате природный механизм выживания общества оказался запущенным в сторону выживания отдельного индивида, что в конечном итоге привело к прочной взаимосвязи между выживанием общества и коррумпированностью государственно­общественного аппарата.

В этом ракурсе для ликвидации коррупции необходимо перезапустить механизм выживания общества в противоположную сторону - выживания в целом государственно-организованного общества, для чего следует связать выживание отдельного индивида с выживанием государственно­организованного общества в целом. Для этого необходимо изменить: 1) механизм перераспределения благ; 2) структуру государственно­организованного общества; 3) механизм взаимодействия элементов государственно-организованного общества; 4) общественно­государственную институцию; 5) механизм реализации права. Это возможно осуществить без существенных общественных потрясений путем изменений институции с использованием инструмента тонкой настройки механизма функционирования государственно-организованного общества.

Перечисленные меры позволят создать в рамках единой государственно-организованной системы альтернативные легальные подсистемы, которые, вырабатывая собственные институции, в то же время будут сосуществовать на основе, общей для государственно-организованного общества. Фактически это и будет создание так называемого гражданского общества.