7.4. Восстановление корпоративного контроля
В последнее время активно используется такой способ защиты, как восстановление корпоративного контроля. Впервые данная доктрина была введена в оборот постановлениями Президиума ВАС РФ в отношении долей в ООО[303].
В Постановлении № 1176/08 ВАС РФ отметил: «статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права. В области корпоративных отношений реализация данного способа защиты прав может выражаться в виде присуждения истцу соответствующей доли участия в уставном капитале хозяйственного товарищества или общества, исходя из того, что он имеет право на такое участие в хозяйственном товариществе или обществе, которое он имел бы при соблюдении требований действующего законодательства». Напомним, что перечень способов защиты права является закрытым, следовательно, правоприменители не вправе изобретать новые, поэтому и восстановление корпоративного контроля было выведено из ст. 12 ГК РФ. Часто высказывается мнение, что доктрина восстановления корпоративного контроля, разработанная для долей в ООО, может быть применена по аналогии и к акциям.С. В. Сарбаш выделяет несколько особенностей подобного способа защиты:
1) применение восстановления корпоративного контроля возможно вне зависимости от того, как именно лицо утратило подобный контроль. Подобный способ стремится к цели как можно более коротким путем, вбирая в себя остальные способы защиты;
2) присуждается доля вне зависимости от того, было ли произведено увеличение капитала. Увеличение капитала является излюбленным методом рейдеров для создания ситуации отсутствия тождества между похищенной долей и существующей ныне;
3) защита добросовестного приобретателя[304].
Против восстановления корпоративного контроля есть множество доводов, которые представляются более сильными по сравнению с доводами, обосновывающими эту доктрину.
Во-первых, ст. 12 ГК РФ, другие федеральные законы не предусматривают такого способа защиты, как восстановление корпоративного контроля, способ защиты гражданских прав, не указанный в законе, применяться не может[305].
Во-вторых, восстановление корпоративного контроля не подпадает под способ, поименованный как «восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения», так как фактически в этом случае корпоративный контроль является лишь частью положения, существовавшего до нарушения права.
В-третьих, возникает вопрос об условиях удовлетворения подобного иска. Здесь открывается простор для всевозможных злоупотреблений, ибо, например, условия удовлетворения виндикационного иска четко изложены в позитивном законодательстве, чего не скажешь о восстановлении положения. В связи с этим остро стоит задача защиты добросовестного приобретателя. Возможно, условия, перечисленные в ст. 302 ГК РФ, носят универсальный характер, что подтверждается применением их к реституции. Непонятно, почему условия удовлетворения иска должны быть другими. Например, недвижимое имущество тоже легко отследить, но условия применяются те же. Другое дело, что все действия с акциями также фиксируются, и если они принадлежали лицу, которое ими не распоряжалось, но потеряло контроль над ними, то всегда следует говорить о выбытии имущества помимо его воли.
В-четвертых, производство по такому иску может длиться несколько лет. Если суд примет решение о восстановлении корпоративного контроля, потребуется отобрать у какого-то акционера «недостающие» для «обворованного» акции. Соответственно необходимо будет принимать решение об изъятии акций у каких-то акционеров. Вопрос, у кого отнимать, остается без ответа. Следовательно, восстановление корпоративного контроля в интересах одного акционера может привести к нарушению прав третьих лиц.
Кроме того, доктрина восстановления корпоративного контроля никак не решает проблему расчетов при неосновательном обогащении. Возможна ситуация, когда доля (акции) будет размыта за счет вкладов третьих лиц в уставный капитал при его увеличении. Если при недобросовестности увеличения капитала еще можно говорить о том, что отказ в кондикционном требовании будет служить санкцией за необоснованное списание доли (акций), то что делать с добросовестными лицами, внесшими дополнительный вклад? Представляется, что данная проблема должна быть решена на законодательном уровне, но никак не на уровне судебной практики.